ГЛАВА 33. Теон

Он сверился с часами, затем снова с телефоном. У Луки оставалось всего несколько минут. Портал подождет — это не проблема. Проблема была в том, что в этих катакомбах им была дорога каждая секунда. В прошлый раз у них был целый день. На этот раз Леди Фалейны неохотно согласилась лишь на вторую половину дня, и если Тесса явится, ей придется надеть браслеты. Не те обычные, что подавляют магию, а каменные оковы, которые полностью отрежут ее от силы. Он не сказал об этом Луке. Но, честно говоря, и не ожидал, что она придет.

Напряжение немного отпустило его, когда он заметил Луку, шагающего через вестибюль. В отличие от того дня, когда он заявился в поместье пару недель назад, сейчас он был «при параде»: в костюме и при галстуке. Волосы убраны, лицо — стоическая, непроницаемая маска.

— Точный до секунды, — произнес Теон, передавая документы для фейри.

Он был разочарован тем, что Тессы с ним нет, хотя именно этого и ожидал. Впрочем, он чувствовал ее. Словно она даровала им этот мимолетный отблеск своих эмоций, чтобы они могли присматривать за ней, когда не могут быть рядом физически. Он не слышал ее мыслей, но сама возможность чувствовать ее уже была чем-то важным. Пусть даже сейчас в ней бушевало одно сплошное смятение.

— Ты и сам знаешь, почему я прибыл впритык, — ответил Лука, просматривая бумаги. — Где ты их взял?

— Использовал связующего Акселя, — ответил Теон.

— Такера?

— Ага.

— А как насчет электронных реестров? — спросил Лука, убирая документы во внутренний карман пиджака.

— Корбин обо всем позаботился, — сказал Теон, ведя его к уединенному месту на станции, где оставил остальных. Нужно было как можно меньше мозолить глаза публике.

Лука кивнул:

— А Кэт? Она в состоянии это выдержать?

Теон помедлил:

— Мне нужно было, чтобы она пошла с нами. Она знает остров Экайян лучше нас всех, особенно катакомбы.

Лука снова кивнул, понимая все без слов. Ему пришлось приказать ей. На самом деле, уговаривать долго не пришлось, но и выбора он ей не оставил. Постоянные гневные взгляды Элизы ясно давали понять, что она об этом думает. Честно говоря, Теона больше беспокоило то, как все пройдет с Разиком и Элизой. Элиза — это полбеды. Но вот если Разик не будет обращаться с ней так, как здесь принято обращаться с фейри — это уже совсем другая проблема. Он наблюдал за ними достаточно долго, чтобы понять: он ни за что не станет проявлять к ней открытое неуважение.

А еще было очевидное напряжение между Разиком и Лукой, которое мгновенно сгустилось, стоило им показаться в поле зрения.

— Тесса не пришла? — спросила Элиза, когда они подошли ближе.

Теон вздохнул, потирая лоб.

К счастью, они забились в достаточно глубокую нишу станции, так что их никто не слышал.

— Не надо так, Элиза. Мы обсуждали правила поведения, — сказал Теон.

Она выгнула бровь.

— Правила поведения?

— Да, — отрезал Теон, потому что времени на это совсем не было. — Ты не имеешь права обращаться к Наследию, пока к тебе не обратились.

— Ты это серьезно?

— Я серьезно ко всему, что тебе сказал, — парировал он. — Стал бы я это говорить, если бы шутил? — когда она лишь испепелила его взглядом, он добавил: — Просто делай как Кэт. Справишься?

— Она справится и с большим, если ты продолжишь говорить с ней в таком тоне, — лениво вставил Разик.

— И ты, — Теон повернулся к нему. — Я знаю, что она твое близнецовое пламя, но если ты будешь относиться к ней как-то иначе, чем к фейри, это привлечет ненужное внимание. Нам нужно это время в библиотеках. Другого шанса не будет.

— И я полагаю, мне нужно следовать за тобой? — протянул тот.

— Нет, — сказал Теон, и уголок его рта дернулся в легкой усмешке, заметив его замешательство. — Ты будешь следовать за Лукой, потому что в ту секунду, когда мы выйдем отсюда, я буду вести себя как Лорд королевства Ариуса.

Он не дал никому шанса возразить. С него хватит пустых разговоров.

— Они пойдут за нами, — услышал он голос Луки, и мгновение спустя тот уже был рядом.

Разик тоже пристроился сбоку, и Теону это не понравилось — это было место Акселя. Может, они найдут что-то в катакомбах, что поможет и с этим дерьмом тоже.

— Приложите ладонь сюда и призовите силу, — распорядился представитель Наследия, когда они достигли платформы безопасности. Сверившись с экраном после того, как Теон выполнил требование, он произнес: — Проход для шестерых одобрен Леди Фархан. Верно?

— Верно, — нетерпеливо ответил Теон. — Но сегодня присутствуют только пятеро.

— Документы на фейри, — потребовал тот, протягивая руку.

Лука передал удостоверения Кэт и Элизы. Эта часть беспокоила Теона гораздо меньше, чем необходимость сканирования силы Разика. Корбину пришлось не просто взломать сеть, чтобы подсунуть фальшивки, но и проработать все до мелочей: имя, происхождение, образование, место жительства. Но даже это не заставило Теона так затаить дыхание, как момент, когда Разик положил руку на сканер. Они велели ему призвать самую малую искру огня, чтобы выдать его за Наследие Эйналы. Для Наследия не было редкостью работать в других королевствах по контракту, на это и был расчет. Хитрость заключалась в том, чтобы сканер распознал только пламя, а не его драконью суть — хотя Разик вряд ли мог их разделить.

Проверяющий на мгновение нахмурил брови, пока он изучал экран, затем его взгляд метнулся к Теону. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Теон позволил своей тьме вырваться на волю. Туман из тьмы пополз по полу, а в глазах закружились черные вихри. Мужчина сглотнул, перевел взгляд с Теона на Луку, а затем снова на Разика.

— Все в порядке, — наконец выдавил он. — Должно быть, какой-то сбой в системе.

Теон лишь коротко кивнул и прошел мимо платформы к порталам.

Спустя полчаса Кэт вела их между стеллажами катакомб. Это было то же здание, что и раньше, но другой сектор. Они разделились: Катя осталась с Разиком и Элизой, а Теон и Лука углубились на несколько рядов дальше.

— Как Тесса? — спросил Теон, изучая корешки книг.

— Ты чувствуешь ее так же хорошо, как и я, Теон, — буркнул Лука.

— Да, но как она выглядела?

— Усталой.

Теон подавил саркастичный ответ. Ему нужно было сосредоточиться на деле, но все мысли были только о ней.

Заставив себя отвлечься, он набрал несколько книг, даже не до конца понимая, о чем они.

— Встретимся у стола, — бросил он и направился к оговоренному месту в углу. Там их меньше всего могли побеспокоить.

Сбросив пиджак и закатав рукава рубашки до локтей, он сел. Если что и могло отвлечь его от Тессы, так это погружение в историю и теории. Он едва заметил, когда остальные присоединились к нему, и вскоре стол был завален тяжелыми томами, древними свитками и таким количеством книг, что часть пришлось сложить на пол. Катя предупредила, что так делать нельзя, но Теон принял волевое решение рискнуть и навлечь на себя гнев ученых.

Все было совсем не так, как в прошлый раз. Никто не разговаривал. Отчасти из-за дефицита времени, но больше из-за того нешуточного противостояния, что шло между Лукой и Разиком. Он был уверен, что Элиза и Разик общаются по связи, а не вслух, а Кэт была тихой и замкнутой, послушно переворачивая страницы и делая пометки. Теон знал, что их всех проверят после прошлого визита, и за каждым их шагом следят гораздо пристальнее. Он также отдавал Кэт любые тексты, требующие перевода, так как она справлялась с этим лучше него.

Не раз ему приходилось заставлять себя бросить чтение, когда он увлекался информацией, не относящейся к делу. Ведьмы. Пророчества. Видения. Это было их главной целью, но он просматривал и все, что касалось богов, особенно Первых и Богинь-Сестер — именно это заставило его наконец нарушить тишину.

— Через сколько времени после создания Деврама Серафина предала Ахаза? — спросил он.

Все оторвались от текстов. Ну, все, кроме Кэт.

— Не знаю, как давно это было, — ответил Разик, тут же возвращаясь к книге.

Но Элиза спросила:

— Что значит «Серафина предала Ахаза»?

— Когда был создан Деврам, Серафина была уже в брачном союзе с Ахазом.

— Брачный союз, — повторила она. — Это что-то вроде обручения?

— Это было деликатное соглашение, — пробормотала Кэт, все еще не поднимая глаз от чтения. — Первым не полагалось иметь общих детей. Судьбы дали пророчество, что это слишком сильно нарушит баланс.

— И нарушило, — вставил Лука. — Кто скажет, что у Ариуса и Серафины всего двое детей?

— Меня не это беспокоит, а то, что убедило Серафину выбрать Ариуса вместо Ахаза, — сказал Теон, пытаясь казаться равнодушным, но явно безуспешно, так как Лука откинулся на спинку стула.

— Ее видения, Теон, — сказал он. — Вот на чем нам нужно сосредоточиться.

— Я в курсе.

— Правда?

— Да! — огрызнулся Теон. — Но они — часть ее родословной. Там может что-то быть.

— Если хочешь копать под богов и богинь, обрати внимание на Зинту, — парировал Лука, возвращаясь к книге. — И выясни, кто или что это за Колдунья.

— Что ты только что сказал? — спросила Элиза, вскинув голову, ее глаза расширились.

Разик тоже поднял взгляд, и в редком порыве эмоций на его лице отразилась тревога.

Лука, явно сбитый с толку, ответил:

— Я сказал ему проверить Зинту.

— Нет, ты сказал что-то про колдунью, — настаивала Элиза.

— Это то, что Лилура сказала Тессе, — пояснил Лука. — Что некая Колдунья искажает ее видения.

— Колдунья или Чародейка? — спросила Элиза, в ее голосе зазвучала легкая истерика.

— А есть разница?

— Огромная!

— Успокойся, mai dragocen, — пробормотал Разик, поглаживая ее по волосам. — Мы не хотим привлекать внимание.

— Если это…

— Мы не знаем, — перебил ее Разик. Он повернулся к Луке. — Какими были ее точные слова?

— Именно такими. «Колдунья искажает твои видения», — ответил Лука.

— Может их быть несколько? — спросила Элиза, глядя на свое близнецовое пламя. Теон огляделся, проверяя, нет ли свидетелей этого разговора.

Разик задумчиво потер подбородок.

— Не вижу причин, почему бы и нет.

— Впервые в жизни жалею, что Сайруса здесь нет, — проворчала Элиза.

Разик усмехнулся.

— Я передам ему твои слова, когда вернемся.

Элиза одарила его скептическим взглядом.

— Может, кто-то из вас введет нас в курс дела? — спросил Теон, изрядно раздраженный. — У нас и так времени в обрез.

— В нашем мире есть запертое существо, — начала Элиза. — Она в заточении уже столетия. Она невероятно опасна и известна тем, что заключает сделки, извращая условия в свою пользу. Если она получит доступ к чьей-то крови, она может использовать ее не только для магии крови, но и чтобы проникнуть в разум. Она изменяла воспоминания до такой степени, что человек переставал понимать, где реальность, а где ложь.

Лука выпрямился.

— Она может менять воспоминания?

— Что совсем не то же самое, что искажать видения, — заметил Разик.

— Спасибо, капитан Очевидность, — сухо бросил Лука.

— Ты выглядел неоправданно воодушевленным.

— Искажение памяти не так уж сильно отличается от искажения видений, — протянул Лука.

— У нее была гримуар, — перебила Элиза. — Потомки Богинь-сестер могут создавать новые метки. Ее книга была полна их описаний, а также зелий, заклинаний и прочего.

— Была? — спросил Теон, зацепившись за слово.

— Скарлетт украла ее, — сказала Элиза. — Потом вернула. А потом хитростью заставила отдать обратно.

Ну конечно, эта безумная женщина затеяла смертельную игру с опасной Чародейкой.

— Но могла ли она влиять на Тессу из другого мира? — спросил Теон.

— Повторяю: менять память — не то же самое, что менять видения, — сказал Разик.

— Но если есть другая Колдунья… — подала голос Кэт. Она осеклась и встала. — Я скоро вернусь.

— Мне пойти с ней?.. — Лука посмотрел на Теона.

— Да, — ответил тот.

Лука тут же поднялся и последовал за фейри. Не потому, что за ней нужен был присмотр, а потому что Теон прекрасно знал, на что способно Наследие по отношению к фейри, оставшейся без сопровождения.

Повернувшись к остальным, он сказал:

— Вы серьезно не собираетесь обсуждать тот факт, что вы братья?

Элиза переводила взгляд с одного на другого, а Разик смотрел на Теона. И, боги, взгляд у него был точь-в-точь как у Луки. Непроницаемый, если не считать явного раздражения.

— Не думаю, что это твое дело, — холодно бросил Разик.

— А я думаю, что мое, — парировал Теон. — Потому что, хотя ты его кровный брат, я выбрал его своей семьей. Мы прошли через все вместе. Двадцать пять лет он верил, что он последний в своем роде. И тут появляешься ты — не просто Наследие Саргона, а его родной брат — и тебе плевать?

— У нас было очень разное воспитание. Тот мужчина, которого знал он, явно о нем заботился, но на меня ему было совершенно наплевать, — Разик вернулся к книге.

— И это не вина Луки, ты, придурок! — огрызнулся Теон.

Это заставило Разика снова поднять голову. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— И какое это будет иметь значение в итоге, лордик Ариуса?

— О чем ты?

— Ты хочешь, чтобы мы познакомились поближе и стали друзьями, притом, что я не собираюсь здесь оставаться? — спросил Разик. — То, что мы выстроим какие-то отношения, в конечном счете ничего не изменит.

Элиза молчала, опустив голову и впервые играя роль покорной фейри, но Теон знал, что она не читает книгу перед собой. Она ловила каждое слово, и теперь она его тоже бесила. У нее явно было влияние на этого мужчину, и она собиралась промолчать?

— Забудь, — бросил Теон, возвращаясь к своим изысканиям.

Больше никто не проронил ни слова, пока не вернулись Лука с Кэт. Она выглядела чуть больше похожей на себя. То самое знаковое возбуждение, которое Теон в ней знал, едва заметно вибрировало вокруг нее, хотя янтарные глаза все еще оставались тусклыми.

Положив на стол огромный фолиант, она раскрыла его. Он был написан на древнем языке, но Разик, судя по всему, его знал, так как она развернула книгу к нему. Теон узнал несколько слов, но недостаточно, чтобы бегло читать. Ему потребовалось бы время на перевод.

— Что это? — спросил Разик, пробегая глазами страницу.

— Книга из другого здания, — ответил Лука. — Поэтому мы так долго.

Теон вскинул взгляд на него.

— Они разрешили вам вынести ее из другого здания?

— Не совсем, — сказал Лука. — Но Кэт настояла, что это важно, так что нам пришлось… Переместиться.

— Потому что это действительно важно, — пробормотал Разик, уже полностью погрузившись в текст. — Ты все это читала, Кэт?

— Не целиком, но твое упоминание о Колдунье заставило меня вспомнить, — сказала она. Подойдя к столу, она протиснулась между Теоном и Разиком, которые склонились над книгой. Указав на абзац, она произнесла:

— Вот здесь. Но это слово другое.

— Элиза, мы знаем родословную Джаханнам? — спросил Разик, не отрываясь от чтения.

— Джаханнам — это та самая Чародейка в нашем мире, — пояснила Элиза, откинувшись на стуле и давая Разику делать свое дело. — Она одна из дочерей Зинты.

— Одна из? — спросил Теон.

— Богам тысячи и тысячи лет. Ты думаешь, у них всего по одному ребенку? — буркнул Разик.

— Сорин узнал, что Джаханнам лишь называет себя Чародейкой, — вставила Элиза. — Но среди богов Зинта известна как Колдунья, а Тайка известна как…

— Чародейка! — перебил Разик. — И согласно этому тексту, некоторые миры называют своих потомков именно так, особенно самых могущественных.

— Значит, это Зинта может влиять на ее видения? — спросила Катя, убирая кудри с лица.

— Она не может прийти сюда, — отрезал Разик.

— Нет, но разве ей нужно быть здесь физически, чтобы искажать видения? Уже доказано: то, что боги не могут сюда явиться, не означает, что они не могут вмешиваться, — возразил Теон.

— Но учитывая количество Наследия Зинты здесь, логично предположить, что найдется кто-то достаточно могущественный, чтобы его называли Чародейкой, — вставила Кэт. — Особенно учитывая то, как устраиваются брачные союзы.

— Верно, — согласился Теон, пытаясь перевести еще кусок. — Как думаете, у всех их потомков есть такие гримуары?

— У ведьм в нашем мире они есть, — подтвердила Элиза. — Особенно у сильнейших.

— Нам нужно забрать эту книгу с собой, — пробормотал Разик.

— Мы не можем украсть книгу отсюда! — в ужасе воскликнула Кэт.

— Она права. С острова Экайян нельзя выносить книги, — сказал Теон. — Здешним стражам разрешено убивать на месте за одну только попытку.

— Ладно, но в этой комнате два дракона, — заметила Элиза. Повернувшись к Луке, она добавила: — Разве ты не воруешь всякое дерьмо? Разик вот постоянно ворует миски.

— Я не ворую миски, — прорычал Разик. А затем добавил с ворчанием: — Эта книга гораздо больше миски.

Элиза закатила глаза, а Теон заметил:

— А в этом что-то есть. Очень знакомо звучит.

Лука одарил его недовольным взглядом, а Элиза повернулась к Разику.

— Как думаешь, сколько лет этой книге?

— Не смей! — рыкнул Разик.

Элиза провела пальцем по странице, и ее голос стал вкрадчивым.

— Похоже, она очень старая. Века и века. Может, еще до времен Деврама. Это делает ее невероятно ценной, правда?

— Клянусь Судьбами, Элиза, — снова прорычал Разик.

— И ты просто оставишь эту невероятно ценную вещь здесь? Где ее никто не ценит? — продолжала она.

— Это неправда… — начала было Кэт, но Теон прикрыл ей рот ладонью, заглушая слова.

Он прекрасно понимал, что делает Элиза, и им нужно было дать этому разыграться. Честно говоря, он удивился, что Лука еще не…

Книга захлопнулась с громким стуком, и Лука, притянув ее к себе, сунул под мышку.

— Я вообще-то читал! — сказал Разик опасным тоном, от которого магия Теона заворочалась в душе.

— А я ее краду, — ответил Лука. — Значит, теперь она моя!

Разик прищурился, а Элиза разразилась смехом. Когда гневный взгляд Разика переместился на нее, она ухмыльнулась:

— Свой шанс ты упустил.

Оттолкнув руку Теона, Кэт прошептала прерывистым голосом:

— Ты не можешь украсть эту книгу, Лука. Здесь повсюду стражи и заклятья. Тебя обязательно поймают.

— Однако именно ты настояла на том, чтобы я переместил ее в это здание, — парировал Лука, крепко прижимая фолиант. Он косился на брата, будто ожидая, что Разик попытается выхватить книгу из рук.

— Тут он прав, — вставил Теон.

Кэт резко повернулась к нему.

— Теон, ты же не серьезно позволишь ему украсть книгу, — прошипела она. — Тебе больше никогда не разрешат ступить на этот остров. Никому из нас!

Слегка шокированный ее тоном, Теон осторожно ответил:

— Они не смогут доказать, что это были мы. А когда закончим, мы ее вернем.

— А если нас поймают? — потребовала она ответа.

Боги, он никогда не видел ее такой взвинченной.

— Я все улажу, — сказал он.

— Тебе-то что, — бросила она. — Луке тоже ничего не будет. Разик и Элиза вообще из другого мира. А я… со мной церемониться не станут.

В ее глазах блеснули невыплаканные слезы. Теон знал ее не так давно, но понимал, что она не из тех, кто дает волю эмоциям.

— Ты думаешь, я не защищу тебя? — спросил он, наклоняясь, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Наследие постоянно приносит фейри в жертвы, — отрезала она. — Скажи мне, что ты сам так не делал раньше.

— То было другое.

— Чем же?

— Тем, что…

Теон не знал, как это объяснить. Она была права. Он приносил других в жертву ради своих целей. И не только фейри. Любого, кто вставал на пути. Все, чтобы доказать отцу, что он именно тот, кто ему нужен, и избежать подозрений. Он делал то, что должно, и делал это без тени сожаления. Это ничем не должно было отличаться, но… отличалось.

— Мы можем принести клятву на крови, — наконец сказал он. — Я поклянусь оберегать тебя от вреда и защищать.

Она нахмурилась.:

— Мне не нужна твоя клятва на крови, Теон, — ответила Кэт. — Дело не в том, что ты можешь мне дать. Дело в реальности этого мира. Они потребуют возмездия, и страдать буду я.

— Клянусь, этого не случится, — настаивал он.

— Если нас поймают, нас всех арестуют. Будет слушание в Трибунале. Тебя не убьют, потому что ты Наследник королевства Ариуса, или Лорд, или кто ты там еще, — заговорила Кэт быстро, пара слезинок все же скатилась по щекам. — Луку и Разика не убьют, потому что они Наследие Саргона. Элиза — близнецовое пламя Разика, и он вытащит ее из этого мира прежде, чем кто-то успеет хотя бы подумать о казни. Остаюсь я. Чтобы наказать тебя и твое королевство за нарушение договора, они заберут меня и убьют. Простую фейри огня, чье близнецовое пламя бросило ее здесь на произвол судьбы.

От недавнего веселья не осталось и следа. Теон не совсем понимал, что делает, но он протянул руки и притянул Кэт к своей груди, крепко обнимая. Это не было чем-то большим, чем попытка утешить. Раньше он так делал для Акселя, когда они были младше.

Она рыдала, его рубашка намокла от ее слез. Он погладил ее по волосам, поднял взгляд, встретился с глазами Луки и сказал коротко:

— Книга остается.

Спустя несколько часов, когда солнце уже село и они вернулись в поместье, Теон тихо постучал в дверь Кэт. Она открыла мгновение спустя; ее припухшие глаза говорили о том, что она снова плакала.

— Да? Чем могу помочь? — спросила она.

— Можно войти? — сказал Теон.

— Конечно, — она отступила, пропуская его. Закрывая дверь, она добавила: — Прошу прощения, что я не одета подобающим образом. Я не знала…

— Все в порядке, Кэт, — перебил он. — Я просто хотел узнать, как ты после сегодняшнего.

На ее щеках выступил легкий румянец:

— Я тоже прошу прощения за свое поведение и за то, что говорила с тобой в таком тоне, — пробормотала она, сцепив руки перед собой и глядя в пол.

— Я знаю, что все, связанное с Акселем, дается тебе тяжело, — сказал Теон. — Я работаю над тем, чтобы все исправить.

Она кивнула, по-прежнему не глядя на него:

— Это из-за него ты так поступил?

Сбитый с толку, Теон спросил:

— Что?

— Аксель, — пояснила она, наконец подняв взгляд. — Ты согласился оставить книгу из-за него? Подумал, что он расстроится, потому что считает меня кем-то важным?

— Ты и есть та, кто важен для Акселя. Поэтому он и ушел, — сказал Теон.

— Не бросают тех, кто важен, — ее голос стал тверже. — В этом нет никакой логики.

— Мы уходим, если это единственный способ обеспечить безопасность любимых, — возразил Теон. — Но отвечая на твой вопрос: нет, я сделал это не ради Акселя.

— Тогда почему?

— Наверное… — Теон потер затылок. — Мы провели много времени вместе за последние месяцы. Изучали архивы, пытались найти Акселя. Я считаю тебя… в смысле, я надеюсь, что мы в некотором роде…

— Друзья, — закончила она за него. — Ты считаешь нас друзьями?

Так ли это? Неужели это оно и есть? Долгое время были только он, Лука и Аксель. Все остальные были либо инструментами для достижения целей, либо теми, кто хотел использовать его.

— Да, — наконец ответил он. — Наверное, так и есть.

Она мягко улыбнулась.

— В таком случае, спасибо, Теон. Можешь подождать минуту?

Он кивнул, и она подошла к тумбочке. Вернулась она с книгой в руках — той самой, в которой они нашли информацию о близнецовом пламени.

— Можешь отдать это Разику? — спросила она. — Уверена, он расстроен тем, что не удалось украсть ту книгу с острова. Он сможет расшифровать записи быстрее, чем я. Единственная просьба — верните ее мне, когда закончите.

— Конечно, — сказал Теон, забирая книгу. — Тебе нужно что-нибудь еще на сегодня?

Она снова улыбнулась.

— Нет, думаю, мне просто нужно отдохнуть.

— Обращайся, если что-то понадобится. И знай: Аксель не оставил тебя одну.

Ее улыбка дрогнула.

— Я ценю это, Теон.

— Ты знаешь, где меня найти.

— Да, спасибо, — прошептала она.

Он оставил ее одну, не желая делать ситуацию еще более неловкой. Остановившись у комнаты Разика и Элизы, он постучал. Открыл Разик. Теон ничего не сказал, просто поднял книгу, которую дала Катя. Разик тоже промолчал, лишь отступил в сторону, впуская его.

— Элиза уже легла, — сказал Разик, закрывая дверь.

— Ничего. Я заходил к Кэт, она сказала, мы можем одолжить это, — Теон протянул книгу.

Разик взял ее, пролистывая страницы.

— Здесь есть информация, которую не так просто найти.

— Я так и думал, — сказал Теон, подходя к бару в комнате. — Будешь?

Разик утвердительно усмехнулся, и Теон налил два бокала. Он сел в кресло, а Разик устроился на диване. Положив книгу на низкий столик, он продолжил листать ее, потягивая напиток. Теон взял другую книгу и сделал то же самое. Все равно он бы не уснул. В тот момент, когда Лука переместился обратно к Тессе, ее щиты снова встали на место. По крайней мере, он успел передать через Луку новости о Роане.

— Значит, вы с Элизой делите и связь Источника, и близнецовое пламя, — сказал Теон спустя добрый час.

— Да, — ответил Разик, не поднимая глаз от страницы. — По сути, это то же самое, что и ваши метки Источника, нет?

Эти слова заставили Теона медленно поднять голову.

— Не считая того факта, что здесь такие метки навязываются фейри силой, искажая их изначальный смысл. За это приходится платить. С магией крови не шутят, а это, похоже, все, чем занимался Деврам.

— С этим я согласен, — сказал Теон. — Но могли ли другие сделать то же самое в другом месте? С другими связями?

— Другими связями? — повторил Разик.

— Ты не убедишь меня, что других типов связи не существует, — сказал Теон. — Во всех мирах и среди всех звезд — неужели нет ничего больше? Только два вида?

Разик откинулся на спинку, потирая челюсть.

— Резонно.

— Ты никогда не встречал ничего подобного в своих книгах?

— А ты? — парировал Разик.

— Нет, но мои ресурсы явно не так обширны, как твои, — ответил Теон.

— Есть «родственные души», — заговорил Разик. — Связь между близкими душами, которая носит чисто платонический характер. Это те, кто понимают друг друга на глубочайшем уровне, но романтического влечения между ними нет. Близость глубже, чем дружба. На уровне души. У Скарлетт такая связь с ее Хранителем и еще с одним человеком в нашем мире, а у меня — с ее братом.

— Значит, это не мой случай с Тессой, — сказал Теон.

— Ты пытаешься разобраться в том, что между тобой и Тессой?

— Я знаю, что мы не можем быть близнецовым пламенем, но нас тянуло друг к другу еще до того, как на ней появилась метка. Луку тоже, но ни одни из обсуждаемых уз под это не подходят, — сказал Теон.

— Возможно, это просто сильное влечение, — предположил Разик.

— Это должно быть нечто большее.

— Должно быть или ты хочешь, чтобы так было?

Скорее, ему это было жизненно необходимо, но признавать это вслух он не хотел.

— Она ненавидела Наследие еще до того, как я сделал ее своим Источником, — сказал Теон. — Обычное влечение этого не объясняет. Как и то, почему меня потянуло к ней в ту самую секунду, когда я увидел ее фото. То же самое было и с Лукой.

— Луку тоже к ней тянет? — спросил Разик.

Теон кивнул, вставая, чтобы обновить напиток.

— Он не говорил мне об этом прямо, но его щиты пару раз давали осечку. К тому же я знаю его достаточно долго, чтобы видеть знаки.

— И тебя это устраивает?

Теон ответил не сразу. Лед звякнул, упав в стакан, прежде чем он плеснул туда алкоголя.

— Мы несколько раз делили партнеров в прошлом, но то было лишь физическое влечение. Здесь все иначе.

— И тебя это устраивает? — повторил Разик.

Теон обернулся к нему. Он и сам не понимал, как оказался втянут в этот разговор, но обнаружил, что ему приятно поговорить с кем-то, пока Лука и Аксель далеко.

— Не знаю, — наконец признался он.

Разик снова взял книгу.

— Значит, ты хочешь найти информацию о других узах, чтобы обосновать свои права на нее перед ним?

— Что? Нет, дело не в…

А в чем тогда?

Он искал объяснение этого притяжения, да. Возможно, пытался убедить ее, что это действительно нечто большее, чем просто Метка, как он всегда и говорил. Но что, если Лука заявит на нее те же права? Лука был верен до мозга костей, но Теон знал: чем больше времени тот проводит с ней, тем труднее сопротивляться притяжению. Что если Лука решит перестать сопротивляться? Устроит ли это Теона в итоге?

— Я посмотрю, что смогу найти о других типах связей, — сказал Разик после нескольких минут тишины. — А также о видениях Тессы.

— Жаль, что мы не можем поговорить с той Чародейкой из вашего мира, — задумчиво произнес Теон.

Разик издал безрадостный смешок

— Даже если бы могли, цена была бы непомерной. Не думаю, что кто-то еще рискнет заключить с ней сделку.

— «Еще»?

— Это было необходимо, но дорого обошлось, — ответил Разик. — Но мы упускаем очевидный ресурс. Почему мы не спрашиваем об этом Сиенну и Тристина?

— Они очень осторожны в том, что раскрывают, — пояснил Теон. — Они боятся искушать Судьбы и всегда твердят, что мы должны задавать правильные вопросы.

— Тогда нам лучше поскорее понять, в чем заключаются эти вопросы. У нас заканчивается время, — сказал Разик, возвращаясь к чтению.

Теон уже понял, что это был его способ закончить разговор.

Но он ошибался.

Время у них не заканчивалось. Они уже жили взаймы, и Судьбы скоро придут за долгом.