ГЛАВА 10. Тесса

Она выскользнула из постели, не проронив ни слова и не оглянувшись. Она знала, что он не спит. Лука всегда просыпался раньше нее и обычно уже делал дела по комнате к тому моменту, как она открывала глаза. Но не этим утром. Он все еще лежал там, позволяя ей прижаться к своему боку, и… боги… она выспалась. Глубокий сон без сновидений и видений. Он остался в постели ради нее, и ей не хотелось задумываться, почему.

Или о том, как ее живот делает непозволительные вещи, стоит ей подумать об этом слишком долго.

Но ей нужно было встать и вернуться в свою комнату до того, как появится Орэлия, как та делала каждое утро.

Сделав успокаивающий вдох, она вызвала портал и шагнула в него. В груди щемило от того, что он даже не попытался ее остановить, но она списала это на связь.

Потому что ей было плевать.

Сбросив ночную одежду на пол, она сняла резинку с волос и провела по ним рукой. Она чувствовала себя более собранной. Менее хаотичной. Более сбалансированной.

Полагала, что полноценный ночной отдых именно так и действует на всех живых.

Она сделала всего пару шагов к ванной, когда голос заставил ее подпрыгнуть, а сердце — подлететь к горлу.

— Так вот чем ты теперь занимаешься?

Она резко обернулась, прижав руку к груди.

— Боги, Декс, — выдохнула она. — Что ты здесь делаешь? Да еще и в темноте?

— Я надеялся доказать Орэлии, что она ошибается. Но в этом вся ты, — ответил он из кресла. Свет не горел, но камин все еще слабо тлел, отбрасывая пляшущие тени на его лицо.

— О чем ты говоришь? — спросила она.

— На тебе его рубашка, Тесса, — сказал он с многозначительным взглядом.

Она посмотрела вниз, внезапно вспомнив, что на ней все еще рубашка Луки. Она доходила ей до середины бедра и была застегнута лишь наполовину. Ровно настолько, чтобы прикрыть грудь.

Запахнувшись плотнее, она поджала губы, отказываясь смотреть на Декса.

— Что ты делаешь, Тесса? — потребовал он, поднимаясь на ноги.

Он обогнул диван и остановился перед ней. Его безупречно белая рубашка была заправлена в темные брюки.

И почему он уже одет?

Солнце еще даже не взошло.

— Что ты делаешь? — повторил он.

— Если тебе так важно знать, я шла в ванную, — ответила она, указывая на дверь в другом конце комнаты.

Декс закатил глаза.

— Что у тебя с ним? Именно поэтому мы не хотели, чтобы ты вообще его видела. А потом ты сказала ему, что он может остаться?

— Я ничего ему не говорила, — огрызнулась она, тыча пальцем ему в грудь. — Рордан сказал, что он может остаться здесь. Не я.

— Если бы ты позволила мне разобраться, когда он появился, ничего этого не случилось бы, — парировал он. — Как тебе удается портить все и вся каждый гребанный раз?

Она издала резкий смешок недоверия и отступила на шаг.

— Ты хочешь сказать: почему тебе всегда приходится за мной все убирать, верно?

— Это не…

— К твоему сведению, здесь нечего убирать! — перебила она. — Я ничего не испортила. Если только есть вещи, о которых ты мне не рассказал? В таком случае: сам виноват, что скрывал их от меня.

— Ты упускаешь суть, Тесса, — прорычал Декс, потирая переносицу.

— Нет, это ты упускаешь суть! — возразила она. — Как я узнаю, что я что-то порчу, если я даже не знаю, что здесь можно испортить?

— Тебе просто нужно доверять нам, — сказал он, в разочаровании вскидывая руки.

— Ты знаешь, что я никому не доверяю слепо.

— Я не «кто-то», — выплюнул он. — Или не был им, пока не появился он.

— Теон здесь ни при чем, как и Лука.

Он издал издевательский смешок.

— На тебе его гребанная рубашка, Тесса.

— Мне нужно было поспать, Декс! Я не могла уснуть с тех пор, как приехала сюда! — закричала она.

— Ты пила чай, который советовал Лорд?

— Я…

Она замолчала, потому что не пила его уже несколько ночей. Конечно, когда она его пила, она спала, но это не был отдых. Напротив, проснувшись, она чувствовала себя еще более разбитой. Сны были ярче, интенсивнее, и после них она чувствовала себя совсем не в своей тарелке.

— Так я и думал, — съязвил Декс. — Мы пытаемся помочь, но ты не позволяешь. Вместо этого ты возвращаешься к ним. Ты забываешь о своей цели…

— Я ничего не забыла! — выплюнула она, упираясь ладонями в его грудь и сильно толкая.

Ее сила вышла наружу, отбросив Декса назад. Вот только она не контролировала ее, в чем и обвинял ее Лука. Ее саму отбросило назад той же силой. Звук ударов тел о мебель эхом разнесся по комнате. Она судорожно вздохнула, когда боль пронзила позвоночник и отдалась в руках. Тессе потребовалось несколько мгновений, прежде чем она смогла подняться на колени.

Она увидела, что Декс уже встал на ноги и идет к ней. Его рубашка была разорвана от всплеска неожиданной силы, а темно-каштановые волосы растрепались.

— Тесси, — вздохнул он. — Ты в порядке?

Он протянул руку, помогая ей встать.

— Я в норме, — пробормотала она, вырывая руку из его хватки и одергивая рубашку Луки.

Он взял ее лицо в ладони, заставляя поднять голову. Она посмотрела в темные глаза, которым когда-то доверяла больше всего на свете.

Когда все изменилось?

Когда она начала подозревать его больше, чем верить в то, что он желает ей только лучшего?

— Последние несколько лет я говорил тебе быть той, кем они хотят видеть тебя сейчас, чтобы ты могла стать той, кем тебе суждено быть позже, — сказал он. — Это «позже» настало, Тесси. Ты знаешь свою цель. Сосредоточься на ней. А об остальном позволь беспокоиться нам.

— Ты всегда знал? — спросила она плоским, монотонным голосом.

— Знал что? — спросил он, заправляя прядь ей за ухо.

— Обо мне.

Он помедлил, его пальцы все еще были в ее волосах.

— Я всегда знал, что ты предназначена для большего, Тесси. Мне просто нужно было, чтобы ты тоже в это поверила.

— Но знал ли ты о моем происхождении? — настаивала она. — О моей силе? О том, кто я такая? Что во мне кровь Ахаза и… что я — вот это?

Его глаза сузились.

— Ты знаешь свою родословную, Тесса?

— А ты?

— Только то, что знает Лорд Джоув, — ответил он. — Верил ли я всегда, что ты нечто большее? Да. Но я не мог знать, насколько, пока твоей силе не позволили проявиться. И я был прав, не так ли?

— Наверное, — пробормотала она.

— Так сосредоточься на своей судьбе, Тесса.

— Ладно, — сказала она, отводя взгляд.

— И стоит судьба не с ними. Я думал, ты это приняла.

— Приняла.

— Тогда начни вести себя соответственно! — сказал он, и его тон снова ужесточился, когда он убрал руки.

Она сердито посмотрела на него.

— Убирайся, Декстер.

— Прими душ и смой с себя его запах, — парировал он, направляясь к двери. — Завтрак скоро будет готов.

Она смотрела ему вслед. Спина его белой рубашки была разодрана еще сильнее, чем на груди. Когда дверь за ним захлопнулась, она пересекла комнату к лежащему на полу грязно-белому перу. Подняв его, она провела пальцем по мягким бородкам.

Один раз. Другой.

Она взяла его с собой в ванную, вертя в руках и изучая. Только когда она была готова зайти в душ, она осторожно отложила его на столешницу и расстегнула пуговицы на рубашке Луки. Она сложила ее и припрятала в глубине шкафа для белья. Закрыв дверцу, она почувствовала его через связь.

Не Луку.

Теона. То же нерешительное прикосновение, которое она чувствовала в ночь, когда издевалась над ним.

По какой-то непонятной причине, а скорее всего, назло всему, за что Декс только что ее отчитал: она ответила.

— Что? — потребовала она.

— Я почувствовал тебя несколько минут назад. Ты в порядке?

Прошло несколько дней с тех пор, как она слышала его голос, и звук его в ее сознании заставил связь немедленно натянуться и заныть так, как она не чувствовала с той ночи. Сон рядом с Лукой успокоил одну часть, но эту другую? Она всегда будет желать Теона, пока не найдет способ разорвать их связь.

— Тесса? Ты ранена? — его голос раздался снова, но все, о чем она могла думать — это обвиняющие слова Декса о том, что он прав. Она теряет сосредоточенность на своем деле.

Восстановить баланс.

Исполнить предназначение.

Навсегда покинуть этот гребанный забытый мир.

— Ответь ему, искусительница! Или я через минуту буду выламывать твою дверь, чтобы лично убедиться, что ты не умираешь, — раздалось по связи грубое рычание Луки.

— Не утруждайся, — парировала она. — Меня здесь уже не будет.

— Значит, ты не ранена? — спросил Теон, и голос его звучал… отстраненно?

Чем он занимался?

Это не имело значения.

Ей должно быть плевать.

— Нет, я не ранена, но даже если бы и была — я больше не твоя забота, — огрызнулась она в ответ.

Тишина затянулась так надолго, что она подумала, не сдался ли он наконец. Но потом…

— Ты забыла, — сказал Теон.

— Забыла что?

— Что я всегда буду сражаться за тебя. Ты навсегда останешься моей.

Она спускалась по прохладным ступеням из белого мрамора, ведя пальцами по стене. Сферы золотистого света освещали ей путь, Роан и Найла трусили рядом. Они были утешительным присутствием в хаосе ее мира.

Тесса приняла душ и оделась. Не в тренировочную одежду, как от нее ожидали, а в легинсы и мягкий серый свитер. На мгновение она подумала снова надеть рубашку Луки, просто чтобы досадить Дексу. Но его запах отвлекал бы ее от того, что она должна была сделать сегодня.

Орэлия так и не появилась в ее комнате. Тесса могла лишь предположить, что Декс велел ей этого не делать. Она заметила, как он замер с куском во рту, когда она вошла в столовую: босая, бесшумная, с распущенными и все еще влажными волосами.

Тесса также заметила, что он сидел за столом, а рядом стояла тарелка, заранее наполненная для нее. Рордана не было, но был Дагиан. Саша, его Источник, сидела рядом, не отрывая глаз от еды. Наследник Ахаза не проронил ни слова за весь завтрак. Все молчали. Напряжение в воздухе было густым, и когда Тесса извинилась, съев всего пару кусочков, никто не попытался ее остановить.

Следующим пунктом в ее новом распорядке дня обычно была тренировка с Одессой, но сегодня она не собиралась идти тренироваться с Лукой. Она могла провести с ним всю ночь в одной постели, но все еще была в ярости из-за того, что он пошел к Рордану не сказав ей. Если он думал, что она просто примет это навязанное соглашение, он глубоко заблуждался.

Подняв руку, она извлекла перо из вихря света, вращая стержень между большим и указательным пальцами. Она миновала несколько стеклянных камер, большинство из которых пустовало, прежде чем остановиться перед камерой Вальтера.

Волосы Лорда стали немного длиннее, и теперь он еще больше напоминал своего младшего сына, чем старшего. Его темно-ореховые глаза яростно смотрели на нее с маленькой койки. Кандалы на запястьях сделали кожу вокруг красной и содранной, и ее губы тронула улыбка при виде этого. У него было чуть больше места для движений по сравнению с пленником в конце коридора. Вальтер мог хотя бы мерить шагами свое небольшое пространство, а ведро для испражнений стояло на другом конце камеры.

— Где Эвиана? — потребовал Вальтер, все еще говоря тоном Лорда, которым он больше не являлся.

— Я уже сказала тебе, что с ней все в порядке, — ответила Тесса, склонив голову и продолжая вращать перо. — Я знаю, что ты можешь с ней общаться.

— Я хочу ее видеть, — ответил он.

Она издала короткий смешок.

— И подпитываться от нее в бесполезной попытке выбраться из этой камеры? Я тебя умоляю, я не настолько идиотка.

— То, что я делаю со своим Источником, тебя не касается! — парировал он.

— Очевидно, касается, раз я могу решать, увидишь ты ее или нет, — сказала Тесса. — Ты знаешь, что это такое?

Взгляд Вальтера метнулся к перу, которым она помахивала перед стеклом, но он ничего не сказал.

— Полагаю, мой вопрос должен звучать так: знаешь ли ты о каких-либо существах с пернатыми крыльями? Существах, которые могут скрывать свои крылья так же, как ты свои?

Он одарил ее мрачным, сухим взглядом.

— Неужели ты настолько глупа?

— Нисколько, — ответила она с приторной улыбкой. — На самом деле, твой сын считает меня довольно умной.

— Тогда с какой стати ты ждешь, что я отвечу на вопрос, если ты не даешь мне увидеть Эвиану? Это вопрос переговоров, Тессалин, — сказал он.

Найла издала низкое рычание на его тон. Нечто среднее между угрожающим и надменным, а Роан прижался к ее ноге.

— Переговоров, — повторила она, отправив перо прочь своей магией и приложив ладонь к стеклу камеры.

Оно мерцало, свет и энергия плясали по панели, но она впитывала их, стягивая все в пространство под ладонью.

— Ты хочешь что-то взамен?

— Да! — прошипел Вальтер. — Я хочу видеть Эвиану.

— Это невозможно, — ответила Тесса с притворным сочувствием, пока сила продолжала скапливаться под ее рукой.

— Что ты делаешь? — спросил Вальтер, его взгляд метнулся к разрастающейся магии.

— Честно говоря, я и сама не уверена, — ответила она, склонив голову и наблюдая за ростом силы.

— Прекрати немедленно! — потребовал он.

— Это и есть часть переговоров?

— Что? Нет. Это…

Она мрачно улыбнулась, когда он замолчал.

— Я ничего не знаю об этом гребанном пере, — сказал Вальтер, не отрывая взгляда от места, где ее рука соприкасалась со стеклом камеры.

— О, ну тогда ладно, — прощебетала она. — Думаю, кто-то другой здесь сможет ответить на эти вопросы. Мне нужно знать об Акселе.

— Аксель? — повторил Вальтер.

— Да, — протянула она. — Знаешь, тот самый твой другой сын?

— Что тебе от него нужно?

— Я не думала, что ты настолько забывчив, учитывая, какую обиду ты таил десятилетиями, — размышляла она.

Она напрягла пальцы на стекле, и магия содрогнулась от этого движения. Глаза Вальтера расширились, а лицо побледнело.

— Так что? — настаивала она.

Его взгляд метнулся к ней, но тут же вернулся к стеклу. Тогда она прижала и вторую ладонь к гладкой поверхности.

— Что ты делаешь? — повторил он.

— Ты и правда рассеян, не так ли? Я уже сказала тебе, что понятия не имею, к чему это приведет, как и говорила раньше, что стану погибелью всего твоего рода. Это включает и Акселя, а мне сказали, что ты где-то его прячешь, — сказала Тесса.

Сила в ее венах вибрировала от дополнительной магии, которую она в них вливала.

— Я не скажу тебе, где он, только чтобы ты могла его убить, — сказал Вальтер с легкой дрожью в голосе.

— Можно подумать, ты любящий и заботливый отец, — саркастично заметила она, чувствуя, как сила искрится в ее глазах. — Он нужен тебе только как рычаг давления.

— Который у меня сейчас и есть! — ответил он, вскинув подбородок. — Ты только что дала мне преимущество.

— Нет, мой свергнутый Лорд, — сказала она тоном холодным, как смерть и тьма, которую она ненавидела. — Преимущество все еще у меня!

Резким толчком силы свет и энергия, которые она копила, преломились сквозь стекло и ударили прямо в его камеру. Лучи магии вырвались наружу, поражая Лорда Ариуса со всех сторон: они рикошетили от стекла и мрамора.

По правде говоря, она не знала, что произойдет, когда приложила руку к этому стеклу. Она не знала, что делает; она никогда не знала.

Импульсивная.

Неконтролируемая.

Дикая.

Этого от нее ждали, и она продолжала этому соответствовать.

Крики агонии Вальтера по ту сторону стекла только подпитывали ее. Сердце колотилось от прилива адреналина: кто-то столь могущественный был в ее власти. Тот, кто требовал запереть ее в клетку. Приручить. Тот, кто предлагал использовать ее для заключения сделок и верил, что ее единственное предназначение: служить у ног Наследия.

Когда зачарованная камера поглотила последние остатки ее силы, она увидела его на полу, сжавшегося в комок. Одежда была в дырах, на штанах и рубашке виднелись темные пятна от порезов на коже.

Снова поднеся руку к стеклу, она постучала пальцами по поверхности.

Один раз.

Второй.

Третий, прежде чем снова плотно прижать ладонь. Энергия немедленно устремилась к ней.

— Не надо! — выдохнул Вальтер, пытаясь приподняться на руках.

Даже отсюда она видела, как дрожат его руки от этого усилия.

Убрав руку, она спросила спокойным, собранным тоном:

— Где Аксель?

— Мои советники забрали его! — тяжело дыша, ответил он. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, словно его вот-вот вырвет.

— Куда забрали?

— В Подземелье.

— Куда именно в Подземелье? — жестко спросила она, проводя пальцем по стеклу.

Но Вальтер покачал головой, сплевывая кровь на пол.

— Я не…

— Не смей говорить, что не знаешь! — отрезала она, и разряд силы ударил в камеру.

Он попал Вальтеру в бок, в то самое место, куда он когда-то ударил Теона кинжалом. Вальтер снова рухнул лицом вниз, ударившись подбородком об пол. Тесса услышала его проклятие, когда он прикусил губу.

— Ты скажешь мне, мой свергнутый Лорд. И знаешь почему? — она не дала ему ответить. — Потому что ты ценишь собственный комфорт и безопасность выше жизни своего сына. Ты скажешь мне, потому что предпочтешь, чтобы я нашла его, прекрасно зная, что это будет концом его жизни. Сам ты уж точно не будешь терпеть боль ради его спасения.

Вальтер снова покачал головой, с трудом поднимаясь на четвереньки.

— О да. Потому что ты все еще думаешь, что найдешь выход. Все еще думаешь, что сможешь победить. Ты сидишь в этой камере дни и ночи напролет, планируя и замышляя. Но вот тебе секрет, Вальтер, — промурлыкала она, подходя к стеклу вплотную, что на нем осталось пятно от ее дыхания. — У меня больше нет души. Я больше ничего не чувствую, и в отличие от тебя, я не боюсь умирать.

Тесса с силой ударила ладонями по стеклу, высвобождая силу. Свет в камере стал таким ослепительным, что она больше не видела Лорда Ариуса, но чувствовала, как ее сила пирует. Она чувствовала, как та проникает в его душу, зарывается глубоко и забирает, забирает, забирает.

Роан и Найла вскочили на лапы: один рычал, другая издавала тихий, жалобный скулеж.

Прошли считаные секунды, прежде чем Вальтер закричал, и что-то в глубине ее сознания подсказало, что убивать его нельзя. Не сейчас. Он им еще нужен.

Она оттянула силу назад, оставив Вальтера задыхаться посреди камеры. Его рубашка превратилась в лохмотья, торс был покрыт глубокими порезами и ожогами.

— Тебе есть что сказать мне? — спросила она, постукивая пальцем по стеклу.

Вальтер вздрагивал от каждого стука, и от каждого его содрогания ее улыбка становилась шире.

— У меня есть место в Свободном районе. Я плачу Альфе и Бете достаточно, чтобы купить их молчание. Тебе придется заплатить им больше за их предательство, — ответил Вальтер. Затем он резко повернулся, его глаза были полны ненависти, когда он добавил с усмешкой: — Удачи!

— Спасибо, — ответила она, ведя пальцами по панели и делая несколько шагов прочь. — Скоро увидимся, Вальтер!

Она оставила его там, не заботясь о том, получит ли он помощь. Кандалы не давали ему исцелиться самому, так что понадобится Целитель. Это была чужая проблема.

— Тесса, ты где? — раздалось рычание Луки в связи.

Должно быть, ее щиты соскользнули, пока она была… занята.

— Тебя это не касается, — ответила она, продолжая путь по коридору. — Разве сейчас не твое обычное время для тренировок?

— Обычное, но благодаря тебе у меня больше нет ученицы. Тесса…

Предупреждающий рокот в его голосе заставил ее едва не споткнуться на ровном месте, а в животе снова начались те самые непозволительные вещи.

— Ты сказал, что меня должен тренировать кто-то, чей уровень силы близок к моему. Пока такой специалист не найден, у меня есть дела поважнее.

— Тесса… когда я тебя найду…

Но она отсекла его, с силой вернув щит на место, и остановилась перед последней камерой слева.

Он сидел там же, где и в прошлый раз, когда она спускалась сюда. Длинные каштановые волосы спускались ниже плеч, все такие же спутанные. Щетина стала чуть длиннее, но ненамного. Он был без рубашки, и она видела Метки, идущие по всей длине его левой руки. Массивное ониксовое кольцо на пальце резко контрастировало с ошейником из чистого белого камня на шее, золотые вкрапления которого мерцали в слабом свете камеры.

И его сапфировые глаза уже были прикованы к ней.

С преувеличенным изяществом она опустилась на пол, сев на то же место, что и в прошлый раз. Мужчина вскинул бровь, его губы дрогнули. Он явно сдерживал ухмылку.

Совсем как кое-кто другой.

Роан устроился рядом, положив голову ей на колени, но Найла мерила шагами пространство перед камерой, принюхиваясь к полу, словно что-то искала.

— Как ты оказался в этой камере? — спросила она, перебирая пальцами шерсть Роана.

Мужчина долго смотрел на нее, прежде чем наконец произнести:

— Я слышал, как ты пытала Лорда Ариуса, а теперь ты пришла ко мне за светской беседой?

— Это проблема? — бросила она вызов.

Мужчина пожал плечами.

— Зависит от твоих мотивов.

— Я собираю валюту, — ответила она, откинувшись на руки.

— И что же ты узнала?

Тесса пожала плечами и подняла руку, извлекая перо из вихря золотистого тумана.

— Ты знаешь, у каких существ могут быть пернатые крылья?

Мужчина вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

— Лорд Ариуса был прав. Ты совсем не умеешь вести переговоры, — сказал он, откинув голову к стене.

— Лорд Ариуса сейчас истекает кровью в агонии от того, что мой свет вырвал кусок его души из вен, — огрызнулась она, подаваясь вперед. — Я прекрасно умею вести переговоры.

Мужчина медленно опустил подбородок, его взгляд снова встретился с ее взглядом.

Тесса откашлялась, проводя кончиком пальца по бородкам пера.

— Я прекрасно понимаю, что такие методы вряд ли подействуют на тебя.

— Потому что ты умная — как она, — ответил он.

Она замерла на этом замечании, но заставила себя сосредоточиться на задаче.

— Я верю, что мы можем прийти к… своего рода соглашению, — продолжила она.

— И с чего бы мне заключать с тобой соглашение? — спросил он, сузив глаза.

— Потому что в отличие от Лорда Ариуса и того разговора, который ты так невежливо подслушал…

— Здесь довольно трудно чего-то не услышать, — перебил он.

— В любом случае, я рискну предположить, что в отличие от Лорда Ариуса, ты — честный отец, — продолжала она, вертя перо в руке.

Она видела это боковым зрением. Видела, как мужчина замер.

— Я воображаю, что в то время, как Вальтер выдал свои секреты, чтобы обречь сына и спасти себя от небольшой боли, ты сделаешь ровно наоборот. — Она подняла на него взгляд. — Я права?

Мужчина ничего не сказал, но жесткий взгляд был достаточным ответом. Если бы она еще хоть что-то чувствовала. Она бы, наверное, съежилась под этим взглядом. Жаль, что она была так же лишена души, как только что сказала Вальтеру. Это было напоминанием и ей самой, и всем остальным.

— Чудесно! Я привлекла твое внимание, — сказала она, поворачиваясь так, чтобы сидеть на коленях. — Но чтобы мы точно понимали друг друга: я сплю рядом с ним. Я уберегла его от того, чтобы он был заперт в одной из этих камер, хотя признаю — это было потому, что я не могла допустить, чтобы он узнал о тебе прямо сейчас. Теперь я — его защита в этом месте.

— И если я дам тебе информацию, ты проследишь, чтобы моему сыну не причинили вреда? — сказал мужчина, сжимая руки в кулаки на бедрах.

— Если ты дашь мне точную и правдивую информацию, — подчеркнула она. — Тогда да, я согласна оберегать твоего сына от вреда в меру своих возможностей. По рукам?

Сапфировые глаза впились в ее глаза. Найла все еще обнюхивала пол у основания его камеры, а Роан поднял голову, глядя на мужчину.

— Это Сделка! — сказал он.

И Тесса почувствовала, как слова отпечатываются на ее коже. Повернув запястье, она увидела метку на внутренней стороне.

— Ты все еще на пути разрушения, — мрачно сказал мужчина, изучая свою новую Метку.

Она одарила его злорадной улыбкой, и ее голос прозвучал с тем самым жутким звоном:

— Если это мое разрушение, то я позабочусь о том, чтобы мир сгорел вместе со мной.