Глава сорок третья

Новалис была в объятиях Ашера. Она была в безопасности, и сейчас только это имело значение.

Ашер понятия не имел, какого чёрта она вообще думала, перелезая через балкон в свадебном платье, босиком, без кого-либо внизу, кто мог бы её поймать. Связанные между собой портьеры заканчивались примерно в восьми футах над землёй, и падение с такой высоты было далеко не безобидным. Она могла переломать себе не одну кость. Ашер собирался эффектно войти в тронный зал, объявить о своей любви к ней и заявить, что готов сражаться за её руку.

Но потом он увидел её, висящую на этой самодельной верёвке и кричащую что-то своему брату наверху, и все его планы вылетели в окно.

В самом буквальном смысле.

Новалис посмотрела на него снизу вверх, обвивая руками его шею.

— Ты вернулся за мной.

Он наклонился, коснувшись кончиком носа её носа.

— Я никуда и не уходил.

— Файрбейн.

Ашер резко поднял голову, встретившись взглядом с потемневшими глазами Дрейка через полутёмный двор. Тот стоял, скрытый тенями у входа во дворец, а позади него уже собиралась толпа зрителей. Среди них выделялась Сайра, её лицо оставалось совершенно непроницаемым. Он не знал, расстроена она, в ярости или напугана. Ему вовсе не хотелось, чтобы она была здесь и стала свидетельницей его смерти. Но, наверное, она должна была понимать, что на этот раз он поступает правильно… впервые.

Семья Новалис подошла ближе, проталкиваясь вперёд, а вслед за ними подтянулась почти вся знать Эйрамира. По обе стороны от королевы Эловин и принца Аспена стояли стражники. Их лица были почти зеркальным отражением друг друга: суровые, но с едва уловимым любопытством.

Что ж, по крайней мере, он умрёт при полном собрании зрителей.

Королева обошла Дрейка и выступила вперёд.

В тот же миг по всему двору вспыхнул фейский огонь, разгораясь в фонарях так ярко, что его можно было принять за рассвет.

— Лорд Файрбейн, — королева Эловин сложила руки перед собой. Величественная и властная, она заговорила так, что её голос разнёсся в ночной тишине, и его услышали все. — Вы ведь осознаёте последствия вмешательства в свадебную церемонию, не так ли?

Медленно Ашер опустил Новалис на землю. Её маленькие ладони сжались в кулаки, вцепившись в его рубашку.

— Осознаю.

— Эш, — взмолилась Новалис едва слышным шёпотом, предназначенным только ему. — Не делай этого.

— Я не позволю ему забрать тебя, — Ашер взял её руки и поцеловал костяшки на каждой из них. — Ни сейчас. Ни когда-либо.

— Правда не понимаю, почему ты раздуваешь из этого такую трагедию, Файрбейн. — Дрейк засунул руки в карманы брюк, и окружавшие его тени расползлись ещё шире. — Не то чтобы Новалис была вся такой… солнечный свет и радуги.

Дрейк усмехнулся, но улыбка вышла натянутой, более резкой, чем обычно.

Ашер шагнул вперёд, готовый защитить свою истинную пару.

— Не сравнивай её с солнечным светом и радугами, когда она очевидно — лунный свет и звёздная пыль.

— Хорошо. — Дрейк исчез из дверного проёма дворца, поглощённый волной собственной тьмы. Тени заклубились, ни разу не коснувшись света, и полностью растворились. Над толпой гостей и знати повисла жуткая тишина. Осознание силы Дрейка обрушилось на них с беспощадной ясностью, словно все внезапно вспомнили, что находятся в присутствии Теневого ассасина. Мгновение спустя воздух дрогнул, и Дрейк вновь появился, уже за спиной Ашера. Он снял сюртук и кожаные перчатки, бросил их на землю и принял боевую стойку. — Покончим с этим, хорошо?

Ашер взглянул на Новалис и коротко кивнул.

Её лицо побледнело так, будто румянец навсегда покинул её щёки. Страх просачивался сквозь неё, смешиваясь с ледяным ужасом, и этот бездонный поток вливался в него через их связь. Она отступила назад, её босые ступни тихо скользили по камням двора. Рядом с ней встал Солариус с мрачным видом и обнял её за плечи, прижимая к себе.

Ашер поклонился принцу Теней, и Дрейк ответил тем же.

А затем Ашер атаковал.

Магия взвилась и затрещала в воздухе, наполняя пространство между ними густым ароматом сандала и амбры. С кончиков пальцев Ашера сорвались потоки ледяного огня серебристо-полуночными полосами, устремившимися прямо в сердце Дрейка. Принц Теней поднял руку и поймал замёрзшее пламя в центре ладони. В ушах Ашера раздался резкий треск, похожий на звук разбивающегося стекла. Пламя изменилось в руках Дрейка, затвердело, превращаясь в осколки, каждый из которых был острым, словно тщательно выкованное лезвие.

Дрейк отвёл руку назад, а затем резко выбросил её вперёд, обрушив на Ашера дождь из осколков ледяного огня, похожих на дюжину заточенных мечей.

Ашер бросился вниз, перекатом уходя по каменным плитам от атаки. Осколки разбились вокруг него. Один из них полоснул по щеке, словно лёд, рассекающий кожу. Что-то тёплое и липкое потекло по левой стороне лица, а металлический запах собственной крови наполнил каждый вдох.

Пронзительные крики ужаса смешались с торопливым топотом ног тех, кто собрался посмотреть на поединок. Но у Ашера не было времени убедиться, что никто из невинных зрителей не пострадал.

Ему нужно было сосредоточиться на том, чтобы остаться в живых.

Ради Новалис.

И ради самого себя.

Вскочив на ноги, он пригнулся и метнул в Дрейка поток почерневшего пламени. Магия Ашера сначала ударила в землю, вспыхнув вокруг принца Теней и заключив его в кольцо огня. Пламя взметалось всё выше, лизало небо, шипело и разрасталось, пока Дрейк полностью не исчез за огненной стеной. Любой другой испугался бы за свою жизнь. Любой другой закричал бы, когда огонь начал плавить одежду, а запах горелых волос и обугленной плоти забил лёгкие.

Но не Дрейк.

Он просто прошёл сквозь пламя, подавляя магию, гася её, пока от неё не остались лишь обожжённый камень и пепел.

Этот ублюдок холодно и коварно рассмеялся.

— И это всё, на что ты способен, Файрбейн?

Ашер не успел даже среагировать, как кулак Дрейка врезался ему в лицо. Хруст плоти и кости заставил голову резко мотнуться в сторону. Рот мгновенно наполнился горячей кровью. Он сплюнул и несколько раз быстро моргнул, пытаясь вернуть ясность зрения.

— Какого чёрта, Калстранд? — прорычал Ашер. Он провёл тыльной стороной ладони по губам. Кожа тут же окрасилась багровым, а нарастающая боль уже отдавалась пульсацией во всей голове.

— Магия — для слабых, — насмешливо бросил Дрейк, обходя его по кругу с повадками хищника.

Он отвёл руку назад, готовясь нанести новый удар, но Ашер предугадал движение и увернулся. Его кулак рассёк воздух и с силой врезался Дрейку снизу челюсти. Голова принца резко запрокинулась назад, а алые капли крови брызнули на чёрную рубашку.

На этот раз улыбнулся Ашер.

— Ты кое о чём забыл, принц Теней.

Дрейк оскалился в кровавой улыбке.

— И о чём же, фейри ледяного огня?

— Я отличный боец.

У него были годы практики… против собственного отца.

Они столкнулись в вихре необузданной ярости. Годы сдерживаемого гнева вырывались из Ашера с каждым ударом голых кулаков. Гнев на отца за то, что тот был таким отвратительным ублюдком. Гнев на мать за то, что она недостаточно любила его и Сайру, чтобы остаться в живых. Но сильнее всего — гнев на самого себя. За то, что отталкивал Новалис. За то, что отвергал её. За то, что оказался таким слепым, таким чертовски глупым, что теперь рисковал потерять её.

Дрейк снова замахнулся, но Ашер поставил блок и ловко нанёс ещё один удар ему в лицо. Принц Теней пошатнулся, потеряв устойчивость. Ашер бросился вперёд, осыпая его серией быстрых ударов. С каждым новым попаданием Дрейк словно становился всё безумнее, будто кровожадность этой драки лишь подпитывала его. Его резкий смех скрежетал по и без того натянутым нервам Ашера, разжигая ярость ещё сильнее. Он вновь ринулся в атаку, но Дрейк резко развернулся, уходя от очередного удара.

— Браво, Файрбейн, — усмехнулся Дрейк. Кровь стекала из его ран, а кожа вокруг правого глаза уже покрылась тёмно-фиолетовыми, синими и чёрными кровоподтёками. — Покажи им всем, кто ты на самом деле. Такой же жестокий ублюдок, как и твой отец.

Что-то внутри Ашера оборвалось. Насмешка попала точно в цель. Он бросился на противника, и лишь понимающий блеск в тёмных глазах Дрейка стал единственным предупреждением, прежде чем Ашер осознал свою ошибку.

Принц Теней взмыл в идеальном сальто назад, и металлический носок его сапога с силой врезался Ашеру в подбородок. Зубы лязгнули, язык вновь наполнился вкусом крови. Боль вспыхнула у основания черепа и прокатилась к вискам, глухая и беспощадная. К горлу подкатила желчь, но он снова бросился в атаку, отказываясь отступать.

Только теперь Дрейк с пугающей лёгкостью отражал каждый его удар. Все его движения были резкими и безупречно точными. Он ни разу не ошибся. Его мастерство в бою не имело себе равных.

Без всякого предупреждения в руке Дрейка материализовался клинок.

Его холодный блеск отозвался в сердце Ашера острым копьём тревоги.

Именно тогда он вспомнил, кто стоит перед ним.

Ассасин Теневого Клинка.

Крики разорвали ход его мыслей.

Крики Новалис.

Дрейк медленно двинулся к нему, когда краем глаза Ашер заметил что-то синее, пульсирующее. Он поспешно взглянул вправо и увидел неподалёку Рейфа Маринтайда. В его руках сиял меч, сотканный из морских приливов. Рейф метнул оружие Ашеру. Оно закружилось в воздухе, окутанное волной магии, и Ашер успел перехватить его за рукоять как раз вовремя, чтобы защититься от ярости Теневого Клинка.

Мощный прилив магии океана прокатился по телу Ашера, а столкновение двух клинков оглушило. Мёртвую тишину ночи прорезал рёв моря. Он встречал каждый выпад, не уступая ни шага. Бой вспыхнул вновь: меч против кинжала, устрашающая демонстрация мастерства владения оружием.

Пот стекал по спине Ашера, приклеивая рубашку к коже. Изнеможение впивалось в него когтями, грозный противник, обещавший стать его концом. Мышцы ныли, напрягались до предела, становясь каменными. С каждым вдохом он напоминал себе, что ещё жив. Что всё ещё дышит. Но Дрейк не проявлял ни малейших признаков усталости. Даже несмотря на кровь, сочившуюся из каждой раны. Он выглядел так, словно только начинал.

Внезапно Дрейк высоко подбросил Теневой Клинок.

Ашер проследил за ним взглядом, и в тот же миг сапог Дрейка с силой врезался ему прямо в грудь, отшвырнув прочь. Воздух выбило из лёгких. Он рухнул навзничь на каменные плиты двора. Голова с глухим стуком ударилась о землю, и по всему телу прокатилась жгучая боль, затуманивая зрение и лишая мысли ясности.

— Ашер! Поднимайся! — закричала Новалис, и её голос, полный страха, пронзил их связь.

Но было уже поздно.

Дрейк навис над ним. Острие Теневого Клинка было направлено прямо ему в горло.

— Последние слова, Файрбейн?

Голова Ашера бессильно повернулась набок, и он нашёл взглядом Новалис. Она неудержимо дрожала, а её глаза пылали первобытной жаждой мести. Несмотря на всю боль, он улыбнулся и произнёс:

— Я люблю тебя.

Дрейк занёс клинок.

— НЕТ! — крик Новалис расколол сами звёзды.

Она бросилась к нему, а вокруг неё каскадами вспыхивал Звёздный огонь, заключая её в сферу небесной силы. Руки были широко раскинуты, ладони раскрыты. Окружавшая её магия становилась всё мощнее. Волосы поднялись над плечами, а потоки Звёздного огня закружились всё быстрее, демонстрируя завораживающую необузданную мощь. Неистовая и неудержимая, она была самой Звёздной бурей, воплощением имени, данного ей по праву рождения.

По толпе прокатились потрясённые возгласы и восхищённый шёпот, но ничто уже не могло её остановить.

Новалис перевела полный ярости взгляд на Дрейка, направляя на него всю силу своего гнева.

Когда она заговорила, её голос был спокоен, как сама смерть.

— Не. Тронь. Мою. Истинную. Пару.

Принц Теней выдержал её пылающий взгляд, затем медленно отступил, убирая оружие. От него веяло ледяным холодом, пронизывающим Ашера до костей. Тени поползли вокруг Дрейка, а его лицо превратилось в маску едва сдерживаемой жестокости. Он провёл большим пальцем по нижней губе и опустил взгляд. На пальце остался след крови. Уголок его рта изогнулся в зловещей усмешке.

На этот раз, когда Дрейк поднял Теневой Клинок, он направил его прямо на Ариесиана.

— Ты должен мне жену.

В следующее мгновение его поглотили тени, и он исчез.

— Ашер. — Магия Новалис отступила, и она опустилась перед ним на колени. Её тёплые ладони бережно скользнули по его лицу, ласково успокаивая. — Я думала, что потеряю тебя.

Ашер тихо простонал. Разбитая губа болезненно пульсировала, пока магия его крови медленно исцеляла полученные раны.

— Я бы солгал, если бы сказал, что думал иначе.

Потому что, если честно, этой ночью он был уверен, что потеряет её навсегда.

Лавандовые волосы Новалис опустились вокруг них подобно занавесу. Она наклонилась и едва коснулась его губ своими.

Поцелуй был мягким, почти невесомым.

И всё же он разжёг в Ашере настоящий огонь.

Он будет любить её. Женится на ней. И проведёт остаток своих дней, боготворя её, пока от этого мира не останется ничего.

Ашер медленно приподнялся, принимая сидячее положение, и обнял её за талию. Притянув Новалис к себе, он глубоко вдохнул её чарующий аромат, впитывая каждую его нотку. Эта ослепительная девушка, которая каким-то образом постоянно оказывалась босиком и с завидной регулярностью умудрялась попасть в неприятности из-за каких-нибудь кустов, завладела тем, что он никогда не думал потерять, — его сердцем. Она исцелила ту часть его души, которая была сломана. Но больше того, она спасла его от самого себя. Он убрал ей за ухо прядь волос и в самой глубине души понял: его любовь к Новалис будет длиться вечность.

Новалис коснулась ладонью его щеки, и её глаза — эти бездонные озёра, полные чудес, наполнились слезами.

— Ты любишь меня?

Ашер улыбнулся.

— До самого конца, Звёздочка.