Глава тридцать восьмая

Ашер стоял под горячими струями душа, позволяя обжигающей воде стекать по коже.

По настоянию Сайры ему удалось поспать от силы три часа, но приготовления ко второй ночи Фестиваля Огненного Света уже шли полным ходом. Меньше всего Ашеру хотелось весь вечер развлекать лордов и леди Эйрамира, изображая безупречного хозяина. Если первый вечер танцев проходил под открытым небом, то второй обычно устраивали в бальном зале, а этого Ашер терпеть не мог.

Он всей душой ненавидел саму мысль о том, что люди будут бродить по его личной резиденции, предаваясь друг с другом показному распутству и роскоши. Одни неизменно являлись слишком рано, другие, напротив, злоупотребляли гостеприимством и задерживались дольше положенного. Это действовало ему на нервы, испытывало его терпение, когда он наблюдал, как они пьют его вино и с неприкрытой самоуверенностью высказывают своё раздражающе категоричное мнение обо всём подряд: от украшений до количества книг, аккуратно сложенных почти на каждой поверхности в его доме.

Ашер перекрыл воду, вытерся и обернул полотенце вокруг талии. Он вышел из ванной в спальню, затем распахнул двери гардеробной в поисках чего-нибудь подходящего. Он предпочёл бы, чтобы брюки и рубашка с воротником сами по себе считались вполне приемлемой одеждой для подобных случаев, но не сомневался, что навлечёт на себя презрение Сайры, если не наденет хотя бы приталенный сюртук.

Натянув брюки, сапоги, тёмно-красную рубашку с воротником и элегантный чёрный сюртук, Ашер рассеянно взглянул на своё отражение в зеркале во весь рост рядом с гардеробной. Волосы всё ещё были влажными, и он провёл по ним пальцами, поправляя единственную серебристую прядь, чтобы та спадала ему на лицо. В следующее мгновение он уже стряхивал с одежды несуществующие пылинки и одёргивал рукава рубашки, убеждаясь, что выглядит более чем безупречно.

Обычно его мало заботила собственная внешность, но сегодня вечером ему предстояло встретиться с Новалис. После их ссоры он твёрдо решил разыскать королеву Эловин и потребовать, чтобы она разорвала их связь. Но ранним утром эмоции Новалис обрушились на него с силой, которой он никогда прежде не испытывал. Паника полностью поглотила её, завладела ею. Учащённый стук её сердца эхом отдавался у него в ушах, а её поверхностное дыхание заставляло сжиматься его собственные лёгкие. Неважно, что он всё ещё злился, чувствовать её страдания было настоящей пыткой. Тогда он прошептал ей, пытаясь унять неослабевающий ужас, захлёстывавший её. В тот миг, когда он проник в её сознание, её мысли успокоились.

В конце концов её сердцебиение замедлилось, а дыхание выровнялось.

Но она так ему и не ответила.

Учитывая всё произошедшее, так, наверное, было даже лучше.

Ашер открыл дверь спальни и резко остановился.

Там стояла Сайра, нервно теребя между пальцами атласную ленту своего платья, так что ткань уже смялась. Её лицо было пепельно-бледным, словно из него вытянули все краски. Она отступила на шаг, бросив тревожный взгляд в сторону коридора.

— Сайра. — Ашер шагнул к ней, готовый подхватить её, опасаясь, что она сейчас потеряет сознание. — Что случилось? Что произошло?

— К тебе пришли. — Она рассеянно подняла руку и коснулась красных прядей, которые были короче остальных волос. — Принц Бракрота ждёт тебя в кабинете.

— Не волнуйся, — тихо сказал он. — Я больше не позволю ему приблизиться к тебе.

Ашер быстрым шагом направился по коридору, готовясь встретиться с принцем Теней. Он даже не стал браться за дверную ручку: лёгким движением запястья распахнул дверь магией. Дрейк сидел в кресле напротив его письменного стола, неестественно прямо держа спину и закинув одну лодыжку на колено. От него исходила холодная сила, леденившая всё вокруг. Во всём его облике ощущалась пугающая неподвижность — та самая тишина, что остаётся после смерти.

— Ваше Высочество. — Ашер опустился в кожаное кресло напротив Дрейка, глядя на принца с холодным презрением. — Кажется, когда я отправил сообщение во дворец, я упомянул, что мы обсудим мои находки сегодня вечером.

Он намеренно перевёл взгляд к окну. Сквозь полупрозрачные занавеси в комнату лился послеполуденный солнечный свет, но золотые лучи так и не касались принца, словно намеренно обходили его стороной.

Дрейк остался столь же невозмутимым и бесстрастным, его скучающее выражение лица ничуть не изменилось.

— Я оказался слишком нетерпелив, чтобы ждать.

Типичное королевское высокомерие: ожидать, что все бросят свои дела ради исполнения их желаний.

— Хорошо. — Ашер взял свои очки и надел их, затем выдвинул ящик письменного стола, где хранил найденную книгу рун, случайную находку, ставшую следствием не слишком грациозного ухода Сайры ранним утром. — Как и обещал, я выяснил, где находится Вирдис лепатит. К сожалению, вам придётся отправиться на болота Фенмайра.

Дрейк слегка откинулся назад, и на краю его губ появилась улыбка, лишённая всякого веселья.

— Зловещее место.

— Именно. — Ашер раскрыл книгу на странице, отмеченной закладкой, где обнаружил ещё более неблагоприятные сведения. — Боюсь, дальше всё становится только хуже.

Принц Теней подался вперёд, и между его бровей залегла глубокая складка.

— Что вы имеете в виду?

Ашер коснулся пальцем символов, выведенных чернилами на кремовом пергаменте, затем повернул книгу так, чтобы Дрейку было удобнее рассмотреть страницу.

— Это не руны фейри. Это руны Кейллевана — древнего ковена могущественных ведьм. Каждая ныне живущая ведьма может проследить своё происхождение до Кейллевана. Полагаю, вы о них слышали?

— Да. Слышал. — Дрейк выпрямился, скользя взглядом по содержимому книги, и его хмурое выражение стало ещё мрачнее. — Мой отец пытался уничтожить их. Три года он посылал свои армии охотиться на ведьм Кейллевана. Но убить ведьму не так-то просто. Он стал одержим этой идеей: ставил на них опыты, сжигал, пытал. Моего отца никогда не устраивал кто-либо, обладавший большей силой, чем он сам.

Дрейк поёрзал в кресле, вновь сосредоточившись на страницах с рунами, лежавших перед ним.

— Некоторые из них бежали, многие погибли. До нас доходили слухи, что тем, кому удалось спастись, пришлось укрыться на болотах Фенмайра или в других королевствах, находившихся вне досягаемости моего отца.

Дрейк потянул за свои перчатки для верховой езды.

— Если мне предстоит отправиться в Фенмайр, значит, так тому и быть.

Ашер сглотнул, чувствуя неловкость. Он и раньше слышал краем уха об охоте на ведьм, но не представлял, что столь многие встретили там свою смерть.

— Это ещё не всё.

Принц Теней откинулся на спинку кресла, и его лицо стало ещё мрачнее.

— Прелестно.

— Есть одна ведьма, которую вам необходимо найти. Старая карга, создательница Вирдис лепатит. Она никому не хранит верность. Она не принадлежит ни к добру, ни ко злу, но без колебаний отдаст один из этих камней любому, кто готов заплатить назначенную цену. — Ашер притянул книгу обратно к себе и захлопнул её. — На вашем месте я бы постарался убедиться, что именно вы предложите самую высокую цену. Искренне сомневаюсь, что вы единственный, кто охотится за подобной магией.

Уже в следующее мгновение Дрейк был на ногах; вокруг него плотными волнами пульсировало раздражение.

— Это всё?

— Нет.

Это слово раскололо воздух, разрывая повисшее напряжение. Ашер тоже поднялся. Он с силой ударил ладонями по столу, отчего зазвенели чернильницы, а стопка бумаг вспорхнула и рассыпалась по полу.

Брови Дрейка приподнялись в притворном веселье.

— Хочешь мне что-то сказать, Файрбейн?

— Отмените свадьбу с Новалис Старсторм. — Он снял очки и впился в принца беспощадным взглядом.

— Нет, — с усмешкой ответил тот. — Не думаю, что стану.

Ашером овладело негодование, разжигая его неприязнь. Не имело значения, была ли Новалис его истинной парой или нет. Всё было так, как сказал Солариус. Она заслуживала лучшего, чем проклятый убийца. Особенно такой, который, вполне возможно, стоял за организацией мятежа. Ногти Ашера впились в мягкое дерево стола, оставляя глубокие борозды на его поверхности.

— Я знаю, какую игру вы ведёте.

Хищная улыбка Дрейка стала лишь шире. В воздухе натянулось напряжение, зашипев и обвившись вокруг них, словно ядовитая змея, готовая к броску.

— И какую же?

Последние нити самообладания, за которые отчаянно держался Ашер, не выдержали и оборвались.

— Ту, в которой вы и леди Триста Старсторм используете Новалис как свою пешку, чтобы помочь принцу Аспену свергнуть собственную мать с трона.

Зловещий и раскатистый смех вырвался из груди принца Теней. Облака закрыли нити солнечного света, поглощая комнату, словно наступила ночь.

— И снова, Файрбейн, ты доказываешь, что можешь быть поистине гениальным идиотом.

Не сказав больше ни слова, он развернулся и направился к двери.

— Не делайте этого, — предостерёг Ашер, чувствуя, как по нему расходятся волны магии, наполняя его силой.

— Не делать чего? Жениться на Новалис Старсторм? Использовать её магию? Продолжить охоту на ведьм в поисках камня, способного принести погибель? — Он поправил перчатки, туго затягивая кожаные ремешки на запястьях. — Тебе придётся выражаться точнее.

Проклятье.

Дрейк знал о магии Старсторм, дремавшей внутри Новалис. Если Ашер не остановит эту свадьбу, Дрейк завладеет не только Новалис, но и её силой. Он будет использовать её как оружие против королевы Эловин.

— Вы используете её, — процедил Ашер. Это было скорее обвинение, чем утверждение.

Принц Теней слегка повёл плечом и тут же равнодушно опустил его.

— Она всего лишь средство для достижения цели.

Ашер взорвался. Вся мощь его ярости поглотила его без остатка. Мышцы дрожали от гнева, кровь пылала жаром. Магия неслась по его венам, а пространство между ними гудело от яростной силы. Ашер сжёг бы весь мир дотла, если бы это спасло Новалис от Теневого ассасина.

— Вы её даже не любите, — прорычал Ашер.

На Дрейка опустилось противоестественное спокойствие. Его невозмутимое лицо казалось высеченным из камня. Когда он заговорил, каждое слово источало ледяной холод.

— И ты тоже.

Наступившая тишина была настолько оглушительной, что Ашеру показалось: от её безмолвия у него вот-вот лопнут барабанные перепонки.

Дрейк развернулся на каблуках и покинул кабинет. Звук его шагов прокатился по коридору, раскалывая тишину, словно раскаты надвигающейся грозы.

Ашер так и остался стоять на месте. Его дыхание было удивительно ровным. Ясность и понимание овладели им, удерживая перед лицом обрушившегося осознания. Не существовало другого пути, не было такого выбора, который привёл бы к победе. Истина его судьбы медленно просачивалась в сознание, затягивая взгляд густым туманом, накатывающим с моря Чантара.

Ашер либо потеряет Новалис навсегда.

Либо умрёт.