Глава тридцать третья

Новалис ожидала найти Ашера в его кабинете, но связывающая их нить влекла её дальше через сады Дома Эмберспайр и в окружавший их лес. Она следовала за этим знакомым притяжением, за неодолимой тоской, ускоряя шаг, уворачиваясь от низко нависших ветвей и стараясь не споткнуться о выпиравшие из земли корни. Шипы кустов диких роз цеплялись за её платье, разрывая ткань, а их острые кончики царапали кожу на бедре. Она поморщилась, со свистом втянув воздух сквозь зубы, и не обратила внимания на алые капли, выступившие на коже.

Ничто не могло её остановить.

Местность становилась всё более неровной, и вскоре Новалис уже перелезала через небольшие валуны, а внутренний двор Дома Эмберспайр остался далеко внизу. Туфли больно жали пальцы и до крови натирали пятки. Для танцев они подходили идеально, но для подъёма по склонам и похода через лес были совершенно бесполезны. Она поспешно сбросила их, позволив скатиться вниз по склону позади неё, с наслаждением ощущая прохладную влажную землю под босыми ногами. Её магия пела; огонь звёзд тянулся к ледяным полуночным языкам пламени души Ашера.

Она поднималась всё выше, взбираясь по склону и лавируя между деревьями, усыпанными драгоценными камнями, когда её слух наполнил шум водопада.

Новалис вышла на небольшую поляну и замерла, поражённая открывшимся перед ней зрелищем.

На фоне ночной темноты, у самого края, стоял Ашер. Сцепив руки за спиной, он смотрел на сверкающий водопад. Кристально чистые воды, светившиеся мягким бирюзовым сиянием, низвергались сразу с нескольких суровых утёсов. Каждый выступал из склона, направляя бурные потоки в озеро внизу, над поверхностью которого клубились завитки пара. Лунный свет пробивался сквозь густые кроны деревьев, окутывая берега озера призрачным серебристым сиянием. Мягкие ковры травы устилали большие гладкие серые валуны, покрытые зелёным мхом. Огненные духи, крошечные фейри размером не больше её ладони, сновали между деревьями и вдоль кромки воды, оставляя за собой сверкающие золотые следы.

Это было захватывающе.

Новалис осторожно шагнула вперёд, стараясь не испугать его.

— Ашер?

— Новалис? — Он оглянулся через плечо.

Его взгляд тут же скользнул вдоль кромки леса, выискивая хоть какой-нибудь признак присутствия принца Дрейка.

— Это только я. — Она подошла ближе. — Я пришла одна.

— Ты ранена. — Его взгляд остановился на её бедре, где платье было разорвано, а кожа содрана, хотя уже медленно заживала. Золотое кольцо вокруг тьмы его глаз вспыхнуло ярче. — И ты босиком.

— На меня напали… кусты роз, — поспешно добавила она, когда с кончиков его пальцев вспыхнули серебристые языки пламени. — Всё хорошо. Я в порядке.

Что-то изменилось в выражении его лица. Оно смягчилось. Суровая складка между бровями разгладилась, и когда он заговорил, голос его был тихим. Почти благоговейным.

— Похоже, у тебя особый талант становиться жертвой шипов и кустов.

Новалис бросилась в его объятия. Обхватив ладонями его лицо, она притянула его к себе и поцеловала.

Ашер крепко прижал её к себе. Его губы были тёплым приветствием, а язык мягко скользнул по её губам, словно бархат, с каждым прикосновением вырывая у неё прерывистые вздохи. Она провела пальцами по его ушам, медленно проследив их изгиб до самых заострённых кончиков. Ашер тихо застонал, его ладони скользнули к её бёдрам, ещё сильнее прижимая к себе так, чтобы она почувствовала, какое действие оказывает на него. Он прервал поцелуй, переходя губами к её челюсти, затем к шее, слегка прикусив чувствительную кожу. Нежное прикосновение языка, резкая царапающая ласка, а затем ещё одно тёплое скольжение, смягчившее лёгкую боль.

— Мне нужно… — она судорожно вдохнула, когда его большой палец скользнул по её груди, заставив сосок затвердеть.

— Скажи мне, что тебе нужно, — прошептал он, снова легко прикусывая её шею.

Новалис покачала головой. По её телу пробежала дрожь, а внизу живота разлилось тепло, но она пришла сюда не ради этого. По крайней мере… не сейчас.

— Мне нужно поговорить с тобой.

При других обстоятельствах любой мужчина мог бы разочароваться из-за того, что пылкая близость между ними внезапно оборвалась. Но только не Ашер.

— Хорошо. — Он слегка отстранился; тёмные волосы с серебристой прядью упали ему на лицо, и он коротко кивнул. — Мне тоже нужно с тобой поговорить.

— Я знаю о твоём отце. — Слова сорвались с её губ прежде, чем она успела осторожно подвести разговор к этой теме.

Ашер замер. Его глаза, ещё мгновение назад тлевшие, словно угли, потускнели. Он отпустил её, опустив руки вдоль тела, затем отвернулся и снова посмотрел на водопад.

Она всё ещё не понимала, почему он так поступил. Подойдя ближе, она взяла его за руку; влажная трава была мягкой и скользкой под её босыми ногами.

— Поговори со мной. Расскажи почему. Почему ты попросил принца Дрейка убить своего отца?

На его лбу пролегла глубокая складка, пока он молча смотрел на низвергающиеся потоки воды. Хотя она держала лишь его руку, казалось, будто всё его тело обратилось в камень, застыв под тяжестью обиды и боли прошлого.

— Потому что он был жалким человеком, которому было плевать на всех вокруг? — продолжала она, крепче сжимая его руку. — Или причина куда страшнее? Может быть, потому что он постоянно изменял твоей матери, совершенно не думая о том, как это отразится на вашей семье?

Если дело было во втором, это хотя бы можно было понять. Пусть убийство за его измены и казалось слишком суровым наказанием.

— Он издевался над ней, Нова.

Слова Ашера словно выжгли в её сердце пустоту.

— Он ломал её. И физически, и морально. А потом вновь собирал по кусочкам, чтобы спустя время сделать то же самое снова. — Ашер тяжело сглотнул, и ночные тени легли на его красивое лицо. — Я делал всё, чтобы стать мишенью его ярости. Принимал на себя каждый удар этого ублюдка, лишь бы он перестал бить её. Какое-то время это работало. Я терпел всю его злобу, пока не стал достаточно взрослым, чтобы дать отпор.

Новалис обняла его за талию, но его взгляд был устремлён куда-то вдаль, туда, куда ей не было доступа. Он закрылся от их связи, оставив её снаружи наедине с мучительными догадками. Она не могла представить, каково это — жить рядом с подобным кошмаром. Если бы при жизни её отец хоть раз поднял руку на мать, она, наверное, никогда бы не оправилась от увиденного. А Ашер… О боги. Сердце разрывалось при мысли о нём. Сколько ему было лет, когда он впервые попытался отвлечь на себя гнев отца? Её переполняла печаль, ведь никакое сочувствие не могло стереть травму его прошлого. Слёзы защипали глаза, когда она представила юного Ашера, совсем мальчика, вынужденного слишком рано повзрослеть, чтобы встать между отцом и матерью и защитить её.

— Мой отец мучил мою мать. Он был жестоким, мерзким чудовищем. Безжалостным до последнего. — Ашер буквально выдавливал из себя каждое слово. Его челюсть была стиснута так сильно, что на шее вздулись жилы.

— Ашер, ты ведь понимаешь… — Она успокаивающе провела ладонью вверх и вниз по его руке, пытаясь хоть немного смягчить его боль. — Ты же понимаешь, что совсем не похож на него.

Он посмотрел на неё. Его лицо было словно пустой сосуд. Опустевший с годами от пережитого насилия.

— Звёзды рассказали мне совсем другую историю.

Между ними повисла тяжёлая тишина. Новалис подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Под своей ладонью она словно ощущала каждый удар его измученного сердца, каждую мимолётную эмоцию. Жажду мести. Опустошение. Раскаяние. Её пальцы медленно скользнули вдоль линии его сильной челюсти.

— Что ты имеешь в виду?

— За всю свою жизнь я прошёл только одно чтение звёзд. Его проводила твоя мать. — Ашер на мгновение перевёл взгляд на неё, а затем снова посмотрел на водопад. — Я никогда не забуду слова, которые она мне тогда сказала.

Новалис тревожно опустила руку.

— Что она сказала?

— Что в итоге стану точь-в-точь таким же, как мой отец. — Он повернулся к ней, и в его взгляде читалась тревога. Проведя рукой по волосам и убирая их с лица, он отступил от неё ближе к краю утёса. — Тогда я поклялся, что никогда не заставлю свою жену испытать на себе ярость моего нрава. Никогда не подниму на неё руку. Но я не глупец, Новалис. Каждый способен давать обещания и нарушать их. Себе. Другим. Со временем мне стало проще смириться с тем, что я не только не должен никого любить, но и просто недостоин любви.

Новалис в ужасе зажала рот рукой, поражённая таким признанием.

— Перед смертью мать сказала нам с Сайрой, что звёзды обещали ей жизнь, полную любви. Когда отец умер, она решила, что судьба украла у неё это будущее. — Он широко развёл руками, а затем его плечи бессильно опустились. — Она ни разу не подумала ни обо мне, ни о моей сестре. Вся её любовь принадлежала только ему. Не нам. Через несколько дней после его смерти она покончила с собой.

Новалис всхлипнула, поспешно стирая непрошеные слёзы, катившиеся по щекам.

— Ты достоин любви, Эш.

Он открыл рот, собираясь возразить, но она подняла руку, заставив его замолчать.

— Моя душа выбрала тебя. А твоя… твоя выбрала меня. — Схватив его руку, она прижала её к своему сердцу, позволяя ему почувствовать всю глубину её любви, ощутить, что её сердце бьётся только для него. — С того самого поцелуя в ночь Зимнего солнцестояния я принадлежу тебе. Тогда я выбрала тебя. И сейчас я выбираю тебя снова.

Ладонь Ашера легла ей на затылок, притягивая ближе.

— Нова…

Она крепко обняла его.

— Для меня всегда будешь только ты.

Их губы встретились в поцелуе, полном звёздной пыли и пламени. Страсть вспыхнула между ними, пульсируя в тёплой летней ночи и заключая их в огненную бурю желания. Его губы были повсюду одновременно — на её губах, шее, плечах и в чувствительной ложбинке над грудью. Её ногти скользнули по его плечам, и она слегка откинулась назад, опуская взгляд между ними и с затаённым восторгом замечая, как напряжённо член прижимается к ткани брюк. Но его прикосновения были слишком порывистыми, а ей хотелось растянуть это мгновение. Хотелось подарить ему наслаждение, доказать, что он достоин всего, что она могла ему дать. Потянувшись к нему, она взялась за пояс его брюк. Стоило ей освободить его…

— Чёрт, — хрипло простонал Ашер, едва не потеряв равновесие.

Она медленно провела кончиком языка по нижней губе, и он проследил за этим движением взглядом.

— Кажется, ты хотел сказать, что хочешь заняться со мной любовью. Я ведь правильно поняла?

И тут его голос прозвучал прямо у неё в сознании, словно успокаивающий бальзам для её души.

«Какой же у такой хорошей девочки грязный язычок».

Уголок её губ медленно изогнулся в лукавой улыбке.

— Только для тебя.

Она сделала шаг назад, собираясь опуститься перед ним на колени.

— Нова! Стой! — Ашер резко рванулся вперёд, пытаясь схватить её.

Его рука поймала лишь пустоту.

Но было уже слишком поздно. Мягкая земля под её ногами осыпалась, и она поскользнулась, потеряв равновесие. Из её груди вырвался вскрик, и в следующее мгновение она уже летела вниз. Зелень проносилась мимо, брызги водопада хлестали по лицу. Приготовившись к удару, она успела сделать последний вдох и увидела, как Ашер бросился за ней, прежде чем она погрузилась в озеро фейри.

Тёплая мерцающая вода сомкнулась вокруг неё. Она отчаянно заработала руками и ногами, пытаясь понять, где верх, а где низ. Платье облепило её ноги, обвивая их, словно толстая лоза, и тянуло ко дну. Она поплыла ещё сильнее, движимая одним лишь желанием выжить. Новалис была превосходной пловчихой. И если уж ей когда-нибудь суждено умереть, то точно не от того, что она утонет.

Вдруг сильная рука обвилась вокруг её талии. Ашер крепко прижал её к себе, с лёгкостью рассекая воду и увлекая её к поверхности.

Они вынырнули вместе. Новалис судорожно хватала ртом воздух, кашляла и отплёвывалась, а Ашер сквозь зубы сыпал весьма отборными ругательствами. Он не отпускал её, пока её ноги не коснулись гладкого галечного дна озера, где вода уже не накрывала её с головой. Она встала, насквозь промокшая, согретая горячими источниками, но живая. И любящая его сильнее, чем когда-либо.

Всё ещё кипя от злости, Ашер направился к краю берега. Сорвал с шеи галстук, а она не могла отвести взгляд от мокрой белой рубашки, прилипшей к его телу. Одним движением он стянул её через голову, продолжая поминать недобрым словом все звёзды, и швырнул на траву. Крохотные светящиеся волны плескались у его пояса, а сверкающие капли медленно скользили по обнажённой груди и крепкому животу. Вокруг него клубился горячий пар, словно нарочно дразня её. Всё его тело казалось высеченным из камня: крепким, безупречным, почти божественным. Каждый изгиб рельефных мышц мерцал в этом сиянии, и у Новалис пересохло во рту. Он тряхнул головой, рассыпая вокруг капли воды, затем провёл рукой по мокрым волосам, убирая их со лба. Стоя в сияющих водах озера, он был воплощением всего, о чём она когда-либо мечтала.

Сейчас она хотела только одного.

Новалис промокла насквозь, и причиной тому было вовсе не падение со скалы в озеро фейри.

Она медленно направилась к нему по воде. Его брови мгновенно сошлись на переносице. Но прежде чем он успел её отчитать, а она ни капли не сомневалась, что именно это он и собирался сделать, прыгнула ему в объятия.

В его глазах мелькнуло изумление, которое почти сразу сменилось ничем не сдерживаемым желанием. Он без труда поймал её, лишь на шаг отступив назад, а она обвила ногами его талию.

Она хотела его.

Всего.

Запустив пальцы в волосы Ашера, Новалис прижалась губами к его губам, сливаясь с ним в поцелуе, вспыхнувшем порывом звёздного пламени.