— На самом деле я не обижалась, пока ты не сказал «без обид». В любом случае, твоя мама, похоже, замечательная, — я обхватила себя руками, слегка замерзая в своей мокрой рубашке. — Зачем ты рассказываешь мне об Эмейне, если это такой секрет?

— Потому что я знаю, что ты сохранишь этот секрет.

— Я так и сделаю, — мысль о том, что Руадан доверяет мне, согрела меня изнутри. Я боролась с желанием расспросить его об его жене. Меня распирало любопытство, но я видела, как он отреагировал на бабушку Элизу, увеличив её счёт за отопление своим холодом.

Глава 22

— Ты станешь рыцарем, — сказал Руадан. — Этого желают Старые Боги. Ты будешь жить. И поможешь мне найти Балероса. Но сначала ты должна пройти завтрашнее испытание. Тебе нужно будет опознать ангелов и убить каждого из них, — он протянул руку, и в его ладони блеснуло серебряное кольцо. Оно слабо светилось фиолетовым светом. — Я наполнил его своей магией. Тебе нужно научиться направлять её.

Я взяла кольцо с его ладони и надела его себе на палец. Как только я это сделала, по моей крови пробежал жар. Я остро ощутила, что рубашка Руадана прилипла к моему телу, а грудь вздымается на холодном ветру. В моей голове вспыхнуло яркое воспоминание о моём сне с Руаданом. Я хотела, чтобы он потерял контроль над собой и прижал меня к дереву. Кровь уже приливала к моей голове, и мне было трудно думать.

— Ты должна контролировать магию, — его магия коснулась моей кожи, прошлась по спине, словно шелковистый кончик пальца, невидимая ласка. — А не наоборот.

Моё сердце забилось быстрее, дыхание участилось.

— Я полностью контролирую себя, — я уставилась на кончики своих пальцев, которые теперь мерцали фиолетовым светом. Не осознавая, что делаю, я потянулась к промокшей рубашке Руадана. Я притянула его к себе, и он уставился на меня сверху вниз. На ощупь он был тёплым. Я провела рукой по его могучему торсу.

— Держи себя в руках, — его голос был как лезвие, обёрнутое в шёлк, и это только усилило моё желание прикасаться к нему.

Я положила голову на его мускулистую грудь, глядя на его совершенное лицо. Мои пальцы скользнули под подол его рубашки, на его мускулистый пресс, и я услышала, как он вздохнул, как напряглись его мышцы. Его кожа была нежной, а под ней — чистая сталь. Я провела рукой выше по его груди, ощущая мускулы. Он наклонился, и его дыхание согрело моё ухо. Он не отталкивал меня.

Пятнадцать лет он проработал в Лондонском Институте. Пятнадцать лет у него не было секса. Должно быть, он отчаянно нуждается в этом.

Когда я закрыла глаза, аромат яблок стал сильнее. В моём воображении возникло видение фруктового сада на каменистом склоне — Эмейн. Кто-то украсил ветви деревьев свечами, которые мерцали в темноте, как звёзды, и далёкий барабанный бой проник в мою кровь. Я пробиралась сквозь деревья, охотясь…

Руадан оторвал мою руку от своего тела, и его хватка на моих пальцах была железной.

Я стиснула зубы, пытаясь взять себя в руки.

— Что, чёрт возьми, это было за видение?

— Что за видение? — спросил он.

— Это был Эмейн, со свечами на деревьях и барабанным боем.

Между нами повисло молчание.

— Я думаю, ты видела одно из моих воспоминаний. Должно быть, это связано с магией, которую я тебе дал.

— Ты на что-то охотился.

— На женщину. Это был праздник плодородия.

Я покачала головой, желая, чтобы моё тело остыло.

— Ясно. Ты знаешь, что большинство людей просто напиваются и смотрят телевизор, но мне нравятся свечи и барабаны. Я так понимаю, большинство Теневых Фейри не соблюдали обет безбрачия?

— К счастью, нет.

Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что я снова схватила его за рубашку и притянула к себе, выгибая шею, чтобы посмотреть на него снизу вверх. Боги, как же я хотела быть там, в Эмейне, на этом празднике, чтобы Руадан охотился на меня, повалил на росистую траву. Я хотела, чтобы сильные руки Руадана сорвали с меня одежду, пока я буду извиваться под ним…

Сквозь нашу мокрую одежду его тело согревало моё. Я сжала кулаки, всё ещё стискивая его рубашку, и посмотрела ему в глаза. Он снова обхватил меня за талию, и его горячий взгляд прожёг меня насквозь. Я почувствовала непреодолимое желание задрать свою мокрую рубашку повыше. В его глазах потемнело, когда моё возбуждение начало сказываться и на нём. Даже если предполагалось, что он соблюдает обет безбрачия, инкуб в нём откликался.

Когда холодный ветер коснулся моих бёдер, вызвав мурашки на коже, я поняла, что на самом деле задрала рубашку до талии.

Теперь мне отчаянно хотелось поцеловать его, почувствовать, как его язык скользит по моему. Мой пульс участился.

Мне захотелось опуститься рядом с ним на влажную землю и…

Сосредоточься, Арианна.

Я ожидала, что Руадан будет раздражён, потому что до сих пор у меня совершенно не получалось эффективно направлять магию. Но я должна доказать ему, что могу это сделать. Его вера в меня не была напрасной.

Я заставила своё сердцебиение замедлиться, всё ещё глядя ему в глаза. И когда я посмотрела на него снизу вверх, я увидела в нём что-то новое. Что-то почти собственническое. Или это было желание защитить?

— Как именно я могу это контролировать? — спросила я.

— Это магия жизни, — сказал Руадан, и его голос эротическим урчанием отдался у меня в животе. — А противоположность жизни…

Собрав железную волю, я заставила себя отступить от него на шаг.

— Смерть. Ты хочешь, чтобы я подумала о смерти?

— Наполни себя тьмой. Это поможет тебе контролировать силу, поскольку ослабит магию вожделения.

Мрачная улыбка тронула мои губы.

— О, поверь мне. Смерть — это то, что для меня естественно.

Пока магия вожделения продолжала распалять моё тело, я закрыла глаза, вызывая в памяти худшие воспоминания о разрушениях: кровь фейри, заливающая землю, тела, лежащие у моих ног на арене. Пустые глаза. Сердца, вырванные из тел, всё ещё бьющиеся. Как чернила, растекающиеся по воде, темнота вытеснила часть магии вожделения из моей сердцевины, направив её к конечностям.

— Вот, — сказал Руадан, и его голос окутал меня, как бархат. Он провёл кончиком пальца от моего плеча вниз по руке, и по телу побежали мурашки. — Я вижу, как магия движется по твоему телу, как и должна.

Я сделала глубокий вдох, чтобы снова взять себя в руки, и отступила, чтобы посмотреть на свою руку. Фиолетовая магия пульсировала на кончиках моих пальцев.

— Хорошо.

Одобрение в его глазах заставило меня улыбнуться — по крайней мере, на мгновение, пока я мысленно не отругала себя за то, что так сильно забочусь о том, что он подумает. Я не должна была так сильно желать его одобрения.

— Конечно, это хорошо, — я выпрямилась. — Ужас Амазонии неизменно изумительна.

— Это нелепое имя.

— Как скажешь, Призрак.

— Ты, наверное, заметила, что я не говорю о себе в третьем лице. В любом случае, теперь тебе нужно научиться метать магию в цель.

— Ясно.

— Я буду передвигаться между деревьями. Попробуй ударить в меня этой магией.

— Разве тебя не охватит непреодолимое желание перепихона?

Руадан покачал головой.

— Нет. Магия исходит от меня. Со мной всё будет в порядке.

С шипением он исчез, оставив после себя лишь клубок теней.

Я проследила за его передвижениями среди деревьев, и он замедлился до обычного шага. Я посмотрела на пульсирующую фиолетовую магию на кончиках своих пальцев и занесла руку, чтобы попытаться метнуть её в него. Вот только магия слетела с моих пальцев, когда я отвела руку назад для замаха. Я наблюдала, как она влетела через стеклянное окно в дом бабушки Элизы.

Я сделала глубокий вдох. Похоже, ей предстоит интересный вечер.

Как только этот прилив магии покинул моё тело, магия вожделения вспыхнула снова, распаляя мою кожу. Даже находясь на другом конце сада, я безошибочно ощущала мужское обаяние Руадана. Я закрыла глаза и пошла босиком по росистой траве, вдыхая чувственные ароматы фруктового сада. Ночной воздух был тяжёлым, и мокрая рубашка скользила по моим голым ногам. Моя грудь под рубашкой тоже ощущалась более полной. Если я сниму с себя всю одежду, смогу ли я соблазнить его на охоту на меня?

Мой взгляд скользнул по каждому сантиметру тела Руадана, лунный свет омывал его мускулистое тело, его сильные руки. Я представила, как ощущаю его губы на своей шее, как мои голые ноги обвиваются вокруг его талии. Меня охватил жар, и мои затвердевшие соски потёрлись о мокрую рубашку.

Порыв холодного воздуха, коснувшийся моих обнажённых бёдер, подсказал мне, что я снова начала задирать рубашку. Смерть. Кровь, изуродованные тела, гниющая плоть, невидящие глаза.

Тьма растекалась по моим рукам и ногам, прогоняя чувственную магию, пока она снова не запульсировала на кончиках моих пальцев.

Я подняла руку, стараясь на этот раз использовать магию быстрее. Она ударила Руадана в грудь, его спина выгнулась дугой, а губы изогнулись в улыбке. Затем магия снова разлилась по моей крови, и эротический жар растёкся по моей коже, собираясь между ног.

Я закрыла глаза, позволяя своему телу наполниться головокружительной невесомостью смерти, пока темнота снова не распространила фиолетовую магию по моим конечностям.

— На этот раз, — сказал Руадан, — когда будешь бросать её, постарайся подбросить её в воздух и рассеять над садом.

— Как мне это сделать? — спросила я.

— Всё дело в броске. Растопырь пальцы. Просто попробуй.

Я стала подбрасывать магию в воздух, моё тело сотрясалось от каждого броска. Мне потребовалось четыре или пять попыток, прежде чем я смогла взмахнуть пальцами в нужном направлении, и магия распространилась по саду.

Руадан подошёл ближе. Когда он был всего в паре метров от меня, я бросила в него ещё больше фиолетовой магии. Его спина выгнулась дугой, когда удар пришёлся по нему. Внезапно моё тело наполнилось магией, и жар разлился по всем конечностям, пока я не смогла думать ни о чём, кроме как о том, как моё обнажённое тело будет скользить по его телу.

Я схватила его за рубашку и толкнула на каменную скамью. Не отдавая себе отчёта в том, что делаю, я оседлала его, и рубашка задралась, обнажив трусики. Его пальцы обхватили меня за талию, голодные и властные. Я наклонилась, чтобы поцеловать его, облизывая его язык. Мои бёдра покачивались навстречу ему.

Поцелуй стал более страстным, и моя грудь коснулась его груди. Его пальцы скользили по моим влажным бёдрам, всё выше и выше, пока он не схватил меня за ягодицы. Когда я отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза, они стали совершенно чёрными от безудержной похоти инкуба. Его магия скользнула по моей коже, поглаживая меня по всему телу.

Он запустил руку в мои волосы и откинул мою голову назад, обнажая шею. Его поцелуй обжёг мне горло, и моя спина выгнулась ещё сильнее. Крепко держа меня за волосы и талию, он полностью контролировал меня, и моё тело горело огнём. Мои бёдра сжались вокруг него.

Но кое-что из того, что сказал Руадан, прозвенело в глубине моего сознания. «Ангелы никогда не должны были появляться на этой земле… они — воплощение истинного зла, и они должны ответить за свои преступления. Бич…»

Моя кровь застыла в жилах, и я отстранилась от него, вскакивая на ноги. Я одёрнула свою влажную рубашку и сделала глубокий, медленный вдох. Я заставила свой пульс замедлиться.

— Давай больше не будем так делать, — мой голос прозвучал резче, чем я хотела.

На мгновение мне показалось, что я увидела вспышку уязвимости в его глазах, и я почувствовала, как что-то кольнуло меня в груди. Затем его взгляд потух.

Теперь, очутившись на ногах, я замерзала.

— Ты права, — сказал Руадан. — Конечно. И, похоже, ты овладела мастерством, ради которого мы сюда пришли, — он поднялся, и его глаза из глубоких, по-звериному чёрных превратились в обычные холодные фиолетовые. Он больше не смотрел на меня. — Завтра, когда начнётся испытание, тебе нужно будет выследить анклав ангелов. Используй магию вожделения, — он уже направлялся к дому, глядя прямо перед собой. Он вообще не хотел на меня смотреть. — Ты увидишь, как ангелы начнут преображаться прямо у тебя на глазах. Тогда тебе просто нужно их убить.

— Я так понимаю, ты не считаешь, что мне нужны дополнительные уроки по уничтожению демонов.

— Я не сомневаюсь в твоей способности убивать. Просто постарайся добраться туда раньше Мэддана. Не оставляй ему никого на растерзание. Если ты успешно пройдёшь это испытание, Великому Магистру Савусу придётся признать, что Старые Боги избрали тебя. Для Мэддана всё будет кончено, или Савус навсегда потеряет свою корону.

Он распахнул дверь в дом бабушки Элизы.

Она стояла в центре комнаты в кремовом халате, и её щёки пылали. Она сделала глоток розового коктейля, демонстрируя декольте. Она действительно не была похожа на бабушку.

Она подошла к Руадану, покачивая бёдрами.

— Такой большой и сильный мужчина, как ты, пропадает зря, — она схватила его за пояс брюк и притянула к себе. Когда он врезался в неё, её напиток расплескался. — Вот что я тебе скажу, Принц Страданий, я буду скакать на тебе изо всех сил, пока не вызову улыбку на этом лице, — она кивнула мне. — Твоя подружка тоже может присоединиться. Я не жадная. Я поделюсь.

Он высвободил её руку из своих брюк.

— Спасибо тебе за твой сад, бабушка Элиза. Я скоро приду снова, чтобы повесить твои шторы.

Руадан подтолкнул меня к двери, положив руку мне на поясницу, и ускорил шаг.

— Когда ты вернёшься, я захочу чего-то большего, чем просто шторы. Чёртово расточительство, — пробормотала она, когда мы уходили.

Глава 23

Мы с Мэдданом стояли перед воротами Института, а наши наставники заняли позиции по бокам от нас. По крайней мере, у Его Королевской Придурковатости хватило здравого смысла оставить корону дома. На мне было чёрное платье и сапоги — платье было достаточно коротким, чтобы я могла легко бегать.