— В их самом зверином состоянии? Что именно это значит? — спросила я.

— Задача требует, чтобы ты это разгадала.

— А почему, собственно, они пытаются жить как примитивные люди?

— Мы думаем, что они шпионы, возможно, планирующие очередную апокалиптическую атаку на Землю. Только на этот раз они маскируются. Они спрятали свои крылья. Они выглядят как люди. Они пытаются научиться вести себя как люди. Мы должны найти их, прежде чем столкнёмся с очередным апокалипсисом.

— Если они замаскированы, то как, по-твоему, я должна отличить людей от ангелов? — спросила я.

Руадан поднял руку. Фиолетовый свет мерцал между кончиками его пальцев, освещая красивые черты его лица.

— Ты знаешь, что происходит, если ангел предаётся земным удовольствиям.

— Он превращается в демона, — мои губы изогнулись в улыбке. — Я поняла. Я поражаю их магией вожделения. Ангелы превращаются в демонов. Я убиваю их. Это правильное изложение?

— Всё именно так просто. И я знаю, что ты можешь убивать. Самое сложное — контролировать магию.

— Но я всё равно не получу камень люмена?

— Нет, пока ты не станешь рыцарем. На данный момент считается, что ты представляешь собой риск побега.

— Ладно. Итак, как мне извлечь эту магическую силу?

Руадан снял со стены один из своих мечей.

— Ради этого мы покинем Институт. Я не хочу, чтобы Мэддан знал, что мы планируем.

Он убрал меч в ножны и повернулся ко мне спиной. Его магия заструилась по моей коже, и я увидела, как в полу открылся портал — кружащиеся тёмные воды замерцали, как звёздный свет.

Он повернулся ко мне лицом и указал на портал.

Я прыгнула в воду, и ледяная вода пробежала по моей коже. Когда я погрузилась глубже, мне пришло в голову, что я даже не спросила его, куда мы идём. Я просто прыгнула. Действительно ли я начала доверять ему?

Тело Руадана нырнуло в портал рядом со мной, и мы продолжали погружаться, пока, наконец, тонкие лучи лунного света не пробились сквозь поверхность воды. Мои лёгкие горели, и я работала ногами, устремляясь к поверхности всё быстрее и быстрее.

Затем в поле зрения появился край фонтана. Я ухватилась за него и подтянулась, переводя дыхание. Надо мной изо рта каменной женщины лилась вода, разбрызгиваясь по тёмным булыжникам мостовой. В воздухе витал пьянящий аромат сандалового дерева и жасмина.

Руадан уже выбирался из фонтана, с его тёмной одежды капало на булыжники мостовой.

— Лилинор, царство вампиров. Мы в безопасности. Мой сводный брат Кейн правит здесь вместе с королём.

Чёрная рубашка Руадана прилипла к моему телу, как вторая кожа, пока я перебиралась через бортик фонтана. Мы стояли на узкой улочке, где лунные цветы и гардении взбирались по стенам шатких деревянных зданий.

Мой взгляд устремился вверх, к покосившемуся готическому замку, возвышавшемуся над городом. В его узких окнах горели янтарные огни.

— Мы поднимемся в этот замок? — спросила я.

Влажные светлые волосы Руадана рассыпались по плечам.

— Нам не нужно заходить так далеко. Мы собираемся потренироваться в саду моего друга. Это неподалёку.

Он зашагал по булыжной мостовой, и я последовала за ним. Мы направлялись к величественному дому — он был похож на особняк в стиле Тюдоров с остроконечной крышей и перекрещивающимися деревянными панелями на белых стенах.

Когда мы остановились перед деревянной дверью, Руадан взялся за серебряный дверной молоток в форме ладони. Он постучал три раза.

За дверью послышался стук шагов. Затем она распахнулась. В дверях стояла полногрудая женщина с тёмными волосами, собранными в высокую причёску. На ней было длинное кружевное платье.

— Ну, это ли не мой любимый принц фейри!

Глава 21

Я удивлённо уставилась на него.

— Принц? — принц чего?

— Заходите внутрь, чёрт возьми, — сказала она. На самом деле, у неё был южноамериканский акцент. — Мне нужно повесить чёртово полотенце над фонтаном, чтобы в следующий раз вы не тащили на себе всю воду внутрь. Портите мои хорошие паркетные полы, заливая их водой.

Она широко распахнула дверь в отделанный тёмным деревом холл, где ярко горел огромный каменный камин.

Руадан слегка поклонился.

— Мы надеялись использовать…

— Шшшш, — женщина поднесла палец к губам. — Где твои манеры? Ты из королевской семьи, а даже не знаешь, как представить женщину. Неудивительно, что ты не можешь найти себе чёртову жену, — она обратила на меня свой проницательный взгляд тёмных глаз. — Я не думаю, что ты его любовница. У нашего великого принца фейри никогда не было подруги.

— Нет, мэм, — сказала я. Я понятия не имела, откуда взялось это «мэм». Оно просто вырвалось само собой.

Она ткнула пальцем в грудь Руадана.

— Ты такой чёртов дурак, раз мужчина вроде тебя, теплокровный мужчина, как ты, не может найти себе чёртову подружку. Бродишь весь такой угрюмый, обещаешь хранить молчание, распугиваешь всех своими чёртовыми тенями. Заставляешь гаснуть свет, когда входишь в комнату. Ни одна здравомыслящая леди не захочет пойти с тобой на свидание, если ты будешь продолжать гасить свет. Они будут повсюду спотыкаться, налетать на стены, сжигать свои блинчики. Ни черта ведь не видно, когда ты рядом и в таком настроении.

Руадан снова открыл рот, чтобы что-то сказать, но она заставила его замолчать, ещё раз ткнув его в грудь.

— Из-за твоего характера воздух становится холодным. По крайней мере, ты больше не держишь этот дурацкий обет молчания. Хорошо. Знаешь, что не поможет тебе убивать людей? Обет молчания. Это ни к чему тебя не приведёт. Это также не поможет тебе завести подружку.

Её проницательные глаза обратились ко мне, и она оглядела меня с ног до головы, тихо присвистнув. Затем, к моему ужасу, она подошла ближе и потыкала пальцем в одну из моих грудей.

— Такая хорошая, крепкая девушка, с пышной грудью, на которую мужчина мог бы опустить голову ночью, и она не твоя любовница. Чёртов дурак. Такой взрослый мужчина, и заставляет гаснуть свет. Шестьсот лет прошло, а ты всё ещё не женился повторно. Чертовски жаль.

Наконец, её тирада, казалось, иссякла, и Руадан жестом указал на меня.

— Элиза, это…

Она подняла руки.

— Да, я знаю, что ты был женат раньше, но это было чертовски давно. Пора двигаться дальше.

Я уставилась на Руадана. Что ж, сейчас я определённо узнала о нём больше, чем за несколько недель совместного проживания. Принц, ранее женатый.

И самое шокирующее — у него действительно имелись друзья.

Тем не менее, эта последняя фраза о его бывшей жене, казалось, разозлила его, и в комнате повеяло прохладой — настоящим холодом, от которого у меня по коже побежали мурашки.

— Перестань наводить холод в моей гостиной! — крикнула Элиза. — Что с тобой такое? Дурак. Вот что происходит, когда ты проводишь слишком много времени в обете безбрачия. Выходишь из себя по любому поводу, увеличиваешь счета за отопление из-за холодного воздуха, исходящего от твоей магии. Никто не хочет за это платить. Неудивительно, что ты до сих пор одинок.

Тело Руадана напряглось, и он выглядел так, словно пытался сдержать себя. Затем голосом, который был слишком ровным, чтобы быть спокойным, он сказал:

— Это мой новобранец, Арианна, из лондонского Института Теневых Фейри. Арианна, это Элиза. Ей нравится, когда её называют бабушка Элиза. Она моя старая и близкая подруга.

— Бабушка? — переспросила я. — Ты… ты не выглядишь достаточно взрослой, чтобы быть бабушкой.

— Мне двести семьдесят восемь лет. Я произвела на свет шесть поколений потомства, — она просияла, явно довольная представлением. Когда она улыбнулась, её клыки блеснули в свете свечей.

Руадан, прищурившись, посмотрел на её окна.

— Тебе нужно повесить на окна светонепроницаемые шторы, Элиза. Я уже говорил тебе об этом раньше. Ты знаешь, что случится, если солнце взойдёт, а ты заснула в гостиной.

— Мне двести семьдесят восемь лет, и знаешь ли ты, сколько раз я засыпала в гостиной? Ни разу. Ни разу, — повторила она.

— Я вернусь со шторами, — сказал он резким командным голосом. — И я их повешу. Не спорь со мной в этом, Элиза.

Она закатила глаза.

— Принц издаёт официальный указ. Но тебе лучше не приходить сюда с дешёвыми занавесками. Шёлк или ничего подобного. Что вы оба здесь делаете? Хотите чего-нибудь выпить? У меня есть клубничный дайкири с ромом.

— Да, — я улыбнулась.

— Нет, — вмешался Руадан. — Но спасибо. Мы просто хотели позаимствовать твой фруктовый сад для небольшой тренировки.

— Вы хотите немного попрактиковаться в магии Теневых Фейри? — она повернулась и пошла через холл, направляясь к дубовой двери в глубине.

Мы последовали за ней.

— А теперь, чтобы я знала, какую магию вы собираетесь практиковать? — спросила она. — Вы же не собираетесь взрывать мои яблони, правда? Я очень хорошо забочусь о своих яблонях.

— Нет, бабушка Элиза. Просто магия вожделения, — он сказал это так, словно в этом не было ничего особенного. Таким тоном можно было бы обсуждать бутерброд с ветчиной на обед. «О, знаешь, просто выйдем в твой сад, чтобы волшебным образом передать сексуальное возбуждение всем растениям. Ничего неловкого».

Она резко повернулась и, приподняв бровь, посмотрела на Руадана.

— Такой взрослый мужчина, как ты, и с магией вожделения. Без жены. Это пустая трата времени, вот что это такое. Ты же знаешь, что вся эта сдерживаемая сексуальная энергия не идёт тебе на пользу. Человеческие мужчины взрываются из-за таких вещей. Это противоестественно. У вас всё внутри сжимается и вы становитесь злыми. Обет безбрачия. Вы все сходите с ума, в комнатах становится холодно, — она ткнула его в плечо. — Людям нужно немного перепихона.

Она распахнула дверь, пристально глядя на нас обоих с этой директивой перепихона.

Когда мы вышли на улицу, ночной ветер прошелестел по моей влажной коже, заставив меня вздрогнуть. Я вдохнула сильный аромат яблок. Воздух здесь казался влажным и тяжёлым.

Бабушка Элиза закрыла за нами дверь.

Мы углубились в сад, если это вообще можно было назвать садом. Это была скорее большая фруктовая роща, обнесённая стеной. В центре стояла каменная скамья, увитая виноградными лозами.

— Ты никогда не говорил мне, что ты принц, — я скрестила руки на груди. — Принц чего именно?

Его фиалковые глаза пронзили темноту. После долгой паузы Руадан, наконец, ответил:

— Эмейн.

Я глубоко вдохнула.

— Значит, оно реально. Место, о котором я вижу сны. Место из библиотечной книги.

— Оно реально, — опьяняющий бриз Лилинора приподнял пряди его светлых волос. Не считая этого, он был совершенно неподвижен, и тени сгущались вокруг него. — Это место, где находится Высший Совет Теневых Фейри. Это место, где Балерос обучал меня, и где когда-то жил Великий Магистр Савус.

Я резко втянула воздух. Я ни черта не знала о прошлом Балероса. Конечно, я не знала. Знание — сила.

— Эмейн? Так вот откуда родом Балерос? Вот где он был твоим наставником?

— Легион Теневых Фейри защищает Эмейн. Это часть нашей миссии — сохранить землю в тайне, убедить всех, что это миф. Королевство является родиной драгоценных металлов, которые демоны с удовольствием использовали бы в своих целях. Теневые Фейри Эмейна — одни из самых жестоких ассасинов в мире, и наше обучение суровее, чем у большинства других. В юности мы взбирались на горы и переплывали океаны — и всё это ради того, чтобы научиться защищать королевство. Мы приносим жертвы Старым Богам, но наша миссия также заключается в уничтожении врагов Эмейна. Мы убиваем захватчиков-демонов и фейри, а также тех, кто, по нашему мнению, планирует нападения на город.

Я придвинулась к нему поближе, отчаянно желая узнать больше. Ночной воздух окружал меня. Я сбросила туфли, и трава под ногами показалась мягкой.

Но я не расслаблялась. Я искала информацию о Балеросе и охотилась за ней, как гончая, почуявшая кровь.

— Как Балерос оказался в Лондоне? Почему он покинул Эмейн?

— Ты же не позволишь мне отделаться молчанием, не так ли?

— Можешь поспорить на свою жизнь, что я этого не сделаю, — мои пальцы сжались в кулаки. Мне нужно было узнать правду обо всём этом.

— Балерос был моим наставником в Эмейне сотни лет назад, когда я был молод. Он покинул Эмейн три столетия назад. Он примкнул к Лондонскому Институту, но был недоволен авторитетом Великого Магистра Савуса. Балерос сбежал из Института в 1800-х годах и начал торговать украденными магическими предметами. После апокалипсиса ему этого показалось мало. Пятнадцать лет назад он вернулся в Эмейн и попытался захватить контроль над королевством. Стать королём. Он убил королеву Маху. Пронзил её железными стрелами, сжёг её тело так, что ничего нельзя было узнать, кроме короны, — тени застилали его глаза, а температура вокруг нас становилась всё ниже, пока моё дыхание не превратилось в лёд.

(Маха в ирландской мифологии — одна из трёх богинь-воительниц вместе с Морриган и Бадб, богиня войны, плодородия и власти над землёй, сеет хаос на поле боя и покровительствует лошадям, — прим)

Я придвинулась ближе к Руадану, на его лице появилось загнанное выражение. У меня защемило в груди от жалости к нему, и я испытала сильнейшее желание обнять его.

— Королева Маха — твоя мать?

— Да. Я был тем, кто нашёл её в её комнате. Но когда Балерос понял, что никто из воинов не поддержал его переворот, он бежал из Эмейна. Я поклялся молчать, пока не добьюсь его смерти. Я примкнул к Лондонскому Институту. Балерос был первым в моём списке на убийство. Но я никак не мог выследить его, и теперь я знаю почему. Его защищает богиня огня. Древний враг моего деда.

Я втянула глубокий вдох.

— И пока ты охотился на Балероса, он держал меня под землёй в качестве рабыни, менее чем в миле от Института, — я с трудом сглотнула. — Какой была твоя мать до того, как она умерла?

— Сильная. Воительница. Она была миниатюрной, но могущественной. Она ездила на лошади быстрее всех в королевстве. Она говорила на шестнадцати языках и ругалась, как трущобная шлюха, — он нахмурился. — Без обид.