Мы вместе выросли. Нам всегда было о чем поговорить. Она от души смеялась над моими тупыми шутками. Элси была умной девочкой. Мудрой. Особенной. Хотела, чтобы люди вокруг нее были счастливы, и делала для этого все, что могла. Но почему-то всегда так искренне удивлялась и радовалась, когда я признавался ей в любви. Будто считала это чем-то невозможным.
Да как же я мог не любить ее?!
Ее влажные после бассейна волосы пахли хлоркой. А фигуре моей девочки позавидовала бы любая модель из журналов, которые Бруно в детстве прятал под кроватью. С ней вечно кто-то хотел познакомиться. Но она смотрела только на меня. С самого детства. Я тогда не понимал, чем заслужил ее. И сейчас не понимаю.
Я всегда был громоздким, как антиквариат, а Элси худенькая, маленькая и до судорог красивая. Но я знал, как обращаться с ее телом, чтобы она хваталась за простыню и царапала мне спину. А ее глаза становились синими, как лев с герба «Челси»28. Она казалась мне невесомой, когда я поднимал ее на руки, закидывал на плечо и тащил в спальню.
Когда Бекс и Дерек ссорились, в шкафах посуда звенела от их воплей. А мы ни разу не поругались. Один единственный раз я напился с Дереком и потерял телефон. Элси чуть с ума не сошла за ночь, думала, со мной что-то случилось. Когда же я заявился под утро с белыми гвоздиками и похмельем, она просто прижалась ко мне и заснула. А мне было так стыдно, что я поклялся себе больше такого не допускать. В ее глазах я виделся лучше, чем есть на самом деле.
Она говорила, что курить вредно, и я бросил. Но снова начал, когда она умерла. Мы не торопились жить. А надо было.
В тот день она заснула у меня на коленях, пока я из дома доделывал отчет по новому нанотехнологичному стартапу для «Тэмплинг и Блэкшир Инк.». Внедрение искусственного интеллекта в общественный транспорт оказалось довольно интересной штукой, но не такой, как загорелые щечки моей девочки.
По телеку шел футбол, на улице – дождь. Меня и самого клонило в сон, но Дерек ждал этот отчет в офисе, а друга я подвести не мог.
– Декстер, ты любишь свою работу? – неожиданно спросила Элси, не открывая глаз.
– Конечно, что за вопрос? – улыбнулся я и запустил пальцы в ее мягкие золотистые волосы.
– А папу?
– Элси?
– Согласна, этот вопрос еще глупее…
Я отставил ноутбук и усадил Элси к себе на колени верхом, чтобы она смотрела прямо на меня.
– Что тебя беспокоит, малышка?
Она поджала свои аппетитные губы и все равно отвела взгляд. Свободная футболка сползла с плеча, и я тут же накрыл его ртом. Ясно дав понять, что оставлю на нежной коже засос, я взирал на нее исподлобья.
– Не знаю, как правильно сказать. – С почему-то грустной улыбкой начала Элси. – Помнишь того парня с роботизированными закупщиками, который отсудил у вашей компании пять миллионов фунтов за, якобы, разглашение его ноу-хау?
– Конечно, помню. Отец ушел с поста управляющего из-за подонка Амбеласа, который напутал с договором. – Нехотя ответил я. Не самые приятные воспоминания.
– И мистер Тэмплинг стал перечислять деньги в трастовый фонд Блэкширов в качестве выплаты долга?
– Да, малышка. И это справедливо.
– А ты сам знал того парня… Амбеласа?
Я поморщился, вспоминая события двухлетней давности. Отец тогда чуть не заработал инфаркт. Мы с Дереком только начинали вникать в дела «Тэмплинг и Блэкшир Инк.». Изучали старые договоры, гоняя кофе в местной пекарне. Были у отцов на побегушках и понятия не имели, что творилось за дверьми переговорной.
– Если бы я знал его, набил бы морду.
Элси нервно провела язычком по своим губам. Голубые глаза смотрели так, что у меня внутри все каменело от необходимости снять с нее одежду.
– Видишь ли, Декс… я видела документы, по которым конфиденциальность была нарушена не только им… но и Дереком.
Я вглядывался в ее серьезное личико и ждал, как мои любимые губы растянутся в улыбке. Но она не улыбнулась, и я не знал, как относиться к ее словам. Это плохая шутка. Но я ей этого никогда бы не сказал.
– Где ты видела такие документы?
– У Дерека.
Промолчал. Все еще не понимал, как к этому относиться.
–Декс, пожалуйста, не смотри на меня так! – взмолилась Элси. – Скажи, что ни он, ни ты не имеете к этому отношения! Что ты не понимаешь, о чем идет речь!
– Я и не понимаю! Я в глаза не видел бумаг по этому делу!
– Значит, я что-то не так поняла?
– Я поговорю с Дереком. Уверен, он мне все…
– Нет! – слишком громко для расстояния между нашими ртами вскрикнула Элси. – Забудь, забудь, забудь. – И набросилась на меня с поцелуями.
Но я вот не забыл.
На следующий же день, приняв из рук Дерека стакан американо, спросил о чертовщине с документами. Он был удивлен больше моего. Обещал во всем разобраться и уладить это недоразумение.
Но он не успел. Через неделю Элси погибла в автокатастрофе. Дерек прыгнул за ней в Темзу раньше Бекки, но позже остановки ее сердцебиения.
Я мечтал отправиться следом за своей девочкой. Это было моей осознанной целью. Я вскрыл себе вены. Но Бекки слишком рано вломилась в мою ванную, и кровью я истечь не успел. Мне суждено было жить дальше.
И вот, спустя три года снова всплывают эти документы. В том, что они те самые, у меня даже сомнения не возникает.
– Декс, кто это был? Что с лицом? – без особого интереса спрашивает Рэн, собираясь хлебнуть пива.
– Не пей! – рявкаю я, и весь «Жардин» настороженно косится на меня.
Рэн демонстрирует мне средний палец и снова тянется своим ртом-экскаватором к пинте светлого, но Лотти его тормозит.
– Тут все уже выпили кроме тебя, – угадывает она.
– Вот именно. Нужно срочно ехать в деревню к Бекки, – объявляю я, выползая из-за барной стойки.
Бруно, который только раскошелился на пять коктейлей для дам за столиком у окна, давится джином с тоником. Он снова запил после приступа ПТСР у Лотти. Тренер его убьет, если узнает.
– Н-да. Бегу, волосы назад, – хмыкает Рэн.
– Хватит! Это касается Элси! – рявкаю я.
– Господи… значит, Бекки нашла их… – шепчет Лотти, зажимая рот руками. – Документы! Рэн, вставай, нам нужно немедленно выезжать!
– Какого черта тут творится? Ло, это шутка такая?! – все еще отмахивается Рэн.
– Бекки нашла в Джинбери документы, которые я передала старой женщине после гибели Элси. Мне нельзя было, но я подсмотрела. – Лотти косится на меня, на что я могу только обреченно кивнуть. – Их содержание довольно неоднозначно. Можно предположить, что УДерекаБылМотив, – скороговоркой выстреливает она и жалобно хлопает своими длиннющими ресницами.
Бруно в последний раз глядит на дам за столиком, угощающихся за его счет. Потом опрокидывает в себя остатки джина и встает.
– Поехали. Давайте разберемся с этим дерьмом раз и навсегда.
Мы выходим из «Жардин», когда часы показывают полночь. Я пишу Дереку, что завтра не выйду, а Рэн на ходу отпрашивается со смены и одновременно бухтит на меня, потому что я не могу вспомнить, где машину оставил.
– Э, нет, дорогая, ты с нами не поедешь, – рука Рэна преграждает Лотти доступ к заднему сиденью.
– Еще чего! – бесстрашно фыркает Лотти и под уничтожающим взглядом Рэна ныряет в салон.
Двести миль кажутся секундой и вечностью одновременно. Бруно вовсю храпит на переднем сиденье, закинув ноги на бортовую панель, Рэн курит в приоткрытое окно сигарету за сигаретой, управляя моей тачкой, будто своей.
Холодная ручка Лотти в какой-то момент ложится на мою, и я нервно вздрагиваю. Не заметил, что все это время растирал свой шрам на запястье.
– Мы во всем разберемся, Декс. Все будет хорошо.
Но я-то знал. Каким бы ни был исход, моя вина будет слишком тяжелой. Я уже чувствовал ее вес.
В пять утра, когда мы-таки добираемся до Джинбери, Бекки встречает нас во дворе под яблоней босая, зареванная и лохматая. Вэйлон, судя по всему, уже неслабо выхватил от моей сестры. Его уставшая физиономия с грустью, почти сочувствием, наблюдает за суетой Бекки. Когда он просит ее обуться, ему в голову тут же прилетает тапок.
– Молчать! Ты все знал и молчал, вот и сейчас помолчи! – орет уже охрипшая Бекки.
– Она думает, это я спрятал документы. Но я их в глаза не видел до сегодняшней ночи. – Быстро объясняет Вэй, уворачиваясь от второго тапка.
– Бекки! Это была я! – нерешительно объявляет Лотти, выстреливает короткое объяснение и ныряет за спину Рэна как раз в тот момент, когда ему в грудь врезается резиновый сапог.
Смачно ругнувшись, Рэн начинает движение в направлении моей взбешенной сестры под градом калош, шапок и корзин, настигает, сгребает в охапку и затаскивает в дом. Мы вваливаемся следом.
– Вот! – поостыв, Бекки бросает мне кожаную папку. – Пожалуйста, Декс, разберись с этим!
Под дурацкое хрюканье Бруно я врезаюсь лбом в потолочную балку, устраиваюсь за кухонным столом, цепляю на нос очки и открываю злосчастную папку. Остальные рассаживаются вокруг, как на чертовом собрании акционеров.
В компании «Тэмплинг и Блэкшир Инк.» до той роковой ошибки действовал следующий порядок работы с клиентами. Существовало два типа договоров: конфиденциального и открытого исполнения. В первом случае договор регистрировался только во внутренней системе компании, во втором – на официальном сайте с публичным доступом. Открытое исполнение подразумевало публикацию подробного отчета по каждому этапу реализации проекта, опрос общественного мнения и привлечение акционеров на более поздних этапах.
Нетрудно догадаться, к какому типу относился договор, стоивший места нашему с Бекки отцу. Спустя пять лет он оказывается у меня в руках. И пометки «конфиденциально» на нем нет. Зато есть размашистая подпись Амбеласа и штамп «зарегистрировано» с пометкой Д. Блэкшир-младший…
– Какого х… – вырывается у меня.
– Это же ошибка, да? Дерек не мог намеренно выложить в общий доступ контракт на два с половиной миллиона фунтов? – бормочет Лотти, заглядывая мне через плечо.
– Мне он сказал, что знать не знает об этой сделке. – Тихо отвечаю я. Мой лучший друг не мог обмануть.
Отложив договор, перехожу к следующему документу.
– Что это за циферки-вырви-глаз? Какой дурацкий шрифт, – комментирует мне в ухо Бруно.
– Дебил, – в другое ухо вторит Рэн, – Это выписка со счета.
– Это распечатка ежемесячных поступлений в трастовый фонд Дерека Блэкшира. Младшего. – Цежу сквозь зубы я. Кажется, начинаю догонять. Мой лучший друг вполне мог обмануть.
Каждая выплата (от пятиста до нескольких тысяч фунтов) пронумерована, и всего их восемь. Наш с Бекки отец каждый месяц переводит Дереку тысячу фунтов. Такая выплата здесь одна. Под номером три.
– Что за нумерация? – шепотом спрашивает Бекки. – Что все это значит?
В папке лежит еще одна распечатка. Список из восьми имен. Сначала я решаю, что это список жертв. Но нет. Под цифрой три значится: Патрик Амбелас. А в скобках сумма: четыреста фунтов.
– Это список ублюдков, которые путают в компаниях документы и подставляют партнеров папаши Дерека. И плата за их молчание, ну или доход. – Сухо отвечаю я. У меня пока нет эмоций. Ни единой. Я просто не знаю, как относиться к этому дерьму. Ведь мой лучший друг обманул.
– Карла Гринди – триста фунтов, – пальцем проводит Лотти по имени с цифрой два.
– Мэри Траут. О боже… – удивленно читает Бекки имя под номером пять. – Двести фунтов.
– А это случайно не… – подает голос Бруно.
– Н-да. Его жена, – тихо отвечает Бекки. И трудно описать выражение ее лица в этот момент. – Я думала, он познакомился с Мэри случайно. Что он ушел от меня, потому что ему было больно вспоминать о гибели Элси…
– Да уймешься ты или нет, Бекси?! – не выдержав, рявкает Рэн. – Этот сукин сын убил ее за эти документы!
– Нет. Это не он. – Отвечаю я, чуя, как горло пересыхает. – Все было не так. Элси каким-то образом выкрала документы у Дерека. Решила посоветоваться со мной, но я, слепая простота, ответил, что Дерек не мог подставить нашего отца. Она просила ничего не выяснять, но я не послушал. Так Дерек узнал, что документы оказались у Элси. Возможно, он пробовал шантажировать ее, но ничего не вышло. И через неделю он нанял Феликса Бейли, чтобы тот избавился от Элси. Если бы я не рассказал Дереку о ее подозрениях, сейчас она была бы жива. Так что фактически, это я ее убил… я во всем этом виноват! Я! Черт возьми… – судорожно хлопаю себя по карманам, – есть сигареты?
Только Рэн чиркает зажигалкой, как грохот кулаков обрушивается на входную дверь коттеджа. Удивленно глянув на всех нас, Бруно идет открывать. В прихожей слышится короткое препирательство, после которого в кухню врывается та самая картавая блондинка, о которой бесперебойно фантазировал Бруно. Лотти в спешке сгребает со стола документы.
– Вэй! Вэй! Ты обещал! Обещал уберечь его! – кричит девчонка, вся красная то ли от гнева, то ли от слез.
– Дори, что…
– Он здесь! Дерек здесь! Я только что видела его! Он приехал за Россом, он все узнал! Он, он… с ним была Бекки!
Я дергаюсь то в одну сторону, то в другую. Моей сестры нигде нет. Когда она успела улизнуть?! Блондинка заходится судорожным удушливым плачем. Кажется, она с ума сошла.
Вэй подлетает к ней и со всей силы встряхивает за плечи, пытаясь выбить из нее ответ.
– Куда он забрал ее?! – орет он. – Соберись, Дори!!!
Я в жизни не слышал, чтобы Вэй разговаривал громче бурозубки, а сейчас от его воплей у меня буквально уши закладывает.
Спустя несколько минут безуспешных попыток преодолеть начавшуюся истерику, блондинка выдает:
– К воде. Дерек вел ее… к воде. Она хочет убить его, Вэйлон!