Последние дни декабря пролетели совершенно незаметно. Так же незаметно старый год сменился новым, не принеся абсолютно ничего необычного, лишь только усугубив старые проблемы. Беда заключалась еще и в том, что Эрик никак не решался появиться. Лишь изредка звонил и весело болтал непонятно о чем и категорически игнорировал все наши расспросы о месте своего нахождения и самочувствии.

Я же практически перестал спать и пытался поймать свою благоверную и Мишель во время очередной ночной вылазки. Но, как назло, все эти ночи Сабрина спала сладким сном младенца, а по утрам в недоумении косилась на меня и подсчитывала количество выпитого мною кофе. А я старался улыбаться и не взрываться по поводу и без. Тем не менее, раздражение и усталость продолжали расти также быстро, как и количество употребляемого мной кофе и сигарет. Мозг наотрез отказывался выполнять свои функции. Реальность исказилась и уменьшилась до размеров горлышка стеклянной бутылки. Теперь я смотрел на мир сквозь яркий калейдоскоп затуманенных бессонницей глаз.

– Ты пытаешься поставить мировой рекорд по количеству выпитого кофе или… Что ты вообще пытаешься сделать? – осторожно поинтересовалась Сабрина, оторвав взгляд от книги, лежавшей у нее на коленях, и выжидающе уставилась на меня.

Я продолжал молча мерить шагами комнату и нервно теребить в руках Гигантера, который тихо рычал и героически переносил мою так называемую ласку.

– Джек! Прекрати сходить с ума! Прими душ и иди спать. Никуда я не денусь! – очередная попытка уговорить меня лечь спать оказалась неудачной. Сабрина с нарастающим беспокойством смотрела на то, как я с котом на руках прогуливаюсь из гостиной в теплицу и обратно.

– У меня плохое предчувствие, – пробубнил я. И снова продолжил свой нелегкий маршрут.

Девушка умоляюще взглянула на меня и устало закрыла глаза.

– И оно оправдается, если ты не поспишь хотя бы пару часов. У тебя под глазами такие синяки, что в них утонуть можно!

– И что ты сделаешь? Вырубишь меня бейсбольной битой? – пробурчал я и перевел шаг на кухню, в сторону кофеварки.

– Я уже рассматривала такой вариант, но…

– Что но?

Сабрина нетерпеливо захлопнула книгу, вскочила с дивана и, опередив меня, загородила собой столь дорогую для меня машину.

– Как насчет горячего шоколада? А то боюсь, что от такого количества кофе и сигарет тебя удар хватит, – промурлыкала она, упорно не подпуская к заветной цели. Я остановил усталый взгляд на девушке и, вспомнив, как она выжгла полянку около дома, решил больше не спорить и отступил.

Сабрина просияла, выпроводила меня из кухни и начала громко орудовать ковшиками, чашками и прочей посудой. Я же уселся на диван и принялся следить за котом, который умудрился выскользнуть из моих рук и теперь разгуливал под столом. Я встал и уже намеревался поймать его для дальнейших поглаживательных действий, как вдруг из кухни выплыла моя фея, с большой кружкой дымящего горячего шоколада в руке. Девушка провела свободной рукой над кружкой, вдыхая сладкий аромат бодрящего напитка, и передала ее мне. Я подозрительно покосился на кружку, но все-таки взял ее и сделал осторожный глоток.

Жаркая волна, словно легкий разряд электрического тока, пробежала по всему моему телу, приятно обжигая внутренности. Я почувствовал, как уставшие мышцы начали медленно расслабляться. Еще один глоток шоколада. И без того тяжелые веки стали невольно опускаться, погружая в опасную пустоту. Я встряхнул головой и попытался отогнать навязчивую дремоту. Сделал еще один глоток. Затем второй, третий и вновь внимательно посмотрел на девушку, мирно сидевшую рядом. Сабрина увлеченно читала книгу, подобрав под себя ноги, и, казалось, совершенно не обращала на меня ни малейшего внимания. Я же не чувствовал абсолютно ничего, кроме усталости, которая, словно огромный удав, все это время обвивавший мое тело, начала понемногу ослаблять свою хватку, высвобождая из цепких объятий и удаляясь все дальше и дальше. Еще мгновение… Мои веки сомкнулись, и я провалился в глубокий безмятежный сон…

Сквозь крепкий сон я услышал громкий звук бьющегося стекла. От неожиданности я вздрогнул и приподнялся на локтях. Кое-как раскрыв глаза, я привстал на диване, прищурился и попытался рассмотреть что-либо в темной комнате. Совсем рядом со мной послышался громкий треск. В доме кто-то был. И этот кто-то, судя по звукам, шагал по осколкам, давя и растирая их в пыль. Ужас и понимание произошедшего за время моего сна холодной сталью опустилось на мою голову. В блеклом свете проникающего в гостиную лунного света, я с трудом различал очертания своего дома. Пусто. Пусто и холодно. Справа снова раздался хруст. Я повернул голову в сторону звука, тихо сполз с дивана на пол, присел на корточки и приготовился к атаке. Только я собрался вскочить на ноги и наброситься на незваного гостя, как в тот же момент напряженную тишину темного дома разрезало громкое «МЯУ»! И мой храбрый кот первым бросился в бой с непрошенным визитером, кусая его и царапая. От неожиданности незнакомец растерялся и врезался в стену. Предварительно зацепив торшер, который с гулким грохотом опустился на стеклянный журнальный столик, превратив его в большую кучу бесполезных осколков.

– Твою мать! Гигантер! Я всегда знал, что ты меня терпеть не можешь! Да что же ты за кот такой, а? Больной на всю голову! – запричитал знакомый с раннего детства голос. Не веря своим ушам, я бросился к выключателю и врубил свет. В комнате царил полный порядок, не считая разбитой вдребезги хрустальной вазы и столика, которые теперь тщательно превращали в пыль, прыгающие из стороны в сторону ноги Эрика. Парень усердно пытался сорвать кота со своей головы.

– Ну? Что уставился? Оттащи от меня своего бешеного кота! – рявкнул он и продолжил борьбу с разъяренным Гигантером. Я в полном недоумении следил за разыгрываемым передо мной поединком. Наконец Эрик сумел справиться с обезумевшим котом, запер его в ванной и, тяжело вздохнув, опустился на диван.

– Это был неравный бой, – пробубнил парень, стряхивая с себя клочья кошачьей шерсти. – Вот правду говорят: хочешь узнать, какой человек на самом деле, пообщайся с его питомцем, – продолжал причитать Эрик.

А я раскрыл рот от изумления и, не в силах вымолвить ни слова, рассматривал изменения, произошедшие с внешностью моего лучшего друга. Его когда-то довольно смуглая кожа теперь была холодного мраморного оттенка. Оттенка мертвого тела, отливающего то ли серым, то ли синим цветом. На тонких пальцах бледных рук красовались длинные и острые, словно ножи, когти. И как он только умудрился не разорвать кота на части? А его когда-то такие живые и теплые синие глаза теперь казались безжизненными и холодными, словно лед.

– Я разбил вазу и этот долбанный стол, который вечно мешался на пути. Извини. Все никак не привыкну к супер зрению, слуху, обонянию и всему супер такому, о чем вы, смертные, можете только мечтать, – бескровные губы молодого человека растянулись в широкой улыбке, обнажая белоснежные, словно у хищника, клыки.

– Рад тебя видеть … Эээ… Живым и здоровым, – промямлил я и оглянулся по сторонам в поисках Сабрины. В сердце внезапно появилась глубокая трещина и стала быстро расползаться в разные стороны, образуя бесконечную черную дыру. Пустота и чувство одиночества окутали меня с ног до головы и будто впились внутрь, выпуская из меня воздух, а вместе с ним и желание жить.

– Ее нет, – тихо подтвердил мои худшие опасения Эрик.

– Что? Как? Черт! Я отрубился, и… – я кинулся в спальню, где меня ожидала все та же неприятная картина: холодная пустота и ничего более. Я захлопнул дверь и, не обращая внимания на Эрика, который пытался что-то объяснить, бросился на кухню. Там тоже не нашлось ничего интересного, кроме остывшего и уже давно несвежего шоколада. Полностью осознав свою оплошность, я в ярости схватил случайно подвернувшийся под руку тостер и швырнул его. Тостер с громким грохотом влетел в стену и разлетелся на мелкие детали. Вновь обессилев, я опустился на пол, крепко схватил себя за волосы и закрыл глаза. Потом вновь осмотрелся вокруг и замер. Случайная находка заставила меня громко выругаться и крепко стиснуть зубы.

– Эрик! Иди сюда! – позвал я друга и даже не заметил, как новоиспеченный вампир оказался рядом. Я вздрогнул и тряхнул головой. – Смотри, – я жестом указал на неровно рассыпанный по полу порошок светло-коричневого цвета и снова обхватил голову руками.

– Белладонна! – воскликнул вампир. – Черт, чувак, да она тебя вырубила! Узнаю свою сестру! А ведь мама тебе говорила, что не стоит выращивать подобные растения дома. А сестренка моя молодец! Быстро учится, – весело произнес Эрик и похлопал меня по плечу.

– Какого хрена? Зачем она это сделала? – в голове одновременно появлялись и исчезали тысячи мыслей. Может, Сабрина сама захотела сбежать от меня?

Нет, этого просто не может быть! Я с трудом протер усталые веки и взглянул на Эрика. Парень рьяно шнырял по кухонным шкафам в поисках чего-нибудь съестного и даже включил чайник.

– Какое сегодня число?

– Четырнадцатое января, вроде как было с утра, – быстро затараторил Эрик и нырнул в холодильник, пытаясь найти в нем подходящую для вампира еду.

– Значит, я проспал почти сутки. Усталость и белладонна сделали свое дело. Твою мать! Я ведь прекрасно знаю твою сестру! Мог бы предположить, что она выкинет что-нибудь подобное.

После нескольких глотков горячего шоколада я моментально вырубился и готов поспорить, что если бы не Эрик, проспал бы еще не одни сутки. И какого черта мне в голову пришло выращивать белладонну? С другой стороны, задаваться подобными вопросами и сожалеть о чем-либо теперь уже поздно. И уж тем более винить кого-либо, пусть даже самого себя.

– Забавно. Жизнь прошла, а привычки остались! – весело произнес Эрик и захлопнул холодильник, не найдя в нем ничего съедобного.

– Ты совсем свихнулся? Сабрина пропала, а ты думаешь о том, чем бы набить свой дохлый желудок! – рявкнул я и со всей силы ударил кулаком по полу.

– Расслабься! Она не пропала, – ответил Эрик и уселся на стул прямо напротив меня.

– Что? В смысле? – я с надежной посмотрел в мертвые глаза друга, искренне надеясь, что сейчас он скажет, что Сабрина просто вышла прогуляться, потому что только что узнала, что ее брат теперь стал бессмертным кровопийцей. Но тут Эрик открыл рот, и первые же его слова моментально разбили все мои надежды.

– Паскаль забрал ее. Она, скорее всего, уже в Париже и направляется в

Иль – де – Франс.

– Что ты несешь? Откуда ты это знаешь? – с ужасом произнес я, снова хватаясь за голову.

– Это я ему сказала, – неожиданно послышался тихий женский голос со стороны дверного проема. Я поднял голову и застыл в недоумении.

– А ты кто такая?

– Познакомься. Это Рэни, – начал Эрик и подошел к девушке.

– Так это ты! – прорычал я, мгновенно осознав, кто стоит передо мной. Я поднялся на ноги и сделал угрожающий шаг в сторону вампирши.

Внезапно Эрик встал между нами и загородил девушку всем своим телом, надежно пряча ее за своей спиной.

– Даже не думай. Я не позволю, – четко выговаривая каждое слово произнес он и взял незнакомку за руку. – Рэни не собиралась убивать ни меня, ни Сабрину. Никого из нас. А если быть еще точнее, то именно она и спасла меня.

– Она тебя убила! Превратила тебя в вампира! – я с ненавистью посмотрел на Эрика, все еще закрывавшего собой кровожадную убийцу.

– Ты не знаешь, что сделал со мной тот маньяк. Он исполосовал меня опасной бритвой, блокируя все мои мысли и движения. Я совсем не мог бороться, хотя и пытался изо всех сил. А когда пришло время меня добить, этот чертов Паскаль оставил это Рэни и ушел. Он был уверен, что она выполнит его приказ. Но она не сделала этого. Наоборот, она меня вытащила. И укусила, пытаясь сохранить жизнь. Пусть это и не устраивает ни меня, ни тебя. Думаешь, мне нравится быть таким? Я не могу выйти на улицу днем. Не могу есть, как все нормальные люди! Ну, могу, конечно, но какой в этом толк? С таким же успехом можно жевать бумагу или землю. Хуже всего то, что питаемся мы только человеческой кровью, потому что кровь животных имеет отвратительный привкус желчи, и нас от нее в самом прямом смысле может вывернуть наизнанку. По-твоему, это жизнь? Но я же не жалуюсь и не причитаю, что жизнь – говно и все такое! Я больше не хожу и не ною, что рано или поздно мы все помрем. Во всяком случае, мне теперь это точно не грозит. Впереди у меня вечность, и, прикинь, я тоже не хочу провести ее в одиночестве.

Я проглотил ком, подкативший к горлу. За всю свою жизнь я ни разу не видел своего друга в таком отчаянии. Эрик недовольно посмотрел на меня и вновь тяжело опустился на стул. В ту же секунду Рэни оказалась у него за его спиной.

– Я давно собиралась бежать от Мари. И вот она сама предоставила такой шанс. Раньше я никогда не убивала молодых и здоровых людей, у которых впереди была целая жизнь, – словно оправдываясь, начала свой рассказ девушка, нарушая неловкое молчание. – Все мои жертвы были стариками, которые не могли или не хотели больше жить: кто-то из-за болезни, кто-то из-за потери родных, а кто-то просто из-за того, что уже слишком устал от жизни. Для них смерть была спасением. Они сами молили о ней. Но, увидев Эрика, я просто не смогла. И Джек, поверь, я знаю как, он любит свою сестру. Я помогу вам ее найти.

– Она убьет ее? – поинтересовался я у новой знакомой.

– Нет. Во всяком случае, пока нет. Мари хочет узнать, на что она способна. И если Сабрина окажется сильнее, то непременно уберет со своего пути. Она не будет мириться с тем, что где-то на свете живет человек, чей талант превосходит ее собственный.

Легкая дрожь мелкой дробью прошибла все мое тело, отдавая холодом в каждой клеточке мозга, который лихорадочно пытался собрать хоть какую-то логическую цепочку, объясняющую исчезновение Сабрины. Я почесал затылок и потянулся за пачкой сигарет, неприметно лежавшей около кофеварки. Наконец-то становится ясно, зачем Мари охотилась за собственной внучкой. Ведь она никогда не горела искренним желанием вернуть ее под свое крыло. Все оказалось куда проще. Банальное тщеславие. Все эти годы дело заключалось в обычном, но весьма нездоровом, на мой взгляд, честолюбии и любопытстве. Мари не уймется до тех пор, пока не удостоверится в том, что она самая могущественная ведьма в семье де Маншанд. Или до тех пор, пока не отправится в мир иной.

– Откуда ты знаешь, что Саби в Париже, и почему он не убил меня?– поинтересовался я, вновь обрушив ненавистный взгляд в сторону Рэни.

Девушка замялась и, обойдя Эрика, тоже присела на стул.

– Сам посуди. Он давно следил за вами. И вот, напичканный белладонной, ты не представлял для него никакой опасности и интереса. Должно быть, посчитал, что ты слишком мелкая пешка, чтобы убивать еще и тебя. Но я уверена, что он прекрасно отдавал себе отчет в том, что делает. Он знал, что ее внезапное исчезновение оставит у тебя куда более глубокую рану, нежели его бритва. Он следил за вами с самого Рождества. И был уверен в том, что я давно вернулась в Париж. А когда…

Девушка не успела закончить предложение, как раздался оглушительный грохот. Кто-то с бешеной силой колотил в дверь. Эрик подскочил с места и, опрокинув стул, рванул в теплицу, подав мне знак оставаться на месте.

– Где Джек? – услышал я взволнованный голос Дерэка и поспешил выйти в гостиную.

– Слава Богу! С тобой все в порядке! – завизжала Бренда, бросаясь мне на шею. Я уставился на нее, совершенно не понимая, что происходит. Что здесь делает эта парочка? Да еще и посреди ночи.

– Джек, сегодня такое произошло! – начал свой рассказ встревоженный Дерэк, по очереди переводя взгляд с Эрика на Рэни. – Алекс пришел к твоему отцу и сообщил, что Сабрина пропала, а они с Мишель снова не смогли выйти за пределы кладбища и прийти к тебе. Их действия нарочно блокировали. Поэтому они послали призрак некой Келли, которая смогла проследить за ними. Только ей так и не удалось связаться с Сабриной. Но она все рассказала. Она видела, как все произошло. Джек, она видела все!

– И что же произошло? – я старался сохранять спокойствие и держать себя в руках, чтобы не схватить Дерэка за шиворот и не вытрясти из него всю необходимую информацию.

Дерэк и Бренда переглянулись, решая, кто из них продолжит рассказ.

– Ну? – нетерпеливо рявкнул я, физически ощущая, как мое терпение подходит к концу.

– Он пришел в бар под видом обычного посетителя, – затараторила Бренда.

– В бар? – неуверенно переспросил я.

– Да, в бар. Долго говорил с ней о чем-то. Потягивал бренди и заодно затуманивал разум. А потом они вместе ушли оттуда. Сели в такси и направились в сторону аэропорта. Мишель сказала, что Сабрина была словно завороженная! Это все, что мы знаем, – закончила Бренда и тяжело плюхнулась на диван.

– Как она оказалась в баре? – я посмотрел на Дерэка, надеясь на то, что он сумеет подробно рассказать нам, как и когда сбежала Сабрина. Вампир кивнул и тут же закрыл глаза. Несколько тяжелых вдохов и…

– У тебя была бессонница, – начал свой рассказ Дерэк и потемневшим взглядом уставился в пустоту. – Сабрине было тяжело смотреть на то, как ты себя изводишь. Она долго уговаривала тебя отдохнуть, но ты вел себя словно упрямый осел. Шарахался из угла в угол. Вот она и подсыпала белладонну в шоколад, чтобы ты хоть немного отдохнул. Потом ей позвонила некая Триш. Она просила срочно подменить ее на работе, так как у ее отца случился инфаркт, и она должна была остаться с ним в больнице. И Сабрина, как ты сам понимаешь, не смогла отказать. Она очень надеялась, что успеет вернуться до того, как ты проснешься. Но… Дальнейшее развитие событий тебе известно.

– Мы должны что-то предпринять, – пробубнил Эрик, нервно шагая по гостиной.

– Ты знаешь дорогу к замку, – я посмотрел Рэни прямо в глаза. Вампирша вышла из кухни и теперь стояла позади меня, прислонившись к дверному косяку и внимательно слушала наш разговор. – Ты отведешь меня туда.

– Об этом не может быть и речи! – испуганно округлив глаза, воскликнула девушка.

– Это еще почему? Ты то чего боишься?– поинтересовался Дерэк.

– Я поклялась, что больше не появлюсь во Франции! Да и замок хорошо охраняется. Не снаружи, но изнутри. Хотя и войти ты, конечно, сможешь. Но живым ты оттуда точно не выберешься. И один ты определенно не справишься,– с легким французским акцентом протараторила вампирша.

– Мы тоже пойдем! – храбро воскликнула Бренда и уставилась на Дерэка, который, по ее мнению, должен был немедленно согласиться.

– Дерэк!

– Само собой! Мы своих не бросаем! – пробормотал Дерэк и с любопытством покосился в сторону Эрика, который за время нашего разговора успел сбегать на кухню и, обнаружив там целую упаковку своих любимых шоколадных кексов, теперь с тоской в глазах рассматривал их.

– Конечно, я иду! Там моя сестра! – ответил парень и снова взглянул на пачку кексов. – И Паскаль. Так что, Рэни, хочешь ты того или нет, тебе придется помочь нам пробраться в замок. Тем более, что ты сама обещала мне помочь найти Сабрину.

– Уже светает, – прошептала Рэни, задумчиво глядя в окно на предрассветное небо Нового Орлеана. – Скоро мы не сможем нормально видеть и…

– Будем считать, что ты согласилась. А теперь нужно хорошенько выспаться, – быстро проговорил Эрик и похлопал меня по плечу. – Тебя это касается в первую очередь, друг.

– А я переговорю с дедушкой и закажу билеты на ночной рейс, забронирую гостиницу и улажу всякие мелочи, – начала планировать свои дела Бренда. Схватила Дерэка за руку и потянула к выходу. – Позвоню, когда все будет готово. Встретимся в аэропорту!

Бренда захлопнула дверь. И через минуту мы услышали звук удаляющегося автомобиля.

– Можно мы переночуем здесь? Если ты не против, конечно, – тихо спросил Эрик и вновь взял Рэни за руку. Ясно давая понять, что наша новая знакомая никуда не уйдет и останется с ним.

– Конечно. Оставайтесь, – я бросил недовольный взгляд на своего лучшего друга. И все же он не изменился. Все такой же весельчак Эрик, хотя и не слабо ошарашенный своим преображением. Что же, по крайней мере, теперь я не один! Мой безбашенный напарник снова со мной. Как всегда готовый немедленно броситься в бой с любой нечестью и неизвестно с чем еще.

Пока я витал в раздумьях, Рэни поставила передо мной чашку горячего зеленого чая. Я покосился на нее и с подозрением глянул на чай.

– Он не отравлен. Пей. Сейчас ты Сабрине ничем не поможешь. Тебе нужно выспаться и привести нервы в порядок, – тоном, не терпящим возражений, произнесла вампирша. И я был вынужден признать, что она совершенно права. Я все еще пребывал в третьем измерении, так и не осознав до конца весь смысл происходящего.

– Давай, друг. Пей и ложись спать. Если ты этого не сделаешь, мы тебя свяжем, и я собственноручно запихаю в твой рот пригоршню белладонны и залью кипятком, – весело пробормотал Эрик и подавил зевок.

Я еще раз провел взглядом по гостиной и паре вампиров, сидевших рядом со мной, и решил, что спорить не к чему. Покорно выпил чай, выпустил счастливого кота из ванной, и войдя в спальню, устало рухнул на кровать. Через несколько минут глубокий, беспокойный сон накрыл меня с головой, и я отключился.