26 апреля 1945 г. полковник Колесников[82] сообщил окончательные данные проверки лиц, находившихся на сборных пунктах и в лагерях военнопленных. 11-я гвардейская армия сдала в органы СМЕРШ 19 237 лиц гражданского населения, 43-я армия – 8297 гражданских лиц. Гражданские лица обнаружились и в 50-й армии – 410 человек, и в 39-й армии – 414 человек. Всего, таким образом, было задержано около 30 тысяч немецких граждан.

С 6 апреля по 11 апреля 1945 г. в окрестностях и самом Кёнигсберге была проведена специальная войсковая операция по прочёсыванию местности, проверке населённых пунктов, железнодорожных станций, пунктов питания и других мест.

Задержанию подвергались все лица, не имевшие документов на право пребывания на данной территории, независимо от национальности. Для немецкого населения указывался возраст: мужчины – от 14 до 50 лет, женщины – от 16 до 40 лет. Задержанные направлялись в органы контрразведки «СМЕРШ», на сборные и пересыльные пункты и лагери военнопленных. Операция проводилась силами частей и соединений фронта, войск НКВД, дорожных и тыловых частей, запасных полков.

Таким образом, была задержана большая часть гражданского населения Кёнигсберга.

В порту Пиллау (ныне Балтийск). Восточные немцы-беженцы садятся на пароход, бросив телеги, домашних животных и вещи. 1945 г.

«Для обеспечения безопасности и наведения порядка все выходы из города были перекрыты тремя полками войск НКВД. При этом “с целью выявления шпионов, диверсантов, террористов и другого вражеского элемента в городе работают 8 оперативных групп численностью 120 человек, которые возглавляются опытными оперативными работниками”. О результатах деятельности подразделений НКВД Зеленин сообщает поистине впечатляющие цифры: “На 13 апреля с. г. нашими оперативными группами задержано (50 526 человек, из них немцев – 32 573 человека, граждан СССР – 13 052 чел., иностранных подданных – 14 901 чел.”.

Сортировка задержанных происходила следующим образом: советских граждан направляли на фильтрационные пункты, иностранцев – в комендатуры, а немецкое население “сосредотачивается в определённых пунктах города, где будет находиться под наблюдением военных комендантов и проверяться нашими органами”.

Помимо “задержанных”, Зеленин сообщает о 1710 “арестованных”, в числе которых упомянуты: “агенты германской разведки, диверсанты и террористы” – 152 чел., члены национал-социалистической партии и других фашистских организаций – 1501 чел., “предатели и пособники” – 57 чел. Представлен также именной список наиболее важных из арестантов, в том числе судья К. Церник и прокурор З. Меер.

О масштабах проведенных органами НКВД в Восточной Пруссии “зачисток” свидетельствует письмо Берии Сталину от 5 мая, в котором сообщается, что сотрудниками наркомата на территории этой германской провинции “с января по апрель с.г. изъято вражеских элементов свыше 50 000 чел.”[83]».

К 15 мая в городе числилось 34 354 жителя. Согласно сводной «Справке о наличии местного населения» из ставших доступными современным исследователям российских архивов, по состоянию на 1 сентября 1945 г. в советской части Восточной Пруссии проживали 129 614 человек, в том числе в Кёнигсберге – 68 014 человек. Из них – 37,8 % мужчин, 62,2 % – женщин, а свыше 80 % населения находилось в Кёнигсберге и трёх (из пятнадцати) ближайших к нему районах.

«Журналист Александр Адерихин опубликовал рассекреченные документы о депортации немцев из трофейной Калининградской области.

“10 декабря 1945 г. Г. Кёнигсберг. Совершенно секретно. Кол-во экземпляров – 1. Народному комиссару внутренних дел СССР, маршалу Советского Союза, товарищу Берия Л. П. Докладная записка об оперативной обстановке в Восточной Пруссии”.

Сегодня этот документ хранится в архиве управления МВД России по Калининградской области. С него снят гриф строгой секретности. В нём приводятся точные данные о немецком населении “советской территории Восточной Пруссии”. Тогда в области насчитали 137 412 “поданных Германии”. Из них только 47 013 человек трудоспособны. Это мужчины и женщины в возрасте от 17 до 50 лет. Остальные – старики и дети.

Интересен гендерный состав трудоспособных немцев: 9744 мужчин и 37 269 женщин.

“Вследствие тяжёлых материальных условий, в которых находится немецкое население, недостаточного питания и совершенно неудовлетворительно поставленной медицинской помощи среди населения имеются эпидемиологические заболевания и большая смертность, – говорится в докладной записке на имя товарища Л. П. Берии. – Только в течение ноября месяца умерло 1258 человек”.

Немцы в Кёнигсберге. Весна 1945 г. Фото из фондов Российского государственного архива кинофотодокументов

Работающие немцы получали 400 граммов хлеба в день. Неработающие, как говорится в документе, “кроме 200 граммов хлеба, никаких других продуктов не получают”.

“В г. Кёнигсберге и других населённых пунктах наблюдается значительное кол-во случаев грабежей, часто сопровождаемых убийствами немецкого населения”, – это цитата документа, датированного декабрём 1945 г. Здесь же приводится пример одного из таких преступлений: “В квартире немца Г. четырьмя неизвестными при грабеже домашних вещей и ценностей убиты две немки и две тяжело ранены”.

<…>

В 1946 г. калининградские чекисты сообщали московскому руководству:

“На территории Восточной Пруссии наблюдается большое количество мешочников и спекулянтов из Белоруссии, Смоленской, Калужской и других областей, а также из Москвы… Мешочники и спекулянты бродят по неосвоенным ещё населённым пунктам, занимаются обмолотом хлеба, сбором всевозможных «трофеев» и скупкой, главным образом посуды у населения”»[84].

И далее ситуация не менялась. В 1947 г. уже гражданские власти Калининграда докладывали в Москву: «Неработающее немецкое население… продовольственного снабжения не получает, вследствие чего находится в крайне истощённом состоянии. В результате такого положения среди немецкого населения за последнее время отмечается резкое повышение уголовной преступности (кражи продуктов, грабежи и даже убийства), а также в первом квартале 1947 г. появились случаи людоедства, которых по области зарегистрировано… 12. Занимаясь людоедством, отдельные немцы не только употребляют в пищу мясо трупов, но и убивают своих детей и родственников. Случаев убийства с целью людоедства имеется 4»[85].

«С 1 по 15 февраля 1947 г. по городам Калининградской области… вскрыто 8 ранее совершённых преступлений, в том числе два убийства. Завербовано в секретно-осведомительскую сеть 38 человек. Выявлено и взято на оперативный учёт 35 человек уголовного и сомнительного элемента, в том числе 30 притоносодержателей. У преступников изъято 37 стволов оружия… Ликвидированы три группы скотокрадов, арестовано десять человек участников и одна грабительская группа в составе трёх человек…»

В другом отчёте областного управления милиции от 21 января 1947 г. сообщается, что за полгода удалось ликвидировать 64 бандитско-грабительские и воровские группы в составе 182 человек.

«Немцы выживали как могли. Взять, к примеру, дело Людвига Л. Он торговал мясом на базаре и в своей квартире по сравнительно невысокой цене. В голодном городе немец, стабильно торгующий говядиной, да ещё и дёшево, уже выглядел подозрительно. Где он его, это мясо, берёт в таком количестве? Людвига проверила милиция. Выяснилось, что его знакомый работал на городском кладбище. Там мясо и брали. Человеческое. На квартире Людвига милиционеры нашли несколько бочек готового к продаже товара»[86].

Немецкое население города Кранца (ныне Зеленоградск) читает объявление советского военного коменданта. Февраль 1945 г.

30 апреля 1947 г. начальник управления МВД по Калининградской области генерал-майор Трофимов направил докладную записку на имя министра внутренних дел СССР генерал-полковника Круглова: «В соответствии с указанием заместителя министра внутренних дел генерал-полковника тов. Серова от 14 февраля 1947 г. № 2/85 с 2 апреля 1947 г. мною приступлено к частичному переселению из Калининградской области немцев, имеющих родственников в советской зоне оккупации Германии. В настоящее время уже выдано разрешений на переселение 265 чел. Это мероприятие вызвало массовый поток заявлений немцев с просьбами о разрешении выезда в Германию, обоснованными причинами как соединения семей, так и тяжёлыми материальными условиями жизни… Наличие немецкого населения в области разлагающе действует на неустойчивую часть не только гражданского советского населения, но и военнослужащих большого количества советской армии и флота, расположенных в области, и способствует распространению венерических заболеваний. Внедрение немцев в быт советских людей путём довольно широкого использования их в качестве низкооплачиваемой или вообще бесплатной прислуги способствует развитию шпионажа… Немецкое население… отрицательно влияет на освоение новой советской области… Считаю целесообразным поставить вопрос об организационном переселении немцев в советскую зону оккупации Германии».

14 октября 1947 г. вышел совершенно секретный приказ № 4.8 – Приказ министра внутренних дел СССР С. Н. Круглова № 001067 «О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии».

«Во исполнение постановления Совета Министров СССР от 11 октября 1947 г. № 3547–1169с “О переселении немецкого населения из Калининградской области в Советскую зону оккупации Германии” —

ПРИКАЗЫВАЮ

1. Начальнику УМВД по Калининградской области генерал-майору тов. ДЕМИНУ переселить в 1947 г. из Калининградской области в Советскую зону оккупации Германии 30 тыс. немцев, из них 10 тыс. человек в октябре и 20 тыс. человек в ноябре 1947 г.

2. Переселению подлежат в первую очередь немцы, проживающие в гор. Балтийске и в районе побережья Балтийского моря, из других районов области, нетрудоспособные семьи немцев, не занятые общественно-полезным трудом, немецкие дети, находящиеся в детских домах, и престарелые немцы, содержащиеся в домах инвалидов.

3. Переселяемым немцам разрешается взять с собой личное имущество до 300 кг на семью, за исключением предметов и ценностей, запрещенных к вывозу таможенными правилами.

<…>

9. Начальнику конвойных войск МВД СССР генерал-лейтенанту тов. БОЧКОВУ по заявке генерал-майора тов. ДЕМИНА выделить для сопровождения немцев-переселенцев сержантов и солдат из расчета по 12 сопровождающих на эшелон.

<…>

12. Генерал-майору тов. ДЕМИНУ представить заявку в Министерство здравоохранения СССР на врачей и медицинских работников для санитарного надзора и медицинского обслуживания переселяемых немцев в пути из расчёта один врач и две медсестры на эшелон.

13. Начальнику ГУВС МВД СССР генерал-майору интендантской службы тов. ГОРНОСТАЕВУ:

а) выдавать переселяемым немцам на дорогу сухой паёк на 15 дней по нормам рабочих промышленности и связи»[87].

30 декабря 1947 г. руководивший депортацией министр МВД С. Н. Круглов отправил докладную записку Сталину, Молотову, Берии и Косыгину:

«О переселении немцев из Калининградской области РСФСР в Советскую зону оккупации Германии».

«Всего из Калининградской области переселено 30 283 человека. Из них:

из гор. Балтийск – 355 чел.

с побережья Балтийского моря – 9756 чел.

из гор. Калининграда – 7602 чел.

из других районов области – 7610 чел.

из детских домов и детских приёмников – 3933 чел.

из домов для престарелых – 764 чел.

медицинского, педагогического и другого обслуживающего

персонала эшелонов из различных пунктов области – 283 чел.

В соответствии с п. 2 указанного постановления Совета Министров из гор. Балтийск и с побережья Балтийского моря переселены все немцы, проживавшие там к моменту переселения, а из других районов области – главным образом нетрудоспособные семьи немцев, не занятые общественно-полезным трудом, дети, находившиеся в детских домах, и престарелые немцы, содержавшиеся в домах инвалидов.

В числе переселенных:

мужчин – 3505 чел.

женщин – 13 840 чел.

детей – 12 938 чел.

Всего – 30 283 чел.»[88].

Обратим внимание на соотношение мужчин, женщин и детей. Мужчин было 11,5 %.

Канцелярская работа по составлению и проверке списков депортируемых часто давала неожиданные результаты. В 1948 г. во время подготовки одного из эшелонов милиционеры задержали «группу русских лиц, которые, получив паспорта немецкие, пытались выехать в Германию».

Как правило, эшелон состоял из 55 вагонов. 50 вагонов для переселяемых, один – для начальника эшелона и команды сопровождения, один санитарный вагон и три вагона с багажом. В вагон, оборудованный нарами и печами, помещалось сорок человек. Каждый эшелон сопровождала команда конвойных войск МВД из 12 человек. Специальным распоряжением предписывалось грузить депортируемых в поезда только на европейской колее.

Но вернемся к докладной записке Круглова.

«Отправка переселяемых немцев происходила организованно. К пунктам погрузки в вагоны переселяемые доставлялись на автомашинах, водным путем или железнодорожным транспортом местного сообщения.

На месте погрузки всем переселяемым выдавался продовольственный сухой паек на 15 суток. Лицам, не имеющим денег, продовольствие выдавалось за счет средств Облисполкома.

Эшелоны были оборудованы нарами, печами и снабжены углем на 5–6 суток. На каждый эшелон были назначены 2–3 врача и 3–4 медсестры или фельдшера из числа переселяемых немцев с необходимыми документами. Для каждого эшелона было выделено по одному санитарному вагону»[89].

В послевоенном Кёнигсберге

Первый эшелон ушел в сторону станции назначения Позевальк 22 октября 1947 г., последний – 21 октября 1948 г. Всего отправили 48 эшелонов.

Всего с октября 1947 г. по октябрь 1948 г. было переселено 102 125 немцев, из них: мужчин – 17 521, женщин – 50 982 и детей – 33 622.

Из города Калининграда и районов области переселено 96 747 человек, из детских приемников и детских домов – 4536 человек, престарелых немцев, содержавшихся в домах инвалидов, – 797 человек, из больниц – 45 человек[90].

30 ноября 1948 г. министр Круглов письменно (отчёт № 4952/к) сообщил о завершении операции Сталину, Молотову и Берии. Коренным населением Восточной Пруссии стали русские, белорусы и украинцы.

Остатки немцев вывозили из Калининграда до 1951 г. После окончания депортации в области осталось несколько десятков немцев. Среди них – несколько немок, которые вышли замуж за советских военнослужащих. Как правило, они выдавали себя за литовок.