Бывший полицейский Жан Лапуант и его дальний родственник Анри Лапуант ужинали в таверне «Прекрасная Марта».

Анри, сбросивший, наконец, личину четырнадцатилетнего простофили, наслаждался едой, уютом и прекрасным, почти на уровне королевского, обслуживанием. Никто здесь даже подумать не смел послать дорогого гостя мыть полы или выносить помои, а уж подзатыльник и вовсе был немыслим, как шутовское выступление на церковной службе.

Благодать.

– Твоя вещь пока останется у меня. – Жан показал зажатый в кулаке медальон, украденный когда-то из дома Денуа, и спрятал его в карман. – Жутковатая штука, с которой придется долго разбираться. Ты правильно сделал, что выкачал из него магию, он безумно опасен, особенно в неопытных руках. Да и не до него сейчас, у нас есть более важные дела.

– Когда уезжаем?

Барон впился зубами в куриную ножку и пробурчал нечто невнятное.

– Не понял.

– Я говорю, вначале надо понять куда. Кале захвачен островитянами, все северное побережье кишит галлийскими войсками, пусть бестолковыми, но горящими суровым энтузиазмом. А ты в розыске, так стоит ли соваться в осиное гнездо? – Они уже перешли на «ты», чтобы у окружающих не возникало лишних, совершенно не нужных вопросов.

– Предлагаешь остаться здесь? – спросил младший.

Старший солидно отпил вино из стоящего рядом бокала, галантно и смачно вытер губы рукавом.

– Не знаю. Здесь, по крайней мере, более-менее тихо и всё знакомо. Ехать на север – нельзя. На западе – Вандея, где дружно спятили и аристократы, и революционеры, режут друг друга беспощадно и изобретательно, там земля до ада пропитана кровью. На сухопутных границах, боюсь, тоже скоро запылает – вряд ли островитяне одиноки в стремлении откусить побольше галлийской земли. Остается южное побережье, но это уж будет совсем далеко и долго. О, Пьер, какими судьбами?!

Это барон поприветствовал полицейского капрала, вошедшего в таверну во главе полицейского патруля.

– Рад тебя видеть, Жан, – ответил русоволосый здоровяк. – Обычная проверка в надежде поймать очередного врага народа. Граждане, – это уже было сказано всем посетителям, – прошу приготовить документы.

– Вон он, попался! Хватайте его, гражданин полицейский, это разбойник, я знаю! – Из дальнего угла вскочил Левеф и двинулся к Анри, тыча в него толстым пальцем. – Он навел своих сообщников на мой караван!

– Что за чушь, я отлично знаю мальчика! – вскочил де Безье. Решительно, хотя и растерявшись от такого напора.

– И он разбойник! – Палец переместился на барона. – Их здесь двое, люди, держите их!

– Да что вы говорите? – Капрал даже облегченно рассмеялся. – Спокойно, граждане, этот человек – тот самый полицейский, что и изловил банду кудесников, за что мы все ему благодарны. – И он шутливо поклонился своему уже бывшему коллеге.

– А мальчик… постой-ка… Ты кто такой, парень? Документы есть? Нет? Тогда пошли с нами. Извини, Жан, но очень уж он похож на некоего Анри Мерсье, объявленного в розыск самим Денуа. Скорее всего, ошибка, но порядок есть порядок, сам знаешь. – И полицейский твердой рукой схватил Анри за плечо.

А Жан замер, внезапно ощутив свое бессилие перед безжалостной машиной бюрократии. Документов нет, подтвердить личность Анри некому, даже Гурвиль видел его лишь под личиной четырнадцатилетнего подростка. Еще можно достать шпагу, с боем пробиться на улицу через тела своих недавних соратников. Может и получится прорваться, но что дальше? Куда бежать? Где скрываться? В крайнем случае придется, конечно, взяться за оружие, потому что приказ должен быть выполнен.

Господи, помоги!

– Момент, капрал! – раздался властный голос откуда-то из-за спины.

Жан обернулся, Анри поднял испуганный взгляд, протерев рукавом вспотевший от страха лоб.

Из-за соседнего стола поднялся худощавый артиллерийский майор.

– Надеюсь, ты знаешь, что полиция не сметь задерживать военных. – Он не спрашивал, утверждал.

– Ты хочешь сказать, майор, что молодой гражданин служит в армии? – Капрал даже не попытался скрыть облегчение. – Могу я взглянуть на документы?

– Мои – пожалуйста. – Майор достал из-за обшлага и протянул бумаги. – Его – завтра в штабе местного полка, я не желать ради твоего любопытства прерывать ужин.

Полицейский развернул бумаги, прочитал и даже присвистнул.

– Все в порядке. – Возвращая их, он встал в некое подобие стойки смирно. – Вопрос исчерпан, желаю тебе удачи в бою, гражданин майор! – Потом перевел взгляд на Анри. – И тебе, парень.

Вскинул руку в воинском приветствии, не очень четко, но с явным уважением, и продолжил проверять документы у прочих посетителей.

А майор взял свою тарелку с запеченной свиной рулькой, бокал вина и пересел за столик к Жану и Анри.

– Узнаешь меня, парень?

У мальчика, все еще затравленно озирающегося, хватило сил лишь отрицательно мотнуть головой.

– Париж, день штурма королевского дворца, – напомнил артиллерист.

Штурм? Ах да, тот самый день. Когда убили де Колиньи, когда начался ад… и тогда… было что-то такое, кажется…

– Вы тогда были капитаном, и вы угостили нас обедом? Спасибо, мне очень хотелось кушать.

– Я Жан Лапуант, отставной сержант полиции Амьена. Это мой кузен Анри Лапуант. С кем имею честь? – вмешался в разговор де Безье.

Собеседник внимательно посмотрел на него, прежде чем представиться.

– Поццо ди Борго. Бернардо. Майор. Можно майор ди Борго. Давний друг этот юноша, кто он тебе?

«Армия изменилась, – подумал барон. – Офицеры тычат и считают нормальным слышать „ты“ в ответ. Сколько ему? Не больше двадцати пяти, скорее меньше, почти мой ровесник».

– Мой кузен, Анри Лапуант. – Давать развернутые ответы совершенно не хотелось.

Майор кивнул. То ли услышанному, то ли своим мыслям.

– Ты служил, я видеть. А Анри и впрямь похож на разыскиваемый, я помнить описание. Я назначен командовать артиллерией в Кале. В пикардийский корпус генерала Кургелона[7]. Мне нужен адъютант и денщик, вы оба подходите. Согласны?

Уф-ф, вот это вечерок. Надо отвечать, но что? Ему, почти лейтенанту, идти адъютантом к неприлично молодому майору? Легко. Но вот принцу Галлии чистить тому же майору сапоги?!

Жан взглянул на «кузена», вопросительно вскинул брови. Тот уверенно кивнул. Что же, значит, так тому и быть. Риск, безусловно, имеется, но где в Галлии его сейчас нет?

Закатывать длинную речь не хотелось, да и ди Борго, кажется, сторонник краткости.

– Да.

– Отлично. Завтра в семь прибыть в штаб драгунского полка, вам сделать документы. Тебе сколько лет? – он обратился к Анри.

– Двенадцать. – Мальчик смотрел на офицера расширенными глазами, поражаясь, как быстро и легко решается его судьба.

– Четырнадцать. Сейчас призывной возраст понижен, но все равно солдат не может быть моложе четырнадцать. Ты, – он ткнул пальцем в Жана, – сержант. Ты, – палец указал на Анри, – солдат. Завтра, и не сметь опаздывать. Трактирщик, счет!

Ди Борго оттолкнул опустевшую уже тарелку, залпом допил вино, небрежно швырнул на стол четыре су и уверенной походкой пошел наверх.

С ума сойти!

Судьба Анри решилась за пять минут, после того как они вдвоем уже пять дней безуспешно искали выход.

– Кажется, мы только что выиграли у судьбы, – задумчиво пробормотал де Безье. – Или безнадежно проиграли, но делать теперь нечего. Завтра ты либо предъявишь полицейским документы солдата, либо отправишься под конвоем в Париж.

– Либо мы прямо сейчас сбежим, – добавил Анри. И, увидев готовность Жана возразить, добавил: – Но я не желаю зайцем скакать по своей стране.

Уже лежа в постели, барон вспомнил: «по своей стране». Ерунда, фигура речи, не более, подумал он засыпая.

* * *

– Напра-во! Нале-во! Кру… Через левое плечо, корова ты недоеная! – Низенький капрал подбегает к молодому солдатику и замахивается жилистым кулаком.

Но тут же делает шаг назад и зло плюет на землю, вскидывает руки вверх и устремляет взгляд в небо.

– Господи, вот как?! Как объяснить такому дурню простейшие вещи! Бить его, видите ли, нельзя, братья мы с ним! Да моя матушка повесилась бы, если б такого урода родила! Ты не сирота? Ну хоть не женат? Слава тебе, Спаситель, не должны такие идиоты плодиться.

Делает еще шаг назад, с хитрым прищуром осматривает замерший перед ним зигзагообразный строй.

– Ну ничего, я вас всех научу, как революцию любить. Взвод, напра-во! До опушки леса и назад бего-ом марш!

Когда солдатики скрылись, чавкая сапогами по размокшему полю, капрал подошел к сидящим на крыльце избы Лапуантам. Бесцеремонно отодвинув младшего, сел между ними и обратился к старшему:

– Вот как можно хоть чему-нибудь научить деревенского увальня, если нельзя ему даже по морде съездить? Веками солдатскую науку через зубы вколачивали, и ничего, побеждали же потом и кастильцев, и островитян, и вообще всех.

Жан ободряюще хлопнул собеседника по плечу.

– Не горюй, дружище, думаю, ты на верном пути. У нас в гарнизоне говорили: не доходит через голову, дойдет через ноги. Гоняй их без роздыху, вот и выйдет толк. Главное – силы у парней есть, гляди, как чешут.

Капрал хмыкнул, разглядывая, как его солдатики, начисто забыв про строй, сбились в кучу, но бегут, не сбавляя темпа.

– Так-то так, да времени мало. Не сегодня, так завтра их пошлют на штурм, а там, сам знаешь, без правильного маневра ловить нечего.

– Нет, сегодня штурма точно не будет. Мой-то, – он кивнул на дом за спиной, намекая на командира, – как вчера приехал, так за голову и схватился. Пушки-то наши далеко стоят, до города попросту не добьют. Выходит, все артиллерийские позиции надо заново строить. Так что пусть немного, но время у тебя есть. О, вот, кстати, и он идет.

Жан, увидев издали подходящего ди Борго, вскочил, оправил мундир, критически осмотрел также вставшего Анри и остался доволен.

А капрал пошел назад к подбегающему взводу, настраиваясь гонять его в хвост и гриву до полного изнеможения.

Майор стремительным шагом подошел к дому, бросил мимолетный взгляд на вытянувшихся адъютанта и денщика, коротко бросил:

– Ждите. Пойдете со мной.

Прошел в дом, вышел через минуту, держа в руках свернутые листы бумаги, и не глядя сунул их в руки Анри.

Они широким шагом прошли на правофланговую батарею, причем, чтобы не отстать, юному денщику пришлось пару раз переходить на бег. Пушки располагались на вершине холма, откуда вдалеке просматривались пригороды Кале.

– Командир, ко мне!

Подбежал невысокий полноватый лейтенант лет сорока, на ходу застегивая сюртук.

– Передислоцироваться вон туда, – ди Борго ткнул пальцем вперед. – Саперов не ждать, до вечера установить пушки самим.

Лейтенант удивленно вскинул брови, но спросил лишь:

– Будут указания по расположению орудий, или мне определить самому?

Майор, не повернув головы, протянул руку в сторону Анри, тот вложил в нее сверток с бумагами. Ди Борго достал один из листов, остальное вернул.

– Вот схема. Расположение пушек можешь корректировать, но сектора обстрела обязан обеспечить. Еще вопросы?

– С едой бы подсобить. Устанут ведь солдаты-то.

– Что смогу – сделаю. И помощь найду, но саперов, их позже подгонят, следует использовать только для строительства флешей под уже занятые вами позиции.

Анри краем глаза успел заглянуть в схему. Знакомо, на своих уроках маршал де Монтсо показывал нечто похожее, но те чертежи были проще, намного проще.

Подобное повторилось на остальных четырех батареях. Как понял мальчик, галлийцы концентрировали артиллерию в центре, почему-то не опасаясь флангового обхода противника. Почему?

Спросить? Солдату у майора? Нет уж, лучше подождать вечера, может быть, Жан что-то сможет объяснить.

Но ждать не потребовалось. Когда командиры батарей получили последние указания, ди Борго обратился к адъютанту.

– Останься, проконтролируй, как пойдет дело.

И тут же зло ударил кулаком по ладони.

– Идиот! Слепой кретин! Если островитяне установили пушки вон там, – он ткнул пальцем в крайние дома Кале напротив левого фланга галлийцев, – нас обойдут и сомнут к чертовой матери! Нам просто нечем будет защищаться.

– Если позволишь, майор, – вытянулся по струнке сержант, – я могу разведать. В полиции приходилось скрытно подкрадываться к разбойникам, опыт есть. Даже и в город проберусь. Пройдусь, осмотрю все и доложу.

– Да? – Ди Борго задумался, прикусил губу. – Хм-м… нет, все же нет. Кургелон собирался послать свою разведку. Мол, «деревенские парни по полям и лесам проползут, как змеи, все высмотрят и вызнают». Не хватало моему адъютанту столкнуться с этими земноводными. Займись лучше артиллеристами.

Чистить штаны и сапоги своего командира король Галлии закончил далеко за полночь – ди Борго допоздна мотался по лагерю, с кем-то договаривался, с кем-то ругался так, что уважительно кряхтели бывалые капралы. На неважном галльском, но с колоритными загибами.