Вот и лес. Смог! Добежал!!!

Анри рухнул на усыпанную первой желтой листвой траву.

Господи, как же все болит! Ноги, руки, шея. Боже, шея-то тут при чем? Но ведь болит же.

Все, спасся? С трудом, по-стариковски кряхтя, перевернулся. Погони нет? Отлично. Можно и полежать, разглядывая покрытые увядающей листвой деревья на фоне голубого неба. По которому плывут причудливые облака. Вон то похоже на всадника, скачущего на смешной смеси коня и бегемота. А это – на лисью морду, любопытно выглядывающую из-за размотанного ветром стога. Красота! И небывалое блаженство, хотя тело по-прежнему болит немилосердно.

Вставать? Куда-то идти? Не в этой жизни.

Но надо. Амьен недалеко, а там есть таверна «Прекрасная Марта», а в ней дожидается господин, несомненно – господин, никаких граждан, де Безье. Он решит все вопросы, устранит все проблемы, позволит стать пусть не королем, плевать сейчас на королевство, но хотя бы просто двенадцатилетним мальчишкой, которому есть на кого положиться.

Что там на поле? Обоз уезжает в сопровождении кавалеристов. Все кончено, можно собираться в путь.

По той же дороге? Хотелось бы, но нет. Де Монтсо учил, что на войне дороги опасны для того, кто не знает где друзья, а где враги. Тут же друзей нет вообще, зато враги на каждом шагу. Выход один – пробираться напрямую. Никогда не бывал в лесу? Не беда, что, в конце концов, здесь может случиться?

– Мама! – Отпрыгнул в сторону – что-то острое больно ударило в ногу. Змея. Длинная, красновато-бурая, с замысловатым рисунком на спине. Все? Стоило столько терпеть, чтобы умереть здесь, в лесу, от укуса ядовитой гадины.

Анри дрожащими от страха руками закатал штанину, ожидая увидеть два роковых пятна. Нет? Не прокусила плотную ткань? Повезло. Как знать, может именно сейчас удача обратила на него благосклонный взгляд. Так нечего разлеживаться. Время? Около полудня. Солнце? Вон там. Заветный Амьен на севере, то есть где-то там. Вперед!

Окраина Амьена показалась, когда солнце уже клонилось к горизонту.

Сил не было, в голодном животе урчало, одежда грязна и измята после всех падений юного путешественника в траву, ручьи и овраги, но все же не изорвана. Дело за малым – найти таверну «Прекрасная Марта» и не попасть в полицейский участок.

Фр-р-ур-р. Живот, однако. Господи, как же есть хочется! И пить. И спать. Прелестно. Деньги есть, целых полтора луидора, но кто ж пустит оборванца в приличное заведение? А в неприличном мало что не накормят, так еще и ограбят, даже не раздумывая, вот же влип.

Голодный и злой мальчик сидел на опушке леса, собираясь с духом, прежде чем отправиться в город. И прямо перед ним, метрах в пяти, уселся кролик и принялся нахально вылизывать серую шкурку.

Убивать нельзя людей, а животных? Папа любил охоту, значит – можно! Чем? «Огненное копье»! На!

М-да, надо было бить чем-то полегче, «стрелой», например. А так только несколько кусочков мяса уцелело. Правда, хорошо прожаренных.

А что, так жить можно, если ночью дождя не случится. А поутру и решим, что делать.

Первая ночевка в лесу, она запоминается навсегда. Шум деревьев, крики птиц и еще кого-то, кажется, ставшего сегодня ужином. И утренняя роса. Сырая, вездесущая, бр-р. Пришлось вскочить на рассвете.

Опять хочется кушать? Ну, ждать подарка от судьбы в виде второго кролика, это уже наглость. В город идти надо, но как? Точнее, в каком виде? Заклятье личины существует и даже изучено, но потребует от уставшего и голодного мага слишком много сил.

Что еще? Можно одежду постирать, затем магией высушить. Будет мятой, но хотя бы чистой.

Несмотря на холод и ломоту в руках, опущенных в ледяную воду ближайшего ручья, одежда была постирана, а потом и высушена несложным заклятьем. Правда, высушена не до конца из страха спалить ее к демоновой матери. Так что в город, аккуратно проскользнув мимо полицейского пикета, вошел мальчик в чистых, но мятых куртке и штанах, ставших после стирки почему-то коротковатыми. Только широкополая фетровая шляпа смотрелась по-прежнему солидно, удачно миновав приключения, выпавшие на долю ее владельца.

Встречные горожане бросали на Анри удивленные взгляды, но тут же забывали, увлеченные собственными делами. Куда идти? К центру города, разумеется.

– Тетенька, как пройти к таверне «Прекрасная Марта»?

Вопрос пришлось задать аж шесть раз, прежде чем нашлась добрая душа, указавшая правильный путь. Остальные прохожие даже не поворачивали головы в сторону странно одетого мальчика.

Но, наконец, случилось, добрался. И встал перед входом, отлично понимая, что дело плохо. С первого взгляда на двухэтажное здание, сложенное из огромных, почерневших от времени бревен, было ясно, что люди с полутора луидорами в кармане сюда не заходят. Широкие окна, узорчатые дубовые двери и стоящий рядом здоровенный вышибала в украшенной золотым шитьем ливрее, приветливо улыбающийся всем прохожим, прозрачно намекали, что гостям здесь всегда рады, но лишь тем, кто соответствует статусу заведения.

Ну да не беда, поможет опыт, полученный в компании Гая. И щедро приправленный заклятьем приязни. Дворяне поблизости есть? Двое, торопятся, идут быстрым шагом, не глядя по сторонам. Прошли, можно начинать.

– Дяденька, помогите, у меня письмо к одному из постояльцев.

– К кому именно, мальчик? – широко улыбнувшись щербатой улыбкой, громила сверху вниз взглянул на Анри. Даже, кажется, прищурился, чтобы лучше разглядеть мелкого.

– Некий де Безье, есть тут такой?

– Нет у нас таких. – И, увидев разочарованное лицо парня, добавил: – И не бывало при мне, а я здесь почти десяток лет служу. Так что иди, не задерживай.

Говорил таким тоном, что было абсолютно ясно – лишь заклятье приязни удерживает могучую руку от подзатыльника.

Вот так. Де Безье нет, денег почти нет, и Остров, с императором которого папа вроде бы о чем-то договорился, невероятно далек, можно сказать – недосягаем.

Анри поплелся по улице. Не разбирая куда, не замечая прохожих и не обращая внимания на проезжающих мимо. Телеги, повозки, кареты, всадники. Стук копыт по булыжной мостовой, крики возниц. Кто-то даже попытался огреть невежду кнутом – тот не думая, коротким взмахом руки сбил грубияна на землю.

И тут же все смолкло. Словно могучий маг опустил на амьенскую улицу купол тишины. Анри остановился, осмотрелся. Вокруг стояли мужчины и женщины, одетые и богато, и бедно. Разных возрастов, от таких же как он детей до пожилой пары, державшей друг друга за руки. И все смотрели на него.

Демон, ошибка! Такую же допустил де Колиньи, мир его праху. Только он, Анри, – не простой дворянин. Желающих его смерти навеки усмирит заклятье Защиты, остальных же… Нельзя убивать, говорите? Да кому нужен этот мир, готовый бить своего короля, как блохастую собаку?! Ну, кто первый в гости к Дьяволу?

Сброшенный на землю возница вскочил, уставился, указал пальцем на обидчика, открыл рот, чтобы бросить роковой клич, и… ничего. Внезапно смутился, развернулся, забрался в повозку и тронулся вперед, подальше от этого непонятного мальчишки.

Но остальные стояли по-прежнему, ожидая лишь смельчака, который решится крикнуть: «Бей аристократа!», чтобы броситься, рвать, колотить, вымещая на благородном щенке все обиды и унижения, полученные от таких же как он благородных мерзавцев.

– Что здесь происходит? – раздалось откуда-то из-за спины.

– Аристократ, обидел честного гражданина, магией бил, сволочь! – тут же послышалось со всех сторон.

Анри оглянулся. Сзади стоял молодой полицейский с сержантскими нашивками, немного запыхавшийся и ни одним местом не дворянин, не было над ним даже малейших следов ауры.

– Кого обидел? Ну, я жду. Кто потерпевший?

Окружающие, только что жаждавшие крови, замолчали и растерянно переглядывались. Действительно, возница уехал, вроде бы и претензий уже никто не предъявляет.

– Я жду. – В голосе полицейского послышались угрожающие нотки.

– Все равно он дворянин, – тонким голосом закричал какой-то мужичонка в красном, недавно вошедшем в моду, колпаке. – Я видел, видел!

Полицейский подошел и положил руку на плечо Анри. Но не жестко, не так, как хватают преступников.

– Революция отменила сословия! Отныне нет ни дворян, ни простолюдинов, есть только граждане. Так что такого совершил этот юный гражданин, что вы все готовы броситься на него, как стая бешеных шакалов? Вот вы двое. – Он ткнул пальцем в пожилую пару. – Я вас спрашиваю.

– Да мы чего? Мы ничего, мы вообще ничего не видели, – запричитал мужчина.

А женщина молча схватила его за локоть и буквально потащила прочь, бросив перед этим на окружающих злобный взгляд.

Полицейский, глядя на них, неожиданно улыбнулся.

– Ну вот что, расходитесь подобру-поздорову, нечего тут. Все, кончено представление. А вы, молодой человек, – он, не убирая руки с плеча, вполголоса обратился к Анри, – следуйте со мной.

И, наклонившись к самому уху, добавил:

– Ваше высочество.

Что?! Пропал! Спасаться! Бежать!

Нет? Мужская рука слишком крепко держит плечо.

Воздушный кулак! Заклинание не убивает, но с ног сбивает гарантированно. Всегда!

Нет? Почему?!

Заклятье огня, хоть руку ему ожечь!

Опять нет? Что с конструктом?!

Вязь магических линий, такая привычная, не подводившая никогда, внезапно сама собой перекрутилась, кое-где даже порвалась. А полицейский по-прежнему стоит, невозмутимый, будто ничего не случилось, будто прямо здесь и сейчас не рухнули законы магии, выведенные и доказанные мудрыми учеными.

Или не рухнули? Если этот полицейский… но… или все же…

– Вы кто? – Действительно, прежде чем швыряться заклинаниями, может быть, стоит вначале поговорить? Пока простолюдин один.

Они вернулись в таверну «Прекрасная Марта». Тот же вышибала в этот раз низко поклонился, будто признал в мальчишке своего короля.

В общем зале из-за стойки мгновенно метнулся изящный, гладко выбритый мужчина лет сорока в белоснежном фартуке, надетом поверх такой же белоснежной рубашки.

– Рады вас видеть, милости просим, нет, что вы, не сюда, как можно вообще! Прошу вас, проходите, пожалуйста! – Откинув тяжелую портьеру, мужчина распахнул спрятанную за ней дверь, ведущую в небольшой, но уютный зал, посреди которого стоял только один изящно инкрустированный, сервированный по правилам высшего этикета, стол и лишь два стула. – Здесь вас никто не побеспокоит. Что желаете заказать?

Юный король успел отвыкнуть от подобного обращения. Или все эти поклоны и восторги предназначены не ему?

– Нам крабовые салаты и… как насчет жаркого из ягненка? – Этот вопрос полицейский задал Анри. – Нет возражений? Отлично, пусть так и будет. И сок, я полагаю? Да, кувшин яблочного сока, пожалуйста.

– Будет сделано. Может быть для начала сыр? Мы нашли одну ферму, там делают изумительный сыр, очень, очень рекомендую!

– Хорошо, несите! – С ума сойти, даже ценой не поинтересовался? Он кто такой вообще?

– Ты… вы кто?

– Тот, кому поручили вас встретить, барон де Безье.

Лжет. Какой к демонам де Безье, когда слишком молод и вообще не дворянин. Этого сказано не было, но сомнение легко прочиталось на мальчишеском лице.

– Я – сын хранителя.

От простолюдинки? Бывает, но как раз не у хранителей, они обязаны следить за чистотой крови.

– И я лишен дворянства, – продолжил барон. – Не понимаете? Да вы присаживайтесь. Удобно? Ну так слушайте…

Полтора века назад четверо магов восстановили заклятье Защиты. Четверо – это слишком мало, к тому же одному из них, точнее, одной, пришлось навсегда уйти в другой мир. Таким образом, здесь остались лишь трое хранителей. И, чтобы заклятье оставалось стабильным, было принято решение: все последующие хранители должны обладать теми же способностями, что и предшествующие. Для двоих магов это ничего не меняло, но задолго до ритуала мой прапрадед, виконт де Камбре барон де Безье вначале добровольно отказался от магической силы, а потом и вовсе прошел через обряд лишения дворянства. Поэтому все дети в нашем роду проходят через эти же, поверьте, не самые приятные процедуры.

С ума сойти!

– Но без силы и дворянства не может быть мага, это известно всем! Как же такой немаг участвовал в ритуале? Зачем? Что он мог?

В этот момент раздался деликатный стук, тот же изящный господин принес тарелку со странным мягким сыром и кувшин сока.

Барон дождался, когда господин разложит еду, наполнит бокалы и уйдет, только потом ответил.

– Маг остается магом всегда, меняется лишь форма его взаимодействия с магией. Подробно этим феноменом занимаются наши родственники, виконты де Камбре. Слышал о них?

Еще бы! Законы Камбре, уравнения Камбре, преобразования Камбре, профессор Буше измучил, заставляя все это учить. В конце концов, сам Камбре, призрак которого обосновался в тайной дворцовой комнате. Всегда казалось, что речь идет об одном чокнутом ученом, а их, оказывается, целая династия. Виконтов!

– Приходилось, – буркнул Анри, внезапно испугавшись, что собеседник решит устроить экзамен по матмагу. К счастью, обошлось.

– Так вот после отказа и лишения дворянства маг не может колдовать, но способен видеть все, даже невидимые другим, заклинания и, более того, видеть создающие их конструкты, и ауры, имеющиеся у всех способных к магии людей. И, внимание, самому воздействовать на направленные на него конструкты, по своей воле изменяя или вовсе разрушая чужие заклинания. Именно так я вас узнал и именно так спасся от ваших не самых дружелюбных, надо признать, попыток от меня избавиться.

Очень интересно, если не врешь.

Анри вытянул руку ладонью вверх.

– Какое заклинание я приготовил?

– Никакого, – спокойно ответил де Безье.

– А сейчас? – Над ладонью появилось несложное плетение.

– Воздушный кулак. Недавно вы уже пытались его применить.

– Так защищайтесь!

И вновь – ничего. Только плетение скрутилось и с едва слышным звоном лопнули две магические нити.

– Не делайте так больше, ваше высочество. Этот конструкт похож на другой, не опасный, но крайне неприятный. Если его неудачно изменить, придется долго проветривать помещение. Лучше попробуйте сыр, он действительно превосходен.

И впрямь мягкая, едва гуще сметаны, масса, покрытая сверху нежной корочкой, была великолепна, ничего подобного не делали лучшие королевские повара. Где-то они сейчас? Готовят обеды для Денуа? Или как папа с мамой… как старик де Фронсак?

Грустные воспоминания были прерваны принесенным обедом. Восхитительным, наверное. Погруженный в свои мысли, Анри ел, вообще не чувствуя вкуса.

Надо о чем-то спросить. Не потому, что интересно, просто чтобы отвлечься, развеять повисшую в комнате тишину.

– То есть вы еще и виконт? В смысле де Камбре?

– Нет. Мы потомки его бастарда, которому достался лишь баронский титул и обязанности хранителей. Кстати, владельцы этого милого заведения – потомки сводных братьев и сестер того бастарда, именно поэтому нас здесь так радушно принимают.

Бастарды, братья-сестры, тонкости историй великих наверняка предков… кому они вообще интересны? В конце концов, не ради них он рвался в Амьен. Семейные предания можно послушать и потом, в уюте и покое какого-нибудь дворца Островной империи. Сейчас важно другое.

– Когда мы уезжаем?

– Это зависит от обстоятельств, – задумчиво ответил барон. – Кстати, где ваши сопровождающие? Де Колиньи.

– Убиты революционной толпой, узнавшей в них аристократов. – Анри вздохнул. И спросил сам: – А как вам удалось стать полицейским?

Де Безье нервно дернул уголком рта и ответил, явно думая о чем-то другом.

– Ерунда. Префект полиции Гурвиль мой дальний родственник, тоже потомок кого-то из сводных братьев того бастарда. Два месяца назад взял меня на службу капралом под именем Лапуант (Lapointe). С тех пор я, как видишь, вырос.

А он гордится карьерой! – с сожалением отметил Анри. Может, теперь и уезжать никуда не захочет?

– Так что насчет поездки?

– Не сейчас. – Барон твердо смотрел собеседнику прямо в глаза. – Я жив благодаря Гурвилю. И могу исполнить приказ короля только благодаря ему. Я не имею права уехать, не выполнив своего обязательства – разгромить разбойничью шайку, орудующую в здешних местах. Надеюсь, что это займет не очень много времени, но и завтра не закончится. Так что придется вам, ваше высочество, придумать легенду. Скажем, мой брат, Лапуант-младший, приехал в гости?

Хм-м, опять задержка? Плохо, но лучше, чем было раньше. По крайней мере, отныне он не будет одинок. Только…

– Я ехал сюда с торговым обозом под фамилией Юбер. Не будет странно, если столкнусь с кем-то из прежних знакомых?

– Юбе-ер. – Де Безье почесал затылок и закатил глаза, что-то явно вспоминая. – Подождите, Анри Юбер из обоза Левефа? Это не вас ли я видел удирающим во все лопатки на дороге из Оремо?

Анри смущенно потупил взгляд – недостойно короля, да хотя бы и принца, за которого его принимает барон, носиться по полям подобно зайцу.

– Так-так… рост, волосы, цвет глаз… одежда… да вы в розыске, ваше высочество, как опасный преступник!

Чего?

– Обозники в один голос заявили, что некий Анри Юбер является не кем иным, как наводчиком шайки разбойников, известной в Амьене как банда кудесников. А что на самом деле? Как вообще вы жили это время, ваше высочество?

Рассказ был долгим, закончился, когда солнце скатилось за горизонт, а у юного рассказчика уже слипались глаза. Барон лишь изредка прерывал его уточняющими вопросами, а в конце выдал недостойную светской беседы фразу.

Затем лично отвел мальчика в комнату на втором этаже, где и уложил спать в мягкую и широкую постель, пахнущую свежескошенной травой.