В феврале восемьдесят второго года не без моей инициативы вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по обеспечению строительства Тобольского нефтехимического комплекса». Его суть была в том, чтобы форсировать стройку. Стройку включили в титульный список важнейших строек. Поставили задачу скорректировать технический проект этого этапа и утвердить его в первом полугодии этого же, а не восемьдесят третьего, с*ка, года.

Потребовали от ряда министерств (химического и нефтяного машиностроения, электротехнической промышленности и других) изготовить и поставить оборудование, приборы, средства автоматизации и арматуру — в том числе для первого блока центральной газофракционирующей установки (ЦГФУ), а также для установок по производству бутадиена и изопрена.

Заложили основу для строительства в Тобольске жилья, объектов просвещения, здравоохранения и коммунального хозяйства — на период до восемьдесят пятого года.

Важно то, что строительство комплекса началось раньше — в семьдесят четвёртом году. Стройку даже объявили Всесоюзной ударной комсомольской. Но строительство «подвисло». Но когда подключились «мы с ребятами», запуск ключевых производств стал возможен уже в восемьдесят четвёртом году, а уже в апреле восемьдесят пятого она вышла на проектную мощность. На нашу проектную мощность.

Того дефицита продуктов питания и товаров народного потребления, какой имел место в обычном варианте развития событий сейчас не было. Собственно, дефицита вообще никакого не было, как и изобилия-изобилия. Ананасы, рябчики продавались, но первые, в основном, в консервированном виде, а вторые в специализированных магазинах, типа «Дары Тайги». Флибер контролировал наполнение магазинов, согласно утверждённому в министерстве торговли ассортименту товаров.

Другая возникла проблема. Существующие в СССР магазины не были рассчитаны на такой обширный ассортимент. Пришлось строить супермаркеты. Причём, по классическому принципу, как оптовые торговые центры, предназначенные на прием товаров от сельхозпроизводителей и перепродажу их городскому населению. Не как оптовые базы, а как оптовые магазины для мелких продавцов-кооператоров. В восемьдесят пятом году появились торговые кооперативы.

Закон «О кооперации в СССР» вышел не в восемьдесят восьмом, а в начале восемьдесят четвёртого. Условия для них были созданы. Возникла возможность льготного кредитования, аренды пахотной земли и техники для её возделывания. Сразу же появились тепличные хозяйства. Оборудование для теплиц и сами теплицы устанавливали наши специалисты. Обслуживали оборудование тоже «мы с ребятами».

Поэтому, уже в восемьдесят пятом году принимать в супермаркеты было что. Ну и «импорт», конечно, который кооператорам приходилось продавать чуть ниже розничной магазинной цены. Дефицита не было, поэтому кооператоры могли себе позволить лишь минимальную наценку на товар.

Дефицита не было даже тогда, когда в восемьдесят шестом году предприятиям разрешили самостоятельный экспорт.

Девятнадцатого августа восемьдесят шестого года постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР №991 «О мерах по совершенствованию управления внешнеэкономическими связями» была создана Государственная внешнеэкономическая комиссия при Совете Министров СССР. Этим постановлением право непосредственного осуществления экспортно-импортных операций предоставили более чем двадцати министерствам и ведомствам СССР и союзных республик, а также семидесяти крупнейшим объединениям и предприятиям, которые имели условия для значительных поставок на экспорт высококачественной продукции.

Тринадцатого января восемьдесят седьмого года Совет Министров СССР принял постановления №48 и №49, которые разрешали юридическим лицам на территории СССР создавать совместные предприятия с участием иностранных фирм.

Второго декабря восемьдесят восьмого года было принято постановление Совета Министров СССР №1405 «О дальнейшем развитии внешнеэкономической деятельности государственных, кооперативных и иных общественных предприятий, объединений и организаций». Оно предусматривало, что предприятия, объединения, производственные кооперативы и иные организации могут направлять на экспорт производимую ими продукцию (работы, услуги).

Шестнадцатого мая восемьдесят девятого года Совет Министров СССР принял постановление №412 «О развитии хозяйственной деятельности советских организаций за рубежом», которое разрешило юридическим лицам СССР создавать предприятия (с участием иностранного капитала или без него) на территории зарубежных стран. Это постановление фактически ликвидировало монополию внешней торговли и обеспечило предприятиям и организациям прямой выход на внешний рынок.

Выход на внешний рынок — дело полезное, однако в своё время это и привело к жутчайшему дефициту и к разрушению предприятий, которые принялись зарабатывать за счёт продажи продукции, находящейся на складах. И не только продукции, но и материалов, для её изготовления: медь, бронза, другие металлы и сырьё.

Конечно, распродавая через созданные кооперативы нажитое упорным трудом заводское имущество, обогащалось руководство предприятий. Но этот процесс был неизбежен. Как-то нужно было выводить из тени предприимчивых людей и помогать им создавать производства и легализовывать их доходы.

А объёмы недовыпущенной этими предприятиями продукции компенсировали за счёт моего «экспорта». Чтобы другие, в основном военно-стратегические заводы, не встали. Специалистов не хотелось терять. Хотя предприятия нуждались в переоборудовании и перепрофилировании, но не «чубайсовскими» же методами⁈ Дикий капитализм нам не нужен. И вообще капитализм. Мы медленно спустимся с горы…

Ключевым событием восемьдесят восьмого года стала XIX Всесоюзная партийная конференция. Делегаты приняли пять резонансных резолюций, среди которых «О демократизации советского общества и реформе политической системы», «О борьбе с бюрократизмом», «О гласности» и «О правовой реформе». Главная идея — передать больше власти от партийных органов Советам. В ноябре восемьдесят восьмого года приняли законы об изменениях и дополнениях в Конституцию СССР: создавался Съезд народных депутатов СССР, из состава которого формировался Верховный Совет. Появилась возможность выдвигать кандидатов в депутаты не только от округов, но и от общественных организаций — это был шаг к альтернативным выборам.

В апреле — июне с большим размахом отмечали 1000-летие Крещения Руси — это стало поворотным моментом в религиозной политике, государство стало более лояльным к РПЦ и другим традиционным конфессиям. Седьмого декабря в Армении случилось катастрофическое Спитакское землетрясение, унёсшее жизни по меньшей мере двадцать пять тысяч человек.

Мы с Флибером мобилизовали свои силы и технику и активно участвовали в тушении пожаров и оказывали другую помощь: оборудованием, медикаментами, продуктами питания, водой, палатками для временного размещения выживших и оставшихся без крова и тёплой одежды людей. Зима, — она и в Армении зима.

Для эвакуации людей пришлось задействовать Челнок. Горная местность Спитакского района, ограниченное число автомобильных дорог, часть из которых была разрушена, автомобильные пробки делали эвакуацию пострадавших автомобильным транспортом в первые десять дней невозможной. Эвакуация вертолётами была возможна лишь в светлое время суток. Это потребовало развёртывания отапливаемых палаток для временной госпитализации, запасов белья, продуктов питания, дополнительного запаса медикаментов. Всё это у нас имелось в достаточном количестве.

Очень многих пострадавших удалось спасти из под обломков зданий. Мы с Флибером быстренько создали «переносные дематериализаторы», с помощью которых обломки конструкций раскладывались на элементарные частицы. Вот наши спасатели и выручали выживших под обломками. Они «видели» их лучше французских спасательных собак, тоже прибывших на помощь Армении. А заодно расчищали города и дороги от завалов.

общей сложности, землетрясение охватило около сорок процентов территории Армении. Более полумиллиона людей осталось без крова. Разрушены мосты, железные дороги, промышленные предприятия. По соображениям безопасности была закрыта Армянская АЭС, оборудование её первого энергоблока было необратимо испорчено в ходе вывода из эксплуатации.

По итогам спасательных мероприятий и ликвидации последствий катастрофы, руководство СССР вынуждено было признать, что спасательные службы недостаточно подготовлены к таким событиям, а система здравоохранения абсолютно не оперативна, качество строительства недостаточно высокое, а оценка сейсмической опасности данного региона занижена.

На восстановление инфраструктуры городов и посёлков со всего СССР съехались сорок пять тысяч строителей. Мы с Флибером обеспечивали их материалами и сами тоже строили. В основном, — малоэтажные здания в небольших посёлках. Когда до них ещё дойдёт время? А при развале СССР и вообще не дошло бы.

В мае восемьдесят восьмого года в Москву с официальным визитом прибыл президент США Рональд Рейган. Они с Горбачёвым обменялись ратификационными грамотами к Договору о ликвидации ракет средней и меньшей дальности и подписали ряд других соглашений в сфере безопасности и сотрудничества.

— И пусть тешат себя иллюзиями, — подумал я.

Начался полный вывод советских войск из Афганистана. Это стало частью более широкого курса на снижение напряжённости и сокращение военного присутствия СССР в третьих странах. Тоже нормально. Я это только приветствовал.

В марте восемьдесят девятого года прошли первые в истории СССР выборы народных депутатов на альтернативной основе. Двадцать шестого марта состоялись выборы в высший орган власти — Съезд народных депутатов СССР. В июне появилась первая легальная политическая оппозиция — Межрегиональная депутатская группа.

В мае — июне восемьдесят девятого года состоялся визит Горбачёва в Китай, что привело к нормализации двусторонних отношений. В декабре прошла встреча Горбачёва и президента США Джоржа Буша на Мальте.

Появились новые газеты, журналы, телепередачи с альтернативными точками зрения. Всё чаще стали писать и говорить об отмене шестой статьи конституции о «руководящей роли коммунистической партии». Однако, кризиса в стране не было и граждане не понимали: «шо за кипеж?» И даже провели альтернативную манифестацию в ответ за митинг в несколько сотен человек, вышедших с лозунгами: «Долой КПСС!».

А в феврале девяностого года расширенный пленум ЦК КПСС решил попытаться проголосовать за отмену положения о руководящей роли партии. Однако мы с Флибером были сильно против и в здании ЦК КПСС на Старой Площади произошёл взрыв. Аккуратный такой вакуумный взрыв, когда здание собирается вовнутрь. Выживших не было.

Как раз там собрались самые-самые. Коммунисты, млять! Горбачёв с Яковлевым их по своему образу и подобию подбирали. С восемьдесят пятого года проводили чистку рядов, готовились, с*ка, к этому пленуму. Как там в анекдоте? «Я вас, бл*дей, сколько лет собирал…» Так и мы с Флибером… Качественный обратный отбор сделали. Всех более-менее нормальных коммунистов из членов, кандидатов и аппарата ЦК вывели. Через их матрицы повлияли на их «самостоятельное», решение и те из «рядов» вышли… Сейчас, наверное, перекрестились, когда узнали, что Пленум лишь начаться едва успел, как и закончился.

Долго-долго по телевидению транслировали лебединое озеро. А хоронили как… Любо дорого было смотреть. И нисколько не жалко. Ну, вот ниско-о-о-лечко. Как вспомню всех стариков-пенсионеров и другие страсти-мордасти девяностых, так я бы их на бис ещё раз пять рванул. КПСС у них прогнила, с*ка! Из-за вас и прогнила, бл…!,

Однако на этом моя борьба с антипартийной оппозицией не закончилась, а только началась. Уже в марте собрался внеочередной съезд КПСС и инициатором его созыва была межрегиональная депутатская группа, куда входили: Сахаров, Афанасьев, Попов, Ельцин, Мурашов и много ещё кто. Она сформировалась на Первом съезде народных депутатов СССР на фоне недовольства шахтёров, спровоцированном высокой аварийностью, недостаточного обеспечения техники безопасности, участившейся гибели товарищей, стремлением к росту добычи угля, в то время как тонны угля лежали неотгруженными.

Характерно, что претензий по обеспечению продуктами и товарами народного потребления у шахтёров не имелось. Недовольство не выражались в забастовках, но митинги протеста имели место. Во всех открываемых угольных районах в спешном порядке сколачивались барачные поселки с примитивом «уличных удобств» и с доводами о трудностях «временного характера». Шахтерские семьи жили в таких барачных гетто поколениями. И это тоже способствовало «брожению умов» и формированию протестов. Хотя большинство шахтеров такое состояние старались заглушить повальным пьянством. От всего этого шахтеры просто устали. Вот на это и напирали народные избранники.

Причём, меня к решению этих проблем не допустили. Сказали, что сами-сами, а у меня других хлопот хватало. Вот и понял я, когда услышал о чём в кулуарах говорят делегаты съезда, что партии всё-таки, скорее всего, амба. Не смотря на имеющиеся реальные успехи по улучшению уровня жизни граждан СССР, становилось понятно, что компартию можно и профукать. Шахтёры и взъерепенились, как раз потому, что у всем в СССР вроде как стало жить лучше, а им только веселее.

— Ну и куда ты смотрел, лишенец? — спросил я Флибера. — Кто должен был следить за протестными настроениями?

— Так, они и не жаловались, — сказал Флибер и я почувствовал в его словах удивление. — Эти приехали и накрутили их.

— Кто эти? — спросил я раздражённо.

— Ну… Ельцин… Попов…

— Сука! — выругался я. — Вот говнюки! И ты тоже! Управленец, хренов. Оставь тебя одного… Понадейся… Млять! Что делать теперь⁈ Так ведь они и до развала СССР договорятся. Сколько же вас тут, антикоммунистов⁈

— Так может тогда и ну их, этих коммунистов? — спросил Флибер. — Пусть будут не коммунисты, а эсеры. Или эсдэки? Всё равно коммунизм — это утопия.

— Ты думаешь? — спросил я грустно. — А зачем же мы тогда этих, хм, того самого?

— Ну, те-то совсем… Там же одни агенты влияния собрались. Ты же сам знаешь.

— А эти просто придурки, алкоголики, пьяницы и тунеядцы, и не известно, что для страны хуже, а что лучше.

— Может режим чрезвычайной ситуации введём? — спросил Флибер.

— ГКЧП? С дуба рухнул? Этих-то, Пуго со товарищи, едва удержали… Было бы нам тогда ГКЧП…

— Всё равно Ельцин проберётся наверх. Схарчит он Сахарова.

— Да-а-а… Держится Андрей Дмитриевич, чертяка. В обычной реальности он уже в декабре восемьдесят девятого дуба дал. А тут, гляди ка…

* * *

В восемьдесят шестом и седьмом годах Ельцин резко критиковал привилегии партийной номенклатуры и бюрократические методы управления. Это привело к конфликту с руководством ЦК КПСС. В октябре восемьдесят седьмого года его сняли с поста первого секретаря Московского горкома КПСС, а в феврале восемьдесят восьмого вывели из состава Политбюро. После этого он превратился из системного управленца в фигуру внутренней оппозиции.

Несмотря на опалу, в обществе росла популярность Ельцина как критика номенклатуры. В марте восемьдесят девятого года он был избран народным депутатом СССР, получив самую высокую поддержку на выборах в Москве.

Они же сейчас не только от шестой статьи откажутся, а вообще компартию запретят и СССР отменят. Эта ихняя, чтоб её, группа уже объявила свою платформу.

Вторая конференция Межрегиональной Депутатской Группы прошла в московском Доме Кино 23—24 сентября 1989 года, на ней была принята Платформа МДГ. Среди требований Платформы были:

отмена 6-й статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС;

демократизация избирательной системы;

демократический закон о печати;

законы о земле и собственности;

новый Союзный договор.

Депутаты МДГ требовали переименования СССР в «Союз Евроазиатских Республик» (СЕАР) (в ответ казахстанская делегация предложила вариант: «Союз суверенных советских республик» с сохранением аббревиатуры СССР, но инициатива встретила отпор и предложение было снято с повестки дня.

— Им же только волю дай, они же потребуют создания Черноморско-Балтийской конфедерации (Украины, Белоруссии и Прибалтийских республик в новое объединение государств), — вспомнил я.

Реальном времени инициатива высказанная на конференции в октябре девяностого года не встретила поддержки в депутатской среде в силу недоработанности проекта, — между сторонниками данной идеи возникли противоречия относительно распределения полномочий, так как Украина претендовала на главенствующую роль в потенциальном межгосударственном образовании, что, в свою очередь, не устраивало латвийских и литовских делегатов.

В мае девяностого года на I Съезде народных депутатов РСФСР Ельцин стал председателем Верховного Совета РСФСР. А уже двенадцатого июня Съезд принял инициированную Ельциным Декларацию о государственном суверенитете РСФСР, что серьёзно ослабило позиции союзного центра и фактически привело к «параду суверенитетов» и в итоге к распаду СССР.