Вестфальский мир ослабил Габсбургов и усилил их соперников — Францию и Швецию. Попытки императора укрепить свою власть в Империи провалились, что не могло не сказаться на положении Бранденбурга. Несмотря на то что в годы Тридцатилетней войны княжество играло весьма жалкую роль, оно приобрело по ее итогам значительные территории. Причиной тому было, впрочем, не столько искусство бранденбургских дипломатов, сколько стремление французов создать противовес Австрии. Таким образом, новый баланс сил имел для Берлина первые благоприятные последствия.

К этому добавилось то, что Австрия направила свои ресурсы на борьбу с турками в Венгрии, фактически отказавшись от активной политики в Империи. Это, однако, не означало прекращения соперничества в регионе: Бранденбург оказался на перекрестке интересов Франции, Австрии, Швеции и Польши. Владения курфюрста были разбросаны на пространстве от Рейна до Немана, и это делало его невольным участником множества конфликтов. Однако эта опасная ситуация открывала перед Фридрихом Вильгельмом определенные возможности лавирования между великими державами и использования их противоречий ради укрепления своих позиций. Именно это и являлось главной целью Фридриха Вильгельма после Вестфальского мира: он хотел добиться действительной самостоятельности и независимости своего княжества.

Осуществление статей Вестфальского мира на практике заняло не один год. Шведы, например, долго не хотели идти ни на какие компромиссы в Померании. Ситуация на Нижнем Рейне тоже не была разрешена окончательно; в 1646 году курфюрст не смог захватить герцогство Бергское и на следующий год заключил Дюссельдорфский договор, который сохранял статус-кво[8]. Тем не менее, ни один из претендентов на спорные княжества не рассматривал это соглашение как окончательное. После того как к политическим разногласиям добавились религиозные, Фридрих Вильгельм в 1651 году ввел свои войска в герцогство Юлих и потребовал от сословий принести ему присягу. Однако эта операция была плохо подготовлена как в политическом, так и в военном отношении и потому завершилась полным провалом. Сословия Юлиха и Берга объединились с сословиями Клеве, чтобы оказать сопротивление; император, Польша и Испания выступили против курфюрста. В конечном счете Фридрих Вильгельм был вынужден обратиться за помощью к императору, который урегулировал конфликт.

Эпоха влияния Бургсдорфа по итогам этих событий подошла к концу. Он уже давно вызывал нарекания со всех сторон своим высокомерием, разгульной жизнью, а также растущей неспособностью справляться с новыми задачами. В январе 1652 года он получил отставку в весьма немилостивой форме. Вскоре он скончался, и на его место в окружение курфюрста пришли два человека, непрестанно соперничавших друг с другом: Валь-дек и Блументаль.

Граф Георг Фридрих фон Вальдек поступил на службу к Фридриху Вильгельму в 1651 году. Именно он дал импульс внутренним реформам, которые должны были упорядочить финансы и улучшить систему управления владениями курфюрста. Тайный совет, ранее действовавший только в Бранденбурге, превратился в главный орган власти во всех землях Гогенцоллернов. Каждый из его членов получил четко очерченный круг полномочий; Вальдек стал ответственным за «большую политику» и армию. Он выступал за сближение с протестантскими державами, в первую очередь Нидерландами и Швецией.

Блументаль, друг и помощник Шварценберга, стал советником курфюрста годом раньше. В 1652 году он возглавил Тайный совет. Блументаль выступал за сближение с императором, который в тот момент нуждался в поддержке курфюрста на выборах своего сына римским королем[9]. Фридрих Вильгельм, в свою очередь, мог опереться на императора при решении померанского вопроса; Фердинанд III издал декрет, в соответствии с которым шведские представители не будут допущены на рейхстаг, пока не передадут Восточную Померанию курфюрсту в соответствии с постановлениями Вестфальского мира. Шведы вынуждены были уступить, и 14 мая 1653 года Фридрих Вильгельм наконец получил положенные ему земли. Впрочем, граница владений все равно была проведена максимально неблагоприятно для Бранденбурга.

Взаимопонимание с императором продолжалось недолго. После избрания своего сына римским королем Фердинанд III перестал считаться с Гогенцоллернами. На повестке дня оказался ряд спорных вопросов: начиная от проблем преследования протестантов во владениях Габсбургов и заканчивая финансовыми делами Империи. Император настаивал на том, чтобы решения по поводу финансирования общеимперских дел принимались большинством голосов и являлись обязывающими даже для тех правителей, которые отсутствовали на рейхстаге. Как раз в этот момент в Берлине на первый план вышел Вальдек, заявлявший, что подобное решение усилит позиции императора и католических сословий и напрямую угрожает финансам Бранденбурга.

31 декабря 1653 года Вальдек представил меморандум, в котором развивал свои взгляды на внешнюю политику. Его масштабный проект подразумевал, что Бранденбург должен взять на себя руководство евангелической партией в Империи и, опираясь на иностранные субсидии, вести борьбу против Габсбургов. Впоследствии эти мысли лягут в основу политики Фридриха Великого, однако тогда время для них еще не пришло.

В 1654 году Вальдек начал переговоры о союзе с северогерманскими князьями и городами. В отличие от прежних проектов, конфессиональный момент не играл здесь главной роли; участие в союзе могли принимать и католики. Наиболее важными были тайные переговоры между Вальдеком и Мазарини, предусматривавшие создание общеевропейского союза против Габсбургов. Заключение такого союза могло привести к большой войне, и Вальдек не скрывал, что готов пойти даже на развал Империи, если Бранденбург сможет извлечь из этого выгоду.

Оставляя в стороне вопрос о реалистичности подобного рода прожектов, нужно подчеркнуть, что результат переговоров был поначалу весьма скромным. В 1655 году удалось заключить союз с Брауншвейгом, однако этим дело пока и ограничилось. Тем более что в том же году появилась куда более важная проблема: шведский король Карл X начал войну против Польши, и Фридрих Вильгельм, будучи герцогом Пруссии, при всем желании не мог остаться от нее в стороне.

Положение курфюрста было весьма сложным. Если оказать помощь королю Польши, как того требовал вассальный долг, возникала опасность захвата Пруссии шведами. Если же встать, как советовал Вальдек, на сторону Швеции, был шанс расширить свои владения, но и риск потерь в случае неудачи тоже оказывался немалым. Сам Фридрих Вильгельм предпочел бы вооруженное посредничество, но шведы на это не соглашались.

В июле-августе 1655 года курфюрст провел переговоры со шведами в Штеттине. Поначалу Карл X был готов в обмен на военную помощь признать за Фридрихом Вильгельмом полный суверенитет в Пруссии. Но поскольку курфюрст колебался, а шведское оружие одерживало все новые победы, король выдвинул новое требование: Фридрих Вильгельм мог остаться герцогом, но в качестве шведского вассала. Курфюрст в этой ситуации предпочел неустойчивый нейтралитет, одновременно всеми силами создавая армию. Он смог опереться на союз с Голландией, которая опасалась дальнейшего усиления шведского влияния на Балтике. Попытка одновременно договориться с императором закончилась неудачей.

Карл X тем временем полностью разгромил поляков, которые воевали одновременно еще и с русскими. После этого он потребовал от Фридриха Вильгельма принять его условия. Курфюрст вынужден был подписать в январе 1656 года унизительный Кёнигсбергский договор, по которому признавал себя вассалом шведского короля, открыл для шведов гавани Пиллау и Мемель и пообещал в случае продолжения войны оказать им военную помощь.

Положение курфюрста ухудшилось. Чтобы компенсировать себя хотя бы на западе, он в феврале 1656 года заключил союз с Францией. Однако ситуация в Польше быстро менялась: здесь началось всеобщее восстание против оккупантов. Карл X вынужден был отступать и просить Бранденбург о военной помощи. В Мариенбурге в июне 1656 года был заключен новый союз между двумя государствами, по которому курфюрст обязался прийти на помощь шведскому королю всеми своими силами, получая взамен четыре польских палатината, включая Позен и Калиш. Это было не слишком выдающееся приобретение, однако позиции Фридриха Вильгельма в любом случае улучшились.

Дальнейшая борьба развивалась вокруг Варшавы, которую поляки только что смогли отбить у шведов. Объединенная шведско-бранденбургская армия численностью 18 тысяч человек выдвинулась против польских сил, превосходивших ее в 4–5 раз. Попытка французского посредничества провалилась, поскольку польский король был уверен в своей победе. По легенде, он ответил французскому дипломату, что скормит шведов татарам на завтрак, а бранденбургского курфюрста посадит в столь глубокую яму, что он не будет видеть оттуда ни солнечного, ни лунного света.

28–30 июля 1656 года состоялось Варшавское сражение. Фридрих Вильгельм командовал своими полками, хладнокровно и уверенно отражая непрерывные атаки поляков и татар. Выученная по шведскому образцу бранденбургская пехота выстроилась в каре; ее поддерживал эффективный артиллерийский огонь. 30 июля полки курфюрста захватили лес, примыкавший к Праге, предместью Варшавы. Победа была достигнута; вражеская армия развалилась, и на следующий день Карл X и Фридрих Вильгельм торжественно вступили в польскую столицу. Бранденбургские солдаты в этом сражении продемонстрировали, что не уступают прославленным шведским бойцам.

Однако политический и стратегический успех оказался не столь большим. Отступавших поляков не преследовали; впрочем, полное их уничтожение не соответствовало интересам курфюрста. Несмотря на союз, Фридрих Вильгельм опасался шведов и не доверял им. Его главная задача заключалась в том, чтобы спасти Пруссию, в которую осенью вторглась польская армия. 22 октября при Филиппово Вальдеку удалось разгромить и отбросить противника. Однако поляки смогли захватить Западную Пруссию и Данциг, отрезав шведскую армию от померанских гаваней. Войну со шведами начал и русский царь Алексей, надеявшийся захватить Лифляндию. Император также склонялся на польскую сторону.

К ноябрю поляки находились на вершине своего успеха, и Карлу X нужно было любой ценой сохранить союз с Бранденбургом. Ради этого шведскому королю пришлось скрепя сердце отказаться от любых прав на Пруссию и признать Фридриха Вильгельма полностью самостоятельным правителем этого герцогства. Договор в Лабяу 20 ноября 1656 года, закрепивший эти уступки, стал плодом личной дипломатии курфюрста. Последний одновременно вел переговоры с поляками, соглашаясь перейти на их сторону в обмен на признание прусского суверенитета. Однако польский король пока не был готов пойти на такую уступку.

В следующей кампании шведской армии приняло участие 4 тысячи бранденбургских солдат под командованием Вальдека. На первых порах им сопутствовал успех, и в апреле 1657 года неподалеку от Сандомира они смогли соединиться с армией трансильванского правителя Дьёрдя Ракоци. Однако действия последнего, в свою очередь, заставили императора еще более активно поддержать поляков. Фердинанд III направил своего представителя к Фридриху Вильгельму и в обмен на обещание помочь на переговорах с польским королем добился от бранденбургского курфюрста обещания ограничиться чисто оборонительными действиями.

В итоге антипольская коалиция довольно быстро распалась, и Ян Казимир смог вернуть себе утраченные позиции. Решающим ударом по Швеции стало датское нападение; Карл X немедленно обратился против нового врага, потребовав от Фридриха Вильгельма, чтобы тот продолжал войну в Польше в одиночку. Это было совершенно не в интересах курфюрста, который сразу же после ухода шведов вступил при посредничестве императора в переговоры с поляками.

2 апреля 1657 года Фердинанд III скончался, и заинтересованность габсбургских дипломатов в хороших отношениях с Бранденбургом значительно выросла. Они приложили все усилия к тому, чтобы добиться мира между Берлином и Варшавой. Польский король с большой неохотой шел на уступки и под конец едва не сорвал переговоры, однако 19 сентября 1657 года в Велау все же был подписан договор, по которому Ян Казимир признавал полный суверенитет Пруссии. В качестве ответной уступки Фридрих Вильгельм должен был вернуть полякам провинцию Эрмланд, полученную от шведов. Кроме того, Бранденбург должен был направить 6 тысяч солдат на войну со шведами. Однако договор не обязывал Фридриха Вильгельма вступить в войну немедленно, и некоторое время ему удавалось избежать окончательного разрыва со Швецией. Казалось, что он вернулся к политике нейтралитета, на протяжении целого года не участвуя в военных действиях.

Тем временем Карл X в ходе блистательной молниеносной кампании разгромил датчан и принудил их в феврале 1658 года к заключению унизительного мира в Роскильде. Фридрих Вильгельм в этой ситуации не тешил себя иллюзиями, понимая неизбежность столкновения со шведами, и стремился заручиться как можно более серьезной поддержкой со стороны Габсбургов. Он всячески способствовал избранию Леопольда на императорский престол и в феврале 1658 года заключил с Австрией оборонительный союз. Очевидно, уже в этот момент курфюрст поставил своей целью приобрести шведскую Померанию.

В июле 1658 года 18-летний Леопольд I был избран императором. Французы, безуспешно пытавшиеся помешать этому избранию, создали Рейнский союз, включавший в себя Пфальц, Швецию и несколько архиепископств. В это же время шведы разорвали дипломатические отношения с Берлином, и Фридрих Вильгельм мог в любой момент ожидать их вторжения. Подготовка к его отражению велась сразу по нескольким направлениям. Так, до нас дошла листовка, написанная, вероятно, Отто фон Шверином, одним из приближенных курфюрста. В ней содержится редкая для тех времен апелляция к национальным чувствам немцев и призыв на борьбу с «чужестранцами»-шведами. Впрочем, вряд ли это может служить основанием для того, чтобы считать национально-патриотические устремления главным мотивом внешней политики Бранденбурга.

Вопреки ожиданиям, Карл X не пошел на Берлин, а возобновил войну с датчанами, чтобы нанести им окончательный, смертельный удар. Однако его усилия не увенчались успехом. Фридрих Вильгельм воспользовался моментом и в сентябре во главе 30-тысячной армии, состоявшей из бранденбургских, императорских и польских солдат, вторгся на территорию Шлезвига и Гольштейна, вытеснив оттуда шведов. Одновременно в море появился голландский флот, снявший шведскую блокаду с Копенгагена. В декабре Фридрих Вильгельм с помощью датских кораблей высадился на острове Альс, занятом шведами; в марте он начал наступление в Ютландии и к маю захватил крепость Фредерисию — последний оплот шведов на континенте.

Теперь бранденбургский курфюрст планировал высадиться в Зеландии, чтобы снять осаду с Копенгагена. Но здесь на его пути встретились непреодолимые сложности. Своего флота у него не было, а датский был слишком слаб для того, чтобы меряться силами со шведским. Голландцев сдерживали англичане и французы, не хотевшие полного разгрома шведов. В мае 1659 года эти три державы объединились для того, чтобы выступить посредниками в датско-шведском конфликте.

Фридрих Вильгельм в этой ситуации перенес центр тяжести своих усилий в шведскую Померанию. К концу 1659 года последняя была полностью оккупирована бранденбургской армией, за исключением крепостей Штральзунд и Штеттин. Курфюрст надеялся, что по итогам войны сможет удержать захваченное. Упорство Карла X, не желавшего заключения мира, осложняло предпринятое западными державами посредничество. Даже когда в ноябре 1659 года при поддержке голландцев удалось нанести шведам очередное поражение, Карл X не стал более уступчивым.

Именно в этот момент ситуация в Европе значительно изменилась благодаря заключению Пиренейского мира между Францией и Испанией. Теперь французы могли активно вмешаться в конфликт на стороне шведов, которых считали своими главными союзниками на северо-востоке Европы. В Париже выступили категорически против бранденбургской оккупации Померании и потребовали от Фридриха Вильгельма немедленно вывести войска; 40-тысячная французская армия должна была придать вес этому требованию. Поляки не поддержали курфюрста — их цели к тому моменту были уже достигнуты, да и император не был заинтересован в продолжении войны. Оставшись в одиночестве, Фридрих Вильгельм вынужден был уступить.

По условиям заключенного в мае 1660 года Оливского мира бранденбургский курфюрст отказывался от притязаний на Переднюю Померанию. Ему оставалось утешаться тем, что была признана независимость Пруссии и присоединение к его владениям небольших польских территорий. Несмотря на то что достигнутый результат стал для него в известном смысле разочарованием, в реальности Оливский мир являлся большим шагом вперед на пути к самостоятельной позиции Бранденбурга в системе международных отношений.

Сам Фридрих Вильгельм получил богатый военный и дипломатический опыт, руководствуясь только собственными интересами и не стесняясь переходить с одной стороны конфликта на другую. Он показал себя прирожденным политиком, гибким и упорным, ни на мгновение не теряющим из виду свою цель. Его прежняя неуверенность и склонность к колебаниям ушли в прошлое; их сменила уверенность в себе. Теперь уже ни один советник не оказывал на него определяющего влияния. Фридрих Вильгельм по-прежнему советовался со своими приближенными при принятии серьезных решений; однако, выслушав все мнения, удалялся в свой кабинет и там размышлял в одиночестве. Его стиль правления напоминал тот, который был характерен для французского короля Людовика XIV.

Фридрих Вильгельм был не только искусным, но и прилежным правителем. Он буквально жил государственными делами, и лишь выезды на охоту могли его отвлечь. Он часто ездил в Клеве и Кёнигсберг, чтобы на месте решать возникавшие там вопросы. Во время его отлучек из Берлина текущими делами занимался Тайный совет, регулярно отправлявший Фридриху Вильгельму доклады.

Курфюрст и внешне производил глубокое впечатление: высокий, стройный, лицо с орлиным носом, энергичным подбородком и сверкающими голубыми глазами, величественная походка. В глубине души он был холериком и нередко совершал слишком поспешные поступки. Приближенные и даже иностранные послы опасались приступов его гнева. Однако он умел справляться с собой и, остыв, принимать хладнокровные, обдуманные решения, а его страстность превращалась в силу воли и упорство при достижении поставленных целей.

Фридрих Вильгельм был человеком глубоко религиозным. Убежденный кальвинист, он рассматривал управление государством как способ служить Господу. Несмотря на свой темперамент, курфюрст свято чтил узы брака. Его первый ребенок умер вскоре после рождения. Только в 1665 году родился сын Эмиль, а в 1667 году — Фридрих, будущий наследник престола. Их воспитанием руководил Шверин, однако и сам курфюрст активно участвовал в этом процессе. Своим детям он стремился внушить те ценности, которыми руководствовался сам, в том числе чувство ответственности перед Господом и своим народом. Он считал себя покровителем своих подданных. Вслед за Людовиком XIV Фридрих Вильгельм мог бы сказать: «Государство — это я», — в том смысле, что одно неразрывно связано с другим. Будучи поначалу лишь правителем нескольких разрозненных территорий, он поставил перед собой задачу объединить их в одно целое; именно она стала делом всей его жизни.

Независимость Пруссии являлась важным шагом на этом пути. Именно в рамках этого герцогства Фридрих Вильгельм не зависел ни от кого, в то время как Бранденбург оставался частью Империи, пусть даже зависимость от императора носила в большей степени формальный характер. Так был заложен фундамент для превращения монархии Гогенцоллернов в европейскую державу.