Василий подал машину затемно, когда на нулевой изнанке ещё горели фонари, а небо на востоке только начинало светлеть, обещая серый, пасмурный день. Старый слуга суетился возле багажника, проверяя, всё ли погружено, и его ворчание, привычное и успокаивающее, смешивалось с утренней прохладой и запахом свежей выпечки, которую он сунул в дорогу в огромной корзине.

— Ваше благородие, вы уверены, что ничего не забыли? — спросил он, когда я вышел на крыльцо. — Документы, деньги, артефакты?

— Всё при мне, Василий, — ответил я, и он вздохнул, но спорить не стал.

Арина и Лиля уже стояли у машины, одетые в дорожные костюмы, которые Арина выбирала целый вечер, перемерив половину своего гардероба.

Леонид и Игорь подошли через несколько минут. Леонид нёс огромный чемодан, который едва поместился в багажник. Игорь был с маленькой сумкой через плечо, и Арина, увидев это, не удержалась от вопроса.

— А почему у вас так мало вещей? — спросила она.

— Всё нужное при мне, — ответил Игорь, и его лицо не изменилось, только глаза, серые, с вертикальными зрачками, блеснули в свете фонаря.

Альберт подошёл к нам, проверил билеты, пересчитал людей. Он был в своём обычном костюме, без единого магического артефакта, и в магическом зрении от него не исходило ни одного плетения.

— На вокзале вас встретят мои люди, — сказал он. — Они проводят до вагонов. В столице будет другая машина.

— Не понял? — удивился я. — Ты с нами решил не ехать?

— Следующим поездом, он через четыре часа уходит после вашего, — ответил Альберт. — Нужно подготовить встречу.

Я кивнул, расслабившись. Альберт знал своё дело, и я доверял ему.

Вокзал встретил нас шумом и суетой. Пассажиры сновали туда-сюда, носильщики таскали чемоданы, проводники проверяли билеты. Арина вертела головой, пытаясь рассмотреть всё сразу, Лиля держалась рядом, не отходя ни на шаг.

Люди Альберта уже ждали нас у входа. Двое крепких мужчин в штатском, с цепкими профессиональными взглядами. Они проводили нас до вагона, помогли с вещами и исчезли так же бесшумно, как появились.

Купе оказались двухместными. Арина и Лиля заняли одно, я — соседнее. Леонид и Игорь разместились за девушками. Девчата оказались между нами, что мне понравилось.

Я зашёл в купе, положил сумку на полку и осмотрелся. В магическом зрении вагон светился слабыми ровными нитями — стандартная защита, ничего подозрительного. Старая, явно ставилась давно и не обновлялась, но свою функцию выполняла.

В дверь постучали. Арина заглянула внутрь.

— Мы с Лилей уже освоились, — сказала она. — Пойдём в вагон-ресторан перекусим?

— Пойдём, — согласился я.

В вагоне-ресторане было немноголюдно. Несколько пассажиров пили кофе за дальними столиками, пара пожилых людей читали газеты. Мы заняли столик у окна, и Арина тут же схватила меню, принялась его изучать с видом знатока.

— Здесь есть устрицы, — сказала она удивлённо. — В поезде!

— Не бери, — посоветовал я. — В дороге такое лучше не заказывать.

— Ты всегда всё усложняешь, — вздохнула она, но спорить не стала.

Лиля смотрела в окно на проплывающие поля и перелески. В её глазах, обычно таких спокойных, сегодня читалось лёгкое, едва заметное ожидание, которое появляется перед дальней дорогой.

В этот момент к нашему столику подошёл мужчина. Он был одет в дорогой костюм, с иголочки, с галстуком, завязанным идеальным узлом. Лицо у него было надменным, с тонкими, брезгливо поджатыми губами. В магическом зрении я увидел, что он не маг, но на его пальце тускло светилось кольцо с бледно-голубыми нитями защиты — простенький артефакт, ничего серьёзного.

— Это место занято, — сказал он, глядя на Арину сверху вниз. — Я всегда здесь сижу. Вам придётся пересесть.

Арина подняла бровь.

— Мы уже сели, — ответила она спокойно. — И не собираемся пересаживаться.

Мужчина покраснел. Его губы задрожали.

— Вы знаете, кто я? — спросил он, повышая голос. — Я…

— Мне всё равно, кто вы, — перебил я, поднимаясь. — Мы никуда не пересядем. Найдите другое место.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на страх. Я не выпускал когти, не делал угрожающих жестов. Просто смотрел на него. И этого оказалось достаточно.

— Вы ещё пожалеете, — пробормотал он и быстро зашагал прочь, чуть не сбив с ног официанта.

Арина усмехнулась.

— Ты мог бы просто объяснить, а не пугать людей.

— Я и не пугал, — ответил я, садясь. — Он сам испугался.

Лиля улыбнулась, но ничего не сказала.

После обеда мы разошлись по купе. Я остался один, смотрел в окно на проплывающие поля, перелески, редкие деревни. Внутри меня, на ином плане, шевельнулась Алиска.

«Скучно, пап», — сказала она, и в её голосе прозвучала та особенная, детская нотка, которая появлялась у неё, когда она хотела внимания.

«Потерпи», — ответил я.

Она не стала ждать. Через минуту она вылезла из меня, уменьшенная до размеров котёнка, и устроилась на столике, положив голову на лапы.

«Коровы, — сказала она, глядя в окно. — Много коров. Я хочу корову».

«Ты не съешь корову», — усмехнулся я.

«А я и не буду есть. Я буду на ней ездить».

Я представил эту картину и заржал вслух.

В дверь постучали, и через секунду в купе заглянул Леонид. Он был взволнован, его лицо горело, а глаза блестели.

— Я тут посмотрел список участников, — сказал он, садясь на свободное место напротив. — В столичной команде трое магов седьмого уровня. Седьмого, представляете?

— Представляю, — ответил я.

— И один из них — универсал. Универсал, Андрей! Это же почти как вы!

— Почти, — согласился я. — Но не совсем.

Леонид хотел спросить, что именно я имею в виду, но в этот момент Алиска зевнула, сверкнув клыками, и он замолчал. Он привык к её присутствию, но каждый раз, когда видел её так близко, терял дар речи.

Алиска посмотрела на него золотыми глазами и снова уткнулась носом в лапы.

Леонид ушёл через полчаса, когда поезд остановился на какой-то станции. Я остался один, смотрел, как за окном сменяют друг друга перроны, люди с чемоданами, провожающие и встречающие.

Ночь опустилась на поезд быстро, без сумерек — просто за окном стало темно, и в купе зажёгся тусклый свет. Пассажиры разошлись по своим местам, коридор опустел, только редкие шаги и приглушённые голоса нарушали тишину.

Я не спал. Сидел у окна, смотрел на редкие огни проплывающих станций и слушал равномерный стук колёс. А потом я почувствовал магию.

Она была слабой, едва уловимой, как далёкий звон колокольчика. В магическом зрении из соседнего вагона тянулись тонкие голубоватые нити. Они скользили по стенам, просачивались сквозь перегородки и направлялись прямо в наше купе.

Я выпустил когти, бесшумно встал и выглянул в коридор.

Игорь уже был там. Он стоял у двери своего купе, и его лицо, обычно такое спокойное, было напряжённым.

— Ты тоже чувствуешь? — спросил я шёпотом.

— Чувствую, — ответил он. — Двое. В четвёртом купе.

Мы крадучись двинулись к источнику магии. Шаги наших ботинок тонули в стуке колёс, и я молился, чтобы никто из пассажиров не вышел в коридор в этот момент.

Купе, откуда тянулись серебристые нити, было приоткрыто. Я заглянул внутрь. На нижней полке сидели двое мужчин. Один держал в руке небольшой камень, оплетённый серебристыми нитями. Артефакт слежения, настроенный на меня. В магическом зрении он светился ярко, пульсировал в такт сердцу.

— Можно вырубить обоих, — прошептал Игорь.

— Не сейчас, — ответил я. — Пусть думают, что мы не заметили.

Я запомнил их лица. Первый — коренастый, с короткой стрижкой и мясистым носом. Второй — худой, с длинными, жидкими волосами и глубоко посаженными глазами. Ничем не примечательные, таких сотни на улицах любого города.

Мы вернулись в купе. Я достал из пространственного кармана блокнот, набросал портреты, записал приметы.

«Кто это, пап?» — спросила Алиска, проснувшись от моих движений.

«Люди гильдии, скорее всего, — ответил я. — Следят за нами».

Она зарычала — тихо, зло, и её шерсть встала дыбом.

«Не сейчас, — сказал я, погладив её по голове. — Всему своё время».

Утром я вышел в коридор. Дверь в купе, где сидели те двое, была открыта. Внутри никого. Проводник, протиравший пыль с поручней, сказал, что они вышли ночью, на одной из станций.

— Странные какие-то, — добавил он, пожимая плечами. — Оба в чёрном, лиц не видно. Я и не разглядел толком.

Я поблагодарил его и вернулся в купе.

Поезд прибыл в столицу утром. Вокзал встретил нас шумом, суетой, запахами дыма и кофе. Пассажиры торопились к выходам, носильщики таскали чемоданы, проводники проверяли билеты.

Арина вертела головой, пытаясь рассмотреть всё сразу. Лиля держалась рядом, не отходя ни на шаг. Леонид нёс свой огромный чемодан и ругался, что никого не встретил.

К нам подошёл невысокий плотный мужчина в сером плаще. Его лицо было обветренным, с мелкими морщинами вокруг глаз, а взгляд — цепким, профессиональным. В магическом зрении он был пуст. Ни одного плетения, ни одного артефакта.

— Барон Росомахин? — спросил он.

— Да, — ответил я.

— Меня прислал Каракуртов. Машина ждёт, прошу за мной.

Он развернулся и быстро пошёл к выходу, не оборачиваясь.

Мы вышли на привокзальную площадь. Столица встретила нас холодным ветром и серым небом, которое здесь, на лице, казалось ниже, тяжелее, чем на нулевой изнанке. Высокие здания теснились друг к другу, экипажи и автомобили сновали по мостовым, люди спешили по своим делам, не поднимая голов.

Машина Каракуртова оказалась простым, неприметным лимузином, каких в столице были тысячи. Мы загрузили вещи и поехали.

Особняк, который снял для нас Альберт, находился в тихом переулке, недалеко от места проведения турнира. Дом был старым, но ухоженным, с высокими потолками и массивной деревянной мебелью. Внутри пахло воском и чистыми простынями.

Арина сразу же занялась размещением. Она обошла все комнаты, выбрала себе самую большую и начала раскладывать вещи. Лиля помогала ей, Леонид пытался найти место для своего чемодана.

Я поднялся на второй этаж, в комнату, которую выбрал для себя.

В магическом зрении стены светились ровными защитными нитями. Профессиональная работа, не слишком сильная, но и не слабая. Кто-то позаботился о безопасности заранее.

Я подошёл к окну и открыл его, чтобы проветрить. Холодный столичный воздух ворвался в комнату, принося с собой запахи бензина и уличной еды.

Внизу, в переулке, стоял человек.

Он смотрел прямо на меня. Капюшон был низко надвинут на лоб, лица не разобрать, но в магическом зрении я увидел серые плотные нити магии земли. Те же, что и у того человека под фонарём в академии.

Я хотел позвать Игоря, но человек уже уходил. Быстро, но не бегом, растворяясь в темноте переулка.

На подоконнике лежал белый конверт. Его здесь не было минуту назад.

Я взял конверт, открыл. Внутри была одна фраза, написанная каллиграфическим почерком:

«Добро пожаловать в столицу, Росомахин. Игра начинается».

Я сжал конверт в руке, чувствуя, как под кожей шевелятся когти, готовые вырваться наружу.

Арина, закончив с вещами, спустилась в гостиную и сразу же принялась за изучение особняка. Она заглянула в каждый угол, открыла все шкафы, проверила замки на окнах и только после этого успокоилась, усевшись в большое кожаное кресло у камина.

— Здесь уютно, — сказала она, оглядываясь. — Почти как дома.

— Почти, — согласилась Лиля, садясь напротив. Она держала в руках книгу по магии огня, которую взяла с собой в дорогу, но не читала, просто смотрела на обложку.

Леонид наконец нашёл место для своего чемодана и теперь стоял у окна, глядя на улицу.

— А Каракуртов не сказал, когда зайдёт? — спросил он.

— Сказал, что вечером, — ответил я, входя в гостиную. — У него сейчас другие дела.

— А тот человек в переулке? — Игорь говорил тихо, чтобы не слышали Арина и Лиля, но я заметил, как его пальцы сжимаются и разжимаются. — Ты его узнал?

— Нет, — ответил я так же тихо. — Но магия та же. Значит, след не потерян.

— Если он следит за нами, значит, знает, где мы остановились, — Игорь посмотрел на окно, за которым уже начало темнеть. — Это нехорошо.

— Значит, знает, где мы остановились, — кивнул я. — Но менять планы сейчас поздно. Главное, чтобы девчата были под охраной.

Арина, заметив, что мы о чём-то шепчемся, подошла к нам.

— Вы о чём? — спросила она, переводя взгляд с меня на Игоря.

— О завтрашнем дне, — ответил я. — О турнире.

— Точно, — она сразу же переключилась. — Ты видел список участников? Говорят, столичная команда очень сильная. У них трое магов седьмого уровня.

— Леонид уже рассказывал, — сказал я.

— И один из них универсал, — продолжила Арина, не обращая внимания на мои слова. — Универсал, Андрей! Это же почти как ты.

— Почти, — согласился я. — Но не совсем.

Она хотела спросить, что именно я имею в виду, но в этот момент входная дверь открылась, и в гостиную вошла пожилая женщина. Она была невысокой, полноватой, с добрым, морщинистым лицом и руками, которые, казалось, помнили сотни пирогов и тысячи чашек чая.

— Добрый вечер, господа, — сказала она, кланяясь. — Меня зовут Анна Ивановна, я буду вашей экономкой на время пребывания в столице. Если что-то понадобится — обращайтесь.

— Ужин будет через час? — спросила Арина.

— Через час, — кивнула Анна Ивановна. — Я приготовила что-то простое, надеюсь, вам понравится.

Она ушла на кухню, и Арина посмотрела на меня.

— Простая, — сказала она с сомнением. — Что она понимает под «простым»?

— Узнаем через час, — ответил я.

Ужин действительно оказался простым, но вкусным. Гречневая каша с мясом, солёные огурцы, чёрный хлеб и компот из сухофруктов. Арина, которая ожидала чего-то более изысканного, сначала нахмурилась, но попробовав, съела всё до конца и даже попросила добавки.

— Не ожидала, — призналась она, отодвигая тарелку. — Очень вкусно.

— Анна Ивановна знает своё дело, — сказал Леонид, который тоже съел двойную порцию.

После ужина все разошлись по своим комнатам. Я сидел в гостиной один, смотрел на огонь в камине и думал о том, что сегодняшний день был только началом. Завтра начнётся турнир, а послезавтра — новая встреча с Каракуртовым.

В дверь постучали, и через секунду в гостиную вошёл Игорь. Он был в своей обычной тёмной куртке, без багажа, и держался так, будто и не ложился вовсе.

— Не спится? — спросил я.

— Не спится, — ответил он, садясь в кресло напротив. — Думаю о завтрашнем дне.

— О турнире?

— И о нём тоже, — он помолчал. — Я чувствую, что в столице будет что-то ещё. Что-то, что не связано с соревнованиями.

— Ты прав, — сказал я. — Но сейчас наша задача — выиграть турнир. Всё остальное — потом.

— Ты уверен, что успеем?

— Должны, — ответил я, хотя сам не был в этом до конца уверен.

Игорь кивнул и ушёл. Я остался один.

Я поднялся в свою комнату, разделся и лёг в кровать. Закрыл глаза и провалился в глубокий, без сновидений сон.

Разбудил меня утренний свет, пробивавшийся сквозь неплотно задёрнутые шторы. За окном было серо и пасмурно, но дождя не было, только ветер гулял по пустому переулку, раскачивая голые ветви деревьев.

Я оделся, спустился вниз. Анна Ивановна уже хлопотала на кухне, и запах свежей каши смешивался с ароматом заваренных трав.

В гостиной никого не было. Все ещё спали, и я не стал их будить. Сел в кресло у камина, взял книгу, которую оставил здесь кто-то из прежних жильцов, и начал листать, не вникая в содержание.

Через час спустились Арина и Лиля. Арина была в спортивном костюме, Лиля — в простом тёмном платье.

— Доброе утро, — сказала Арина, садясь напротив. — Выспались?

— Выспался, — ответил я. — А вы?

— Я — да, — она посмотрела на Лилю. — А вот она — не очень.

— Волнуюсь, — призналась Лиля. — Первый раз в столице, первый раз на таком турнире.

— Всё будет хорошо, — сказал я, и она кивнула, но напряжение не ушло.

Леонид и Игорь спустились через полчаса. Леонид был в новом костюме, который явно купил специально для столицы, Игорь — в своей обычной тёмной куртке.

— Выглядишь как на парад, — заметила Арина, оглядев Леонида с головы до ног.

— А ты как на тренировку, — парировал он.

— Потому что я и иду на тренировку, — усмехнулась она.

За завтраком говорили о турнире. Леонид перечислял сильнейших участников, Арина строила стратегии, Лиля молчала, но слушала внимательно.

Альберт пришёл, когда мы уже заканчивали. Он был без плаща, только в тёмном костюме, свежий и подтянутый, будто и не было утреннего объезда города.

— Господин, — сказал он, кивнув мне. — Всё готово. Машина ждёт.

— Хорошо, — ответил я, поднимаясь.

— Мы едем все вместе? — спросила Арина.

— Все вместе, — подтвердил Альберт. — Так безопаснее.

Турнир проходил в огромном спортивном комплексе на окраине столицы. Здание было новым, с высокими стеклянными стенами и широкими дверями, через которые непрерывным потоком шли люди.

Альберт провёл нас через отдельный вход, предназначенный для участников. Внутри было шумно и тесно. Спортсмены разминались, тренеры давали последние указания, судьи проверяли артефакты.

— Вот это да, — сказал Леонид, оглядываясь. — Здесь всё по-другому.

— Привыкай, — ответил я. — В столице свои порядки.

Нас встретил организатор — высокий, худой мужчина с бакенбардами и строгим лицом. Он проверил документы, сверил списки и указал, где находится раздевалка для нашей команды.

— Жеребьёвка через час, — сказал он. — Будьте готовы.

— Спасибо, — ответил я.

Мы прошли в раздевалку. Арина тут же начала разминаться, Лиля проверяла свои артефакты, Леонид изучал программу турнира. Игорь стоял у стены, прислонившись плечом к холодному камню, и смотрел на дверь.

— Ты чего? — спросил я.

— Жду, — ответил он.

— Чего?

— Тех, кто придёт, — невозмутимо сказал он. — Или ты считаешь, что никого не будет? Место ведь очень удобное для гадостей в отношении нас.

Спорить было бы странно, ведь я сам размышлял об этом и пришёл к таким же выводам. Я выпустил когти, бесшумно подошёл к двери и выглянул. В коридоре никого не было, только пустые стены и тусклый свет магических светильников.

Жеребьёвка прошла без сюрпризов. Нам досталась команда из Петербурга — сильные маги, но без звёзд. Арина сказала, что мы выиграем, и я с ней согласился.

Первый бой был командным. Нам нужно было показать слаженность, умение работать вместе, прикрывать друг друга.

— Становимся в круг, — сказал я. — Арина — в центр, ты наша атака. Лиля — прикрываешь её с фланга. Леонид и Игорь — защита. Я — на подхвате.

— А если что-то пойдёт не так? — спросил Леонид.

— Импровизируем, — ответил я.

Бой начался неожиданно. Противник атаковал сразу, без разведки, надеясь смять нас числом. В магическом зрении я видел, как их плетения, грубые и агрессивные, летят в нашу сторону. Я ушёл в сторону, принял удар на когти, разорвал заклинание на части.

— Арина, сейчас! — крикнул я.

Она выпустила стену огня, и противник отступил, перегруппировываясь.

Лиля поддержала её, направив поток воздуха в их сторону. Леонид и Игорь прикрывали их от атак с флангов.

Я видел, как их магия, сильная, но не слаженная, распадается под нашим напором. Они не умели работать в команде, каждый тянул одеяло на себя.

— Давим! — крикнул я, и мы рванули вперёд.

Бой закончился через пятнадцать минут. Противник сдался, признав поражение.

— Победа! — Арина подпрыгнула на месте, обнимая Лиллю. — Мы выиграли!

— Первый бой, — сказал Леонид, пряча улыбку. — Их победа.

— И далеко не последний, — я тоже постарался не улыбнуться этой теской непосредственности, сделал серьёзное лицо.

Мы вернулись в раздевалку. Арина всё ещё была возбуждена, Лиля спокойна, но я заметил, как её пальцы дрожат.

— Ты молодец, — сказал я, положив руку ей на плечо.

— Я испугалась, — призналась она. — В первый момент.

— Это нормально, — ответил я. — Главное, что ты не отступила, и в итоге мы победили.

— А то! — задрала она носик, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на уверенность.

Вечером, после окончания соревнований, мы вернулись в особняк. Анна Ивановна накрыла ужин, и мы сели за стол. Арина рассказывала о сегодняшних боях, строила планы на завтра, Леонид кивал, иногда вставляя комментарии.

В дверь постучали.

— Я открою, — сказал Альберт, который ужинал с нами сегодня.

Через минуту он вернулся в сопровождении Каракуртова.

Отставной следователь выглядел уставшим. Под глазами залегли глубокие тени, лицо было бледным, но взгляд оставался ясным, цепким.

— Добрый вечер, барон, — сказал он, пожимая мне руку. — Добрый вечер, дамы, господа.

— Садитесь, — пригласил я. — Будете ужинать?

— Спасибо, не откажусь.

Он сел на свободный стул, и Анна Ивановна сразу же поставила перед ним тарелки и приборы.

Мы ели молча, и только когда тарелки опустели, Каракуртов откинулся на спинку стула и посмотрел на меня.

— У меня есть новости, — сказал он. — И плохие, и хорошие.

— Начинайте с плохих, — ответил я.

— Тот человек, которого вы видели под окном, — Каракуртов понизил голос. — Мы его не нашли.

— А хорошие?

— Мы нашли того, кто его нанял.

Я замер.

— Кто? — спросил я, чувствуя неподдельный интерес.

Каракуртов помолчал, потом достал из кармана сложенный лист бумаги и протянул мне.

— Его зовут Владимир Кречет, — сказал он. — Дальний родственник императора. Не маг, но окружён сильными магами. Он охотится на ваш род уже много лет.

Я взял лист, развернул. На фотографии был человек в дорогом костюме, с надменным лицом и холодными глазами. Тот самый, чьё лицо я видел на снимке, присланном Каракуртовым.

— Владимир Кречет, — повторил я, запоминая имя.