Я проснулся затемно, ещё до того, как первые серые лучи начали пробиваться сквозь шторы. В голове всё ещё звучали слова из вчерашней записки, и я смотрел в потолок, перебирая в памяти каждую деталь. Золотистый след магии ключников, фигура в сером плаще, исчезнувшая в темноте переулка. И фраза, которая не давала покоя: «Тайник ждёт. Но ты не один».

Я сел на кровати и растёр лицо ладонями, прогоняя остатки сна. Сегодня вечером я встречусь с Верой. Потом мы поедем в имение. Я чувствовал, как внутри поднимается холодное напряжение, смешанное с нетерпением.

Я оделся и спустился вниз. Василий уже хлопотал на кухне, и запах свежей выпечки смешивался с ароматом заваренных трав. Арина и Лиля сидели за столом, и при моём появлении Арина подняла на меня глаза.

— Ты выглядишь так, будто не спал, — мило улыбнулась она, но в её голосе прозвучала тревога.

— Спал, — ответил я, садясь на своё место. — Но мало.

Она хотела спросить ещё, но я взял чашку с чаем и сделал глоток, давая понять, что разговор откладывается. Лиля смотрела на меня, и я видел в её взгляде то же напряжение, что и у Арины, но она молчала.

— Сегодня вечером я встречаюсь с Верой, — сказал я, отставляя чашку. — А после мы едем в имение.

Арина замерла. Ложка в её руке дрогнула и застыла.

— Опять? — спросила она, и её голос прозвучал глухо. — Ты уже встречался с ней. Что ещё она может сказать?

— Она сказала, что передаст мне кое-что, — ответил я. — Это важно. Девочки, доверяйте мне.

— Важнее, чем твоя жизнь? — она смотрела на меня, и я видел, как в её глазах плескается страх, который она пыталась скрыть.

— Важнее, чем моя жизнь, — кивнул я, и она замолчала.

Лиля подсела к Арине и накрыла её ладонь своей, и я заметил, как её пальцы сжались.

— Мы поедем с тобой в имение, — сказала Лиля тихо. — Там ты сможешь отдохнуть.

Я кивнул, не возражая.

После завтрака я пошёл на первую лекцию. В коридоре академии было шумно, студенты спешили по своим делам, и этот привычный гул казался мне чужим, будто я смотрел на всё со стороны. На занятиях по боевой магии я встретил Арину и Лиллю. Арина сидела через проход от меня, и я чувствовал её взгляд на своей спине. Лиля была сосредоточена на задании, но я заметил, как она иногда поглядывает в мою сторону.

На перемене я вышел в коридор и увидел Юрия. Учитель стоял у окна, и его лицо было задумчивым. Увидев меня, он кивнул и подошёл ближе.

— Ты выглядишь так, будто пришёл на похороны, — сказал он, и в его голосе прозвучала привычная усмешка.

— Я себя так и чувствую, — ответил я. — Вчерашняя ночь была странной.

— Рассказывай.

Я кратко пересказал ему о слежке, о записке, о фигуре в сером плаще, которая оставила её. Юрий слушал внимательно, не перебивая, и когда я закончил, он покачал головой.

— Магия ключников, — сказал он задумчиво. — Редкая вещь. Я знаю о ней не так много, но слышал, что она связана с древними артефактами, которые хранятся в императорском дворце. Кто-то знает, что ты ищешь, и хочет, чтобы ты нашёл это.

— Или хочет, чтобы я не нашёл, — заметил я.

— Возможно, — он помолчал. — Но если человек оставляет следы магии ключников, значит, он не из тех, кто охотится на тебя. Это кто-то другой.

— Кто?

— Да понятия не имею! — он покачал головой. — Но будь осторожен. Если встреча с Верой пройдёт хорошо, ты поедешь в имение. Там ты сможешь подумать и решить, что делать дальше. Ну и расслабиться.

Я кивнул, и он положил руку мне на плечо.

— Ты справишься, Андрей, — сказал он. — Ты всегда справлялся.

Он ушёл, и я остался стоять у окна, глядя во двор.

Вечер опустился на академию, и я вышел за ворота. Игорь уже ждал меня на углу, прислонившись к стене. Он был в своей обычной тёмной куртке, и его лицо, всегда такое спокойное, сейчас было сосредоточенным.

— Ты готов? — явно для проформы спросил он.

— Готов.

Мы пошли к переходу с нулевой изнанки. Вера выбрала для встречи заброшенный склад на окраине, и мы добрались до него через пятнадцать минут. Здание стояло в тени старых деревьев, и его стены были покрыты трещинами и мхом. Вокруг было тихо, и я чувствовал, как внутри меня поднимается напряжение.

Игорь остановился у входа, и я вошёл внутрь. Вера уже ждала меня. Она сидела на старом деревянном ящике, и её лицо было бледным, но глаза смотрели ясно. Увидев меня, она поднялась.

— Ты пришёл, — констатировала она.

— Я сказал, что приду, — усмехнулся я, подходя ближе.

Она протянула руку, и я увидел в её ладони небольшой металлический предмет. Он был старым, потёртым, с выгравированным гербом Росомахиных — росомаха с оскаленной пастью. Я взял его. Он был тяжёлым, холодным, будто хранил в себе годы молчания.

— Это ключ от тайника, — сказала Вера. — Твой дед оставил его мне за месяц до смерти. Он сказал, что если кто-то из вашего рода придёт по его следам, я должна передать ему это.

Я сжал ключ в кулаке, чувствуя, как холод металла впивается в ладонь.

— Где именно находится тайник? — спросил я.

Вера достала из кармана сложенный лист бумаги и протянула его мне. Это была карта императорского дворца с пометками красным карандашом. Старое крыло, сейчас на реставрации, нежилое, третий этаж, лестница, ведущая на чердак. Там, в дальнем углу, за старым комодом, есть тайник.

— Тайник замаскирован, — сказала она. — Его не видно, если не знать, где искать. Но ключ откроет его.

Я смотрел на карту, и в голове проносились обрывки мыслей. Императорский дворец, старый чердак, больше десяти лет тишины. Тайник, о котором никто не знал, кроме неё. И дед, который оставил его, зная, что когда-нибудь его внук придёт по его следам.

— Почему ты не сказала это раньше? — спросил я, и в моём голосе прозвучал холодный металл.

— Потому что я должна была убедиться, — Вера сцепила пальцы на коленях. — Если бы информация попала не к тем людям, они уничтожили бы всё. Я говорила это тебе миллион раз.

Я спрятал ключ и карту в пространственный карман и посмотрел на неё. В её глазах была усталость, которую она больше не скрывала.

— Теперь я выполнила свой долг, — сказала она. — Я ухожу в тень. Ты больше не увидишь меня.

— Спасибо, — сказал я, и она кивнула.

Она развернулась и пошла к выходу, и я смотрел ей вслед, пока её фигура не растворилась в темноте.

Я вышел из склада. Игорь стоял у входа, и я кивнул ему, давая понять, что всё прошло хорошо. Мы пошли обратно, и я физически ощущал, как в кармане лежит ключ, тяжёлый и холодный.

В особняк я вернулся, когда уже стемнело. Арина и Лиля ждали меня в гостиной, и я увидел, как они переглянулись, когда я вошёл.

— Всё прошло хорошо? — спросила Арина.

— Да, — я сел в кресло и достал ключ. — Она передала мне его.

Они подошли ближе, и я протянул им ключ. Арина взяла его, повертела в руках, рассматривая герб Росомахиных.

— Это ключ от чего-то? — спросила она.

— От тайника, — ответил я. — В императорском дворце.

Она посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло понимание.

— Когда ты поедешь? И как ты вообще собрался попасть во дворец?

— После выходных, — сказал я. — Сначала в имение. Мне нужно подумать.

Лиля молча смотрела на ключ, и я видел, как она закусила губу.

— Мы поедем с тобой, — сказала она.

— Само собой, красавицы, — улыбнулся я. — Куда я без вас?

Вскоре Василий подал машину. Арина и Лиля сели на заднее сиденье, я — рядом с водителем. Дорога в имение заняла остаток ночи, и всё это время я смотрел на проплывающие за окном поля и перелески, чувствуя, как напряжение, копившееся последние дни, понемногу стекает с плеч.

В Росомахино мы въехали, когда небо на востоке уже начало светлеть. Деревня жила своей жизнью — на улицах было шумно, дети играли у новых домов, женщины несли корзины с бельём.

Арина и Лиля выгружали немногочисленные пакетики с вещами, и Василий засуетился, помогая им. Я прошёл в дом и поднялся на второй этаж, где меня уже ждала Алиса.

Она стояла у окна в своей комнате и повернулась, когда я вошёл. Её лицо было уставшим, но глаза смотрели тепло.

— Ты приехал, — сказала она.

— Приехал, — я подошёл к ней и поцеловал.

Она обняла меня, и я чувствовал, как её тело, тёплое и живое, прижимается ко мне. Мы стояли так несколько секунд, не говоря ни слова.

— Как дела в форте? — спросил я, отстраняясь.

— Всё спокойно, — она улыбнулась. — Без тебя скучно, но Илья справляется. Мы даже добыли пару редких тварей на прошлой неделе. Всё сдаём на нашу фабрику. Почти все охотники продают трофеи нам.

— Молодцы, — я сел на край кровати.

Она подошла ближе и села рядом. Её взгляд скользнул по моему лицу, и я чувствовал, как она изучает меня, пытаясь понять, что скрывается за внешним спокойствием.

— Что-то случилось, — сказала она, и я услышал в этом не вопрос, а диагноз.

Я помедлил, потом достал из кармана ключ и протянул ей.

— Вера передала мне это. Ключ от тайника в императорском дворце. Мой дед оставил его.

Она взяла ключ, повертела в руках, рассматривая герб.

— И ты поедешь туда?

— Да, — ответил я. — После выходных.

Она посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло что-то, похожее на тревогу, смешанную с решимостью.

— Я поеду с тобой, — сказала она, и в её голосе не было сомнений.

— Подумаем, — уклончиво ответил я.

К обеду мы собрались за большим столом в столовой. Василий накрыл обед, и запах жареного мяса смешивался с ароматом свежего хлеба. Арина шутила, Лиля улыбалась, Алиса рассказывала истории из форта, и я чувствовал, как напряжение, копившееся последние дни, начинает отпускать.

— Ты сегодня какой-то тихий, — сказала Арина, глядя на меня.

— Устал, — ответил я. — От этой жизни. Сплошные подвиги и проблемы.

Поздно вечером, когда все разошлись по своим комнатам, я вышел на крыльцо. Ночь была тёмной, безлунной, и только звёзды разгоняли тьму. Я сжимал в руке ключ, который дала мне Вера, и смотрел на звёзды, думая о том, что скоро поеду в столицу, в императорский дворец, на старый чердак, где меня ждёт тайник.

Я проснулся с первыми лучами солнца, которые пробивались сквозь неплотно задёрнутые шторы и ложились на пол золотистыми полосами. Алиса спала, волосы красиво разметались по подушке. Я чмокнул её в плечо и встал. В доме было тихо, только где-то внизу слышался звон посуды — Василий уже начал свой день.

За окном было ясно, и я решил, что сегодня обойду деревню. Нужно было проверить, как идут дела, поговорить с людьми, убедиться, что всё работает без моего постоянного контроля. Я оделся и спустился вниз.

Василий встретил меня в прихожей с подносом в руках. На подносе стояла чашка с дымящимся чаем и тарелка с горячими бутербродами.

— Доброе утро, ваше благородие, — он поставил поднос на стол в гостиной. — Вы рано.

— Выспался, — ответил я, беря чашку. — Я пойду в деревню, посмотрю, как там дела.

— Хорошо, — он кивнул. — Арина Алексеевна и Лилия Сергеевна ещё спят.

— Не буди их, — сказал я, делая глоток. — Пусть отдыхают.

Я вышел на крыльцо. Воздух был свежим, пахло мокрой землёй и увядающей листвой. Я прошёл по центральной улице, и люди, встречавшиеся мне на пути, кланялись, здоровались. Я отвечал им, чувствуя, как привычное течение деревенской жизни успокаивает, возвращает ощущение того, что есть вещи, которые не зависят от заговорщиков и тайников.

Иван встретил меня у администрации. Он стоял на крыльце, и его лицо, обычно сосредоточенное, сейчас расплылось в улыбке, когда он увидел меня.

— Ваше благородие, — он поклонился. — А я уж думал, вы забыли про нас.

— Забыть про вас невозможно, — я подошёл ближе. — Как дела?

Он оживился и начал рассказывать. Стройка шла полным ходом, новые дома вырастали на глазах, переселенцы прибывали каждый день, и он уже не знал, куда их расселять. Но Иван не жаловался — он гордился тем, что деревня растёт, и это чувство передавалось мне, заставляя улыбаться.

— Кузнец новый приехал, второй, с семьёй, — говорил он, жестикулируя. — Хороший мастер, сразу взялся за работу. И травницы новые, из дальних губерний. Говорят, у них такие рецепты настоек, что лекари за головы хватаются.

— Молодцы, — я кивнул. — Пусть работают.

Мы поговорили ещё о мелочах — о дороге, которую нужно было отремонтировать, о колодцах, которые требовали чистки. Потом я пошёл дальше, к спиртзаводу.

Завод гудел, работал на полную мощность. Из открытых ворот доносился запах дрожжей и бродящих яблок, смешивающийся с ароматом свежего дерева. Олег стоял у новых бочек, и его лицо было сосредоточенным, когда он проверял показания на манометрах. Увидев меня, он выпрямился, и улыбка расплылась по его лицу.

— Ваше благородие! — он подошёл ближе и протянул руку. — Я как раз хотел вам показать. Новая партия кальвадоса. Первый образец уже готов.

Он открыл кран на одной из бочек и налил в небольшую стеклянную мензурку янтарную жидкость. Я взял её, поднёс к носу, вдохнул. Пахло яблоками и дубом, с лёгкой дымной ноткой, которая появляется только у выдержанных напитков.

— Попробуйте, — сказал он, и в его голосе прозвучало нетерпение.

Я сделал маленький глоток, и тепло разлилось по горлу, оставляя послевкусие, которое хотелось растянуть.

— Хорошо, — я вернул мензурку. — Очень хорошо. Да что там, просто божественно!

Он просиял и начал рассказывать о планах на расширение производства, о том, что хочет поставить ещё несколько перегонных кубов. Я слушал, кивал, и думал о том, как много изменилось с тех пор, как я впервые приехал в эту деревню. И как много ещё предстоит сделать.

От спиртзавода я поехал на фабрику. Бродислав встретил меня у ворот, и его лицо было довольным. Он был в лёгкой броне, при мече, и от него пахло железом и дорожной пылью — с обхода, не иначе.

— Брат, — он обнял меня, и его руки, сильные и тёплые, сжали мои плечи. — А я уж думал, ты не приедешь.

— Приехал, — я отстранился. — Как дела? Если что, я тоже скучал.

— Порядок, — он повернулся и пошёл рядом со мной, показывая цеха. — Производство идёт, паучок даёт яд, бабочки размножаются. Всё работает, как надо.

Мы прошли по главному цеху, и я видел, как рабочие склоняются над станками, как женщины сортируют шкуры, как маги земли укрепляют стены. Бродислав рассказывал о планах на расширение, о том, что нужно нанять ещё несколько артефакторов.

— А охрана? — спросил я, когда мы вышли во двор.

— Усилил, само собой, — он остановился и посмотрел на меня. — После того нападения я не хочу рисковать. На стенах круглосуточные посты, амулеты защиты обновили. Если кто-то попытается прорваться, мы узнаем о них раньше, чем они войдут.

— Хорошо, — я кивнул.

Мы поговорили ещё о предстоящей поездке в столицу, и я чувствовал, как Бродислав, обычно сдержанный, начинает переживать.

— Когда едешь? — спросил он.

— После выходных, — ответил я. — Нужно подготовиться.

— Я с тобой, — сказал он, и возражений этот тон не допускал.

— Сговорились! — хмыкнув, я хлопнул его по плечу. — Все хотят со мной. Но сначала нужно разобраться с делами здесь.

Из фабрики я поехал в форт. Здесь было шумно и многолюдно — несколько команд охотников готовились к выходу на изнанку, перекрикивались и смеялись. Я прошёл к нашему кабаку, где уже ждала команда. Илья сидел за столом, склонившись над картой, Инга что-то записывала в свой блокнот, Ольга и Лёха спорили о чём-то, и их голоса, привычные и живые, заставили меня улыбнуться.

— Командир! — Илья поднял голову и отложил карту. — А мы уж думали, ты забыл, как сюда ходить.

— Забыть вас невозможно, — я сел за стол.

Они начали рассказывать о последних вылазках — о том, как добыли редкого зверя, как чуть не попали в засаду, как Илья в очередной раз спас всех своей смекалкой. Я слушал, кивал, и чувствовал, как напряжение, копившееся последние дни, начинает отпускать.

В имение я вернулся к обеду. Алиса уже ждала меня на крыльце. Она сидела на ступеньках, и её лицо было задумчивым. Увидев меня, она поднялась и шагнула навстречу.

— Ты долго, — сказала она, и в её голосе не было упрёка, только констатация.

— Дела, — я остановился рядом с ней. — Скучала?

— Скучала, — она взяла меня за руку. — Но я хотела поговорить.

— О чём?

— Об охоте, — она посмотрела на меня. — Мы давно не ходили на изнанку вместе. Я соскучилась по нормальной вылазке, без твоих эпических червей и крабов. Как в старые добрые времена.

Я хотел сказать, что у меня много дел, что нужно готовиться к поездке в столицу, но она смотрела на меня, и я видел в её глазах то же самое, что чувствовал сам. Усталость от постоянного напряжения. Желание просто быть рядом с теми, кто не будет задавать вопросов.

— Я знаю, что ты занят, — продолжила она, и её голос стал мягче. — Но тебе нужно выпустить пар. Ты слишком напряжён, Андрей. Я вижу это каждый раз, когда смотрю на тебя.

— Я не могу просто взять и уйти на изнанку, — начал я, но она перебила меня.

— Можешь, — она сжала мою руку. — Это всего на полдня. Команда уже готова, Бродислав тоже хочет пойти. Мы будем рядом, и ты сможешь отдохнуть, расслабиться в нормальном таком бою. Я же знаю, что это твоя стихия. Пожалуйста.

Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри меня что-то сдаётся. Она была права. Я слишком много думал, слишком много переживал, слишком много готовился. И в этом бесконечном круге обязанностей я почти забыл, что такое просто быть живым.

— Хорошо, — сказал я, и её лицо осветилось улыбкой. — Но только на полдня.

— Договорились, — она чмокнула меня в щёку и пошла готовиться.

Через час мы стояли у перехода на первый уровень изнанки. Команда была в сборе — Илья, Инга, Ольга, Лёха, Бродислав и Алиса. Все были вооружены, и я чувствовал, как внутри меня, на своём ином плане, шевелится Алиска.

«Там что-то есть, папуль, — прозвучал её голос в моей голове. — Я чувствую, тебя ждёт что-то необычное».

«Что именно?» — мысленно спросил я.

«Не знаю, — она помедлила. — Но это не опасно. Пока».

Мы вошли в переход. Первый уровень встретил нас привычным полумраком, запахом камня и сырости. Я повёл команду по старому маршруту, и мы шли молча, слушая тишину, которая нарушалась только нашими шагами.

Первый бой случился через полчаса. Стая саблезубых кроликов выскочила из-за поворота, и их глаза горели красным в темноте. Ольга не стала ждать команды — она подняла руки, и стена пламени ударила в стаю, сжигая тех, кто был ближе. Илья и Лёха добили остальных, и Инга уже подлечивала небольшие царапины, которые достались Бродиславу.

— Неплохо, — сказал он, рассматривая свою руку, на которой уже затягивался порез. — Но медленно.

— Ты просто хочешь показать, на что способен, — усмехнулась Алиса.

— Может быть, — он улыбнулся.

Второй бой оказался серьёзнее. Каменные ящеры, трое, вышли из тени, и их чешуя переливалась серым, словно сама скала ожила. Бродислав вышел вперёд, и я видел, как его глаза, обычно спокойные, стали жёсткими. Он выпустил когти, и они вышли из-под кожи беззвучно, как часть его самого.

— Дайте расслабиться, — сказал он. — Мы с братом, остальные не лезут, ладно?

Я хотел поддакнуть, но он уже рванул в бой. Ящер попытался ударить его хвостом, но Бродислав ушёл в сторону, и когти его правой руки полоснули по панцирю, оставляя глубокие борозды. Тварь взревела, но брат уже был рядом, добивая её коротким ударом в голову.

Остальные два ящера попытались атаковать одновременно, но мы работали слаженно. Илья и Лёха прикрывали фланги, страхуя нас, Инга держала защиту. Я бил врукопашную, когтями, и чувствовал, как напряжение уходит из тела. Алиса была права, мне нужно было выпустить пар в незатейливой охоте на монстров.

Когда всё закончилось, я подошёл к Бродиславу. Он стоял над поверженным ящером, и его дыхание было ровным.

— Ты стал быстрее, — сказал я.

— Стараюсь, — он убрал когти и посмотрел на меня. — Росс дал мне шанс, и я не хочу его упускать.

Мы пошли дальше, и я чувствовал, как внутри меня Алиска начинает беспокоиться. Она не говорила ничего, но её внимание, острое и настороженное, сфокусировалось на чём-то впереди.

Через двадцать минут мы вышли к небольшому залу. В центре, встроенное в стену, стояло зеркало портала. Оно светилось тусклым серебристым светом, и я видел, как от него тянутся золотистые нити магии ключников.

— Что это? — спросила Инга, подходя ближе.

— Не знаю, — ответил Илья, и в его голосе прозвучало напряжение. — Я никогда не видел ничего подобного на этой изнанке. Портал на изнанке!

Алиса подошла ко мне и переплела свои пальцы с моими.

— Не надо, — сказала она, и её пальцы сжали мою ладонь. — Это может быть ловушкой или западнёй.

— Я знаю, — ответил я кратко.

Алиска внутри меня шевельнулась и сказала:

«Он был открыт недавно, пап. Кто-то проходил через него. И это то, что я почувствовала, та самая странность».

Я смотрел на портал, и в голове проносились обрывки мыслей. Записки, фигура в сером плаще, золотистый след магии ключников. И теперь это.

— Я вхожу, — сказал я.

Алиса хотела возразить, но я уже шагнул вперёд. Я чувствовал, как серебристый свет заливает меня, как мир начинает искривляться, сжиматься. А потом я провалился в темноту.

Я открыл глаза и поднялся на ноги. Вокруг был другой коридор — стены здесь были тёмными, покрыты неизвестными символами, которые пульсировали золотистым светом. Воздух был тяжёлым, пахло магией.

Алиса встала рядом со мной, и я чувствовал, как её плечо касается моего. Команда собиралась вокруг, но никто не понимал, куда мы попали.

— Это не первый уровень, — сказал Илья, и его голос дрожал. — Мы глубже. Намного глубже. Боюсь, и монстры будут соответствующие. Да просто магия этого мира прикончит нас быстро. Я за то, чтобы вернуться.

Я посмотрел в конец коридора. Там стоял ещё один портал — больше, чем первый. Он пульсировал золотистым светом, и я чувствовал, что за ним — нечто важное.

Алиска внутри меня сказала:

«Там ждёт тот, кто оставлял тебе записки, пап. Я так думаю».

Я сжал кулак и посмотрел на команду.

— Мы нашли то, что я искал, — сказал я, и в моём голосе не было сомнений. — Но что нас ждёт впереди?