— Туннели, туннели, туннели...злоебучие туннели, которые никак не закончатся. – Раздражение валило из меня во все стороны. Патроны почти закончились, броня превратилась в лоскуты, которые больше мешали, чем помогали защищать мою усталую и изможденную тушу. Интерфейс давно отключился и лишь аварийный маяк продолжал исправно работать, позволяя мамочке Авине отслеживать моё перемещение...благо хоть голос самого ВИ перестал давить на уши...

Эта курица наседка совсем берега попутала, уж не знаю, что Коротышка и Сомния с ней сделали, но кажется что в моём окружении стало на одну безумную женщину больше...

— Гарем, ёпт... – Сплюнув себе под ноги, я чуть не навернулся от рывка половины тела хака, изуродованная часть которого лежала под моей стопой. Жук без всех нижних лап, с вырванными из морды хелицерами и с одним глазом – продолжал настойчивые попытки цапнуть меня за ногу, будто бы и не чувствую боли! – А может и вправду не чувствую.

Мерзкая тварь вновь услышав мой голос завозилась активнее. Отчего пришлось глубже вмять металлическую пятку в его потрескавшуюся грудину. Хитин скрипел и трещал, а зелёная срань, что заменяет уродам кровь – потекла наружу...

— Блеать, я уже весь в этой херне, – в который раз утерев лицо...пластина закрывающая рожу отламалась ещё полчаса назад, так что сейчас я был вынужден в каждой драке ловить в лицо славную зелёную струю. Почувствуй себя классической твилекой, чтоб его! – Ладно, пора идти дальше...к тому же...

Втянув носом воздух, я больше доверяя своей интуиции, чем забитому потрохами богомолов обонянию, выбрал направление. Зета Магнус или кто-то из его шестёрок точно был тут, а значит я уже близок к своей цели.

Перезарядив пистолет, не обращая внимания на копошение под ногами, я внимательным взглядом обвёл огромную пещеру, уходящую на сотни метров вниз, испещрённую сотнями проходов, мостиков и переходов, соединяющих подземное королевство хаков воедино. Довольно внушающее и одновременно отвратительное зрелище, от которого на лицо выползло чуть безумная улыбка.

Просто представив, как сотни лет трудов этих проклятых ксеносов рухнут в одночасье, стоит лишь сбросить сюда старый добрый заряд в пять сотен килограмм.

— Ах, от таких славных мыслей аж чресла встали, – поправив бронированный гульфик, залихватски подмигивая умирающему, но не сдающемуся богомолу под ногами...будто бы эта тупая тварь из пробирки сможет понять даже такой простой жест, – ладно, пора за работу. Демократия сама себя не принесут.

Удар ботинком вызвал громким треск, эхо от которого пронеслось по пещере. Быстрый и жёсткий, как щелчок хлыста. Прислушавшись к посторонним звукам, лишний раз убеждаясь, что не привлёк к себе внимание всего улья, я пошёл по ближайшему мостку.

Ноги легко несли меня вперёд. Рабочая усталость наоборот стимулировала, а отсутствие большой пушки и титана под боком обостряло чувства. Интуиция работала на полную, взгляд плавно скользил к каждой тени на стене, а сердце лишь радостнее билось в груди, предвкушая хорошую драку с тупым и многочисленным противником.

Здесь не нужно было думать, не нужно было придумывать крутую тактику или выслушивать нравоучения Сомнии и Аркама Сулы. Я, конечно, люблю их обоих, но... Даже спустя столько лет, они так и не поняли, что значит быть Адским Десантником.

— А может быть это и к лучшему, – невесело ухмыльнувшись, взяв пистолет навскидку, я продолжил идти через узкий мостик. Впереди меня ждал гребаный арканийский мутант, под ногами в толще земли копошились миллионы плотоядных насекомых размером со спидер, а позади... Позади оставались лишь трупы.

****

Кимаен оттолкнул труп не особо крупной твари в сторону. Ударившись об стену, мертвый хак сполз по ней к земле, оставляя длинный протяжный след. Особь была привычная по размерам, яростная, а самая главное – умная, что доказывало – это был настоящий, а не та клонированная обожравшаяся пародия, которые заполонили эти туннели.

Сплюнув на труп заклятого врага, Кимаен с мрачным внутренним удовлетворением оглядел ещё несколько мертвых богомолов в узком проёме коридора, позволяя на миг расслабиться и насладиться проделанной работой.

Его нутро калишца пело. Его эго, прозванное полубогом с гордостью поднимало голову. А его мужское сердце, скрепя себя в холодных оковах логики и разума, не дало первым двум выйти из под контроля, что неминуемо привело бы к смерти.

Перезарядив винтовку, поправив трофейный бластер на поясе, снятый с тела...с того, что осталось от тела одного из Десантников, кое он нашёл в нише неподалёку, военный лидер Кали продолжил свой путь.

Он шагал бодрее, увереннее, да и дышал в разы бодрее и легче, ведь помимо оружия, его главным достоянием во время мародёрства – стала небольшая на треть заполненная аптечка, встроенная в систему брони.

Дивясь столь сложной и на первый взгляд бесполезной технологии, калишец с каким-то наркоманским вздохом наслаждения вколол себе обезболивающее и стимулятор, чуть ли не физически ощущая, как боги смерти отложили свой приговор и с тихим смехом отступают, продолжая наблюдать за его метаниями и агонией в бесконечных туннелях давних врагов.

Поправив перевязь с аптечкой, Кимаен привычно заложил одну из гранат под ближайший труп – создавая довольно примитивную ловушку и не торопясь, обстоятельно и со всем вниманием продолжил путь.

Словно опытный охотник, выслеживающий добычу...

Хотя, в какой-то мере так оно и было. Уже несколько часов он плутал по этим кажущимися бесконечными туннелям. Сражался с хаками, которых было явно меньше, чем должно было встретиться в этом огромном логове...

И находил места битв, а если точнее выразиться – резни. Туннели заваленные телами. Гротескные залы, залитые зелёной кровью от пола до потолка, будто бы кто-то пытался перекрасить это унылое и затхлое на цвета место.

И калишец шёл по следу. Уверенно, чувствуя, как настигает свою цель всё ощутимее, с каждым поворотом приближаясь на шаг.

Вдалеке уже были слышны выстрелы. Кровь убитых хаков была всё теплее, а их крики – буквально согревающие черствую душу полубога, становились громче.

Он шёл по тёмным туннелям, где лишь свисающие с потолка сталактиты и местный светящийся мох освещали проход – заливая ало-бурым цветом пустые коридоры. Под ногами хлюпала непонятная коричневая влага, расползающаяся во все стороны, будто бы живая и пытающаяся захватить стены и потолок.

Порой попадались странные растения, словно чувствовавшие его приближение, а несколько раз он видел под ногами небольших жучков, спешно единым строем бегущих вдаль по своим делам, заставляя брови Кимаена удивленно подняться.

Мысли ворочались быстрее ветра родных лугов Кали. Мир вокруг казался не затхлой прорытой в глубине земли норой. Это была целая экосистема, целая вселенная, что жила по своим законом и он в ней был чужаком.

— Хм...

Тяжёлый хмык вырвался изо рта. Припав на колено, калишец несколько раз попробовал собрать образцы этой странной...плесени? Но стоило кусочку только отделиться от общей массы, как она сразу же черствела и умирала.

Без специального оборудования здесь было не обойтись, а потому не сильно расстроившийся лидер отправился дальше, чувствуя, что скоро наконец-то встретит другого чужака для этого подземного мира и может быть тогда...

Может быть у них будет шанс выбраться отсюда.

И вот, за очередным поворотом, он наконец-то нашёл свою цель...

— Хм... – Тяжёлый, полный удивления вдох. Пальцы калишца крепче сжали винтовку, а ноги неосознанно заняли боевую стойку.

На глазах у военного лидера Кали разворачивалась столь необъяснимая картина, что не увидь он её собственными глазами, то в жизни бы не поверил, что подобное возможно.

В пещерном зале стоял хруст. Хруст разрываемых конечностей. Хруст продавливаемых хитинов падших на землю. Хруст хелицеров, когтей и клыков, когда волна монстров, словно морской прибой налетали на стоящую в центре зала скалу.

Свет от сталактитов и мха придавал развернувшемуся буйство ещё более гротескный и пугающий вид. Тени мелькали по во все стороны, фигуры сражающихся постоянно перемещались.

Но среди всего этого шума, гама, хаоса и безумия...

Раздался гром. Выстрел из крупнокалиберного пистолета разворотил грудину мелкого хака-командира, заставляя его зайтись в предсмертном крике – заваливаясь на бок, погребая под собой парочку подчинённых.

Удар ногой, закованной в стальной сабатон надломил лапу подобравшегося слишком близко. Перехваченный за ствол пистолет, тяжёлой рукоятью опустился прямо на лоб жука – проломив черепушка, окрашивая и так залитого кровью Десантника новой порцией внутренностей.

— О, да! – Голос безумца было трудно не узнать. Хохоча, как чокнутый маньяк, радостно скалясь под разломанным шлемом, постоянно отплевываясь от попадающей на лицо крови врагов... Сэм Альтман продолжал рубиться с превосходящим врагом, изредка посылая крупные разрывные пули в самых резвых и умных.

Пригнувшись, пропуская над головой лапу-лезвие, безумный пёс Сената прыгнул под ноги одного из жуков, проскальзывая под брюхом не ожидавшего такого поворота хака. Крутанувшись на пятках, Альтман ухватился за одну из ног и резво дёрнув на себя – завалил жука на пузо, где уже миг спустя сворачивал ему шею на одних мышцах тела отрывая насекомому голову с диким завораживающим рёвом.

Не долго думая, Кимаен присоединился к веселью, посылая одну пулю за другой в сторону приближающихся к Десантнику со спины жуков. Винвтока в его руках затрещала от скорости. Едва успевая досылать новый патрон, калишец припал на колено, не отвлекаясь ни на что другое.

Его тело работало на автомате. Пальцы ловко перезаряжали старенькое ружьё, а каждая пуля находила свою цель, дополняя в буйствующие по залу краски новую порцию мозгов хаков, отчего на душе Кимаена становилось теплее.

Битва...

Продолжалась не долго. И стоило только последнему телу упасть на землю, как опьяневший от крови наёмник повернулся в его сторону. В одной руке у него была лапа-лезвие крупного хака, в другой залитый кровью пистолет, который тот засунул в живот одного из богомолов и расстрелял парочку стоящих за спиной первого.

— Кто же это тут у нас? – Поигрывая самодельным клинком, Альтман склонил голову к плечу, пристально разглядывая калишца. – Как же ты так далеко забрался, старина?

— Не пристало воину оскорблять другого подобными предположениями, – своим фирменным занудным, чуть высокомерным тоном ответил Кимаен. Калишец не был уверен в победе, к тому же всерьёз опасался, что даже если успеет подстрелить чокнутого Десантника первым, тот на чистом упрямстве всё же пальнёт в него из своей ручной гаубицы и разворотит половину тела.

Кимаену хватило времени вдоволь полюбоваться на что способно было это оружие, потому и испытывая удачу он не шибко стремился.

— Кимаен джай Шилал, имя моё, если ты забыл... Республиканец. – Иронично добавив в конце, калишец с интересом ожидал за полётом мысли на не отягощённом интеллектом лице. Несколько секунд Альтман стоял неподвижно, прежде чем даже не скрывая похуизма просто развернулся, отводя дуло пистолета в пол.

— Ага, я вспомнил тебя. Ладно, не поминай лихом, – помахав рукой, безумный наёмник продолжил свой путь, никак не заморачиваясь с сокрытием следов или минимальной осторожностью, отчего у Кимаена под маской-икалем заходили жвалки.

Несколько секунд калишец смотрел в удаляющуюся спину Альтмана, прежде чем устало выдохнув помолился своим богам и потопал следом. Уже сейчас он слышал, как в соседних коридорах активно проносятся толпы насекомых, явно занятых их поисками.

— Ну и нахера ты плетёшься за мной? – Не убирая оружия, всё же оставаясь минимально готовым к неожиданностям, глава Адских Десантников чуть ли не ковырял в носу, продолжая идти по туннелям сквозь город хаков. – Валил бы на поверхность...

— Не могу. Нога повреждена, патронов нет, а все жуки сейчас идут наружу, чтобы перемолоть твоих людей...

Попытавшись уколоть, Кимаен никак не ожидал услышать задорный, счастливый смех, столь искренний, почти детский, что калишец даже сбился с шага, выпучив глаза на своего спутника.

— Что здесь смешного?

— Да просто... «Идут наружу, чтобы перемолоть твоих людей», – ударив кулаком в грудь, как было принято на родине Кимаене отдавать дань уважения старшим, что в жизни, что в армии, Десантник ещё и голос его пародировал...довольно нелепо, отчего захотелось прикладом винтовки доломать остатки шлема на голове республиканской шавки, – не недооценивайте жучков. Мы воевали с ними... Самые лучшие из лучших, сэр.

В последний раз козырнув, Десантник закатил глаза и чуть ускорил шаг, резко обрывая разговор. Но Кимаен не мог этого так оставить, а потому быстро оказался рядом, хватая Альтмана за плечо и разворачивая к себе лицом.

Два лидера встретились взглядами. Они были почти одного роста, но из-за ширины плеч и массивности брони...пускай и её остатков, Альтман казался в разы больше, да к тому же залитый кровью врагов с головы до ног – смотрелся в разы внушительнее, чем тощий калишец с традиционной тканевой ритуальной броне, но последний даже не думал отступать.

— Мы провели в боях с хаками почти сотню лет, – надавил на этот факт Кимаен, крепче сжимая кулаки, уже морально подготовившийся к тому, что придётся отстаивать своё кулаками, ведь уже успел увериться, что другого языка Десант не понимает от слова совсем...пускай это и было глупо в подобных обстоятельствах, – знаем их повадки, знаем об их опасности...

— Знаем как просирать собственные планеты говорящим насекомым, – резко и властно перебил его Альтман, холодным взглядом прожигая калишца, – это всего лишь жуки.

В этот момент они, как раз проходили мимо тела одно из изначальных хаков. Тело жука было будто вывернуто на изнанку. Жуткая пуля с подобием ракетного двигателя – просто и незатейливо разворотила грудину, а после подорвалась внутри. Было очевидно, что хак прожил какое-то время, уползая по земле глубже в туннель, надеясь найти там спасение, но...

Вместо этого растерял те немногие уцелевшие органы, что остались после выстрела.

— Мерзкие вонючие ксеносы, что попрали нашу прекрасную и милосердную Свободу, – на глазах Кимаена, Альтман резким движением оторвал жуку голову. Треугольная башка хака в его руках казалась довольно посредственным трофеем, – всего лишь очередная зараза на просторах галактики и нашей великой Республики. Одной больше, одной меньше... Все они считают себя выше других. Выше человека и дарованного ему права выбирать. Выше дара Демократии. Все эти работорговцы, такие смелые, лощенные, со своими умными речами, но по итогу...

Покрутив голову в руках, Альтман в презрением взглянул в пустые глаза насекомого и в этот момент Кимаен непроизвольно сжал винтовку в руках крепче, чуть хмуря бровя под защитными очками.

— По итогу, от них всех остаётся точно такая же куча дерьма, как и от остальных.

Сжав черепушку обеими руками, лидер Адского Десанта приложил толику усилий и голова в его руках лопнула, как переспелый фрукт, обдавая наёмника новой порцией внутренностей, на что последний даже не поморщился.

— Так что оставь свои пафосные слова, полубог, – последнее слово Десантник выделил с особой насмешкой, от которой у бывалого калишца свело зубы, – если хочешь меня в чём-то убедить, что-то доказать... Вперёд.

Указав рукой в проход, в конце которого виднелся вполне себе нормальный, электрический свет, Альтман недобро усмехнулся, напрягшись и ссутулившись, словно гончая перед броском. Десантник бережно и ласково огладил пистолет, проверяя последний магазин, полный тяжёлых бронебойных пуль.

Повторив процедуру со своей винтовкой, Кимаен не долго думая передал наёмнику трофейный бластер, после чего уверенно пошёл вперёд, проклиная свою гордость...мысленно.

— Ты же понимаешь, что там нас может ждать что угодно, – Альтман шёл рядом, радостно и безумно улыбаясь, как злой ребёнок, предвкушающий издевательство над теми, кто не сможет дать сдачи, – матка хаков, их кладки или...

— Или те, кто за ними стоит. – Сосредоточенно кивнув, Десантник на миг повернул голову в его сторону. – Я уже чую мерзкий смрад этой арканийской мрази...

— Нас всего двое против нескольких миллионов. – Сделал Кимаен послденюю попытку убедить безумца не идти в последний бой, но...

— Значит у них нет ни одного шанса!