Как только у меня получилось синтезировать минимальное количество Аргента, собрать и доставить до места назначения бомбу уже не составило проблем. Тоннель уже давно прокопан, остался только последний шаг. И вот уж не думал, с чем у меня возникнут сложности, так это с ним.

Я оставил заряд прямо под хранилищем, в котором был заключён Ион. Фон стоял настолько мощный, что мне пришлось взять одного из миньонов под прямое управление, чтобы донести и активировать заряд, иначе Ион мог тупо его перехватить. Как минимум, шахтёры начинали тупить, не зная, кого из нас слушать.

Вот только, когда сфера размером с бейсбольный мячик, с неактивными выдвинутыми стержнями Аргента, оказалась на месте, я… остановился. Я стоял и держал заряд на вытянутой руке, гипнотизируя его взглядом. Один короткий имульс, один сигнал, и задача будет выполнена. Ион… будет уничтожен. Я шёл к этому с завидным остервенением. Ион угроза, угроза мне и этому миру, этой галактике! Он — представитель опаснейшей формы жизни. Я это понимаю, но сейчас, вот в этот момент… не могу найти в себе силы убить. Выражение: Цеф цефу друг и брат, вовсе не фигура речи. У нас нет никого ближе друг друга. И убийство сородича… воспринимается мной как нечто невозможное. Это не директива, не заложенная программа, а нечто более простое и… честное. Нечто, что легло на благотворную почву. Ведь мне это близко. Это то, какими бы я хотел видеть людей.

А стоя за клеткой, я слышал Иона. Слышал его эмоции. Он знает, что я собираюсь сделать, он видел мои мысли и знает, что, по сути, я человек, который обманом смог оказаться в теле цефа. Он должен злиться, должен стремиться меня уничтожить, избавиться от нарушителя\дефектного клона, ведь я враг… такой же, как и он мне. Однако, что я слышу? Вместо враждебности — привязанность. Вместо злости — искреннее радушие. Вместо обиды — преданность, какой нет даже у собаки. Он уже не спрашивает себя, почему я так поступил. Почему не спасаю его, почему уничтожил переход, почему готов его убить. Он понял ответ, но несмотря на это, всё равно считает меня… братом.

По факту, я готов убить того, кто стоит с протянутой ко мне рукой и улыбается. Ион это понимает, видит занесённую косу смерти, но всё равно не отказывается от меня. И это не обман, не хитрость, это его, искренние эмоции! Ведь цеф не убьёт другого цефа. Но я же… не один из них. Другой. Именно это отличает меня от него. Способность… убить… своего…

Самое противное, что даже останься я клоном, Ион не отправил бы меня на переработку. Ну удивился бы, возможно чаще обращал бы на меня внимание, но не избавился бы. Сейчас я это вижу, понимаю, а оттого на душе ещё мерзотней.

Откажется ли он от идеи, уничтожить людей? Нет. Они опасны. Опасны в том числе для меня. Особенно для меня, так как в его глазах, я питаю пред ними некоторую слабость. Поэтому, как бы я не пытался до него достучаться, максимум чего я смогу добиться — это отсрочить неизбежное. Ведь их устранение, даже вопреки моему решению, пойдёт на моё же благо. Это его позиция. Бесспорно, я могу вмешаться, могу напасть на него, как и он на меня, но в отличие от меня он… не будет защищаться. Не будет воевать со мной. Мои страхи, мои выводы, они оказались ошибочны.

Ощущение, что я последняя скотина, настолько меня сжало, что заряд выпал из ладони и с глухим ударом шлёпнулся на рыхлую перекопанную породу. Цефы замолкли, сеть наполнилась смятением. Моя нерешимость, словно зараза перешла к остальным, и единый, монолитный организм, дрогнул. Вопрос: «Что происходит?» повис в воздухе. Миньоны пытались понять, что на меня нашло, что меня остановило?

Услышал это и Ион. Его реакция нанесла мне новый удар по морали. Он расстроился! Искренне расстроился оттого, что я остановился. И более того, постарался сквозь защитный экран меня поддержать!

«Мы… цефы… мы… идём… вперёд… Нет сомнений… Нет колебаний…»

Его в лучших чувствах расстроило то, что я дал слабину. И слушая его, я начал злиться. Злиться на самого себя, на него, на всю эту ситуацию. Он был прав. Мы не колеблемся. Мы действуем. Ошибаемся, делаем выводы, набиваем шишки, залечиваем раны, дохнем и адаптируемся в конце концов! Но действуем.

«Да… ты прав, брат».

Я не могу его просто уничтожить. Но могу поступить иначе, и пусть это будет рискованно, однако я не смогу спокойно жить дальше, если вот так его убью. Он как Анна. Во что я превращусь, каким чудовищем стану, если уничтожу того, кто готов сам подставить мне свою шею, если меня это удовлетворит? Но сам оружие не направит. Если я его убью, то, что остановит меня от того, чтобы не убить сестру? Если она вообще жива. А я ОЧЕНЬ надаюсь, что она жива.

— Ха… ха-ха-ха-ха-ха…

Меня накрыло. Моя человеческая натура, то лучшее что я старался в себе сохранить, лбом билось об стену, требуя поступать, по совести, а не по логике. Ион мне не враг, он враг людям. И угроза Анне. Потому я должен… что-то… сделать.

Будь я сильнее, я бы мог его подавить. Включить в свой Легион, в таком случае он бы отказался от своих убеждений. Но чтобы стать сильнее, нужно время. И энергия. И того, и другого нужно очень много, поэтому не вариант.

Или… вариант? Я старательно обдумывал эту идею. Всё что мне нужно, это время и энергия. Сейчас, Ион сидит в клетке, он связан по рукам и ногам, а потому, стоит её укрепить, дополнительно изолировать и перенести туда, куда люди не дотянуться. А потом, когда буду собирать манатки, и свалю с планеты, просто заберу этот багаж с собой. Когда я буду готов, то без проблем включу его в свой Легион, чай такой кадр в хозяйстве ой как пригодиться. Ещё бы, собственный Альфа-Цеф, так ещё военной направленности. Такой в хозяйстве всегда пригодиться.

Потому, отложив бомбу в сторону, я оставил её как план Б на случай, если что-то пойдёт не так. Сам же, направил целую строительную бригаду к его тюрьме. Так как фон подле него имеет очень высокое значение, мне приходится напрягаться, дабы Ион не перехватил управление моими миньонами.

Сам Ион, не без интереса наблюдал за нашими шевелениями, периодически пробуя достучаться до миньонов. А вот хрен! Сейчас ещё пару слоёв изоляции нарастим, метров этак в тридцать, и можно будет выдохнуть. А пока, я не могу отвлечься даже на миг, так что надеюсь на Габриеля. Я выдал ему добро на использование Хранителей, лишь бы только поймал Пророка. Не дай бог, этот нигер выведет комплекс из строя. Живьём препарирую!

Габриель

Отец не следил за ним, он был слишком занят. Габриель чувствовал это. Он слышал его тревогу, слышал смятение и печаль. Вообще, эта ситуация вызывала у Габриеля тонну непонимания, ведь какой может быть разлад между цефами? Это невозможно. Однако, прямо сейчас, его отец, испытывая сочувствие к людям, был готов убить второго Альфа-Цефа. Габриэлю это не нравилось. Цефы не должны воевать с цефами. Однако и своего отца он понимал. Он знал его прошлое, знал, что тот сам когда-то был человеком. Да о чём можно говорить, если сам Габриель — гибрид человека и цефа? Что одни ему как родня, что другие. Потому он хотел, чтобы Ион и Легион пришли к решению, в котором не будет пролитой крови. И возможно, он даже сможет на это повлиять. Но это потом, сейчас же, у него есть конкретная задача — найти Лоуренса Барнса. И вот с этим всё было в порядке.

Предугадать действия Барнса было не сложно, особенно учитывая его цели. Для удержания Альфа-Цефа, CELLтребовался резервный источник питания, на случай непредвиденных обстоятельств. Так как с прошлой войны, часть города ушла вниз и оказалась затоплена, CELLиспользовали это для возведения дамбы, аккурат на перепадах высот. Дополнительно, на всех улицах, ведущих к дамбе, возвели бетонные стены, перед которыми усеяли минные заграждения. До кучи, прямо перед воротами, они оставили окопанный БМП. Высотные здания превратились в укреплённые огневые точки, с которых просматривались все окрестности, а количество бойцов дошло до той критической отметки, что пройти мимо них будет проблематично даже Габриэлю под маскировкой. Теперь, имея доступ к архивам, Габриель знал, что люди приняли все возможные меры, в том числе датчики давления, датчики движения, инфракрасные датчики, лазерные датчики и многое другое.

Из-за этого, проникнуть скрытно было весьма проблематично. Это понимал и Барнс. Именно поэтому, вместо попытки скрытного проникновения, он пошёл по наиболее грубому пути.

Используя маскировку, а также, судя по всему, предоставленную повстанцами взрывчатку, этот, как выражается сам Легион «Нигер», просто… уронил одну из высоток, ровнёхонько на гарнизон CELL. Габриель отмечал и запоминал эффективность данного подхода, однако это не мешало ему чувствовать раздражение.

Пробившись через внешний периметр, Барнс вступил в бой со следующей линией защиты. Оперативная группа из трёх машин и шестнадцати человек, вступила в бой, создавая из своих тел заслон.

Стоя на разрушенном здании, Габриель смотрел на то, как солдат в нанокостюме, в наглую, расстреливает из оторванного от бетонной баррикады, тяжёлого крупнокалиберного пулемёта бронемашины CELL. Оценив обстановку, Габриэль зарядил противотанковую кумулятивную ракету в гранатомёт. Вскинув оружие на плечо, он навёл его на цель.

Выстрел. Оставляя за собой шлейф, ракета помчалась в спину солдата в нанокостюме, как тот резко пригнулся, пропуская ракету рядом с собой. Грохнул взрыв, облако пыли скрыло всех из виду, а сам Барнс, бросив пулемёт, укрылся под маскировкой.

«Изменение ранее зафиксированных данных. Система отслеживания угрозы, работает на тридцать процентов лучше, чем рассчитывалось», — методично занёс Габриель информацию и зарядил следующую ракету. Осколочную, с таймером. Выставив нужное значение, он отправил снаряд прямо в точку, где укрылся Пророк.

Пролетев над разбитой, дырявой, ржавой машиной, ракета взорвалась прямо в воздухе, нарушая работу систем маскировки. Это короткое окно, позволило бойцам CELL оправиться, и перейти из обороны в атаку. Кто-то вытащил из машины устройство, с виду похожее на ракетомёт, только больше. Намного больше. Это была портативная пушка электромагнитных волн сверхвысокой частоты, она же ПЕЧ. Направленное излучение, широким фронтом накрыло зону, нарушая работу систем костюма. Туда же, обрушился целый шквал из пуль, ракет и гранат.

«Квадрат 0-0-1-P-2!»

«Принято!» — перехватил Габриель радиообщение, как спустя двадцать секунд, по точке, где укрылся пророк, отработал неуправляемыми ракетами боевой вертолёт, израсходовав минимум два контейнера.

Такой массированый удар, должен был вывести Барнса из строя, но требовалось проверить. Выражение «живучий как таракан», не просто так закрепилось за Пророком. Ион за три года не смог его поймать, или уж тем более — прихлопнуть. Однако, такой отпор, должен был его заставить отступить, где его уже и перехватит сам Габриель при поддержке хранителей. Легион дал своё добро на демаскировку, что означает, что устранение Барнса — важнее статуса «инкогнито».

Отбросив ракетницу, укрывшись маскировкой, Габриель добежал до места, где укрылся Пророк, но увидел там провал в земле в котором был разбитый, узкий коллектор, который шёл куда-то в сторону.

«Это плохо…»

«Приказы?» — уточнил пристроившийся рядом хранитель с помощью наклона головы.

«Идём за ним».

Спрыгнув, погрузившись по пояс в стоялую жижу из грязи и тины, Габриэль спешно пошёл по тоннелю, который постепенно поднимался вверх. Следом за ним, карабкаясь по потолку, и стенам, ползло сразу четыре Хранителя. Метров через тридцать, они вышли на свет. Коллектор торчал из стены в расщелине, на дне которой бежал ручей от дамбы.

Справа от самой дамбы, виднелся проход внутрь с подъёмом наверх. И там же, лежало несколько трупов солдат, сломана турель и открыта дверь.

«Вперёд!»

Десяток хранителей, ломанулись к дамбе. Кто-то запрыгнул на стену, и карабкался по ней. Кто-то забежал перед Габриелем в двери, кто-то набросился на подоспевших оперативников CELL. Солдаты даже не успели понять, что их убило, как прямо из руин жилого дома, на них выпрыгнуло сразу два цефа. Приземлившись каждый на свою цель, цефы выпустили клинки. Первый насадил ближайшего человека, после с разворота швырнул его в соседа, а свободной рукой выстрелил в того, что замыкал срой. Второй же цеф, поднял на дыбы сразу двоих, пробив их клинками со спины. Убедившись в отсутствии свидетелей, они двинули за собратьями.

Сам Габриель, бежал по лестнице, проверял отнорки, пока не столкнулся с целью лицом к лицу. Барнс выбежал из-за угла с тайфуном на перевес, из комнаты с генератором. Костюм сразу же почувствовал излучение цефов рядом с собой, потому ни о каком элементе неожиданности не было и речи. Более того, несмотря на маскировку, Пророк безошибочно направил оружие прямо на Габриеля.

— Я знаю, что ты тут!

Скинув маскировку, Габриель вышел перед солдатом.

— Пророк…

— Габриель…

«Зафиксирована эмоциональная нестабильность. Уровень злости — восемьдесят шесть процентов» — мимолётно отметил для себя данные Габриель.

— Остановись. Ты совершаешь большую ошибку.

Пока Габриель говорил, кольцо вокруг сужалось. Цефы перекрывали один путь отступления, за другим.

— Это мы ещё посмотрим… Цеф.

Прямо в голову Габриеля отправился вихрь пуль, заставляя его укрыть уязвимые части на лицевой защите. Рядом с Пророком, из невидимости вышел Хранитель. Перехватив Пророка за голову, он с разворота, словно игрушку, приложил его затылком об стену. Вот только, этого оказалось мало. Бранс, словно был не удивлён. Поймав цефа за руки, он с двух ног нанёс удар в грудную часть. Руки с «мясом» вырвало из плеч, а сам цеф отлетел к противоположной стене. Ещё один хранитель, навёл оружие в упор, и даже сделал выстрел. Броня поглотила тепловой удар, тогда как сам Барнс накинулся на цефа, и схватив того за голову, вывернул оную на сто восемьдесят градусов, с треском и скрипом, ломая защитные механизмы.

Подхватив оружие, он перекатом ушёл с линии огня, при этом, не выходя из переката, открыл ответный огонь. Три сотни пуль, выпущенные менее чем за секунду, перегрузили защитное нанопокрытие и пробили покров. Покачнувшись, хранитель начал заваливаться назад, из его груди вытекала слизеподобная жидкость, которая «испарялась» прямо на глазах.

Всё это пронеслось настолько быстро, что обычный человек даже не успел бы сориентироваться, для него, вся картинка превратилась бы в размытое нечто, с отдельными статичными элементами.

«Зафиксировано электромагнитное излучение… зафиксирована работа ВАК узлов… объект использует электромагнитное поле, для гравитационного искажения…» — методично оставлял заметки Габриель, с некоторым удивлением отмечая степень прогрессии этого человека. Усиление было несерьёзным, более того — смешным, однако оно было, и позволяло пророку двигаться чуть быстрее, как бы «раздвигая» атмосферу тем самым с меньшим усилием преодолевая воздушное сопротивление. Сам костюм, явно испытывал большие проблемы, так как ему, во-первых, не хватало энергии, а во-вторых, электромагнитное поле нарушало работу в первую очередь самих систем костюма. Это отражалось на Пророке в виде бегающих по защитной плёнке статических разрядов.

Не останавливаясь, Барнс отбросил оружие и протаранил Габриеля, прижав его шею локтём к стене.

— Ты думаешь, я такой тупой? Думаешь, я не услышал их? Остальных цефов. Я знал, что Альфа-Цеф жив. А ты, один из них! Ты проиграл этот бой, Габриель. Цефы тебя поглотили. Но война, будет за мной!

— Нет… это я, научился их контролировать.

Перехватив человека за руку, Габриель вывернулся из захвата, потянул Пророка на себя, и ударил его лбом о стену, после чего, выхватив пистолет-пулемёт, направил на голову и сделал выстрел.

Вот только, он не заметил, оставленный Барнсом подарок. Опустив взгляд, он увидел их же, мигающую плазменную гранату.

«Ошибка…»

Грохнул взрыв, и Габриеля отбросило назад. Пробив спиной железобетонную стену, он вывалился в помещение со вторым генератором. Костюм искрил, наночастицы латали повреждения. Взрыв гранаты цефов, это не человеческие хлопушки. Жахнуло так, что весь наружный слой сгорел, покрылся чёрной плёнкой и теперь осыпался пеплом. Кроме того, заброневой эффект оказался мощнее встроенной устойчивости, из-за чего под костюмом было несколько разрывов и кровотечений. Резкая попытка встать, обернулась потерей равновесия и падением спиной вперёд на столик с инструментами.

Сам Барнс, так же пережил выстрел в голову. Система костюма успела отреагировать на угрозу, и активировать «ВАК модуль», как для себя обозначил систему Габриель. Электромагнитное поле, словно силовой экран, дестабилизировало плазменный снаряд в сантиметре от головы Барнса, тем самым сводя на нет, семьдесят процентов возможных повреждений.

«Теперь… я понимаю… Иона…» — медленно отметил Габриель, потихоньку приходя в себя. Требовалось, чтобы наночастицы залатают внутренние повреждения, иначе был немалый шанс превратиться из «целого» цефа в «взбитого».

А вот Барнс оклемался куда как быстрее, и уже дал стрекоча. Откинув сразу несколько дымовых гранат, он с боем пробивался через заслон из Хранителей. Вот один цеф делает замах клинком и пробивает костюм в районе печени, а в ответ получает кулаком в грудину. Другой бьёт в район левого лёгкого со стороны спины, но Барнс пригибается и «нож» соскальзывает по нанопокрытию, тогда как в самого цефа уже летит удар ногой. Подставив коленное сочленение, цеф заблокировал удар, поймал Барнса за ногу, и с размаху приложил его об стену. Не давая опомниться, словно копьё, на Пророка налетел следующий, вбивая в человека ещё несколько ручных клинков.

Каким бы Пророк не был профессиональным солдатом, но действовать сразу против группы противников, которые работали как единое целое, было крайне тяжело даже ему. Но именно в этот момент, двери в их помещение открылись, а оттуда показалась целая команда в отдалённо похожих на нанокостюмы, боевых скафандрах.

Быстро сориентировавшись в помещении, наглухо заполненном дымом, парни не стали церемониться и перешли в атаку. Сразу шесть бойцов выстроились в линию и направили ручной вариант оружия ПЕЧ в сторону коридора. Под таким напором, плоть цефов вскипела, сразу пятеро лопнули как шарики. Остальные, обогнув угрозу через внешнюю стену, набросились на людей со спины.

Увидев, как из наружного окна, к ним в помещение залетела граната цефов, у людей сразу же прояснилась картинка мира. Как только грохнул взрыв, к ним залетели выжившие цефы. В отличие от Пророка, эти солдаты пусть и были крепче обычных людей, но недостаточно.

По крики боли, вопли и визг работающих пушек, Цефы крошили солдат CELL. Пользуясь случаем, Барнс экстренно перезапустил системы костюма, и ломанулся по лестнице наверх, куда за ним последовал Габриель. Нагнав человека, Габриель увидел, как тот ставит на стену заряд взрывчатки, а с обратной стороны, по воде к ним несётся сразу несколько лодок.

Обернувшись на миг к своему преследователю, Барнс выхватил детонатор и что есть сил, побежал через шлюзовые ворота для отвода воды. Габриель, бежал следом. Сиганув с обрыва, Барнс активировал заряд, взрывая дамбу. Приземлившись в воду, обоих подхватил мощный поток воды, тем самым раскидав обоих по разным концам.

Ухватившись за торчащий прут, Габриель выбрался на этаж какого-то здания. Костюм сбоил, тело болело, но наночастицы делали своё дело, латая повреждения. Обернувшись, он посмотрел на постепенно затихающий поток воды.

«Потери — девять из десяти хранителей. Результат — ноль целых, ноль десятых», — делал он выводы. Это был провал. Габриель не злился, лишь констатировал факт. Он уже понял, что уничтожить Пророка будет не просто, не говоря уже о том, чтобы его поймать. А теперь, его следующей целью станет сам Нексус. Этого нельзя допустить.

Вот только, дальнейшее планирование операции, прервало событие, которое даже не учитывалось разумом улья. Имея в доступе информацию CELL, они знали мировой расклад. А потому, когда по Куполу Свободы прошёлся массовый ракетный удар, от которого целые плиты понеслись вниз, Габриель с непониманием посмотрел наверх. Через брешь, на десантных кораблях, построенных по технологиям цефов, в купол ворвалась третья сторона. А судя по траектории кораблей — их целью так же был Нексус.

Габриель нахмурился. Если с Пророком он ещё мог в теории справиться, то теперь… ещё и с новым, неизвестным противником, точно нет. Разрушение Нексуса, приведёт к освобождению Иона. А его освобождение спровоцирует Легиона на конфликт. Габриель не хотел этого. Никто из цефов этого не хотел. Поэтому, они искали альтернативный вариант решения этой проблемы. Габриель не мог выполнить поставленную задачу, Нексус падёт. Это лишь вопрос времени. Легион не успеет подготовится, как и не может сейчас отвлечься. Сейчас, всё зависит от него, первого после Альфа-Цефа. Все решения, все идеи, стекались к нему, чтобы он выбрал наиболее оптимальный вариант. И Габриель выбрал, или выработал нужное решение. Но ответ уже был, он лежал на поверхности. Цефы уже располагали нужной технологией, нужно лишь успеть добраться до Нексуса быстрее остальных, благо что он тут недалеко. Но даже так, одному ему не справиться. И тихо действовать, уже не получиться. А потому…

«В бой…»

Короткая команда пролетела по сети словно миг. Как будто нажал на спусковой крючок, и десятки, сотни ожидающих под землёй цефов, направились к поверхности. Ему нужно лишь немного времени, и легион ему это время даст.