Цитадель. Вашингтон. Округ Колумбия.

Сара Лайонс была в бешенстве. И как ей не быть, ведь пропал величайший солдат Братства, для которого не существовало преград и невыполнимых задач. Ведь чем они отличались от всех остальных обитателей Столичной Пустоши до того, как в дверь Цитадели постучался Марк, ведя группу ученых и техников и попутно отбиваясь от стай диких гулей? Скольким людям он помог! В одиночку зачищал целые районы от рейдеров и супермутантов, примирил Братство и Изгоев. Черт возьми, он даже спасал не зараженных радиацией собак и приводил их в Цитадель. Благодаря этому Братство сейчас имеет верных бойцов поддержки и охранников. Он, по сути, в одиночку и собственными силами смог сделать то, что не удавалось сделать тысяче солдат Братства в силовой броне и с энергетическим оружием, — спасти Вашингтон.

Она упорно просила отца дать ему отдохнуть, ведь, как бы ни был крут Марк, он оставался человеком. За два года выживания на Пустошах он постоянно был в самой гуще событий: по колено в грязи и по локоть в крови. Проблемы наваливались на него с завидной регулярностью, но он немыслимым образом сумел находить лучшее решение в каждой из них, при этом шутил и сыпал едкими остротами. Но весь «Львиный Прайд» видел усталость, которую можно было спокойно разрезать «Потрошителем» и которая навалилась на его плечи. А свою кому в две недели он назвал лучшим отпуском из возможных. Он КОМУ назвал ОТПУСКОМ!

А отец не дал ему и недели на реабилитацию, а сразу отправил на зачистку остатков Анклава. Сколько людей Братства потом чуть ли не молились на него, когда он вытаскивал с того света смертельно раненых после битвы за базу ВВС Адамс! В награду он получил три дня отдыха, поврежденный винтокрыл и новую миссию. Он с ней успешно справился, как всегда. Данные из убежищ, которые он прислал, смогут решить продовольственный кризис уже в ближайшие месяцы. Да что там, с помощью этих данных можно проводить полноценную дезактивацию всего Вашингтона. А еще он прислал целый караван, доверху груженный образцами ценнейшей техники, оружием, образцами флоры и, мать его, ЗОЛОТЫМИ СЛИТКАМИ. Как? Вот как он смог найти золотые слитки?

И вот она сидит в своем кабинете и принимает доклад от писца Братства Мохавского отделения. Та разглядывает ее с неподдельным интересом. Сара, зная о своей привлекательности, давно смирилась с этой участью, а клич «За задницу Сары Лайонс» звучал чаще, чем «Ad Victoriam», к ее великому раздражению. Но вот чтобы ТАК откровенно палились на старшего по званию, да еще со стороны девушки — она точно этого не ожидала. Да и компания у нее примечательная, что и говорить. Супермутант-тень в наряде садовницы, о которых она только слышала, но никогда не видела; гуль в странном костюме и с крайне примечательными усиками на лице (как он смог их сохранить?); робоглаз — крайне усовершенствованный робоглаз. Но как эти мутанты прибились к писцу Братства, возглавляющему караван, она не представляла. К Марку всегда тянулись странные и талантливые люди, и не только: те же Фокс и Харон давно стали если не частью Братства, то его почетными гостями и верными союзниками, а Сержант уже давно стал помощником и заместителем высшего паладина Кросс.

— Писец Вероника...

— Просто Вероника, зачем так официально.

— Писец Вероника, для начала скажите: кто эти... люди?

— Ах, да! Конечно. Это, кхм-кхм, Рауль Альфонсо Тахеда, самый крутой стрелок к западу от Аппалачей, гроза рейдеров и работорговцев, но можно просто звать его Мигель, — сказано это было подражая испанскому акценту и голосу гуля. К чести гуля, он от стыда вздохнул, опустил взгляд и упер руки в переносицу.

— Ладно. Хорошо. А ваш... высокий спутник?

— Спутница.

— Простите?

— Не прощаю, потому как не за что. А эту бомбическую красотку с двухметровой лопастью от вертолета вместо меча зовут Лили. Она хорошая!

— Золотце, не надо смущать бабушку... — Сара сделала то, что обещала сделать только когда Марк вернется, а именно: достала из шкафчика стола довоенный необлученный виски и стакан и налила себе на полпальца. Видит бог, ей это нужно.

— Хорошо, писец Вероника...

— Просто Вероника.

— Писец Вероника, объясните мне наконец, где находится высший паладин Иувар?

— О-о-о-х-х-х, я вам такого сейчас расскажу — вы не поверите! Да что там, я сама не верю, хотя рядом с ним была!

— Писец Вероника, пожалуйста, к теме.

— Да, да. Кхм. Кхм. Однажды ночью банда с самыми грязными душами... — начало доклада было в стиле нуарных рассказов, которые иногда крутит Тридогнайт. Марк не обидится, если исчезнет еще полпальца виски.

— Без театральщины, прошу.

— Но я готовилась! Специально вместе с Лили репетировали во время привалов!

— Молю.

— Эх. Красивым женщинам многое сходит с рук. Ладно, слушайте...

Доклад был одновременно пугающим и воодушевляющим. Образцы техники и технологий, которые даже после получения наработок Анклава кажется фантастическими. А этот караван передал только то, что можно было перевезти. Но самое страшное было в том, что у Братства осталось очень мало времени. Пока Анклав искусственно тормозил развитие востока, на западе после его разгрома так называемым Избранным ничего не мешало по-настоящему развиваться целым государствам. И решение всех проблем в виде связки «силовая броня и гатлинг-лазер» уже не работает. Мохавское отделение было почти уничтожено НКР — тому доказательство. Да и тот же Легион Цезаря сейчас представляет крайне опасного противника, несмотря на гибель его главы. Пока все остальные набирали силу, кооперировались и развивались, Братство жило стандартами двухсотлетней давности. И хотя отец сделал первые шаги для основания настоящего государства, все портит его желание выслужиться перед Советом старейшин, а эти старые хрычи готовы удавиться за лишнюю запятую в Кодексе или изменение устоев — Мохавское отделение тому пример. Собственно, бойцы этого отделения и стали охраной каравана, когда Марк использовал Кодекс, чтобы сместить старейшину Макнамару и стать самим старейшиной. Вероника была назначена его заместителем. Но оставался вопрос: где сам Марк?

— И вот он молвил легату Ланию, что, завоевав Запад, он лишится Востока, и повернул свои немытые орды грязных мужеложцев их предводитель, и настало...

— Спасибо за доклад, писец Вероника.

— Пожалуйста. — Бутылка уже показала дно, а облегчение до сих пор не приходило. Но придет похмелье — это точно.

— Писец Вероника...

— Просто Вероника...

— Писец Вероника, вы проделали титаническую работу, и от лица старейшины Лайонса я благодарю вас.

— Ой, лучше бы мы на свидание сходили...

— Тем не менее у меня осталось два вопроса.

— Задавайте.

— Вы так и не ответили: что случилось уже со старейшиной Иуваром после битвы за дамбу Гувера?

— Точно. В общем, как он сам сказал, он лучше рискнет телепортацией, чем полгода будет ездить в компании узколобых любителей догматов. Сказал, что доктор Мебиус справится за месяц, максимум два, и что он будет ждать нас уже тут. — Упоминание рабочей технологии телепортации было невероятным само по себе, а возможность ее воссоздать, да еще по земным чертежам, а не загогулинам чужаков, было фантастическим. К сожалению, Марка и чертежа телепорта в Цитадели не было.

— Ясно, видимо, что-то случилось. И второй вопрос. Вы ведь понимаете, что я старше вас по званию и неуставные отношения старшего по званию с подчиненными запрещены согласно уставу?

— Ага.

— Тем не менее вы продолжаете использовать неформальную форму речи.

— И?

— Вам Марк разрешил говорить со старшим по званию в таком тоне?

— ДА! Вы очень догадливы! А еще он сказал, что если будут напирать на устав, то дави их буквами Кодекса Братства — его все равно никто не знает, и можно нести любую чушь, но потом сказать: «Во славу Братства!» — проканает. — Нервы у Сары Лайонс были, может, и стальными, но она прекрасно помнила все эти замечания и колкости, которыми доводил сначала паладина Кросс, а потом и всех остальных касательно устоев Братства Марк, поэтому она приняла единственное верное решение в тот момент.

— Оруженосец Мэксон, зайдите в кабинет! — Потомок легендарного основателя, четырнадцатилетний парень, не по годам взрослый и рослый, тихо вошел в кабинет. — В кабинете старейшины за гербом Братства есть сейф, пароль от сейфа — 2106. Возьмите оттуда бутылку водки, пожалуйста.

— Мэм, вы уверены?

— Исполняйте, оруженосец.

— Есть! — К этому она привыкла — к строгой субординации. А мысль, что ее головную боль облегчит уже папина бутылка водки, приятно грела.

— Вы последними видели паладина Иувара. У вас могут быть мысли, где он находится?

— Нет, к сожалению. Тут я вам не помощник. Хотя... Рауль, ты ведь говорил, что у тебя знакомый есть — крут как гвозди и обошел чуть ли не весь Запад?

— Милая, у меня таких знакомых полным-полно. Ты кого конкретно имеешь в виду?

— Ну, того парня, что материл Марка за то, что у него контракт с платиновой фишкой забрали.

— А-а, этот. Да, знаком. Бабник, повеса, лудоман, но спокойно может найти кого угодно. Следопыт от бога.

— А он Марка сможет найти?

— Если и сможет, то только он.

— Супер! Прекрасная новость, мы знаем того, кто сможет, предположительно, найти Марка!

Новость может и хорошая, но только наполовину. Хорошей она станет только когда Марка найдут. Видит бог, он как никто другой заслужил покоя за все те подвиги, что совершил. Люди в Вашингтонской Пустоши чуть ли не молятся на него, а некоторые и полноценно возносят ему молитвы. Но тот объем проблем, который на них движется, решать без помощи Марка она не представляла возможным. Для начала нужно сместить отца, пока все достижения, которые были достигнуты — а именно: положительное отношение с местными жителями, торговые связи с Питтсбургом и бесперебойный поток боеприпасов оттуда, а также программа ускоренного обучения солдат в Убежище 112 — не были пущены Советом старейшин по ядерному ветру. А после поставить их перед фактом, что Восточное отделение будет развиваться по собственному пути, а Совет может идти в одном известном направлении. И огромный ком проблем, который на них движется, легче решать с помощью человека-армии.

— Господин Тахеда, вы сможете связаться с вашим знакомым для поиска старейшины Иувара?

— Госпожа Лайонс...

— Просто Сара. И вы извините меня за каламбур, но вы старше меня. К тому же Восточное отделение Братства не видит в гулях безмозглых тварей, а считает их людьми.

— Приятно это знать, а то меня несколько раз ваши ребята попытались пристрелить. В общем, я с ним свяжусь, но предупреждаю сразу: заплатить ему придется много.

— Мы сможем позволить себе такие траты на одного наемника. Где он сейчас находится?

— В Рино. Проматывает остатки предыдущего гонорара.

— Не воодушевляющая характеристика, господин Тахеда.

— Я сразу сказал: он заядлый игрок и лудоман. Ему в Вегасе абсолютно все владельцы казино запретили появляться у порога под страхом смерти. Но если он берет задание — знайте, он его завершит.

— Вы сможете за него поручиться?

— Сестру бы я ему не доверил — он ее вмиг соблазнит, но парень он надежный. — Прекрасно: наемник-лудоман, который не умеет держать свой член в штанах. Но свободных людей, которым можно поручить это дело, у нее просто не было.

— Как скоро вы сможете с ним связаться?

— Скорее всего, он в Рино остался после нашего отъезда. Так что если разрешите воспользоваться КВ-радио у вас на столе, то прямо сейчас.

— Пожалуйста.

Гуль показал осведомленность большую, чем большинство гулей по эту сторону Миссисипи. Покопавшись в настройках пару секунд, он настроился на нужную волну.

— Надеюсь, он не пьян. О, повезло. Родж, здорово, это Рауль. Нет, то был Эстебан, кретин, ему потом гранату в задницу запихали. Дебил, это был Майк, что радскорпиону в шахматы проиграл! Какое, нахрен, порно с гулями?! Это была Бесс! Потому что я мужик, дебил! Слушай меня, расистская ты сволочь, что мужика от женщины не отличает, ты заработать хочешь? Да, тот Рауль, что приносит деньги, скотина ты эдакая! Курьер свободен?

(Такая эпическая личность как Курьер заслуживает отдельной работы. Он обязательно появится но не рядом с паладином Марком Иуваром)