Как попасть из Винтерфелла в столицу, всегда есть два пути: мудрый и быстрый.

Если следовать мудрому пути, то придётся ехать по суше, мучаясь в пыточном устройстве под названием «седло», стирая себе в кровь задницу, по пути отбиваясь от туч мелких гнусов, дутней и прочей мерзкой пакости. Зато этот путь мудрый, поскольку исключает необходимость плавания в океане.

Когда мы переплывали с Медвежьего острова на материк, я не выпускал из рук свой верный нож. Я ждал появления гигантской клешни, которая будет по одной утаскивать пассажиров нашей маленькой лодки. Я тогда согласился зайти в ту посудину только потому, что берег был виден. И вот теперь мне сообщают, что мы всей дружной компанией едем сначала в город, расположенный на САМОМ БЕРЕГУ, а оттуда нам ещё и неделю плыть.

В Вашингтонской Пустоши существовала категория людей, которых избегали все, за исключением супермутантов и владельцев силовой брони, – рыбаки. Их все считали полными психами и отморозками. Почему? Потому что эти ненормальные жили возле воды и охотились на болотников.

Прочнейший панцирь, которому плевать на калибр большинства обитателей Пустоши; острейшие когти, способные погнуть стальную арматуру; и, несмотря на внушительные размеры, они резвы, как кротокрыс под Психо. Такая тварь слишком тупа, чтобы понять, что ей вообще-то отстрелили нижние конечности и пора отступить. Нет, эта скотина будет ползти к тебе, пытаясь сожрать на месте или утащить с собой в воду. Сколько раз я видел, как люди с криком просили пристрелить их, когда болотник утаскивал очередного бедолагу, сколько раз я ждал единственного шанса на выстрел, подпуская тварь поближе и целясь ей в морду, потому что в остальные участки стрелять бесполезно.

И вот мне сообщают, что мы плывём на деревянном суденышке огромной толпой, чтобы не терять время. Умом я, конечно, понимал, что я уже не в Пустоши, но паранойя вопила, словно сирена и отказывалась признавать аргументы разума. К счастью для моей паранойи еще необходимо добраться до города с портом.

На следующее утро вся компания из благородных кроме наследника лорда собралась ехать в Белую Гавань. Брандон немного поныл но сурово произнесенное сыну " В Винтерфелле всегда должен быть Старк" осадило наследника. Либо Рикард темными вечерами тренируется в суровом произношении этой фразы, либо у него установлена "Сирена". А предки Рикарда молодцы, придумали идеальную отмазку чтобы отдохнуть от детей. Немного испортил отъезд эпилептический припадок у конюха. Добрые люди медленно обступили паренька трясли его и пытались влить ему воды, т.е. делали все чтобы паренька убить. Пришлось вмешаться пока люди своей добротой его не добили. Растолкав всех потребовал чтобы освободили пространство, перевернул набок и взял у какой то старушки ее шарф и подложил под голову. Хах, все таки не зря отец научил первой помощи при эпилептическом припадке, хоть здесь пригодилось. Когда приступ прошел, парень почему то говорил только "ходор". А старушкой оказалась бабушкой парня, хотя это не парень, а пацан двенадцати лет только почти с меня ростом. Пацана зовут Уолдер и до этого в общении с богами напрямую уличен не был. Ладно возьму с собой понаблюдаю за ним.

Всего в путь отправилось триста человек, первая остановка город Белая Гавань. Благородные всем своим видом излучали пафос и презрение к смердам, а мы с Уолдером как двое деревенщин постоянно озирались по сторонам и рассматривали все вокруг. Мне была интересна архитектура и, о святой Атом - фонтан, а Уолдеру вообще все. Со мной все понятно я впервые в средневековом городе, а Уолдер никогда за пределы территории замка и не выходил. И что можно сказать о городе? Красив, чист, уютен, люди выглядит сытыми, и везде снуют торговцы разного пошиба. Заметил в толпе не только уже привычных Северян, но множество людей явно не из Вестероса, как например странный мужик с СИНИМИ бородой и волосами или негров. Получается у Севера есть чем торговать раз сюда приезжают явно из далека.

В порту нас встретил хозяин города и вассал Старков, Виман Мандерли, самый толстый мужик, которого я когда-либо видел. Он был мечтой любого каннибала: столько мяса и жира, и бегать за ним не надо, достаточно напугать, и тот от сердечного приступа сам умрёт. Интересно, он свой детородный орган когда последний раз видел? В момент моих размышлений почему-то все смотрели на меня как на психа и полного дегенерата. А точно, моя привычка рассуждать вслух несуразности.

— Лорд Старк, я понимаю, что ваш этот чер..., говн..., человек ваш гость, но я требую у него извинений!

— Я прошу прощения за выходку моего гостя, и он немедленно принесёт извинения, – даже спорить не буду.

Выхожу из толпы и, представ перед лордом Мандерли, пытаюсь изобразить извиняющийся поклон.

— Я искренне прошу прощения, лорд Мандерли. Я только недавно вернулся в человеческое общество и немного позабыл манеры поведения.

— Вы, наверное, якшались в компании свиней и идиотов, раз не знаете, как вести себя и позорите человека, оказавшего вам гостеприимство.

— Полностью согласен с вами. Я провёл последние полгода в компании полных кретинов. Но мои слова вряд ли удовлетворят вас, так что вы сами назовите условия, чтобы вы меня простили, — не буду же я сообщать, что моим самым адекватным собеседником был стол.

— Голова Роджера Пайка и вы прощены.

— Весёлый Роджер? Он у нас с собой.

Наступила мёртвая тишина, которую пробил сдавленный хрип:

— Какой-какой Родж...? В смысле, с собой?!

— Лорд Виман, перед вами человек, что убил Пайка и его отродий бездны, — снова слуга достаёт проспиртованную башку Роджера, и снова в неё смачно плюнули, только на этот раз лорд Виман. Уважуха Роджеру, стольких людей вывести из себя нужно уметь, по себе знаю.

— Парень, манеры у тебя — полное дерьмо, а в твоих алых глазенках демоны не просто хороводы ведут, а натуральные оргии устраивают! Но ты отомстил за многих сыновей и отцов, что этот сукин сын погубил. Прими мою благодарность и считай, что награда от меня за его голову у тебя.

— Просто поставьте на мою победу в турнире, делим выигрыш пополам, и мы в расчёте.

— Настолько в себе уверен?!

— Нет, конечно. Просто если я проиграю, то вы теряете свои деньги, а если выиграю, то получаю в должниках самого толстого лорда. А толстый – значит успешный.

— Яйца у тебя, парень, заменяют голову. Хорошо, безумец, будь по-твоему. Звать тебя как?

— Марк Иувар, лорд Виман. Безумно рад встрече с вами, – на мой ответ лорд Виман рассмеялся и неожиданно резко и сильно хлопнул по плечу. Даже не ожидал такой силы и прыти в такой туше.

А лорд Старк, видимо, немного поседел и излучал ненависть, направленную на меня, вкупе с облегчением, а Мейдж с Лиаррой сдерживались из последних, чтобы откровенно не заржать. И зря сдерживаются, смех продлевает жизнь.

И вот настал кульминационный момент, которого я боялся — плавание. Паранойя, видимо, сорвала голос в попытках до меня достучаться и молчала, но интуиция говорила мне, что бояться не стоит: никто не будет взбираться по палубе, чтобы тебя разорвать и сожрать. И, на удивление, плавание прошло спокойно, но верный нож из рук не выпускал. Для меня плавание осложнилось кинетозом – морской болезнью. Пока все наслаждались прогулкой по морю, я с Уолдером на пару страдал от нарушения вестибулярного аппарата. А Виман, гад, ещё и обзывался сухопутной крысой. Ничего, наябедничаю Мейдж с Джорахом, и они побьют злого Вимана.

Через пять дней, когда я героически поборол свой недуг и уже хотел похвастаться, мы прибыли в столицу государства — Королевскую Гавань.

Королевская Гавань, бывший Эйгонфорт, город интриг, торговли, борьбы за власть и резиденции августейшей династии, где почти триста лет назад Эйгон-Дракон Завоеватель высадился, чтобы основать собственное государство и объединить весь континент, оказался еб***ой помойкой судя по запаху. Серьёзно, такое ощущение, что тут дикие гули устроили себе логово, запах такой же, за исключением отсутствия радиации. Вот как кретины Таргариены не озаботились элементарной санитарией? Они же возле воды живут, построить канал не судьба? Вон Мандерли как-то же справились с переработкой отходов человеческой жизнедеятельности, а те не могут? Да даже самые дикие оседлые племена на Пустошах догадались озаботиться вопросом санитарных норм. Видимо, деньги спускают повально на турниры и прочие пропагандистские мероприятия, ну или разворовываются. Правда, скорее всего, посередине.

— И как тебе столица, Алый Блюй?

— Непередаваемо, лорд Виман.

— Да по глазам твоим бесстыжим видно, что ты думаешь. Можешь сказать прямо — помойка. Я двадцать лет путешествовал из Вестероса в Эссос, посетил многие города на обоих континентах, видел чудеса, которые не могу объяснить. Но главное чудо для меня — это люди, которые тут живут и терпят всю эту вонь и тесноту.

— И сколько же людей тут живёт?

– Полмиллиона человек живут и умирают внутри этих стен.

– ТАК МНОГО!

— А ты думал? Полмиллиона человек, и всем им нужно есть, пить. Богатые живут ближе к Красному Замку и наслаждаются менее вонючим запахом, те, что победнее — мелкие купцы, кузнецы, держатели трактиров, ну и у самой стены живёт простой люд. И упаси тебя Семеры попасть в Блошиный Конец. Там спокойно может пропасть кто угодно, от рыцаря до лорда, и его никто не найдёт.

– Спасибо, что предупредил.

— Да я о себе беспокоюсь. Если ты и вправду сумел убить Пайка, то сможешь дойти до середины как минимум, а я смогу с этого заработать.

— Уважаю деловой подход. Прибыль пополам?

— Для начала посмотрим, как ты проявишь себя в общей схватке, а там посмотрим.

Полмиллиона человек на территории меньше, чем Нью-Вегас с окрестностями, да они там друг на друге живут, хотя нет, выживают. Как бы меня ни бесил мистер Хаус, но к делу организации инфраструктуры города он подошёл с тщательностью бизнесмена и организовал всё на высшем уровне. А там жило максимум шестьдесят тысяч человек, с учётом туристов из НКР и переселенцев. А ведь город мог стать настоящей жемчужиной по обоим берегам Узкого Моря. Достаточно было не пускать всё на самотёк.

В городе мы расположились. Старки остановились в специально арендованной усадьбе. Остальные лорды, что побогаче, также сняли себе жилплощадь, те, что победнее, остановились в тавернах. Рикард, чтобы я снова чего-нибудь не учудил, прямо потребовал селиться с ними и не высовываться за пределы усадьбы. Я бы обиделся, если бы меня не опередили Мормонты и клятвенно пообещали своему сюзерену, что не спустят с меня глаз и будут водить меня под ручку везде. А Лиарра уговорила мужа и почему-то с хитрецой поглядывала на Мейдж; та по мыслесвязи, доступной только женщинам, что-то ей сообщила. В общем, мне дали два дня на ознакомление со столицей, а после мы должны быть как штык готовы к встрече с королём. Заселились мы с Мормонтами и Уолдером в приличном на вид трактире.

Итак, Королевская Гавань: что собой представляет город, являющийся домом для полумиллиона человек? Осмотреть город за день, естественно, невозможно, но ключевые места вроде Драконьего Логова – места, где Таргариены держали своих драконов – и Великой Септы Бейлора я посетил. В конце концов, это ведь не Нью-Вегас, где на каждом углу тебя ждёт достопримечательность. Драконье Логово меня ошеломило. Настолько нелепо огромного здания я в жизни не видел, точнее, самое большое виденное мной заброшенное здание. Смотря на высоту этих обвалившихся стен, понимаешь, что тут держали сотни летающих огнемётов, даже не верится, что они здесь обитали. Великая Септа Бейлора, резиденция наместников одного в семи обличьях, уже не так сильно впечатляла. Конечно, это было красивое здание, даже издалека был виден талант архитекторов, кто его строил, но это было здание, построенное людьми для людей, и оно заранее проигрывало обители летающих монстров. Да и толпа фанатиков вокруг септы портила впечатление, а Мормонты вообще называли их заблудшими. И только Уолдер восхищался всем увиденным своим неизменным "ходор". Хороший парень, осталось вернуть ему речь.

На сегодня впечатлений хватило, и день клонился к ночи, так что мы всей нашей братией вернулись к себе в трактир. Работяги спускали зарплату, что выручили за сегодня, и жаловались на несправедливость жизни; купцы сидели с недовольным видом, поносили местное самоуправление и молились на снижение налогов; стражники сидели с угрюмыми рожами, рассуждали о том, что их никто не уважает, и, конечно, мутные типы сидели в углу и обсуждали свои мутные дела. В общем, типичный бар, который можно увидеть во всех крупных поселениях, как будто и не покидал Америку.

Сейчас мы вчетвером сидели и потягивали какой-то местный алкогольный изыск, кроме Уолдера, ему рано, и он всем своим видом и неизменным "ходор" выражал по этому поводу протест. Только официантки невзначай подходили и улыбчиво интересовались, что нам ещё нужно. Правда, вид бешеной Мейдж резко их отталкивал, и зря – её брату нужно личную жизнь налаживать.

— Ну и как тебе столица? На твоей родине были города, подобные Гавани?

— Настолько заселённых городов я, Джиор, в своей жизни не видел.

— И как все эти люди тут могут жить? Чтобы снять приличную комнату на неделю, нам пришлось отдать ДЕСЯТЬ ОЛЕНЕЙ. В Белой Гавани можно за эти деньги весь трактир на неделю снять.

— Мейдж, я понимаю, вы с законами рынка не знакомы, но ты же умная девушка...

— Я уже не девушка, – нотки грусти были заметны каждому сидящему за столом.

— Прости, девочка?

– Была я уже с мужчинами!

— Во-первых, извини. Во-вторых, тут ребёнок сидит, и не при нем свои победы на любовном поприще обсуждать.

— Ходор.

— Нет, Уолдер, тебе рано такое слушать.

— Этот твой ребёнок скоро тебя в росте обгонит. Я знаю несколько парней, кто уже в его возрасте своих детей завёл и в войне участвовал.

— Ходор! Ходор!

— Уолдер, дурной пример заразителен. И вообще не слушай дядю Джиора, он у нас по парням.

– Да нормальный я!

— Единственное доказательство того, что ты, как говорится, "нормальный", это Джорах, и ему уже глубоко так за двадцать. Мейдж, после смерти его жены новая госпожа Мормонт намечалась?

— А Марк дело говорит, брат мой. Ты ведь мужчина видный, а род не расширяешь.

— Ходор.

— Видишь, брат, даже мальчишка-конюх с нами согласен.

— Да отстаньте вы от меня. Лучше скажи мне, пожалуйста, зачем тебе этот конюх?

— Его бабушка молила меня его снова научить говорить.

— Ходор.

– Именно, Уолдер. После его так называемого общения с богами у него афазия развилась, правда, странная. Говорить он сможет, осталось провести кое-какую терапию, чтобы он снова смог говорить.

— А ты вообще зачем согласился ему помочь?

— Дурная привычка. Нужно срочно исправляться.

— Не смей исправляться. Из-за твоей дурной привычки мы с братом сегодня живы.

— Мейдж, не заставляй взрослых мужиков краснеть. Это привилегия нас, суровых мужиков Вашингтонских Пустошей, заставлять вас, дам в беде, краснеть.

— Ходор.

— Видишь, тут даже Уолдер согласен.

— Пока вы всю мою жизнь не обсудили, ты про какие-то законы хотел рассказать.

— Да, Мейдж. Смотри: есть спрос и предложение. Спрос контролирует предложение. Королевская Гавань – это крупный торговый город, всегда полный людьми и торговцами со всего света. Улавливаешь?

— Не очень.

— Всем этим людям необходимо где-то жить на время – это спрос, и различные люди предлагают им сдавать в аренду свои комнаты и дома – это предложение. Теперь понимаешь?

— Чуть лучше.

– Молодец. А разница между Белой и Королевской Гаванью именно в спросе. Сколько в Белой Гавани живёт людей?

— Ну, где-то тысяч пятьдесят.

— Вот, а тут в десять раз больше, следовательно...

— И спрос будет больше в десять раз.

–—Мейдж – будущая финансовая гроза Семи Королевств.

— Постой, предложение ведь так же увеличится в десять раз?

— Мейдж, весь город не застроить временными жилищами. Будет ограниченное число вот таких вот трактиров, которые сдают комнату в аренду.

— А те могут сами назначать цену. А раз предложение ограничено, а спрос увеличен, то и цена увеличивается!

— Диплом экономиста не вручу, но ты уже умней одного моего знакомого, с кем я рос. Он эту истину до конца не усвоил.

— Спасибо! – святой Атом, этой невинной улыбкой можно добиваться скидок у Ван Граффов.

— Я не совсем понял, о чём вы там болтали, потому что десять лет назад я был в городе, и цены были ниже.

— А ты чем, Джиор, в столице занимался?

— После войны король организовал турнир. Продал все трофеи и поставил на свою победу в общей схватке. Дошёл до полуфинала, где и проиграл сиру Гвейну Гонту. Проиграл целое состояние. Ну хоть призовые за третье место получил.

— Раз ты упомянул турнир, там какие правила и где я участвовать должен?

— Тебе разве не должны были обо всём рассказать?

— Джиор, друг мой, я провёл пять замечательных дней, обнимая ведро с Уолдером на пару, стараясь держать свои внутренности внутри себя, и на осмысленный диалог способен не был.

— И ты мне говоришь это за три дня до начала турнира? Ты хоть записан на состязания или нет?

— Брат, вместо того чтобы тут орать, опиши Марку правила турнира.

— Старые Боги, храни нас, лорд Старк нас накажет, если мы там опозоримся.

— Джиор, не волнуйся, всё будет чики-пуки.

— Это твоё "чики-пуки" лорд Рикард засунет нам...

— Следи за речью, Джиор, ты в конце концов лорд, а не просто покурить вышел.

— Что это за "покурить"?

— Ходор?

— Когда восемнадцать стукнет, тогда и спрашивай, Уолдер. И давай ближе к теме: турнир и правила.

— О боги, нам конец. Хорошо, объясню тебе правила. Смотри: есть три вида состязаний – состязание лучников, общая схватка и поединки. В состязании лучников всё просто: дают тебе лук, и стреляй в мишень, чем ближе к центру, тем лучше. Общая схватка ещё проще. Есть ты и все вокруг, остаться должен лишь ты, но своим оружием туда нельзя. А в поединке два всадника должны выбить копьём из седла друг друга. В лошадь бить копьём запрещается. Все состязания проводятся этапами по мере выбивания соперников. Тебе всё понятно?

— Предельно, но есть вопросы.

— Я боюсь твоих вопросов.

— Ты не бойся вопросов, бойся ответов. Первый вопрос по лукам: у вас есть хоть один, чтобы я примерно мог понять, как из него стрелять?

— Ты что, лука никогда не держал? – задавая этот вопрос, Джиор с Уолдером заметно бледнели, а Мейдж наслаждалась их лицами.

— В книгах их иллюстрации видел, но в живую никогда в руках не держал, – на мой ответ Джиор сделал хороший такой глоток.

— Ладно, на состязание лучников тебя не вписываем, там всё равно трусы участвуют. Но я видел тебя в бою, Марк, как ты с ножом обращаешься. Тебе выдать меч, и никто тебе не соперник!

— Эм, не хочу тебя расстраивать, но я и с мечом не умею фехтовать.

— ...

— ...

— Я же видел, как ты с ножом орудовал, так, словно Воин сошедший с небес.

— Нож — это не меч, он легче, сбалансированнее и, как ты знаешь, короче. А про поединки ты учитывай тот факт, что я лошадь в живую увидел полторы недели назад, — мой ответ Джиору понравился, настолько понравился, что он залпом выпил сначала всё, что было у себя, потом отобрал то, что было у нас с Мейдж , и выпил также залпом.

Меня терзают мысли, что я, наверное, стану причиной хронического алкоголизма Джиора.