Сара почти не спала ночь с субботы на воскресенье и воскресный вечер провела, попивая белое вино из коробки с миссис О’Брайен и парой других женщин, отчасти для того, чтобы избежать Кэсс, а отчасти потому, что ей нужно было поговорить с соседками. Они понимали, как ужасно она себя чувствует, как потрясена, разочарована и напугана. Ей до сих пор не верилось в то, что произошло. Мало того что Грэга освободили раньше, чем следовало, так еще и отправили домой.

Обеденный перерыв понедельника она провисела на телефоне, пытаясь выяснить, зачем это было сделано. Ей объяснили, что в одном из крыльев тюрьмы случился пожар, что и привело к досрочному освобождению Грэга и нескольких других заключенных, и в суматохе на ее просьбу не обратили внимания. Женщина на том конце провода выслушала Сару с невероятным терпением, но конечный результат от этого не поменялся. Переезд Грэга не являлся приоритетной задачей, если только он не наделает глупости, например не нарушит комендантский час или на кого-нибудь не нападет. Сара закончила разговор с головной болью и ощущением, что постарела лет на десять. Какая досада! Она привыкла думать, что Грэг – часть ее прошлого, человек, о котором можно навсегда забыть, но не тут-то было…

После всего этого Сара напрочь забыла про родительское собрание в понедельник вечером, пока Кэсс не напомнила о нем за полчаса до начала, и они поспешили в школу.

Во вторник утром она встала и обнаружила на капоте своего автомобиля глубокую царапину. Она стояла и смотрела, не в силах пошевелиться. Как это могло произойти? Ей вспомнился молодой человек в серебристой машине, который следовал за ней от работы домой. «Да у меня паранойя», – подумала она. На машинах появляются царапины, так бывает. Скорее всего, это произошло накануне вечером возле школы, а она попросту не заметила.

На работе она никому об этом не рассказала. Все только успокоились, и ей не хотелось снова их будоражить. Они ждали отчета судмедэксперта о Поле Таунсенде. Хадия вроде бы не сильно переживала на этот счет.

– В заключении врача указано, что он курил и имел лишний вес, – сообщила она. – Мэйбл подтвердила ваши слова о том, что он ее оскорблял. Вы поступили правильно, Сара. Патологоанатом с этим согласится. Поверьте мне.

Саре оставалось дождаться подходящего момента, чтобы сообщить о пропаже ключа от электронного браслета. Но в то утро Хадия поймала ее на пути в офис, схватила за рукав и произнесла то, что Сара боялась услышать все эти дни.

– Сегодня забегу к вам проверить ключи и браслеты, Сара.

– Хорошо, – сказала Сара, хотя ничего хорошего в этом не было. – Пойду подготовлю кабинет и проверю список клиентов на сегодня. – Она поспешила уйти прежде, чем Хадия добавит что-то еще, хотя понятия не имела, что ей делать. Дерьмо. Проклятое дерьмо! Почему она не сообщила о пропаже ключа сразу, когда заметила, что он не на месте? Да, это навредило бы ее послужному списку, но она могла бы свалить это на мужчину, которого ударила электрошокером, и заявить, что ключ пропал в возникшей неразберихе. Она бы получила выговор, и это затянуло бы ее продвижение по службе, но все было бы в порядке.

А теперь, черт возьми, ничего хорошего ждать не приходилось.

Она сидела в своем кабинете за закрытой дверью, пытаясь сообразить, что делать, когда в дверь постучали. Вошла Хадия. Саре стало дурно.

С планшетом в руке Хадия села рядом с ящиками. Как Сара и ожидала, она в первую очередь выбрала нижний ящик. Она проверила каждую открытую коробку, пересчитала лежащие в них электронные браслеты, сравнила данные с введенными Сарой цифрами и удовлетворенно кивнула. Она закрыла ящик и потянулась к верхнему.

Сара понимала, что должна сообщить о ключе. Но только она открыла рот, как в дверях появилась Мэйбл.

– Хадия? – спросила она. – У нас сломанный электронный браслет, требуется срочный прием. Можем мы вклиниться в расписание?

Хадия вздохнула и поднялась на ноги.

– На сегодня полная запись. Пусть позвонит в другие центры.

– Его девушка – моя подруга, и я ей пообещала, что мы это сделаем, – возразила Мэйбл. – Пожалуйста!

– Добавь его в мой список, – выпалила Сара. – Я займусь им первым.

– Вы уверены? – спросила Хадия.

– Да. Не проблема.

– Спасибо. Значит, все в порядке. – Хадия помахала рукой в сторону ящиков, развернулась на каблуках и вышла в приемную.

Сара едва не рухнула на стул. Опасность была гораздо, гораздо ближе, чем хотелось бы.

– Ты в порядке? – спросила Мэйбл.

– Да. Просто трудная неделя.

Когда вошел мужчина со сломанным электронным браслетом, Сара сразу его узнала. Это был Том Робертс. Парень, который не нравился Мэйбл. Саре он тоже не понравился, особенно когда улыбнулся так, будто его присутствие в ее кабинете – подарок судьбы. Но он избавил ее от тяжелого разговора с Хадией, поэтому особой неприязни она к нему не испытывала.

– Что-то я к вам зачастил, – заметил он.

– И правда, – ответила Сара, когда он устроился в кресле и подтянул штанину джинсов. На электронном браслете не было ни трещин, ни царапин, ни каких-либо признаков того, что его повредили или пытались каким-то образом снять. Такие приборы создавались надежными и прочными. Они выдерживали час в ванне или бассейне, удар футбольного мяча по лодыжке и сильное нажатие отверткой. Она видела, как мужчины пробовали все вышеперечисленные методы. В самом начале работы она испытала шок, узнав, как некоторые мужчины пытались избавиться от своих электронных браслетов. Насколько ей было известно, Грэг этим никогда не занимался, и ей и в голову не приходило, что другие мужчины это делают.

Это была своего рода головоломка. На боку электронного браслета тревожно мигал красный свет. Обычно это указывало на попытку взлома или снятия устройства, однако на корпусе не осталось ни единой царапины. Или батарея работала неисправно, или где-то внутри отошел контакт. Сара проверила прибор. Он отлично функционировал.

«Наверное, что-то в нем неисправно», – подумала она, делая пометку в записи.

– Я поставлю вам новый.

– Я так и предполагал, – сказал он.

– Есть идеи, как это произошло?

– Нет. Я просто заметил, что лампочка мигает. Странно, правда? Такого еще не было.

– Когда вы заметили?

– Вчера днем. Я знаю, я должен был приехать сразу, но машина была у моей девушки, и мне пришлось ждать, пока она вернется с работы. Потом выяснилось, что у нее был тяжелый день, и ей не хотелось никуда ехать. Она работает учительницей в школе, и вчера вечером состоялось родительское собрание.

– Понятно, – сказала Сара, доставала рулетку и измерила его лодыжку. Она взглянула на него, на этот раз с более близкого расстояния. Темные глаза. Острые скулы. Она мысленно сравнила его с мужчиной, который шел в консультационный центр с мисс Тейлор. – В какой школе она работает?

– Бернсайд-Хай.

Кэсс училась в Бернсайде. Сара могла бы сообщить ему об этом и спросить, как зовут его подругу, но знала, что с клиентами лучше не делиться личной информацией. Сверившись с показаниями рулетки, Сара выдвинула ящик стола и достала новый электронный браслет среднего размера. Прежде чем застегнуть его на лодыжке мужчины, она сделала свежий снимок его лица для базы данных и еще раз уточнила дату рождения. Проверила посадку и спросила у мужчины, удобно ли ему. Он сказал, что удобно, поблагодарил ее и снова улыбнулся, на этот раз шире. На Сару это не действовало. Возможно, из-за опыта с Грэгом, а возможно, профессиональная деформация. С начала работы она общалась с сотнями мужчин. Да и какая разница. Конечный результат оставался таким же. Она видела их насквозь и знала, в какие игры они играют. Он включил очарование, потому что осознавал, что должен был найти способ добраться до центра накануне днем, и не хотел, чтобы она подняла шумиху. Она решила, что пусть на этот раз это сойдет ему с рук.

– Хорошо. Все готово. Надеюсь, с этим браслетом проблем не будет.

– Спасибо. – Он встал, опустил штанину, и Сара последовала за ним в коридор, собираясь сбегать в туалет до того, как войдет следующий мужчина. Она сразу заметила Элен Тейлор. Та сидела на стуле в дальнем конце зала ожидания и болтала с Мэйбл. Увидев Тома, женщины вскочили. Значит, она не ошиблась. Том – тот самый мужчина, которого она видела при входе в консультационный центр.

Он подошел к ним и взял Элен за руку.

Сара отметила, как близко Том стоял к Элен, как крепко взял ее руку, как смотрел на Мэйбл. Когда-то она увидела бы в этом проявление заботы, а теперь лишь закатила глаза. Она задержалась, наблюдая за ними тремя, и поздоровалась с Элен быстрой улыбкой, когда та посмотрела в ее направлении.

– Где сегодня будем ужинать? – спросила у Элен Мэйбл.

– Сегодня я не могу, – ответила Элен.

– Почему?

– Неделя выдалась сложная. В квартире накопилось много дел. Но на следующей неделе обязательно встретимся, обещаю.

– Отлично, – сказала Мэйбл, развернулась и пошла в свой кабинет.

Сара никогда не слышала, чтобы кто-то умудрился вложить в одно слово столько смысла. Но, опять же, это не ее проблемы. Она быстро сходила в туалет, вернулась, прибралась на столе и вызвала следующего клиента. И совсем не удивилась, когда Мэйбл заговорила об этом за обедом.

– Послушай моего совета, – сказала Сара. – Не ссорься с ней из-за этого.

– Я и не собираюсь, – возразила Мэйбл. – Но сейчас у нее, похоже, нет времени на меня.

– Оно появится. Держи дверь открытой для нее, Мэйбл. Она переживает необычный период жизни и ни о чем не думает. Влюбленность – странная штука. Люди начинают вести себя как идиоты. Но это пройдет, обещаю.

– Не знаю, – произнесла Мэйбл. – Она им одурманена. У нее нет места, нет энергии ни для чего и ни для кого другого.

– Все меняется, – заметила Сара, хотя и не была уверена, что Мэйбл ей поверит. – Что бы сейчас ни происходило, это не продлится вечно.

Все меняется. Прекрасные младенцы превращаются в озлобленных подростков, семейное счастье – в домашнее рабство, нарушившие комендантский час мужья возвращаются домой, и все мужчины в конце концов показывают свое истинное лицо.

Так устроен мир.