Наши дни

10:48 утра

К тому времени, когда мы со Сью возвращаемся в участок, Рэйчел уже собрала все данные о планшетах. Она мчится прямо на нас, гордясь своей работой и желая выложиться перед Сью. Владельцы планшетов в списке – сплошь женщины, и я могу поклясться, что она этим словно что-то доказывает, потому что это первое, о чем она сообщает. А для меня это значит, что оказавшийся в парке мужчина либо имел при себе зарегистрированный на женщину планшет, либо намеренно оставил планшет дома.

– Пришлите список мне, – говорит Сью, и Рэйчел отправляет список нам обеим, и мы втроем направляемся в кабинет начальницы. Я чувствую нетерпение Рэйчел. Ни одно имя в списке мне ни о чем не говорит, и я нутром чую, что это тупик, но мы обязаны довести дело до конца.

– Нужно поговорить с этими женщинами, – произносит Сью. – Узнайте, что они делали на улице и не видели ли чего-то, что помогло бы нам в расследовании. Но действовать придется осторожно. Нельзя поднимать тревогу.

– Я бы хотела этим заняться, – говорит Рэйчел.

– Безусловно. Я предупрежу своих офицеров, что вы будете работать с ними. – Рэйчел и трое офицеров из команды Сью собираются в соседнем кабинете и начинают обзванивать всех по списку. Я бы сделала все иначе. На мой взгляд, нет ничего лучше беседы с глазу на глаз.

Заходит офицер по связям с общественностью и говорит, что мое короткое выступление перед местным СМИ крутят по всем новостным каналам, а в сети оно распространяется со скоростью лесного пожара. Пользователи подробно обсуждают все детали, вплоть до моей стрижки. Некоторые люди в соцсетях чуть ли не с пеной у рта требуют больше информации, и у каждого из них имеется своя теория. Я уже и сама натыкалась на версии об утоплении, передозировке и выброшенном новорожденном.

– Придется сделать еще одно заявление, – подводит она итог.

– Согласна, – отвечает Сью Фергюсон. – Памела, пройдите в соседний кабинет и поработайте над списком планшетов. Я вас вызову, когда вы понадобитесь.

Я покидаю кабинет Сью и присоединяюсь к коллегам. В течение следующего часа разговариваю с пятнадцатью женщинами. С большинством из них я быстро справляюсь, потому что они либо медсестры, либо водители, либо почтовые работники, и их показания легко проверить.

На трех женщинах у меня срабатывает то, что я называю «чутьем». Проверяю их данные и убеждаюсь, что у них не было веской причины находиться на улице в три часа ночи. Телефонного звонка тут недостаточно; я должна встретиться с ними лично.

– Куда вы? – спрашивает меня Рэйчел, когда я встаю и роюсь в кармане в поисках ключей от машины.

– Нужно кое-куда съездить.

Рэйчел мой ответ не удовлетворяет.

– Сью хочет, чтобы мы проверяли их отсюда.

Мне не нравится, как она на меня смотрит.

– Так мы далеко не продвинемся.

Я выхожу из кабинета. Рэйчел – за мной.

– Памела! – говорит она. – Вы не считаете, что вам стоит обговорить это со Сью?

– Мне не нужно разрешение, чтобы делать свою работу.

– Но…

Я замечаю, что за нами наблюдает один из членов команды Сью. Я тащу Рэйчел вниз по лестнице, пока мы не привлекли к себе слишком много внимания. Мы подходим к стойке регистрации и, увидев, что снаружи на тротуаре собралась толпа, направляемся к заднему выходу. К счастью, туда они дорогу пока не нашли. Я хотя и не занимаю такую высокую должность, как Сью, но определенно выше рангом, чем Рэйчел. Однако она, похоже, об этом забыла.

– Мы поедем вместе, – говорю я. – Это приказ.

Она сидит на пассажирском сиденье и холодно молчит, слушая мой рассказ о трех женщинах, которых я хочу видеть, и о том, зачем мне это нужно.

– Технологии могут многое, но не все, – объясняю я. – Иногда нужно поговорить с человеком лицом к лицу.

– Вы отказались от мысли, что это мог быть мужчина? – спрашивает Рэйчел, когда я выезжаю с парковки.

Я концентрируюсь на дороге. Первый адрес находится на противоположной стороне города. Дверь открывает женщина. У нее накачанные руки и длинные волосы, собранные сзади в конский хвост.

– Слушаю, – говорит она, разглядывая нашу форму.

– Скарлетт Колдуэлл?

– Да.

– Хочу задать вам пару вопросов. Мы можем войти?

– А в чем дело?

– Нам нужно знать, где вы были прошлой ночью, – говорит Рэйчел.

Скарлетт Колдуэлл хороша, нужно отдать ей должное. Она мастерски скрывает свою реакцию, но меня не проведешь. Она тихо закрывает дверь у себя за спиной. В соседнем доме дергается занавеска.

– Будет лучше, если мы поговорим внутри, – мягко произношу я, но она так не считает. Скарлетт складывает руки на груди и выпрямляется, как часовой, заслонив собой дверь. Интересно, что в ее доме такого, что она не хочет нам показывать?

– Какое вам дело, где я была прошлой ночью?

– Миссис Колдуэлл, – говорю я. – Полагаю, вы уже слышали сегодняшние новости. Мы отследили ваш планшет и знаем, что прошлой ночью вы выходили из дома. Мы просто хотим знать, где вы были.

Она немного бледнеет.

– Я не имею к этому никакого отношения!

Я жду. Она выдыхает. Она заметно нервничает.

– Мой партнер не знает. – Она оглядывается, но дверь по-прежнему закрыта. – Хотите, чтобы я это произнесла?

– Если не возражаете, – говорю я.

– У меня есть… есть кое-кто еще. Я ездила к нему.

– Нам нужно с ним поговорить, – заявляет Рэйчел. – Полагаю, вы дадите нам его контактные данные.

– Это правда необходимо? – спрашивает Скарлетт Колдуэлл. Квадратные плечи делают ее похожей на бульдога.

– Боюсь, что да. – Я протягиваю ей планшет, и она набирает имя и адрес. Я невольно задаюсь вопросом, почему ей интересен мужчина, живущий в этом конкретном месте, но каждому свое. – Спасибо, – говорю я.

Она уходит в дом и захлопывает за собой дверь.

– Милая женщина, – говорит Рэйчел.

– М-м-м, – мычу я и тут же забываю про Скарлетт Колдуэлл.

Вторую подозреваемую мы тоже сразу исключаем. Выясняется, что она одолжила свой трекер дочери, которая работает слесарем и как раз среди ночи уехала на экстренный вызов. Женщина дает нам необходимые контакты, и эту информацию мы тоже можем проверить.

В нашем списке остается только одно имя.

Пока мы едем по адресу, Рэйчел работает на планшете. Ответов на вопросы по-прежнему нет, и напряжение растет с каждой минутой. Я прошу Рэйчел связаться с Мишель, и мы быстро получаем последнюю информацию. Совпадений в стоматологических картах до сих пор не найдено. Я знала, что так и будет, но разочарование сковывает шею тяжелым кольцом. Умом я понимаю, что прошло всего несколько часов, а на раскрытие подобного дела могут уйти недели и даже месяцы. Я знаю, что усовершенствованные технологии в тестировании ДНК позволяют это время сократить, но нас сдерживают и другие факторы: законы о конфиденциальности, которые означают, что мы не может собрать образцы ДНК всех и каждого, как и отпечатки пальцев, несмотря на всю простоту процедуры. И система видеонаблюдения, которая не функционирует должным образом потому, что все наши деньги вложены в электронные браслеты.

Я закрываю лицо руками.

– Вы в порядке? – спрашивает Рэйчел.

– Не совсем, – признаюсь я. Внутри разрастается чувство, что наша жертва сидит прямо за мной и дышит в затылок. Я ее подвожу. – Такое ощущение, что мы тыкаем пальцем в небо. Вот черт!

– А по-моему, мы делаем успехи, – возражает Рэйчел. – Мы исключили из числа подозреваемых большинство женщин, которые были на улице прошлой ночью.

Пропасть между мной и Рэйчел только растет. Первая трещина появилась, когда мы изучали записи камеры видеонаблюдения в парке и Рэйчел увидела на них женщину, а я – мужчину. А с приходом Сью Фергюсон эта трещина окончательно превратилась в бездну. Прежде мы хорошо работали вместе. Я всегда думала, что Рэйчел меня уважает, что мне удалось сгладить последствия обучения, которое внушает таким молодым женщинам, что мир устроен определенным образом. Я думала, что она слушала мои рассказы о работе полиции до введения комендантского часа и усвоила тот факт, что ни одна система не является безошибочной и безупречной. Теперь я сомневаюсь, что она меня слушала.

Я не знаю, стоит ли рассказать ей о тех случаях, о которых упомянула Сью? О ДТП и о ножевых ранениях. Но я не хочу, чтобы она передала это обратно начальнице.

По третьему адресу проживает женщина чуть за тридцать, бледная и дерганая. Но она хотя бы впускает нас в дом. Там мы видим мужчину немного моложе ее. Он точно ее родственник. Гостиная заставлена цветами, а на каминной полке лежат открытки с надписью «Соболезнуем вашей утрате» и разные вариации на тему.

– Вы по поводу папы? – с надеждой в голосе спрашивает мужчина. – Вы арестовали ту женщину, которая ударила его электрошокером?

– Боюсь, что нет, – говорю я.

Его плечи поникли.

– Нет. Так я и думал. Вы всегда защищаете своих, не так ли? Полицейские, надсмотрщики – вы все заодно.

Мы явно о чем-то не знаем. Придется действовать осторожно. Я смотрю на Рэйчел, но по выражению ее лица понимаю, что она тоже не в курсе. Ее пальцы порхают над экраном планшета. Мой планшет пищит. Я снимаю блокировку, просматриваю присланное ею сообщение и сразу понимаю, что в этом доме происходит кое-что интересное.

Внимательно оглядываю женщину. Она стройная и высокая.

Может быть, я была неправа насчет видео.

Может быть.