- По моим подсчетам, у нас осталась по одной сигнальной ракете на каждую шлюпку, - сказал Вигго.

Они дрейфовали уже два часа и чувствовали себя так же ужасно, как только могут чувствовать себя пять человек. Каждая сигнальная ракета зажигала в них надежду, которая тут же гасла, когда в ответ не приходила помощь. Дэвис сильно страдал от морской болезни; он уже три раза блевал, и воздух в шлюпке пропитался этим запахом, даже после того как Вигго сдался и разрешил каждому из них покурить. Он показал последнюю сигнальную ракету всем.

- Что скажете? Оставить ее на случай, если услышим, что кто-то приближается, или использовать сейчас?

Оба солдата заговорили одновременно.

- Оставить.

Том и диспетчер были другого мнения и предложили ее использовать.

- Значит, решающий голос за мной, - ответил Вигго и отложил заряженный сигнальный пистолет.

Пока что.

Десять минут спустя соседняя лодка запустила свою последнюю ракету, а еще через десять минут третья последовала ее примеру, и у Вигго осталась единственная ракета.

Ну, это просто чертовски замечательно.

Единственным плюсом в этой ситуации было то, что буря, судя по всему, стихала. Ветер значительно утих, и хотя волнение на воде по-прежнему было сильным, они смогли расстегнуть молнию и подышать свежим воздухом, не боясь, что их зальет водой.

Вигго в который раз посмотрел на часы. Было уже за полночь, но минуты, казалось, тянулись медленнее, чем обычно. Он положил руку на сигнальный пистолет, в очередной раз задаваясь вопросом, правильно ли он поступил. И тут он услышал... не вертолет, а странный высокий, почти музыкальный гул чудовища, раздающийся эхом над поверхностью океана.

- Этого нам, блядь, как раз не хватало, - сказал он.

Он поднялся к входу на молнии, расстегнул его наполовину и высунул голову наружу. Здесь звук был громче, и ему снова пришлось вспомнить о волынщике, возможно, на одиноком туманном холме, воюющем свою песнь скорби в тумане. Но ни один волынщик никогда не вызывал у Вигго такого чувства, как это. Звук предвещал неприятности, и его "паучий инстинкт" забеспокоился.

Он вгляделся в ночь, пытаясь разглядеть чудовище. Вместо этого он увидел слабый отблеск света на горизонте - два прожектора, которые исчезали так же быстро, как и появлялись, когда лодка погружалась в впадину, а затем снова становились отчетливо видны, когда она поднималась на следующий гребень. Теперь он их и услышал - едва уловимый визг роторов, стучащих словно в такт песне чудовища.

- Наконец-то, блядь, пора, - пробормотал он про себя, взял сигнальный пистолет, нацелился в сторону светового пятна и нажал на курок.

Сигнальная ракета с шипением улетела и разорвалась в небе, превратившись в красную звезду. Bиггинс следил за ее траекторией, пока она не описала дугу и не упала к горизонту. В последний момент, прямо перед тем, как она упала в море, между ней и шлюпкой вырисовались силуэты - три массивных, мускулистых горба, указывающих на то, что чудовище кружило вокруг них примерно в четырехстах ярдах от берега.

Он не упомянул о чудовище, когда вернулся внутрь; у ребят и так будет достаточно поводов для беспокойства в ближайшие минуты.

- Вот и все, парни, - сказал он. - Мы возвращаемся домой, - oн повернулся к Тому. - Ты же прошел подготовку. Нам нужно что-то сделать для подготовки?

- Сколько вертолетов? - спросил крупный мужчина.

- Судя по всему, два.

- Тогда нам нужно отвязать хотя бы одну из лодок; нам понадобится, чтобы оба вертолета поднимали их лебедками одновременно.

Том обошел Вигго, полностью расстегнул молнию и наклонился через борт шлюпки. Через секунду они уже качались на волнах, теперь чуть выше над водой, и отплывали от двух других судов. Когда Том обернулся, его осветил сверху и сзади яркий, почти ослепительный свет, и вдруг воздух наполнился ревом вертолетов. Он высунул голову и посмотрел вверх, затем вернулся внутрь и обратился к Вигго, вынужденный кричать, чтобы его услышали.

- Вертолет прибыл. Он будет забирать по два человека за раз. Решай ты, босс. Кто пойдет первым?

- Женщины и дети, - сказал Вигго с улыбкой. - То есть твой второй человек и ты сам, если ты еще не заметил. Потом мы вытащим Дэвиса и избавим его от мучений. Уилко пойдет с ним, а я прикрою нас сзади и поднимусь, когда вы все будете в безопасности.

Том остался в дверном проеме, глядя вверх. Через несколько секунд он начал махать рукой, давая указания кому-то наверху, и через мгновение в его руках уже оказался страховочный ремень, прикрепленный к тросу над головой.

- Быстрее, - сказал он диспетчеру. - Пока он держится крепко, но если подует порыв ветра...

Ему не пришлось доканчивать фразу. Оператор был рядом с ним через несколько секунд. Том убедился, что трое членов отряда видели, как он надел, а затем застегнул страховочную привязь. Затем он высунулся наружу, показал кому-то наверху большой палец вверх, и их обоих оттянули лебедкой; последним, что осталось видно, были их свисающие ноги.

- Ладно, Уилко, Дэвис, - сказал Bиггинс. - Вы следующие. Заберите с собой столько снаряжения, сколько сможете унести: винтовку закиньте за плечо, если ремни это позволяют, иначе держите ее в руках. Я не хотел пугать "нормальных", но та зверюга рыщет поблизости. Остается только надеяться, что она не голодна.

Уилкинс подошел к входу и вскоре стал махать рукой так же, как Том несколько минут назад. Через несколько секунд он уже держал в руках страховочную привязь. Вигго помог им залезть внутрь и убедился, что они надежно закреплены.

- Увидимся наверху, ребята, - сказал он. - Займите для меня место.

Уилкинс поднял большой палец в знак приветствия экипажу наверху, и их тоже подняли лебедкой вверх, к свету. Вигго быстро оглядел салон шлюпки, решил, что, кроме его собственного рюкзака и оружия, там нет ничего лишнего, и подошел к проходу.

Справа от него, теперь уже примерно в пятидесяти ярдах, на воде покачивались две другие шлюпки. Из самой удаленной от Вигго лодки поднимали двух человек. Похоже, все шло гладко. Он поднял глаза и увидел, как к нему спускается пустой страховочный ремень. Как и остальные, ему пришлось жестами давать указания, чтобы трос был направлен в нужное положение, но через несколько секунд он уже держал ремень в руках, залез в него и зафиксировал себя в нужном положении. У него на спине висел рюкзак, а в правой руке - оружие; он поднял большой палец в знак готовности и был поднят вверх, отрываясь от шлюпки.

Он заметил его, когда поднялся чуть больше чем на десять футов. Широкая спина чудовища рассекала воду по обеим сторонам, и оно неслось, словно ускоряющийся катер, направляясь по прямой к двум другим шлюпкам, которые теперь находились в восьмидесяти ярдах справа от Вигго.

- Не смей, блядь, - закричал Вигго.

Ему удалось развернуться настолько, чтобы прицелиться, и он выпустил очередь в сторону чудовища, но если он и попал, то этого не было видно, и чудовище не сбавило ход.

- Отвали, блядь! - крикнул он и выстрелил снова, но его уже поднимало вверх и уносило прочь, а страховочная привязь развернула его так, что выстрелы улетели в море где-то слева от чудовища.

Он мог только с ужасом наблюдать, как поднялась голова, раскрылись челюсти и обе лодки были поглощены. Зубы сжались. Трос другого вертолета был перерезан, и двух мужчин, находившихся на нем, унесло вместе со всеми, кто еще оставался в шлюпках. Хвост змея поднялся - не в виде плавника, как у кита, а в виде единого массивного куска плоти и мышц, голова опустилась, и все его тело плавно скользнуло в темные воды, едва создав рябь.

К тому моменту, как Вигго затащили в вертолет, внизу осталось только темное море и одна плавающая шлюпка. Ничего не указывало на то, что там когда-либо были еще две.

Том вышел из кабины пилота, когда Вигго снимал страховочную привязь.

- Семеро, - сказал он, бледный и со слезами на глазах.

Вигго не нужно было спрашивать, о чем он говорит.

Мой первый отряд. И я потерял почти половину из них.