Живот начал побаливать от голода – так я догадалась, что наступил поздний вечер.

Фион вдруг объявил:

– Мы почти на месте.

– Да неужто, – пробормотал Каим. Шли мы уже давно, движения кузена замедлились, его явно беспокоила рана. Рана, которую нанесла я. Фион, оторвав подол собственного плаща, наложил на обрубок жгут и умело перевязал культю, но за Каимом по улице все равно тянулся след из красных капель.

Не вздумал бы он помереть здесь – когда мы наконец-то поладили, а то не знаю, смеяться мне над иронией судьбы или проклинать себя до конца дней.

Утешало лишь, что кузен упрямо отказывался лечь на носилки: раз ему хватает сил вредничать, он непременно выживет. По крайней мере, я на это надеялась.

Мне поручили присматривать за улицей – очищать путь по мере продвижения. Я с радостью взялась за дело, иначе грызла бы себя из-за внезапного исчезновения Астера или тревожилась за кузена. По дороге нам встретилось много всякой жути, потянувшейся на запах крови, – к счастью, твари были не такие опасные, как морок. Втайне я рассчитывала, что поглощаемый мной ихор немного успокоит ярость Астера и вернет его ко мне.

Однако не повезло.

Наконец мы добрались до здания библиотеки Совета – очередного перевалочного пункта: очевидно, именно здесь Карнус Метиа решил разбить лагерь на ночь.

В отличие от ратуши, снаружи не горели факелы, приветствуя усталых паладинов. Только подойдя ближе, я заметила проблеск ламп в щели занавесок. Кто бы ни был внутри, он затаился – наверняка готовился к ночи. Или просто не желал встречать соперников с распростертыми объятиями. Фион помог Каиму взойти по лестнице к дверям, вместе они постучали тяжелым латунным молотком в виде огромного глаза Небесного Провидца.

Отозвались на стук не сразу. Из-за двери донесся приглушенный голос:

– Здесь отдыхают воины Дома Метиа. Назовите себя!

– Я – Каим Авера, Пятая Длань Лютого Зверя, – сообщил кузен. – Я пришел к своему дяде, лорду Карнусу.

Тишина. Затем – скрежет ключа в замке. Дверь распахнулась, на улицу пролился теплый желтый свет, озаряя лица воинов Каима. Те сразу успокоились. Стражники старались не падать духом, но все же они были простыми смертными, которые много времени провели в странном, залитом сиянием звезд полумраке Теневого Предела. Я тоже успокоилась. Свет ламп был знакомым, безопасным. Здесь мы могли укрыться от звезд и от жути, шныряющей повсюду.

Небесный страж в синей форме, вооруженный копьем, высунулся наружу.

– Лорд Каим? Входите, прошу. Лорд Карнус будет рад, что вы живы.

– Нет ли у вас здесь Беспечальных? – спросил Фион, затаскивая ослабевшего Каима внутрь.

Увидев руку Каима, стражник нахмурился. При ярком свете стало видно намокшую от крови повязку, алые капли упали на цветной ковер у наших ног.

– Боюсь, нет, – ответил стражник. – Целительница Аулия заглядывала к нам, но она уже отправилась на вылазку, сопровождать леди Агату. Они еще не вернулись. Здесь только лорд Карнус и Лайнел.

– Раз целителей нет, придется прижигать, – заключил Каим, явно не обрадованный открывшимися перспективами. – Где дядя?

– Лорд Карнус в кабинете библиотекаря на втором этаже.

Кузен отпустил свиту отдыхать, а меня поманил за собой, и мы пошли вверх по лестнице. Подъем оказался тяжким испытанием. Когда мы добрались, лицо Каима посерело, он хватал воздух ртом точно рыба, выброшенная из воды. Кузен пошатнулся, и я едва успела его подхватить, не дав не покатиться кубарем вниз по ступеням. Фион вскрикнул.

– Не вздумай помереть, – проворчала я, подпирая его собой. – Иначе мне будет очень плохо.

– Надеюсь, промучаешься до скончания дней, – проворчал Каим в ответ, но на ногах устоял.

К счастью, кабинет библиотекаря был совсем рядом. Вдвоем с Фионом мы дотащили туда Каима, выбившись из сил настолько, что о приличиях не думали. Фион попросту распахнул дверь с ноги, не утруждаясь стуком. Лорд Карнус и Лайнел Метиа тихо беседовали в креслах у камина. На грохот двери оба повернулись; взгляд белесых очей лорда Карнус упал на племянника.

– Боги, Каим, что с тобой? – воскликнул он и ринулся на помощь.

Лайнел Метиа тоже вскочил с широко распахнутыми глазами. Мы подтащили Каима к очагу и усадили в кресло.

– Нужно прижечь рану, – сообщила я, повторяя слова Каима: сам он уже говорить был не в состоянии. Фион обнажил кинжал и сунул лезвие в огонь. Потом подошел и похлопал Каима по щеке.

– Эй, – тихо позвал он. – Не засыпай. Нужно еще немного продержаться.

– Не хочу, – пробормотал тот. – Устал.

– Не повезло тебе. Да брось, Каим, это не так ужасно, как уроки поэзии мастера Вуонга.

Кузен слабо усмехнулся, но послушно сел прямее и потряс головой, словно прогоняя туман.

– Твой глаз… – укорил Карнус Метиа Фиона.

Тот смущенно пожал плечами.

Суровый взгляд лорда Карнуса обратился ко мне. Я застыла, не зная, стоит ли сразу объяснять, как я здесь оказалась. Все мы, за исключением Фиона, были паладинами, но Карнус Метиа – определенно тут главный. Аура власти окутывала его, как отлично пошитый костюм, так и тянуло склонить перед ним голову и подчиниться пронзительному взгляду. Я – чужачка – вторглась на его территорию. Внезапно мысль, что он поможет остановить отца, показалась смешной.

– Надеюсь, всему этому имеется объяснение, – заключил лорд Карнус. – Но с ним придется повременить, сначала займемся моим племянником.

Я облегченно выдохнула: он наконец отвернулся и подошел к камину вместе с Лайнелом. Оба молча смотрели, как нагревается лезвие кинжала. Пара напряженных минут, затем Лайнел махнул нам и напряженно поводил руками.

– Все готово, – перевел лорд Карнус и полой плаща взял раскаленный кинжал. – Суньте ему что-то в зубы.

Фион быстро снял ремень, сложил его вдвое, и получился подходящий кляп. Каим без возражений закусил его. Взгляд у кузена был немного безумный: он смотрел, как дядя приближается с кинжалом в руке. Клинок не светился, но определенно был раскален. Каим лихорадочно схватился за руку Фиона.

– Держите его, – велел лорд Карнус.

Мы с Лайнелом подошли сзади к креслу и придавили Каима за плечи к спинке. Фион бережно размотал повязку, обнажив культю; бинты с влажным шлепком упали на пол.

Лорд Карнус не церемонясь прижал раскаленную сталь к открытой ране племянника.

Гордец Каим не закричал, но дышал так часто, что прерывистые вдохи смахивали на всхлипы, а костяшки руки, которой он вцепился в Фиона (тот поморщился), побелели. Бедолага рванулся, будто пытаясь убежать, и лишь нашими усилиями не рухнул на пол. Запахло ужасным, тошнотворным смрадом горящей плоти. Меня едва не вырвало.

Карнус Метиа держал клинок с одной стороны раны ровно две секунды, потом перевернул и придавил к другой. Как только он убрал кинжал, Каим, тяжело дыша, обмяк в кресле; по его щекам заструились слезы. Ремень выпал изо рта. Фион тут же склонился к господину, приглаживая тому взмокшие волосы и что-то утешительно бормоча. Кузен изнеможенно уткнулся лбом ему в плечо. Кровь наконец унялась.

От вида их обоих меня окатила волна облегчения. Какое счастье, что мы умудрились добраться сюда – побитые, зато живые. Но я испытала и укол сожаления, ведь их близость напомнила мне об Астере. Как мне хотелось, чтобы он оказался здесь и не сердился на меня. Я очутилась в странном месте, а рядом – не совсем союзники и не то чтобы враги; я была бы ему очень рада.

Я отошла от кресла, не желая никому мешать. Лайнел поспешно последовал моему примеру. Он смущенно присоединился к главе Дома Метиа у камина. Лорд Карнус бросил кинжал на каменные плиты возле очага, а потом подошел ко мне.

– Леди Альма, – начал он, – уж вас я меньше всего ожидал увидеть вместе с племянником, ведь вы столько усилий приложили, чтобы сместить его. Я бы хотел услышать объяснения, как вы здесь оказались и почему у моего племянника нет руки, что отмечала его как Пятую Длань Зверя.

Я расправила плечи. Перед такими, как лорд Карнус, так и тянуло встать навытяжку. Я догадывалась: ему не понравится, что я фактически лишила Каима шанса участвовать в Походе, но врать мне не хотелось. Как можно лаконичнее я объяснила, почему мы повздорили и зачем я изначально искала кузена. Карнус Метиа молча выслушал, устремив на меня свои жуткие бельма, по лицу его было ничего не разобрать.

Но когда я стала рассказывать, что мне известно о честолюбивых планах отца, он быстро шагнул ко мне и зажал мой рот ладонью.

Я, распахнув глаза, уставилась на него.

– Не стоит болтать об этом так свободно, – прошипел лорд Карнус. Он покосился на остальных: все, даже измученный Каим, наблюдали за нами, почти не скрывая любопытства. Глава Дома Метиа снова повернулся ко мне, прорычав: – Глупое дитя!

Мне не понравилось, что меня заставляют молчать, и я убрала его руку.

– Значит, вы в курсе, что он ищет? – требовательно вопросила я. – Пожалуйста, расскажите. Я должна его остановить.

– Рассказать? – нахмурился он. – Только высшие члены Совета удостоены слабых намеков на это знание. Вы не заслужили такого права. Как и ваш отец вообще-то.

Тут, к моему удивлению, вмешался Каим.

– Но он знает, – сказал кузен слабым голосом. – Ты не можешь выступить против Зандера сам, дядя. Пусть он подлец, но все-таки орудие Зверя. У тебя не будет ни единого шанса. Если ты хочешь его остановить, нужно рассказать Альме. Все равно она следующей встанет во главе Дома.

Я вытаращила глаза, не веря собственным ушам.

Кузен, заметив выражение моего лица, печально фыркнул.

– От меня в Походе больше нет толка, – кивнул Каим на свой обрубок, который Фион как раз перевязывал чистой тканью. – И мы помешаем дяде Зандеру получить титул. Получается, отец все-таки был прав.

Лорд Карнус поджал губы. Он грозно нахмурился – услышанное ему пришлось не по нраву.

– Каим, – сказал он. – Ты уверен?

– Да, дядя, – горячо отозвался тот. Такого я вовсе не ожидала. – Я устал. Просто хочу отдохнуть.

– Твоя мать разозлится.

– Ничего нового.

Лорд Карнус невнятно промычал в знак согласия. Потом посмотрел на меня и кивнул в сторону выхода.

– Идемте. Похоже, нам есть что обсудить, леди Альма.

Потрясенная, я вышла за ним из кабинета в основное помещение библиотеки. Второй этаж, где мы находились, представлял собой узкую галерею с видом на зал первого этажа. По периметру огромного помещения выстроились высоченные книжные шкафы. Похоже, библиотека не раз служила перевалочным пунктом – так хорошо она была обустроена. В зале были расставлены столы и удобные читальные кресла: там и собрались Небесная стража и остатки отряда Каима. Кто-то дремал, прислонившись к полкам, другие тихо делились пайками. Шторы на высоких узких окнах были задернуты, свет давала лишь пара масляных ламп. В воздухе витали напряжение и усталость – обстановка разительно отличалась от благоговейной тишины, присущей другим библиотекам.

Карнус Метиа подошел к деревянным перилам галереи и облокотился на них – видимо, счел это подходящим местом для разговора. Я думала, он снова засыплет меня вопросами о Каиме – отказ племянника от Похода огорчил Карнуса.

Но он вдруг произнес:

– Олисса Голдмерси не явилась к Вратам…

У меня по спине пробежал холодок. Разумеется, Карнус Метиа заметил отсутствие одной из высших сановниц Совета. Возможно, он уже был в курсе, что я причастна к ее исчезновению. Возможно, это какая-то проверка: заслуживаю ли я на самом деле титула Первой Длани? Конечно, признание выставит меня в дурном свете, но и вранье не принесет пользы. Я собралась с духом.

– Она мертва, – сообщила я. – Леди Олисса загнала меня в ловушку в городе и попыталась провести операцию, пришлось ее убить.

Серебристая бровь приподнялась.

– Зачем ей это?

– Пыталась усмирить меня и заставить присоединиться в Походе к отряду отца. Он всегда планировал взять меня с собой, а я разрушила его замыслы, когда вызвалась отправиться в Теневой Предел в одиночку. Как выяснилось, он собирался принести меня в жертву для какого-то обряда, который нужен ему, чтобы приблизиться к богам.

Карнус Метиа прищурился. При упоминании богов он снова занервничал.

– Вы же понимаете: это ересь, – приглушенно предупредил он. – Вы выдвинули чудовищные обвинения против защитников Кугары.

– Понимаю, – кивнула я, прямо глядя в бельма, что пристально на меня взирали. Он должен мне доверять – только тогда расскажет, что именно ищет отец. Кто знает – вдруг и остановить поможет? Мое разбитое сердце увело меня с пути, который мы выбрали с Астером, но еще было время все исправить. – Но это правда случилось со мной. Я хочу остановить отца и не дать ему получить желаемое.

Карнус Метиа помолчал, глядя на меня и почти не мигая. А потом медленно сказал:

– Если это правда, Олисса предала свои обеты. Даже выживи она после стычки с тобой, ее бы приговорили к смерти – за заговор с таким, как Зандер, за гнусный замысел.

– Это не все, – продолжила я. – Я тут пришла на выручку кое-кому из его стражи. Тот рассказал, что отец планирует захватить другой отряд и использовать его как приманку на Кострищах для Скитальца Тихих Вод. Я собиралась опередить отца и сама уничтожить комету, но мне было видение, как Элоиза Голдмерси сражается с Каимом, так что я поспешила ему на подмогу. Потому я здесь и оказалась. – Меня снова охватила тревога. – Но уже вечер, и я боюсь, отец начал действовать.

– Как только мы его обнаружим, немедленно схватим, – заверил лорд Карнус.

В груди расцвела надежда.

– Вы поможете мне его найти?

Он хмыкнул.

– Я Хранитель Врат Тьмы, Великое орудие Небесного Провидца. Я обязан пресекать честолюбивые замыслы таких, как Зандер Авера.

– А он правда может добиться успеха? – не унималась я. Звучало это так нелепо – преодолеть пропасть между богом и человеком. Стать кем-то совершенно иным. – Ведь не превратишься же в бога, просто уничтожив комету.

Тонкие губы лорда Карнуса судорожно подрагивали, будто он терзался мыслями о чем-то гадком и не хотел, чтобы об этом кто-то узнал. На миг я задумалась: а вдруг он бросится к Каиму и отправит того снова биться со мной за титул Первой Длани? Но лорд Карнус лишь вздохнул.

– Я надеялся однажды поведать это племяннику, – сообщил он, – как до того – Максимусу. Я и помыслить не мог, что Первой Дланью Лютого Зверя станет бастардка Зандера…

Я нахмурилась, но промолчала.

– От народа скрывают правду, – медленно продолжил он. – Королева Симбела Вторая, да будет ее имя проклято навеки, все-таки нашла способ приблизиться к богам. Стать им подобной.

– Но… – начала я и потрясенно умолкла. – Но в книгах ничего такого не сказано! Там пишут, что у нее ничего не вышло.

– В этих книгах? – Карнус Метиа указал на полки рядом с нами. – Мы сами их писали и намеренно скрыли эти сведения. Чтобы такие, как Зандер Авера, не могли воплотить свои гнусные планы в жизнь. Сила Королевы-изуверки была так ужасна, что четыре свежеизбранных орудия Небесного Провидца, Лютого Зверя, Ужасного Механика и Плачущей Девы убили Симбелу, пока она не разрушила всю Кугару. Затем эти знания запечатали в храме здесь, в Теневом Пределе, их охраняет сама Дева. Ни один смертный не в силах проникнуть сквозь защитные чары. Но с силой Скитальца… – Он помрачнел.

Заполучив силу Скитальца, орудие высшего бога станет непобедимым.

Меня охватил ужас.

– А что будет, если он добьется своего?

– Даже я не знаю наверняка, – сказал лорд Карнус. – Все, что мне известно – ключ к божественности неразрывно связан с Теневым Пределом. Самый первый избранный Провидца с помощью этого ключа создал Врата над Сорроусендом. – Он посмотрел мне в глаза. – Если ваш отец добьется своего – приблизит человека к богам, – тогда, вероятно, и Теневой Предел сойдет в мир смертных.

При мысли о том, что отец может получить такую силу, у меня закружилась голова. Я представила всю эту жуть, шныряющую за стенами, вечную ночь. Хаос, который воцарится, если Теневой Предел соприкоснется с нашим миром. Множество погибших.

– Мы должны его остановить, – сказала я. – Нужно идти к Кострищам.

– Верно. Цель Похода уже не избавить Кугару от Скитальца, но уберечь ее от тех, кто хочет разрушить страну до основания. – Карнус Метиа посмотрел через перила на свой отряд внизу и вздохнул. – Людей я соберу быстро. Я надеялся дать им больше времени на отдых – скорее их рассудкам, чем телам. Но, полагаю, выбора у нас нет.

Я кивнула.

Я тоже вымоталась, меня тревожило отсутствие Астера, но просто сидеть сложа руки и ждать его возвращения было нельзя. Нужно верить: в час нужды он окажется рядом.

– Отдохните, пока еще можно, Альма, – сказал лорд Карнус. – Вам предоставят комнату, где можно освежиться, а потом… – он посмотрел на меня, будто заглядывая прямо в душу, – выясним, достойны ли вы стать Первой Дланью Зверя.

– Мы уже изгнали отсюда всю жуть, – заверил меня стражник, провожая в уединенную читальню, где я могла перекусить и немного вздремнуть до того, как мы отправимся в путь. – Здесь вы будете в безопасности, леди Авера.

– Спасибо, – поблагодарила я, и он раскланялся со мной у двери.

Когда лорд Карнус рассказал отряду, что мы идем остановить моего отца, стражники начали обращаться со мной так же уважительно, как с Каимом. Вероятно, мы стали союзниками, хоть я и не ожидала найти в этом походе единомышленников. Непривычно думать, что меня будут прикрывать. В какой-то степени это успокаивало, но теперь я волновалась и за них. Мы отправимся в самое пекло. Они меня едва знают и все же будут мне верны; не хотелось их подвести.

Раньше было проще: подвести я могла только саму себя.

Стражник ушел, я открыла дверь и шагнула в темную комнату. Она была небольшая, уютная, с теми же книжными шкафами вдоль стены и цветочным ковром на полу. Шторы были немного раздвинуты, и в щелку лился звездный свет. Я обнаружила удобный кожаный диван, на котором с радостью отдохну. Повернулась закрыть дверь…

– Значит, они признали тебя следующей Первой Дланью Зверя, – произнес позади голос Астера.

Услышав его, я до смешного быстро успокоилась. Правда, за облегчением таилось и другое чувство. Впервые в жизни я не знала, что сказать лучшему другу. Когда он исчез, мне невыносимо хотелось увидеть его снова, а теперь в глубине души я жалела, что он вернулся. Напряжение между нами звенело, как струна, готовая лопнуть от любого неосторожного слова.

«Теперь мне ясно. Вот, значит, как надо поступить», – так сказал Астер перед уходом. Я не понимала, что это значит, но боялась спросить. Я с трудом перенесла его уход, а теперь мне сложно было находиться с ним рядом.

Дверь со щелчком закрылась; я повернулась к нему. Мой монстр стоял у окна вполоборота к улице. Звездное сияние окутывало его серебром, и он казался призрачным видением из сна. Я не стала зажигать лампу на столе, а сразу направилась к нему.

– Похоже, что да, – осторожно сказала я.

Я так долго мечтала о титуле, черпая силу в данном нами обещании, что он перестал казаться реальным. А теперь не только сам дядя вручил его мне – меня признали Каим и лорд Карнус – один из высших членов Совета.

Если бы Астер это одобрил, мне бы полегчало. Он попытался улыбнуться, но радости в улыбке не было.

– Наверное, ты довольна.

Сердце заныло.

Мне все сильнее казалось, что я совершила ошибку.

– Что случилось?

– Разве это не я должен у тебя спросить? – вздохнул Астер, облокачиваясь на подоконник.

Я замерла. Попалась… Выходит, он все-таки учуял, что я его боюсь.

– Ты ведь знаешь, как я не люблю пачкать руки в крови…

– Но ты знаешь, что этого не избежать. Ты годами к этому готовилась. А теперь что – уклонишься, отринешь наш договор, свою месть, саму причину нашего пребывания здесь? Ради чего? Понимаю, ты желаешь добра, но признай: без жертв мы не достигнем цели.

– Каких жертв? Этих людей? Или той, что я должна приносить каждый раз? – возмущенно огрызнулась я. – Дело не в том, что мне приходится убивать людей, дело во мне. В моих чувствах. В том, кем я не хочу становиться. Мы все равно получим что хотим – может, не так, как планировали, но сам член Совета признал меня главой Дома Авера. Я думала, ты будешь счастлив. Мы так давно об этом мечтали!

– Вот именно, – кивнул Астер, взлохматив челку. – Я совсем не так все себе представлял. Мы вдвоем должны были убить Скитальца и стать победителями в сиянии славы. Вместе. А не просто получить титул из рук того, кто возомнил себя столь важным, что все слушают его затаив дыхание. Мы собирались доказать свою силу.

Я его понимала. Я хотела того же. Все случившееся по-своему меня обрадовало, но я могла понять тоску по мечте, лелеемой нами столь долго.

– Еще не конец, – убеждала я. – Нам все еще необходимо разрушить планы отца – и мы сделаем это вместе. Никто этого у нас не отнимет.

Астер повернулся ко мне с пылающим взглядом.

– И ты согласна? – ядовито вопросил он. – Или снова попытаешься увернуться?

Казалось, у меня выбили почву из-под ног. Астер никогда так со мной не разговаривал – зло и обвиняюще. Я знала: у него имелись веские основания. В конце концов, он все понял в тот миг, когда я намеренно разорвала нашу связь.

И все же мне было больно.

Я не сразу заговорила – в горле стоял тяжелый комок. Какая я жалкая – небрежная фраза, и вот уже слезы к глазам подкатили. Но я не плакала с тех пор, как умерла мама, и сейчас начинать не собиралась. Заглушив эмоции, я произнесла:

– Понимаю, почему ты огорчен. Но ты сам обещал, что мы не станем убивать без необходимости. Сказал, что, если пожелаю, я могу помочь кузену. Теперь у меня появились союзники, которые готовы в меня верить. – Мой голос звучал все громче, но я не сдерживалась. – Впервые в жизни! Ты когда-нибудь думал, что все могло быть иначе? Что иногда не обязательно нам стоять против всего мира?

Слова сами у меня вырвались, я не понимала, откуда они взялись – но как только произнесла их, поняла, что так и есть. Астер очень долго был моим единственным другом. Я делала все, чтобы ему угодить, – бесконечно тренировалась, лелеяла свою ненависть, обрывала жизни крошечных птах и кроликов в поместье Авера, хотя всей душой ненавидела это занятие. Но стоило мне захотеть сделать что-то для себя – успокоить ту малую часть души, что еще жаждала материнского одобрения, как Астер вспыхнул недовольством. Он выбрал меня за то, какой я была ужасной – но разве я должна остаться такой навеки? Мне нельзя стать хоть немного лучше, той, которая нравилась бы другим людям?

Астер сурово посмотрел на меня.

– Мы одни против всего мира, Альма, – неумолимо сказал он. – После всего, что они с тобой сотворили, после всех этих лет страданий ты хочешь к ним примкнуть? Вот так запросто бросить меня?

– Я не бросаю тебя! – Я почти кричала. – Я хочу, чтобы мы вместе с этим покончили!

– Они этого не допустят. Считаешь, Карнус Метиа, подобравшись так близко, просто отойдет в сторонку, даст тебе убить Скитальца и забрать всю его силу? Люди Провидца отвергли тебя в час нужды, когда твоя мать заболела. Их господин точно такой же, а тебе вздумалось ему доверять.

Слова жгли, будто он влепил мне пощечину. Разумеется, я не забыла, что именно служители Провидца довели меня до отчаяния и мне пришлось вызвать отца. Но это было давно, а сейчас – все иначе. Или Астер прав? Я предаю память мамы, заключив союз с лордом Карнусом?

Я уже не знала, что и думать.

Астер со вздохом подошел ближе. Хотелось броситься ему в объятия за утешением. Хотелось оттолкнуть его прочь. Он обхватил ладонями мое лицо, большим пальцем погладил щеку. От волнения мой монстр хмурился, но все равно был прекрасен.

– Ты дорога мне, Альма. Очень дорога. Жаль, ты не понимаешь, что я хочу для нас только лучшего.

Стало больно дышать.

– Понимаю, – выдавила я.

– Тогда помни: я всегда рядом, – сказал он, обдавая мою щеку теплым дыханием. – Всегда был и всегда буду. Ничто не способно нам помешать.

Астер медленно склонился ко мне – отпряну или нет? – пощекотал ресницами мою кожу, кончиком носа ткнулся в мой, а потом нежно прильнул к моему рту своими прекрасными губами. Я закрыла глаза, Астер обнял меня, прижимая к себе, будто я – нечто драгоценное.

Миг – и он отодвинулся, но лишь немного…

– Когда я тебе понадоблюсь, я приду, – сказал Астер, задевая губами мои губы, – веришь ты мне или нет.

Постояв так немного, я снова открыла глаза, а его уже не стало.

– Астер? – позвала я в опустевшей комнате. – Астер!

Но он не отозвался.