Поначалу Тара будто качалась в парусной лодке, причём так сильно, что к горлу подступала тошнота.

Тара никогда не любила водные прогулки.

Но зрение прояснилось, и Тара поняла, что белые паруса – это отодвинутый в сторону полог от балдахина её кровати. На секунду девочка подумала, что вернулась в замок Травии, но тотчас вспомнила, что балдахин в её гостевой комнате был небесно-голубого оттенка.

А помещение, в котором она очнулась, напоминало больничную палату. Всё от пола до потолка оказалось белым, а в стеклянных ящиках лежали какие-то неприятные инструменты. Тара опустила глаза на свою мантию, и внезапно девочку озарило.

Всё, что Тара слышала, знала и о чём догадывалась, наконец сложилось в единую картину, как пазл. Она долго стремилась сюда, но не могла даже вообразить, что будет здесь в роли пленницы, а её друзей тоже схватят.

Ребята на соседних кроватях начали приходить в себя. Тара рассмотрела Пеночку, Калиба и Робина. А ещё – Ангелику. Наконец освободившись от Покуса, девушка в панике озиралась.

– Где мы? – крикнула Ангелика, но никто не ответил.

Галлант чистил перья. Чуть позже вместе с зевающими Шибой и Блондином фамильяр отправился изучать обстановку.

А спустя минуту, ко всеобщему изумлению юных заклинателей, в комнату вошёл Фабрис в сопровождении Маниту.

Фабрис подбежал к Таре, а её прадедушка в облике собаки облизал внучке лицо.

– Как я рад вас видеть! – выпалил Фабрис, обратившись к друзьям. – Я так по вам скучал! Как вы сюда попали?

– Подожди секундочку, – пробормотал Калиб, который не до конца проснулся. – А как ты освободился? И где мы?

– Освободился? – нахмурился Фабрис. – Нет-нет, я в плену. И мы…

– …в крепости кровосклепов, – закончила за него Тара.

– Что?! – вырвалось у Робина. – Откуда ты знаешь?

– У меня пару дней назад появились подозрения. Было много подсказок, но они как будто противоречили друг другу. А то, что произошло в магической лавке, расставило всё по местам. И посмотри на свою мантию. Мы в сером.

– Может, объяснишь? – взмолилась Пеночка. – А то я запуталась.

– Наверное, это моя вина, – сказала Тара и села на кровати. – Хотя ситуация очевидна.

– Да что очевидно? – рявкнул Калиб.

– Меня не пытались похитить ни мастер Чим, ни Драгош. Это Дерия. Она стоит за происходящим. Как только Дерия догадалась, что у меня есть дар, она сразу сообщила обо всём кровосклепам. И помогала им в попытках меня украсть. С заклинанием Меморус, которое воспроизводит прошлые события, она не смогла бы убить меня, никак себя не выдав. Поэтому выжидала момент, когда на неё не падёт никаких подозрений. Ей неоткуда было узнать, что заклинание пока плохо работает.

Когда Магистр напал на меня на Земле, она специально медлила и не приводила из Иномирья мастера Чима. И около спален шастал не мастер Драгош, а Дерия. Она не знала, что мы переселили Маниту к Фабрису, поэтому случайно выкрала не того заклинателя. И наконец, именно Дерия ходила в лавку на встречу с кровосклепом. Когда она нас там увидела, наверняка сообразила, что мы за ней следим, и переправила всех сюда. Вероятно, она же и отрезала у меня прядь волос, чтобы приготовить заклинание Трансмитус.

– Но мы ведь слышали разговор мастера Драгоша и какого-то волшебника около спортивного зала.

– Если помните, Драгош не говорил, что организовал похищения. Только что его не устраивают решения мастера Чима.

– А ведь ты права! Но и Чим заходил в волшебную лавку, где был Кровосклеп.

– Да, конечно, – печально согласилась Тара. – Мастер Чим и его коллеги…

– …в каком-то смысле нас и создали, – промурлыкал бархатный голос.

Юные заклинатели подскочили на кроватях. Они не заметили, как в палате появился человек. Его лицо скрывала зеркальная маска, а на крепком теле развевалась серая мантия.

– В каком смысле создали? – спросила Пеночка. Узнав, что она способна превращаться в чудовище, девочка стала более решительной.

– Старый дурак задумал элитное подразделение вопреки желаниям других драконов, – ответил Магистр и ехидно рассмеялся. – Он в тайне обучил тысячи наших магов, чтобы мы помогли ему раз и навсегда истребить демонов. Некоторые из нас достигли больших высот и избрали иной путь, а он до сих пор пребывает в заблуждениях. И вот что занятно. Он ведь даже не знает своих злейших врагов в лицо. Разве это не рискованно? Ведь здесь мы занимаемся ровно тем же, чем он: обучаем будущих владык мира.

– Я хочу домой! – крикнула Ангелика. – Я с земной девчонкой не имею ничего общего. Произошла какая-то ошибка.

– Верно, – произнёс знакомый Таре голос. – На тебя заклинание не должно было подействовать. Но я сомневаюсь, что твой отец расстроится. Тебе прекрасно известно, что он на нашей стороне.

И тут Тара заметила, что рядом с Магистром стоит молодая женщина.

– Дерия! – воскликнула девочка.

– Доброе утро, дорогая. – Дерия улыбнулась. На ней не было маски, а на плече у неё устроилась сорока.

Тара стиснула зубы.

– Почему, Дерия? Что тебе дало предательство?

– Предательство? – прошипела та. – При чём тут предательство? Твоя бабушка – сумасшедшая старуха, которая готова похоронить твой дар. Спрятать уникальную силу, которая, наоборот, обязана быть на виду!

– Получается, не ты пыталась меня убить? – спокойно проронила Тара.

Дерия побледнела и отступила на шаг назад.

– Убить? – переспросил Магистр. – В каком смысле?

– Пусть она вам и ответит, – посоветовала Тара, указывая на Дерию. – Во время демонстрации способностей в Омуа подмастерье выпустил портал из под контроля, и едва не разразилась катастрофа. Кто-то решил воспользоваться смертельным вихрем, чтобы от меня избавиться. И я думаю, что это Дерия.

Магистр уставился на Дерия, и та вновь попятилась.

– Это не я, мастер! Честное слово! – выкрикнула она, а сорока улетела с плеча хозяйки и предусмотрительно схоронилась под потолком. – С чего бы мне от неё избавляться? Я вам верна. Девочка говорит какую-то ерунду.

– Нет, Тара не обманывает, – заспорила Пеночка. – Когда она попыталась запечатать портал, ей помешала какая-то сила, и она чуть не умерла.

– Да, но это не я, – возразила Дерия, а маска кровосклепа потемнела. – Магистр, я клянусь, что не я.

На секунду маска полностью почернела. Дерия в ужасе отшатнулась, понимая, что ей, возможно, осталось жить считанные мгновения.

Но потом Магистр успокоился, и маска посветлела.

– Выясни, кто хотел её убить, и поймай, – приказал он. – Возьми Хантера. – Дерия к этому моменту стала даже ещё белее, чем прежде. – Приведи ко мне виновного. Лучше живым. И ещё. Ты жила в особняке Изабеллы, поэтому мы запрещали тебе проходить инициацию. Вы тесно общались, и она могла обо всём догадаться. Но теперь тебе следует стать посвящённой. Скоро запланируем церемонию.

Распоряжение Магистра потрясло Дерию. Казалось, она упадёт в обморок.

– Простите, конечно, – вмешался Калиб. – Но вы нас похитили, и что теперь с нами будет?

– Мы не похищали вас, – ответил Магистр, переключив внимание с трепещущей Дерии на мальчика. – Нам нужна только Тара. Но я рад отметить, что нас почтила присутствием принцесса. Её Высочество…

И притворной учтивостью Магистр поклонился Пеночке: переняв манеру Тары, та ответила ему лёгким кивком.

– Но раз вы здесь, будьте нашими гостями. В случае Её Высочества лучше, разумеется, побеседовать с родителями.

– В смысле, потребовать выкуп, – перевёл Калиб. – Не могу сказать, что поражён. Но у моих родителей денег нет, поэтому спрошу снова: с нами-то что будет?

Судя по надменному поведению Магистра, Тара поняла, что он не терпит возражений и препирательств. Он на миг наклонил голову, и внезапно Калиб принялся корчиться, хватаясь за горло, похоже, он не мог дышать.

Почувствовав, что хозяин в беде, в помещение стрелой влетел Блондин, готовый броситься на врага. Магистр взмахнул рукой, лис тявкнул и рухнул без чувств.

– Для начала научим тебя уважать старших, – отчеканил Магистр. – Старый дракон явно не умеет прививать молодняку манеры. А позже, когда усвоишь урок, посмотрим, на что ты сгодишься.

Магистр кивнул ещё раз, и Калиб перестал задыхаться.

С покрасневшим лицом мальчик перевернулся на бок, хватая ртом воздух.

– Кстати, – добавил Магистр и ухмыльнулся. – Не пытайтесь дозвониться мастерам по пропуск-картам. Мы отключили каналы связи.

Тара от досады прикусила губу. Её идея пошла прахом.

Магистр распахнул дверь, пуская внутрь взволнованных Галланта и Шибу, и удалился.

Собираясь последовать за ним, Дерия пристально посмотрела на Тару.

– Чтобы перенести тебя сюда, мне пришлось себя раскрыть, – сказала она. – Надеюсь, ты поймёшь, что я делала всё ради твоего же блага.

Тара смерила её гневным взглядом. Дерия вздохнула, приказала сороке сесть ей на плечо и вышла, прикрыв дверь.

Тара тотчас поникла и тяжело вздохнула.

– Ого! – воскликнул Фабрис. – А я и не знал, что попал сюда вместо Тары. Из-за Маниту у меня возникли подозрения, что кровосклепы дали маху, но я и предположить не мог, что похищение провернула Дерия!

– Она думает, что делает как лучше, – устало проговорила Тара. – Я уверена, что она считает свой выбор правильным. Простите, что втянула вас в это.

– Не волнуйся, – ласково ответила Пеночка. – Мы вместе, а остальное неважно. Я рада быть здесь с тобой. Я бы не хотела, чтобы ты оказалась одна.

– И я, – заявил Калиб, который гладил приходящего в сознание Блондина. Затем мальчик неловко пошевелился и вскрикнул: – Ох, как больно!

– Возможно, не стоит провоцировать тех, кто больше и сильнее тебя, Калиб, – саркастически посоветовала Пеночка. – Это вредит твоему здоровью.

– Точно! Когда меня украдут в следующий раз, буду осмотрительнее. А, может, кто-нибудь наконец объяснит, почему мы тут очутились? А то я, похоже, что-то пропустил.

Тара улыбнулась другу и начала говорить, загибая пальцы:

– Первая серия: драконы находят на Земле заклинателей, развязывается война. Вторая серия: поскольку драконы на тот момент уже воюют с демонами, они решают помириться с заклинателями и приглашают их на Иномирье. Третья серия: вместе они побеждают демонов. Четвёртая серия…

Уловив развитие сценария, Пеночка продолжила рассказ:

– Четвёртая серия: мастер Чим совершает ошибку. Он делает некоторых заклинателей чересчур сильными, и они плетут козни против него. К тому же они злоупотребляют мудростью драконов и становятся кровосклепами.

Мастер Чим встречается с одним из них в волшебной лавке и предупреждает, что готов во всём признаться другим драконам, чтобы поднять собратьев на борьбу против кровосклепов. Сейчас всё Иномирье считает само их существование мелкой неприятностью и не понимает, насколько они опасны.

– Серия пятая: демоны осознают, что потерпели поражение из-за верховных волшебников, – снова заговорила Тара. – Поэтому решают заключить союз с кровосклепами. С помощью короля демонов и его магии кровосклепы планируют победить драконов и захватить вселенную.

– Безумие какое-то! – выпалил Калиб. – Но… получается, мы будем править вселенной вместе с ними?

– Калиб! – одновременно прикрикнули на него Тара и Пеночка.

– Шучу! – задорно ответил он. – Вы чего?..

– Ты пока многого не понимаешь, – печально пробормотала Тара. – Но ведь в тебя не вселялся демон. Видел, что было с Дерией, когда ей сказали про посвящение? Готова ставить двадцать к одному, что Магистр придумал, как подселять демонов в заклинателей.

– Правда? – полюбопытствовал Калиб. – Это опасно? Если честно, фокусы с метафорами у тебя получались забавные.

– Калиб, с демоном еле справились сотня волшебников, – без тени улыбки напомнила Тара. – И пока во мне сидел демон, я несколько раз чуть не убила вас только за то, что вы меня раздражали. Ещё пара дней, и за подобные подколы я бы отправила тебя навстречу вечности.

– Да уж, – согласился мальчик. – Совсем не смешно. Но что нам делать?

– Думаю, кровосклеп намерен настроить нас против наших родителей, – заметила Тара. – Верховные волшебники наверняка растеряются, если на них нападут собственные дети, и не успеют сообразить, как защищаться. Вообще-то довольно хитрый план. Значит, нам надо как можно быстрее сбежать отсюда и предупредить заклинателей. А почему вы так долго не заходили в волшебную лавку?

– Нам Ангелика помешала, – резко проговорил Калиб, покосившись на девушку, которая, скрючившись, сидела в углу кровати. – Когда ты скрылась в лавке, мы на всякий случай выжидали некоторое время, а затем обнаружили, что Ангелика за нами следит и жутко зла. Она вбежала в магазинчик, кинулась на тебя с кулаками, а что было потом… я плохо помню. Ты устроила торнадо века прямо в лавке того несчастного старика, появились Дерия и Драгош и развязали войну Иномирья… и все мы перенеслись сюда.

Фабрис практически катался по полу от хохота.

– Ребята, как же я по вам скучал! Я не понял половину того, о чём вы сейчас говорили, но когда я исчез, жизнь у вас закипела! Совершенно не то, что здесь.

– Правда? – уточнил Робин. – Почему?

– Подмастерья кровосклепов уверены, что они все знают и умеют, – поникнув, объяснил Фабрис. – Мол, посмотрите, какой я крутой, и прочее. И мы должны постоянно практиковаться, чтобы научиться обманывать немагов и погружать их в иллюзии. Ненавижу эту чушь. И ещё нас убеждают, что немаги должны быть нашими рабами. Кошмар какой-то. Можете себе представить, чтобы я обратил в рабство отца? Да он из меня душу вытряхнет – я и слова сказать не успею! А самое плохое, что никто не вникает в мои загадки!

– Погоди, получается, и тут заставляют работать? – запаниковал Калиб, которые, похоже, только это и услышал. – А я считал, что когда тебя похищают, хотя бы делать ничего не надо. Странно, но сейчас мне почему-то очень захотелось наподдать кому-нибудь.

– Не нужно на меня так смотреть! – выдохнул Фабрис.

– Не бойся, я не тебя имел в виду, – успокоил друга Калиб. – Ты для этого жирноват. Сомневаюсь, что смогу тебя победить.

– Я? Жирноват? – возмутился хорошо сложённый Фабрис. – Ты что несёшь?

– Мальчики, прекратите! – вмешалась Пеночка. – Фабрис, лучше расскажи про место, куда мы все попали.

– Это нечто вроде лаборатории, – ответил он, сердито глянув на Калиба. – Тут постоянно проводят тесты на способности. И прививают презрение ко всем народам, которые не занимаются волшебством, да и к некоторым, которые занимаются. В основном кровосклепы смотрят на меня свысока, поскольку мои родители – немаги. Сразу отвечу на два вопроса, которые вы хотите задать. Нет, я не проходил посвящение. И нет, отсюда нельзя сбежать. Я пытался дважды, но без толку.

– А почему? – расстроился Калиб, которого, естественно, манила идея побега.

– Мы находимся в крепости. Я понятия не имею, в какой мы стране, но вокруг лишь земля и высоченные стены. Заклинания левитации снаружи не работают. А по ночам бродят шартриксы.

– Шартриксы? – воскликнула Пеночка. – Да кровосклепы совсем свихнулись!

– Не хочу вас перебивать, – вмешалась Тара. – Но кто такие шартриксы?

– Монстры, – пролепетала Пеночка. – Похожи на огромных гиен, которые жили на Земле в доисторические времена. У них чёрная шерсть, поэтому ночью их почти не видно. Они легко могут оторвать человеку ногу. И у них ядовитая слюна. Даже если спасёшься после укуса, умрёшь через пару часов, а они обглодают труп. Кроме того, они неуязвимы к любым боевым заклинаниям, поэтому для волшебников шартриксы – опасные враги.

Тара поёжилась:

– Значит, надо идти в обход..

– Вряд ли у тебя получится, – сказал Фабрис. – Других путей отсюда нет.

Мальчик поведал друзьям, как он вместе с Маниту очутился в крепости и как рассвирепел Магистр, когда увидел, что приспешники похитил не того ребёнка.

Фабрис собирался описать, как в крепости обычно проходят дни, но у Калиба и Блондина заурчало в животах, и все остальные улыбнулись.

– Ага, – хмыкнул Фабрис. – Пойдёмте есть. Заодно познакомлю вас со всеми.

Друзья направились в столовую, где многие уже поглощали завтрак. Туда-сюда сновали мохнатые существа со множеством зубов, и Тара узнала в них грязеедов Магистра. Девочка изучила помещение. Никого, напоминающего её маму, не наблюдалось.

Тара расстроилась. Та ли эта Серая крепость, в которой держат Селену Дункан?

Официантами работали немаги в коротких чёрных мантиях, подвязанных верёвками, и с ожерельями на шеях. Эти мужчины и женщины были очень напуганы.

Они не поднимали глаз, а кровосклепы обращались с ними как с рабами.

– Ого, уже завтрак? – спросил Калиб. – Неудивительно, почему я настолько проголодался. Сколько мы были без сознания?

– Не представляю, – откликнулся Фабрис. – Мне просто велели пойти к вам в палату. Больше ничего не знаю.

– Чёрт! Я-то хотела по разнице во времени определить, где мы, – сокрушалась Пеночка.

Тара осмотрела огромную столовую, в которой царила почти полная тишина.

– А как насчёт архитектуры? На Земле в разных странах могут быть совершенно отличные здания, да и интерьеры тоже.

– А это мысль, – оживилась Пеночка. – Фабрис, как бы ты описал крепость?

– Ну, она огромная, – сев за стол и взяв в руки чашку горячего шоколада, ответил Фабрис. – Двери высокие, в разные стороны расходятся коридоры, как будто крепость строили землеройки. Стены обычные, безо всякого волшебства, двери надо открывать за ручку. Никаких гобеленов, никаких украшений, ничего. В общем, продуваемая всеми ветрами, унылая крепость.

– Никогда раньше не видел серый камень с вкраплениями, – протянул Робин.

– Ой! – вдруг воскликнула Пеночкка, которая обратила внимание на каменные стены. – Тут наверняка жили великаны! Неужели мы в Гандисе?

– Ты уверена?

– В какой-то мере. Я такое видела только в Гандисе, стране великанов. Они возводят здания из чароотражающего камня, который не пропускает волшебство. Поэтому заклинатели не могут найти крепость, ведь для них сооружение невидимо. Кстати, это единственный камень, который великаны не едят – потому и пускают его на строительство.

Тара захлопала глазами.

– Не едят? Великаны питаются камнями?

– Да. Они предпочитают камни, поэтому и живут в горах Гандиса. Дворфы добывают в тех краях минералы, а отходы добычи продают великанам. Народы активно торгуют друг с другом.

– А что великаны продают дворфам? – спросила Тара, которая была заинтригована.

– Некоторые металлы требуют больше сил, чем есть у дворфов, так что их выплавкой занимаются великаны. Расплачиваются они стойко-кредитами, как и остальные обитатели Иномирья.

– Пф! Дворфы могут выплавить что угодно! – раздался рядом с друзьями громкий возглас. – Дворфы ничуть не слабее великанов. А ерунду про выплавку придумали исключительно для того, чтобы великаны считали себя нужными. Это ведь наши лучшие клиенты. Надо немножечко им польстить.

Друзья обернулись, и Тара обомлела.

Тара подумала, что спорить с бородатой девушкой явно не стоит. Рост дворфийки вполне совпадал с её шириной. Казалось, золотые браслеты вот-вот лопнут под напором бугристых бицепсов. Носила она не серую мантию, а безрукавку. На квадратных плечах можно было запросто расположить подносы со стаканами, не боясь, что они упадут и разобьются вдребезги. От девушки исходила невероятная энергия и чувство уверенности.

Рыжеватая борода была заплетена в косы с симпатичными лентами, а чёрный контур на нижнем веке подчёркивал красивые серо-зелёные глаза. Густая шевелюра, тоже заплетённая и украшенная лентами, свисала почти до пола. Всё вместе смотрелось весьма необычно.

– Её имя Фафнир. Она дворфийка из Гимлии. Похитили в прошлом году.

– Неудивительно. Я была лучшей ученицей, а кровосклепы похищают только лучших.

– Ну, учитывая нас, так не скажешь, – возразил Калиб, – хотя нас сюда доставили случайно.

– То есть?

– Изначально мы… Ай!

– Долгая история, – перехватил инициативу Робин, пнув Калиба под столом.

Пеночка с любопытством разглядывала дворфийку, а потом смущённо заговорила:

– Позволь представиться. Я – Глория Даавиль, принцесса Ланковита, но мне нравится, когда меня называют Пеночкой. Это Калибан даль Салан, или просто Калиб. Робин М’ангил…

Тара задумалась. Раньше она не уделяла особенного внимания его фамилии, однако та прозвучала знакомо.

– И наконец, Тара Дункан. А девушка, которая нарочно отводит от нас взгляд, Ангелика Брандо. Извини за вопрос, но разве не странно, что ты в крепости?

– Ещё бы! – ответила Фафнир, вздохнув и отодвинув от себя тарелку с остатками жаркого (индейки или даже страуса), которым завтракала. – Когда другие дворфы поняли, что я заклинательница, меня выгнали. Ты ведь в курсе, что дворфы магию на дух не переносят. И меня не пожалели, хотя я была совсем малышкой – да мне даже двести пятьдесят не исполнилось!

– Понимаю, – искренне проговорила Пеночка, кивая на бороду. – Ты не сбрила её, а значит, пока не считаешься взрослой, верно?

– Да, точно, – угрюмо буркнула Фафнир. – И если я не избавлюсь от чёртовой магии в ближайшие дни и не явлюсь на церемонию инициации, навсегда останусь в изгнании.

Пеночка прониклась сочувствием, но не знала, чем утешить новую знакомую. Церемония, которая отмечала совершеннолетие, для дворфов была крайне важна. Во время инициации юные дворфы произносили речь и тем самым могли убедить клан, что они повзрослели. Этот народ всегда ненавидел волшебство, и когда кто-либо получал дар, собраться отвергали беднягу.

Поэтому среди волшебников так мало дворфов, а жаль, ведь магический дар у них обычно довольно силён.

– А почему ты училась у заклинателя в Травии?

– Я искала способ избавиться от магии! – ответила Фафнир, озадачив, Тару и её друзей.

– Но это невозможно! – воскликнула Пеночка. – Дар как цвет волос или размер носа. Можно попробовать изменить, но только на время.

– Что ж, послушайте. Когда меня похитили кровосклепы, я была в отчаянии, поскольку за целый год, проведённый в замке под руководством леди Сиреллы, так не разузнала о том, как вытравить из себя магию. Об таком не говорилось ни в одной летописи, ни в одном манускрипте. А здесь, у местных уродцев, библиотека побогаче, чем в Ланковите. И особенно хорош отдел запретных чар и зелий. На прошлой неделе мне попалось нечто обнадёживающее.

– И что же? – восторженно спросил Робин.

Фафнир заговорила тише.

– На Болотах Запустения на острове в южной части Гандиса растёт чёрная роза аннихилус. Её боятся все заклинатели, которым о ней известно. Это чёрная роза, сок которой полностью вытравливает магию. Надо вскипятить лепестки, выпить отвар – и больше никакого волшебства! Но цветок невероятно сложно найти, говорят, что любой, кто его сорвёт, будет проклят, но мне наплевать. Вот моя единственная надежда.

Калиб нахмурился и спросил:

– Но если дворфы не любят магию, то почему ты просто не притворилась нормальной?

Фафнир сдвинула брови.

– Дворфы отличаются честностью. Мы не умеем лгать.

Калиб выпучил глаза. Не уметь врать? Какой кошмар!

– Во всяком случае, друг другу, – поправилась она. – И у наших торговцев есть кое-что на такой случай. В общем, едва родители узнали о моём даре, они мигом всё сообщили Совету.

И раз уж Фафнир была честна, она добавила:

– Мне даже хотелось притвориться. Но чёртову магию невозможно контролировать. Как только в мою сторону летело что-нибудь острое или опасное – бам! – вокруг тут же появлялось защитное поле. Я хотела избавиться от дара, но ничего не получалось. Поэтому меня изгнали.

Тара, которая тоже была не в восторге от магии, вздрогнула. Как отчаянно дворфийка старалась отторгнуть дар и как далеко готова была ради этого зайти!

– И что ты собираешься делать? – спросила Тара.

– Сбегу отсюда, найду чёрную розу – и домой.

– А как же шартриксы? – подал голос Фабрис.

– Ха! Я – дворф, – шмыгнула носом Фафнир. – Если уж я решила отсюда выбраться, меня ничто не остановит.

– Какое-то сумасшествие, – возразил Фабрис. – Ты не сумеешь улизнуть. Тут тьма шартриксов. И если тебя укусят, тебе останется только вернуться в крепость за противоядием, иначе прощай навеки.

– Ну и что? Меня, между прочим, уже заставляли проходить чёртово посвящение, – проворчала Фафнир, пожимая мощными плечами. – У них не получилось, и кровосклепы были в бешенстве. Какие-то несчастные псины мне вообще не помешают.

Фафнир уже собиралась уходить, но вдруг замерла, будто к чему-то прислушиваясь.

Затем она выпрямилась и сказала:

– Да стучит твой молот громко.

– Да отзывается твоя наковальня звонко, – без запинки ответила Пеночка.

Ни прибавив больше ни слова, Фафнир удалилась.

Друзья потрясённо смотрели ей вслед. Тара напряжённо обдумывала странное поведение новой знакомой. Что такое Фафнир вытворяет?

Внезапно Тару осенило.

– Фабрис, во сколько у вас начинаются тестирования?

– Сегодня утром их нет, будут после обеда. А что?

– Мне надо кое-что выяснить. Нам отведут какие-нибудь комнаты?

– Да, каждый живёт в отдельной спальне, – ответил Фабрис и, предугадав новый вопрос, добавил: – Но собираться всем вместе запрещено. Если захочется пообщаться, надо встречаться в общей комнате.

– Хм. Ясно. – Тара уставилась на друга столь оценивающим взглядом, что ему стало неловко.

Остальные молча наблюдали, как девочка задумчиво жуёт белую прядь.

– Фабрис, у нас с Калибом, Робином и Пеночкой есть кое-какие дела. Давай ты отправишься в общую комнату, а мы тебя скоро догоним? Только объясни, где она находится.

Фабрис насупился: его разбирало любопытство, но раздражало, что от него что-то скрывают. А Калиб, Робин и Пеночка недоумённо смотрели на Тару.

– Её несложно найти, – наконец ответил Фабрис, указывая на лестницу, которая вела наверх прямо из столовой. – Поднимитесь на этаж, где спальни. Общая комната сразу за библиотекой. Буду вас ждать.

Он встал и удалился размеренным шагом под внимательным взглядом Ангелики, которая наверняка надеялась привлечь мальчика на свою сторону.

Тара наклонилась к друзьям и прошептала:

– Поднапрягитесь. Подумайте, есть ли заклинание, которое позволяет подслушивать так, чтобы об этом никто не знал?

– Конечно, есть, – улыбнулся Калиб. – Индискретус. Воры постоянно им пользуются, чтобы добыть информацию. А тебе зачем?

– А как от него защититься?

– Заклинанием Тишинус, которое никому не даёт подслушивать.

– Хм, нет, не сработает. Если его наколдуем, кровосклепы сразу поймут, что мы от них скрываемся. Надо что-то другое.

Калиб, Робин и Пеночка уставились на Тару.

– А потом Ангелика отправила Кими мне мстить, – вдруг отчётливо заявила Тара.

– Это ты к чему? – оторопела Пеночка.

– Что? – одновременно спросили Калиб и Робин.

– Помните, какое заклинание накладывал на нас мастер Чим? – сказала Тара, с опаской озираясь.

– То, которое не давало нам обсуждать при посторонних происшествие в Омуа? Да, а что?

– Мастер Чим объяснил, что, если нас кто-нибудь попытается подслушать, заклинание не позволит нам говорить о том дне, когда произошёл инцидент. В общем, пока мы можем произносить фразу: «А потом Ангелика отправила Кими мне мстить», – за нами никто не шпионит. Если же у нас ничего не получается, значит, кто-то есть поблизости.

– Ничего себе! – восхитился Калиб. – Я бы никогда до такого не додумался. Но с Фабрисом возникнет проблема. Он не поймёт, если мы каждый раз будем уходить, когда надо будет обсудить что-нибудь.

– Фафнир хочет отсюда сбежать, и я подозреваю, у неё есть план получше того, которым она с нами поделилась. Я тоже хочу на свободу – и как можно скорее. Давайте пока не будем слишком переживать о чувствах Фабриса. Растолкуем ему всё, когда выберемся. Ладно?

– Да, мэм! – с готовностью отозвался Калиб и кивнул.

– А вот и нет, – возразил Робин. – Я надеялся, что до такого не дойдёт, но деваться некуда. Что ж, расскажу вам правду. А потом Ангелика отправила Кими мне мстить. Я не только ученик мастера Ден’марила. Я ещё и сын Т’андилуса М’ангила.

– Главы службы разведки, – прошептала Пеночка.

– Именно! Вот почему твоя фамилия показалась мне знакомой, – воскликнула Тара. – Я как раз недавно об этом подумала. Когда мастер Чим перенёсся на Землю, он упоминал твоего отца. А когда случайно я заколдовала ваши мантии Декорусом, у Пеночки появились скипетры и короны, а у тебя, если правильно помню, эльфийские воины. А булочки! Никто бы не сумел поймать корзинку с ними! А потом Ангелика отправила Кими мне мстить. Но ты не эльф.

– Очень точное замечание, – расплылся в хитрой улыбке Робин. – И ты права: я действительно испугался, когда ты заколдовала мою мантию. Если бы кто-нибудь догадался, почему у меня на одежде появились эльфийские воины, мне бы пришлось несладко. Ты всё правильно поняла, однако причём тут булочки?..

– Сейчас поймёшь. Во время ужина во дворце я случайно смахнула со стола корзину с булочками, – покраснела Тара. – А ты поймал её на лету. Я тогда подумала, что это странно. У тебя была мгновенная реакция. Но позже я обо всём забыла.

Робин посмотрел на неё своими светлыми глазами.

– Никогда не видел таких наблюдательных людей. Это даже немного беспокоит. Ты будто собираешь картинку из пазлов. Леденцовая лягушка предупреждала, что я раскрою себя. Надо было отнестись к всему внимательнее.

Выслушивая комплименты, Тара зарделась.

– Когда вырастет, станет волшебником-детективом, – вмешался в разговор Калиб. – Ладно, ты не договорил.

Робин продолжил:

– А потом Ангелика отправила Кими мне мстить. Отчасти я, можно сказать, работаю под прикрытием, чтобы поставить кровосклепов тупик. Я старше вас. В годах Иномирья мне пятнадцать. Но я отстаю в освоении магии, ведь сначала надо было закончить обучение у эльфов. Так или иначе, но кровосклепы похитили меня вместе с вами, на что я и рассчитывал. Отец заранее наложил на меня заклинание, чтобы видеть, где я нахожусь, а работает оно лишь на эльфах. Поэтому пока я никак не могу позволить вам рисковать своими жизнями и пытаться сбежать из крепости.

– А почему отчасти под прикрытием? – растерялась Пеночка.

– Я наполовину эльф, – признался Робин нехотя, словно в том было что-то постыдное. – Мама – человек, она заклинательница. Отец заклинанием скрыл эльфийские черты – острые уши, светлые глаза, вздёрнутые брови. В остальном я достаточно похож на человека, чтобы вы ничего не заподозрили. И наши враги тоже.

– А потом Ангелика отправила Кими мне мстить. Ага, никто не слушает, – вновь убедилась Тара. – И что ты предлагаешь?

– Отец сказал, что заклинание-локатор проработает несколько дней, но, если он не подоспеет на помощь с наездниками в течение тридцати шести часов, мне придётся выпутываться самому. Ну а на активацию заклинания, чтобы моё местоположение определилось, будет потрачено не меньше двадцати часов.

Пеночка ненадолго задумалась.

– Наверняка мы проспали несколько часов, значит, твой отец должен подоспеть к завтрашнему утру.

– Именно, – подтвердил Робин. – Поэтому давайте не будем торопиться. Если к обеду завтра за нами никто не явится, станем спасать себя самостоятельно.

– Пойдёмте к Фабрису, – предложил Калиб. – Он же все ногти себе отгрыз от нетерпения.

Вообще ощущение было такое, будто Фабрис легко успел бы сгрызть себе пальцы до половины. Он нервно поглядывал на Ангелику, которая сидела за другим столом общей комнаты. Это был совсем не дискуссарий, как в Омуа, но и не уютная гостиная, как в Травии, однако кресла оказались довольно удобными, да и вкусный цинпаф был здесь в избытке.

– Вот и вы! Ну наконец-то! – облегчённо воскликнул Фабрис. – Ангелика устроила какое-то сумасшествие.

– Ничего удивительного, – усмехнулся Калиб. – Не верь ей. Кстати, что она творила?

– Она меня выбесила, – пожаловался Фабрис. – Напрыгнула на меня с требованием объяснить, что происходит. Сначала была в ужасе, а потом, когда поняла, что кровосклепы похищают лучших заклинателей, успокоилась и перестала орать. И очень вовремя: ещё минута, и я бы оглох. А вы-то чем были заняты?

Друзья замешкались, и Фабрис, пожав плечами, сменил тему.

– Рассказать вам о нашем расписании? Днём у нас будут тесты на магические способности.

Тара закатила глаза. Тесты! Что за наказание! Тем более как раз в тот момент, когда ей надо обыскать крепость.

– Кровосклепы оценят вашу силу, скорость и ловкость – магическую и физическую. Но читать заклинания и размахивать руками бесполезно. Нужно, чтобы мы умели просто представлять себе желаемый результат и сразу же получать его в реальности безо всяких слов и жестов. Это сложное магическое искусство, но кровосклепы говорят, что подобный навык используют драконы, чтобы контролировать нас.

– Смело, – заметила Пеночка, сжимая губы. – Но возможно. Магистр ни единого магического слова не проронил, когда придушивал Калиба. Да и Таре нечасто приходится махать руками и жестикулировать. Она что-то воображает, и это мигом происходит.

– Ага, – подтвердила Тара. – Я просто думаю, а магия срабатывает вне зависимости от моего желания.

– В любом случае, это огромное преимущество во время дуэлей, – произнёс Фабрис. – Ведь противник не может угадать заклинание, пока оно в него не ударит.

– На дуэлях?! – воскликнули одновременно все четверо.

– Именно, – ответил Фабрис, довольный эффектом. – Чтобы определить силу заклинателя, его просят сразиться на дуэли.

– Как в Омуа! – понурилась Пеночка. – Но в Омуа такое случается редко. Что-то сомневаюсь, что мне здесь понравится.

– Я тоже, – ответили хором Тара и Калиб.

– Дуэли! Отлично! – Глаза Робина азартно блестели.

– Ах да, эльфы же обожают драться, – с отвращением скривился Калиб.

Едва фраза сорвалась с его губ, мальчик сообразил, что проболтался. Тара и Пеночка разом ударили его по рёбрам. Фабрис смотрел на него, как на сумасшедшего.

– Если ты не заметил, Робин человек, – поправил он друга.

– Да, я знаю, – осторожно прощупывал почву Калиб. – Я пошутил. Но Робин любит драться прямо как эльфы. Ты столько пропустил. Мы даже прозвали его Робин Драчун. Однажды, когда какой-то парень в Омуа пристал к Таре, он чуть голову не оторвал наглецу. Да и с Ангеликой спорить он всегда первый.

Объяснение Фабриса вполне устроило.

Утро пролетело быстро. Фабрис представил друзей некоторым подмастерьям кровосклепов, и предположения Тары оправдались. Они оказались заносчивыми, жестокими и импульсивными. Серым заклинателям нравилось издеваться над немагами, используя дар: они отвешивали им тумаки, расставляли невидимые подножки.

Тара отметила, что каждый кровосклеп имел привычку нервозно потирать грудь. Она вспомнила, что когда из неё изгоняли демона, а тот появился на уровне её грудной клетки.

Таре, как и остальным, становилось всё страшнее.

Потом друзья посмотрели первую дуэль – стоит отметить, что им совсем этого не хотелось.

Началось всё с того, что два мальчика в сером повздорили. Они кричали друг на друга, а их ссора грозила перерасти в потасовку.

– Тара права! – возмущался первый. – Чтобы снять заклинание, нужно меньше одной тысячной от одной тысячной секунды!

– Неправда. Она не учла скорость контрзаклинания. Оно занимает не меньше секунды.

– Да неужели? – закричал первый. – Бросаю тебе вызов!

– Отлично! – отозвался второй. – Тогда в дуэльную!

Друзья поняли, что никто из взрослых не вмешался. Наоборот, они покинули общую комнату вместе с учениками. Фабрис подскочил на месте, собираясь к ним присоединиться.

– Скорее! – выкрикнул он. – Надо смотреть дуэль – в крепости такие правила. Но не волнуйтесь, ничего страшного не будет. Эти двое попали сюда тогда же, когда и я, и пока не прошли посвящение.

– Что? – ужаснулась Пеночка. – У нас что, нет выбора?

– Ничего не поделаешь. Мне это тоже кажется довольно неинтересным занятием, вы сами всё увидите, – признался он. – Да и вообще не стоит выделяться из толпы, так что пойдёмте в дуэльную.

Робин согласно кивнул. Его эльфийская часть была рада посмотреть на драку, а человеческий разум возражал. Мальчик часто размышлял о том, как жизнь свела его родителей: ведь они такие разные!

Робину совершенно не нравилось быть полукровкой. Однако миссия была ему по душе: под прикрытием он впервые чувствовал, что его принимают.

Когда друзья очутились в дуэльной, лучшие места уже были заняты, и ребята вскарабкаться на самый дальний ряд трибун.

В круглом зале вроде арены собралось более ста кровосклепов. Тару передёрнуло от подобного зрелища.

«А у них строгая иерархия», – подумала она. На одеянии каждого, причём как раз на груди, имелся круг определённого цвета – от жёлтого до красного. Мантии тоже были разных оттенков – светло-серые, серые или почти чёрные. Лица скрывались за масками, но тревожная жестикуляция выдавала, что заклинатели не могут дождаться, когда начнётся поединок. От них веяло жестокостью, атмосфера в зале сгустилась.

Противники встали напротив друг друга и выкрикнули:

– Дуэль!

Пол тотчас приподнялся, чтобы всем было комфортно наблюдать. А в воздухе возникло прозрачное защитное поле, которое отделяло дуэлянтов от зрителей.

В кино поединки волшебников обычно похожи на серию метаморфоз: один превращается в цыплёнка, другой в кошку. Затем кто-то прикидывается собакой, а его соперник – львом. Муху сменяет мышь, а слона – дракон, который пытается испепелить оппонента, но это, конечно же, запрещено, и дуэль снова продолжается.

Эти двое, наверное, таких фильмов не видели, но тоже были готовы порвать друг друга в клочья.

Начало дуэли выглядело вполне обычно. Противники пока не отвыкли от пассов, и публика без труда угадала, что оба решили начать с парализующего заклинания.

Оба скинули оковы одновременно. Счёт за первый раунд – ноль-ноль.

Затем один дуэлянт взмахнул рукой, и у второго на голове выросли ослиные уши. Зал разразился хохотом. Ушастый парнишка в ярости прочитал заклинание Трансвестус, и с его противника исчезла мантия.

Мальчики в аудитории засвистели, а девочки смутились.

Злой и обиженный дуэлянт прочитал заклинание Детритус, и на соперника обрушилась целая тонна компоста, от которой тот едва успел отскочить в сторону.

Значит, магического удара можно избежать, если хватит скорости и реакции. Во время дуэли приходилось двигаться, как боксёр: аккуратно, плавно и быстро.

Наступила та стадия поединка, когда один бросает в другого чем-то мерзким, грязным и вонючим, а второй отвечает чем-то не менее отвратительным.

И вдруг первый юный заклинатель коварно улыбнулся и наслал чары, не двигаясь и не читая заклинание. Второй мальчик решил, что противник промахнулся. Он пошевелил пальцами, готовясь к новому магическому залпу, но внезапно обнаружил, что вместо рук у него плавники!

Заклинатель завопил, ноги его слиплись между собой, и мальчишка, весь в чешуе, рухнул на пол. Перед зрителями на полу дёргалась, силясь найти спасительную воду, огромная рыбина.

Под аплодисменты победитель три раза обошёл арену, пока поверженный дуэлянт задыхался на полу. Наконец кровосклеп приказал вернуть проигравшему человеческий облик.

– Какое увлекательное зрелище! – воскликнул Робин, когда друзья направлялись к выходу. – А часто здесь устраивают дуэли?

– Поединки в крепости не редкость, – поморщился Фабрис. – Пару раз в неделю какой-нибудь мальчик или девочка ляпнет что-нибудь не то, и народ бежит в дуэльную. Если поединок между учениками организуют кровосклепы, всё по-другому, поскольку можно использовать лишь те заклинания, которые они выберут. А если ученики просто поссорились, можно творить что угодно, только не убивать противника.

– Из крепости можно выходить днём? – спросила Тара.

– Да. Фамильяры гуляют на улице, даже если становится прохладно. Сейчас, кстати, начался холодный сезон.

– А можем выйти прямо сейчас?

– Конечно.

– Подожди секундочку, – попросила Тара. – Я хочу ещё кое-кого позвать.

Заметив рядом Фафнир, Тара окликнула девушку:

– Фафнир, можно тебя на минутку?

– Да, – односложно ответила та.

– Мы собираемся проветриться. Может, составишь нам компанию?

Девушка внимательно посмотрела на Тару и всерьёз задумалась.

Затем пожала плечами и сказала:

– Хорошо.

– Вот и отлично.

Компания молча побрела к скамейкам и столам под высокими деревьями. Фабрис был прав – уже похолодало. Однако Фафнир, похоже, не мёрзла, несмотря на голые ноги и руки.

– Пеночка, мне нужно попросить тебя кое о чём, – заговорила Тара. – Помнишь заклинание, которое произнёс один волшебник после событий в Омуа?

– Да, конечно. А что?

– Напиши его, но не говори вслух. Мне надо провести эксперимент.

Пеночка не поняла, зачем это требуется, но кивнула. Она достала из кармана бумагу и карандаш, настрочила заклинание и протянула листок подруге.

Никто не успел и глазом моргнуть, как Тара промолвила:

– Информатус! Вместе секрет храним мы надёжно. Знать о нём только нам и можно.

Читая по бумажке, Тара изо всех сил пожелала, чтобы Фабрису, Маниту и Фафнир открылся секрет, а остальные по-прежнему находились под защитой заклинания старого волшебника.

К радости Тары, над головами Маниту, Фафнир и Фабриса появилось зелёное облако, как и в Омуа. Но потом девочка вдруг поняла, что оказалась на земле в прижатым к горлу ножом.

Ощутив колдовскую силу, Фафнир выхватила клинок и неожиданно повалила Тару на землю.

Дворфийская заклинательница прижала её всем весом и приблизила своё лицо к лицу Тары. «Наверное, стоило предупредить её», – подумала девочка.

– Что ты со мной сделала? – прорычала Фафнир. – Отмени сейчас же, не то горло перережу!

Друзья Тара не смели пошевелиться.

Когда девочка заговорила, лезвие оцарапало ей шею, но поделать она ничего не могла:

– Постой! Это защитное заклинание. В Омуа произошло кое-что, о чём нельзя рассказывать, и мастер Чим, чтобы мы не проболтались, наложил на нас чары. Я заметила, что в столовой в какой-то момент ты резко замолчала, и подумала, что кто-то нас подслушивал. Поэтому решила, что мы можем друг другу помочь.

– Это не даёт тебе права накладывать на меня заклинания, – процедила Фафнир, не обращая никакого внимания на то, что на шее Тары выступила кровь. – Тебе повезло, что я не буйная. Любой дворф сперва прирезал бы тебя, а уж потом задавал вопросы.

Она убрала нож, выпрямилась, а затем поставила Тару на ноги. Девочка пошатнулась, но сохранила равновесие, удивлённая силой новой знакомой.

– Так или иначе, но нам дурацкая магия ни к чему! – прогремела Фафнир. – Я и так чувствую, когда кто-то подслушивает.

– А я нет! – воскликнула Тара и осторожно коснулась раны на шее.

Кровь почти не шла, но – рога Бальдура! (так любила ругаться бабушка) – как же было больно!

– Если можешь выговорить: «А потом Ангелика отправила Кими мне мстить», – значит, никто не подслушивает. Сама попробуй, увидишь.

Девушка бросила на Тару угрожающий взгляд и двинулась прочь.

Пеночка подбежала к подруге, коснулась раны и произнесла:

– Исцелюс! Пусть рана Тары заживёт и вместе с этим боль уйдёт!

Порез затянулся, и Тара с облегчением вздохнула.

– Меня начинает утомлять, что каждые тридцать секунд кто-то пытается вцепиться мне в горло, – призналась она. – Но я совсем забыла о том, что на дворфа нельзя без спроса накладывать заклинания. Фабрис, я не понимаю, что хочет делать Фафнир – проверить, правду ли я сказала, или она просто зла. Можешь кое-что для меня сделать? Подойди к кому угодно и скажи кодовую фразу. Если получится, значит, я перестаралась, и теперь заклинание защищает всю крепость, а не только нас. Если не сможешь, значит, всё сработало.

Фабрис, рассудив мудро, не стал задавать вопросов, а побежал вместе с Маниту выполнять просьбу. Вернувшись через считанные мгновенья, он широко улыбался.

– Десять секунд стоял перед кровосклепом и не сумел выдавить ни слова. Он подумал, что я болен, и хотел отправить в медкабинет. Отличный фокус, но зачем, Тара?..

Время от времени проверяя, не подкрался ли кто-нибудь слишком близко, друзья поведали Фабрису обо всём, включая и происшествие во дворце Омуа, которое случилось благодаря стараниям Ангелики.

Иногда оказывалось, что заветную фразу произнести не получается, и тогда ребята тотчас меняли тему, что было непросто. Тара волновалась – Фафнир не вернулась – и поэтому не могла сосредоточиться.

До обеда Фафнир так не появилась.

«Что ж, пусть будет так», – вздохнула Тара. А им пора составлять план побега – хотя бы на всякий случай.

Переступив порог столовой, девочка увидела, что дворфийка сидит на своём привычном месте (по крайней мере, именно там она завтракала некоторое время назад) и поглощает огромную порцию неизвестно чего.

Из осторожности Тара устроилась на некотором расстоянии и не стала общаться с Фафнир. Если дворфийке опять взбредёт в голову размахивать ножом, сначала ей придётся перелезть через стол.

Фафнир посмотрела на Тару большими красивыми глазами, выплюнула косточку и громко пробурчала:

– Всё верно. Встречаемся в пять снаружи.

Тара кивнула.

Время обеда закончилось быстро – юные заклинатели, которые опоздали, едва успели перекусить оставшимися фруктовыми дольками. Вскоре какой-то кровосклеп объявил, что надо отправляться в зал испытаний, где проводилась первичная оценка.

Очутившись внутри огромного помещения, Калиб, Робин, Тара и Пеночка остолбенели.

Они увидели лужайку, деревья, канаты, мосты, реку, озеро – и всё это образовывало нечто вроде полосы препятствий. Были тут и холмы, причём на вершине каждого находился небольшой постамент с драгоценным камнем.

Тем временем к Таре подошёл кровосклеп в маске. Но, как выяснилось чуть позже, судя по голосу, это была женщина.

Её поведение поразило всех и в особенности Тару.

Женщина низко поклонилась Таре и произнесла:

– Добрый день, Ваше Императорское Высочество. То, что вы почтили нас присутствием, большая честь для обитателей крепости. Я леди Мантикора. Добро пожаловать.

Тара обернулась, чтобы понять, к кому в принципе обращаются, но позади никого не было.

– Извините, но Высочество здесь Пеночка, а не я.

– Я знаю, Ваше Императорское Высочество, – сказала леди Мантикора и шагнула к Пеночке. – Приветствую, Ваше Королевское Высочество.

«Чем эта женщина надышалась? – подумал Фабрис. – Наверное, у некоторых местных трав слишком специфический дым».

– Если не возражаете, Ваше Высочество, мы хотели бы увидеть ваши способности. Брида!

– Да, госпожа? – отозвалась девочка, с которой разговаривала Ангелика.

– Покажи Её Высочеству, что надо делать в зале. Подсчёт времени будет вестись с того момента, когда ты пересечёшь линию старта, и ровно до той секунды, когда возьмёшь в руку камень грёз.

– Хорошо, госпожа.

Девочка изящно вышла вперёд и молча поменяла свою мантию на обтягивающий серый костюм.

В чём состоит испытание, друзья поняли в то мгновение, когда щёлкнула первая ловушка.

Брида бежала по дороге к первому канату. Перед девочкой разверзлась яма, полная чудовищных белых и красных жуков. Не сбавляя темпа, она заклинанием подняла себя в воздух и перелетела через препятствие. В полёте вцепилась в канат, раскачалась и прыгнула на ветку. Задержавшись на долю секунде, девочка нырнула в озеро. Берега были слишком крутые и скользкие, чтобы выбраться без помощи, но Брида доплыла до древесных корней и попыталась с их помощью вытолкнуть себя из воды.

Вдруг над поверхностью позади Бриды лениво зашевелилось чёрное щупальце.

Ошеломив четверых новеньких, заклинатели принялись кричать:

– Брида! Обернись! Там кракен! Осторожно!

Ощутив, что позади неё плещется гигантский осьминог, Брида отчаянно бросилась прочь, но её подвела концентрация. Она соскользнула в воду, и чёрное щупальце утащило её на дно, но потом всё же выкинуло к ногам леди Мантикоры.

Девочка кашляла и с трудом дышала.

– Неплохо, Брида. В чём заключалась твоя ошибка?

– Я замешкалась и не сумела быстро выбраться из озера. Мне пришлось подгребать, чтобы удержаться на поверхности воды, поэтому не смогла выполнить жест, который бы облегчил наложение заклинания. К сожалению, у меня не получилось добраться до финиша.

– Благодарю за честность. Следующий!

Двум юным заклинателям, которые по очереди преодолевали препятствия, тоже не слишком повезло. Один упал в яму с червями, которым явно не понравилось, что их давят. Червяки были безобидные, если их не трогать, но при малейшем прикосновении кожу жгло огнём. Неудачливый мальчик, выбираясь из ямы, кричал от боли, а его лицо и руки покрылись пятнами.

Это придало второму решимости ни за что не оказаться там же, но после кракен преградил ему водный путь.

Наступил черёд Робина. Полуэльф легко преодолел яму, взлетел на ветку, идеально нырнул в озеро и, выбираясь на сушу, под шквал аплодисментов ловко увернулся от кракена.

Маска леди Мантикоры посинела, что означало задумчивость, и женщина записала что-то в блокноте.

Мальчик застыл на миг, а затем, не ступая на тропу, схватился за лиану и принялся перепрыгивать от дерева к дереву, пролетая над всеми ловушками.

Леди Мантикора кивнула и записала что-то ещё.

Тара отчаялась: Робин выступал чересчур хорошо. Но полуэльфа увлекла полоса препятствий, и он вовсе забыл, где находится. Под беззвучные ругательства Тары мальчик продолжил и дальше ловко скакать, прыгать и летать, избегая препятствий.

Безо всяких сложностей он приземлился у подножия ближайшего холма, и его успех встретили аплодисментами. Не теряя концентрации, он внимательно осмотрел склон и начал подниматься на вершину. Первым делом Робин увернулся от лавины, которая грозила унести его за собой, а потом – от водяного смерча, появившегося из ниоткуда.

Если бы Робину это не удалось, он бы угодил прямиком в щупальца кракена.

Достигнув вершины, Робин осмотрел постамент с трофеем. Схватил камень грёз и бросился бежать вниз по склону. Но внезапно почва вздыбилась, и холм начал раскалываться с оглушительным треском. Робин едва успел взлететь и перенестись к твёрдой земле, а холм рухнул в грязную магму.

Кровосклеп внимательно изучила полосу препятствий: по крайней мере, так решила Тара.

Через минуту сами препятствия исчезли.

Робин вернулся к друзьям, с гордостью хвастаясь добычей – великолепным камнем грёз. Мальчик просто сиял от счастья, пока не поймал на себе взгляд Тары и не понял, что натворил.

Леди Мантикора не теряла времени даром.

– Пусть ко мне подойдёт… – сказала она, просматривая записи. – … Робин. Так, кажется?

– Да, госпожа, – неохотно ответил он.

– Постой смирно. Мне нужно кое-что проверить.

Калиб вдруг рухнул на пол и застонал.

– Ай, живот болит. Госпожа, так больно!

Леди Мантикора, которая собиралась что-то выяснять с Робином, повернулась к Калибу, который корчился на полу.

– Ну и что с тобой?

– Не знаю, – захныкал Калиб. – Но везде рези. Я очнулся только утром и…

Однако его попытка перетянуть внимание на себя не возымела эффекта. Леди Мантикора, которая наверняка привыкла к паническим атакам, не стала слушать юного заклинателя.

Она наклонилась, дотронулась до Калиба и равнодушно проронила:

– Трансмитус! Пусть отправляется в медпункт, там вылечат его недуг.

Когда женщина снова повернулась к Робину, от неё исходила почти осязаемая угроза. Робин ссутулился, старался казаться меньше, но с его ростом это было не так-то просто.

– Я сделал что-то… неправильно? – запинаясь, проговорил он.

– О нет, как раз наоборот, – ласково проговорила женщина в маске. – Всё идеально. Ты преодолел препятствия, заполучил камень…

– Но, значит, я…

– Обычный заклинатель не справится с нашими испытаниями, если будет полагаться на физические способности! Поэтому я делаю вывод о том, что ты отнюдь не обычный. В Серой крепости не любят то, что не понимают. Поэтому иди сюда.

Робин не сдвинулся ни на сантиметр. Точнее, отшатнулся, как будто очень напуган, и в последнем ему притворяться не пришлось. Другие ученики ошарашенно пятились прочь, держать на расстоянии от леди Мантикоры.

А она внезапно наступила на верёвку. Точнее, ей показалось, что на верёвку, но на самом деле это был хвост Шибы. Пантера рассвирепела и готова была разодрать женщину в клочья, но та успела обездвижить фамильяра заклинанием.

Проигнорировав, что из руки сочится кровь, леди Мантикора прорычала:

– Оставайтесь на местах! Покус! Никто не совершит ни единого движения, пока я загадке не найду решения.

Тара уже знала, как ощущается Покус, когда его накладывают Мангус и мастер Драгош, но сейчас всё было иначе. Девочку опутала сеть, горящая бирюзовым пламенем и настолько плотная, что Тара едва могла дышать. Галлант безуспешно вырывался.

Девочка сообразила, что не может сбросить оковы. Волшебники Омуа исцелили её, демонических сил не имелось, да и неоткуда было взять ту первобытную ярость, которую она испытывала, когда на неё набросилась Ангелика.

Неожиданно до Тары донёсся какой-то звук. Оказывается, от страха стучал зубами Фабрис. Пеночка кричала и отчаянно пыталась превратиться в чудовище, но было слишком поздно: чары люди Мантикоры уже подействовали.

Леди Мантикора коснулась Робина окровавленной рукой и, догадавшись обо всём, закричала:

– Кишки Инсциаруса! Он – эльф! С заклинанием-локатором! Тревога! Тревога!

Голос леди Мантикоры, усиленный магией, разнёсся по крепости, и в зале материализовалась толпа кровосклепов. На некоторый была рабочая одежда, на других – пижамы… в середине-то дня?.

Один явился в мыльной пене, в правой руке он сжимал зубную щётку, а левой в панике пытался удержать полотенце, обмотанное вокруг талии.

– Что? Что такое? Что случилось? – заверещали голоса во всех сторон.

Магистр, у которого на серой мантии краснел яркий круг, тоже был тут как тут. По его поведению стало ясно, что он готов уничтожить того, кто его побеспокоил.

– Кто объявил тревогу? – прогремел вопрос.

– Я, Магистр, – ответила леди Мантикора и принялась объяснять, что случилось. – В крепость каким-то образом сумел попасть эльф. Я обнаружила на нём заклинание-локатор. Надо его немедленно обезвредить, но одна я этого сделать не могу.

– Угомонись, – рявкнул Магистр. – Даже самые мощные заклинания активируются постепенно. Возможно, хитроумный народец, который на нас охотится, представляет себе направление, но точное местоположение крепости эльфам неизвестно.

Кровосклеп дотронулся до груди Робина, и мальчик дёрнулся от обжигающей боли. Потом Магистр провёл рукой так, будто что-то стирает, и лицо Робина начало меняться.

Глаза совсем посветлели, брови взлетели к вискам, кончики ушей вытянулись и заострились. Волосы мгновенно отросли. В белой копне кое-где виднелись чёрные пряди, которые выдавали полукровку.

– Ну-ну, – зловеще проговорил Магистр. – Мерзкий маленький эльф… Точнее, полуэльф. Локатор неплохой. Видна рука нашего доброго друга Чимнашаовиродаинтрачиву. Если я наскоро поизучаю заклинание, у нас будет время, чтобы помешать волшебникам обнаружить крепость. Но ты, вероятно, лишишься эльфийских ушей. Сомневаюсь, что получится отменить заклинание, не убив тебя.

– Не-е-е-ет!

Тара заорала настолько громко, что кровосклеп потёр ухо.

Вырываясь из волшебных пут, Тара чувствовала, как по её венам струится сила. Прямо как в лавке в Тингапуре, глаза её посинели, и магическая сеть лопнула с громким щелчком.

Тара поднялась над полом, осмотрела зал сверху. В углу от страха выла Ангелика.

Тара обратилась к Магистру, который ужаснулся, услышав её голос, звенящий, как гонг:

– Отпусти его. Отпусти сейчас же!

Магистр не шелохнулся, и Тара расшвыряла кровосклепов, которые столпились вокруг Робина, как скошенную траву. Некоторые оказались на деревьях, кто-то угодил в щупальца кракена, который удивился тому, что его озеро сегодня стало весьма популярным местом для водных прогулок.

– Волшебный огонь! – в ярость скомандовала леди Мантикора.

Похоже, кровосклепы придумали сокращать заклинания: после её приказа с её пальцев сорвались огненные лучи и ударили в магический щит, который успела выставить Тара. Девочка ответила заклинанием неимоверной мощи: теперь прятаться за щитом пришлось леди Мантикоре. Пока счёт был равный.

Тара изумлённо отметила, что остальные кровосклепы не бросились на защиту соратницы. После двух ударных заклинаний девочка поняла, что пробить защиту леди Мантикоры будет сложно. Тара подлетела к озеру и зависла над поверхностью.

Недовольная тем, что девочка смеет противиться, да ещё и на глазах у обитателей крепости, леди Мантикора взмыла в воздух и направилась в сторону Тары.

Рискуя попасться в щупальца кракена, Тара пролетела в нескольких сантиметрах над озером. К счастью, огромный осьминог был занят кровосклепами, которые барахтались в воде.

Мантикора ударила очередным огненным лучом, но Тара не стала его отражать, а просто увернулась.

Луч попал в озеро, и от этого участка поднялось облако пара, на что девочка и надеялась. Спрятавшись за ним, она направила в леди Мантикору мощный луч энергии, который угодил в цель. Леди Мантикора, не ожидавшая удара, с громким всплеском упала в воду.

«С одной разобралась», – усмехнулась Тара.

Теперь наступил через Магистра. Готовая к новой схватке, она повернулась к главе кровосклепов.

Но Магистр даже не пошевелился. Он спокойно стоял и с интересом наблюдал за поединком.

Вскинув голову, он воскликнул:

– Какая мощь! Я чувствую твою ярость и ненависть. Пусть гнев заполнит тебя. Ощути сполна невероятную силу!

На мгновение Тара растерялась. «Ух ты, а он решил сыграть в Дарта Вейдера», – подумала Тара. Подавив смешок, она постаралась взять себя в руки.

Ей не нужно было произносить заклинания – они срабатывали и без этого, но с противником вроде Магистра надо действовать изобретательно. Лобовая атака вряд ли сработает. Тара вытянула руки по направлению к лужайке и принялась творить чары. Магистр ожидал, что она ударит напрямую, и готовился отразить заклинание, поэтому оторопел, когда к нему потянулись прочные корни розы и опутали с ног до головы.

Тара подняла руку и потоком магической силы подбросила Магистра вверх, а он с оглушительным треском ударился об потолок.

Затем, опутанный корнями, рухнул на пол и остался лежать.

Тара ожидала, что на неё кинутся кровосклепы, но они в панике оцепенели.

Мигом освободив Галланта, девочка принялась искать друзей, как вдруг раздался голос Фабриса:

– Тара! Обернись!

Глава кровосклепов до сих пор лежал, опутанный корнями, но растительные оковы сдавались под напором маленьких пил.

Кровосклеп встал – маска его почернела, – скинул с плеч порванную мантию и остался в жилетке. Тара в ужасе заметила, что одна из пил торчит прямо из его руки. Надо что-то придумать – и срочно!

Тара вобрала всю воду из озера и приготовилась обрушить её на кровосклепа. Но Магистр на этот раз решил ответить. Он вскинул руку, и волна разделилась надвое, уронив ошеломлённого кракена, который сжимал в щупальцах несколько серых заклинателей, на крону раскидистого дерева.

Вдруг Магистр упал – в него с разбега врезался Галлант. Пегас решил напасть сзади в надежде, что кровосклеп потеряет сознание. Но тот живо опомнился. Однако Тара воспользовалась секундным замешательством противника.

Собравшись с силами, она с корнями вырвала огромное дерево из земли и метнула в Магистра, который всё ещё лежал на земле. Кто-то из серых заклинателей закричал, успев предупредить его об опасности.

Магистр откатился в сторону, едва увернувшись от тяжеленного ствола. Но к его неудовольствию, в атаку снова ринулся Галлант. Гневно взревев, Магистр с лёгкостью поднял дерево, и «снаряд» полетел в пегаса. Неудачно увернувшись, Галлант врезался в другое дерево.

Сердце у Тары в груди суматошно забилось. Она поняла, что слишком много колдует, и это плохо сказывается на её организме. Но выбора не было – она сражалась за жизнь Робина. Если получится продержаться несколько минут, заклинание-локатор активируется полностью, и мастер Чим их найдёт. Собирая в кулак остатки энергии, она вытянула руку и ударила лучом прямо под ноги Магистру.

Огромная яма разверзлась в полу и поглотила четверть серых заклинателей, которые собрались в зале. Но Магистру хватило времени подняться в воздух, и он благополучно парил над бездной.

Тара растратила остатки сил. Почему же дракон-волшебник не может их найти? Раз яма в полу толком не сработала, нужно попробовать придумать что-нибудь с потолком.

Когда Тара почти уронила на кровосклепов несколько десятков тонн камня, Магистр ударил заклинанием. Он вытянул руки вперёд и даже что-то выкрикнул, хотя прежде предпочитал творить заклинания молча, а щит Тары разбился от силы магической атаки.

Тара опешила, и Магистр ударил снова. Не выдержав напор очередного заклинания, девочка упала.

Зал растворился во тьме, будто кто-то выключил свет во всём в мире.