Знакомство с родителями Яны вышло, мягко говоря, не удачным. Я и подумать не мог, что от людей может так явно веять ненавистью и даже брезгливостью.

Конечно, живя в Лондоне, мне доводилось встречаться с людским интересом, любопытством и даже неподдельным удивлением. Но эта парочка совсем не скрывала своих эмоций в отношении меня.

Ещё большим шоком для меня стало то, что они вызвали полицию. Вот тут-то и вскрылись мои поддельные документы. У полицейских было достаточно времени, чтобы сверить все базы и всё понять. Вердикт был окончателен – депортация. Причем, до аэропорта меня доставляли самым позорным образом – в наручниках, с конвоем. Словно, я опасный преступник. Родители Яны, конечно постарались.

До дня депортации всё ждал, что придёт Яна. Хоть увидеть её. Но она не пришла. Неужели, послушала родителей и отказалась от меня?

На родину возвращался в подавленном состоянии. Всё думал, почему она так поступила. Видимо, не нужен ей.

Но я понимал, что возвращаться в племя нет причин. Я уже сполна побыл дома, пора в Лондон. Но как туда лететь без Яны? А если что-то с ней случилось?

Однозначно, нужно лететь обратно. Но без документов это нереально. На границе завернут. Ещё и в тюрьму можно угодить.

Мысль взять самолёт пришла внезапно. Нашел частную фирму. В Лондоне когда-то я получил корочку летчика легкомоторных самолетов. Какое-то время это даже было моим хобби. Но потом я долго не летал. А электроника меняется. Возможно, я не справлюсь… Но раздумывать не было времени. Решил, что сумею, разберусь. Весьма самоуверенно…

– Я и не представляла, что ты умеешь управлять самолётом… – тихо говорит Яна.

Она лежит на кровати, и слушает мой рассказ. Городские врачи обследовали её полностью. Слава богу, опасности для жизни нет. Ей назначили капельницы и оздоровительные процедуры.

– Не так уж хорошо я это умею делать, милая…

И я вспоминаю свою аварийную посадку. Сказалось, всё-таки, что практики давно не было. Система через полчаса после взлёта начала барахлить, а у меня не получилось понять, в чем дело. Решил, что лучше спуститься. Маячок вышел из строя, и мой самолет пропал со всех радаров…

Пока разобрался во всём, прошло время. Я и думать не мог, что Яна в племени. Что полетела ко мне. Но в тот момент, когда я разбирался с экраном дисплея, Лев позвонил на мой номер. Он всё рассказал. Что Яну удерживали родители, и что она должна была позвонить из Африки, но на связь не вышла…

– Но мне сказали, что твои родители ездили на опознание. Я думала, ты умер!

Яна не может сдержать слёз. Это ужасно, что ей сообщили такую страшную весть. Но в глубине душе мне приятно, что я для неё так много значу.

– Это был другой частный самолёт. Там никто не выжил. Просто спутали. Здесь обычная практика брать самолеты без документов. Немного денег, и можно лететь куда угодно. Вот только самолеты зачастую списанные и после крупного ремонта…

– Скажи, с Энайолой точно всё впорядке? – во второй раз она уже интересуется её судьбой.

Удивительная девчонка! Заботится о той, которую считала своим врагом. Ну, по крайней мере, ревновала меня к ней. Или мне просто так это виделось.

– Всё с Энайлой хорошо. Нико её в обиду не даст. Вообще, я очень рад, что у меня такой кузен. Нико тоже позвонил мне, когда я сидел в самолёте в пустыре и думал, как безопасно лететь дальше. Хорошо, что у меня есть спутниковый телефон. А вот моим родителям, если бы они не относились к современной технике столь скептично, не пришлось бы волноваться за меня и ехать в город на якобы опознание моего тела… Так вот, Нико искал тебя, когда вернулся с работы в племя. Он проследил за Табо… Но, к сожалению, Табо трус и, всё-таки, утащил тебя в пустыню… Лев прилетел ближайшим рейсом уже на следующий день. Я за это время отремонтировал самолет. Мы решили лететь в племя. Но, уже почти подлетая, заметили в пустыне сначала верблюда, а потом и тебя. Мы конечно не знали, что это ты… Несколько раз пролетели мимо, и решили снижаться. Подумали, что даже если это не ты, то нужно помочь человеку…

– Я уже думала, что умру там… – говорит Яна, тяжело вздохнув.

Я укладываюсь к ней на кровать и прижимаю к себе. Столько пришлось пережить ей. И меня не было рядом, я не смог её защитить. Это меня ужасно точит изнутри. Мне хочется сорваться с места и нестись в племя. К главному обидчику моей девочки. А ещё спросить у всего племени, почему они не защитили её. Почему разрешили забрать себе этому нелюдю.

Даже, если соплеменники считают меня мёртвым, они должны были дождаться вождя. Они знали, как я отношусь к Яне… Да, что говорить! Просто трусы!

Яна проводит в больнице два дня, и ей становится значительно лучше. Врачи рекомендуют остаться ещё ненадолго.

Лев собирается на рейс до Москвы. Ему надо к жене и сыну. Заверив его, что теперь Яна в безопасности, он успокаивается. Но перед отъездом он, всё же, зовёт меня на разговор.

– Оскар, ты, пожалуйста, не натвори дел сгоряча… – говорит мне Лев.

– Ты о чём? – не сдержав резкости, спрашиваю я.

Да, я прекрасно понимаю, о чём хочет сказать Лев.

– Я про Табо.

– Неужели, тебе самому не хотелось бы отомстить за сестру? – смотрю на него исподлобья.

– Я бы с удовольствием избил его, а лучше посадил бы за решётку! Но я понимаю, у вас тут с тюрьмами проблемы… – разводит руками Лев.

– Да, наше племя имеет особый статус, как культурная ценность. А зря…

– Ладно, Оскар, не создавай себе проблем. Да, и сестре не нужно это видеть.

– За Яну не беспокойся, – уверенно говорю я.

Крепкое рукопожатие. Он всё понимает. Бессмысленно меня отговаривать. Перед отъездом в Лондон, нам с Яной нужно заехать в племя. И тогда я убью Табо…