Пока мы летели в город, я рыдала от счастья от того, что все плохое позади. Что Оскар жив!

В больнице он всё мне рассказал. Про его депортацию и попытку полететь ко мне. Удивительно, сколько всего нового я узнаю о нём. Он умеет управлять самолётом! Интересно, что ещё интересного скрывается в нём?

Когда мне стало немного лучше, Оскар заговорил про Англию. Кажется, в Москву я вернусь не скоро…

– …У меня довольно просторная квартира, но если захочешь, снимем другую. Или лучше сразу дом. Вот только, тебе может не понравится моя работа…

Оскар с сомнением смотрит на меня. Я приподнимаюсь на больничной койке и встречаюсь с ним взглядом. Вспоминаю, что так и не выяснила, чем он занимается в Лондоне. Я уже столько всего напридумывала. Но честно признаюсь себе, что даже если он окажется связанным с чем-то криминальным, я не смогу без него…

– Мне плевать, чем ты занимаешься в Англии, – вздохнув, говорю я. – Даже если противозаконным… Надеюсь, конечно, что не убиваешь никого…

Наступает тишина. Брови Оскара ползут вверх, а затем он вдруг начинает смеяться.

– Ты серьёзно? Считаешь меня бандитом?!

– Эмм… Да ничего я не считаю! Просто ты всегда переводил тему разговора, когда я спрашивала…

Оскар с улыбкой обнимает меня, привлекая к себе.

– Моя фирма занимается ритуальными услугами. Я – коммерческий директор. Боюсь, тебе это не понравится…

Фух, кажется, не так всё и страшно, как мне представлялось. Хоть и его род деятельности весьма специфический…

– Ну, кто-то же должен этим заниматься. Это важная работа… – облегчённо выдыхаю.

– Да, тем более, к нам обращаются в основном соотечественники, которым нужно похоронить родственников согласно африканским традициям. Мы единственные, кто делают такое. У меня в подчинении замечательные ребята. Все тоже из Африки.

– Значит, после выписки мы летим в Лондон? – до конца ещё не верю в это.

– Как только готова будет твоя виза, сразу отправимся. Но сначала нам нужно съездить в племя…

– Зачем?! – меня настораживает тон Оскара.

Я совсем не хочу видеть Табо, да и всех остальных. Разве что, встреча с Нико меня могла бы обрадовать. Ещё хорошо было бы убедиться, что Энайола в безопасности…

– Я не уеду, не разобравшись. И одну в городе тебя оставлять нельзя. Иностранной девушке без сопровождения оставаться опасно…

Даже не пытаюсь спорить. Раз Оскар решил, так оно и будет. Мне бы очень хотелось знать, что Табо ответил за свои зверские поступки. Но, с другой стороны, я надеюсь, что он куда-нибудь убежал, и мы больше никогда с ним не пересечёмся…

В день выписки за нами приезжает Нико на арендованном пикапе, и мы едем в племя.

Спустя несколько часов Нико тормозит возле знакомого забора. На границе нас встречает единственное живое существо.

– Спасибо тебе Нар, что оберегал сестрёнку! – Нико подходит к верблюду и почёсывает его шею.

Тот лишь фыркает и отворачивается, увлечённый сухой листвой, валяющейся на песке.

Втроём мы идём по территории племени. Начинаем встречать жителей, которые, разинув рот, ошарашено смотрят на нас. Группа каких-то женщин что-то причитывают на своём языке и испуганно переглядываться между собой.

Толпа прибывает. Мы с Нико еле поспеваем за Оскаром. Он же лихорадочно ищет взглядом только одного своего родственника.

– Табо! – не выдержав, кричит он в толпу.

Идёт вглубь. Я семеню следом. Нико берёт меня за руку, немного замедляя мой шаг. Толпа всё прибывает. Тут и там раздаётся имя Оскара. Все лица вокруг становятся смазанными. Я боюсь потерять взглядом удаляющуюся спину любимого.

– ТАБО!!! – рычит он на всю округу.

Меня начинают одолевать сомнения, что этот человек находится здесь. Но тут мы видим его у костра. Его явно застали врасплох. Он таращится сначала на Оскара, затем на меня. Хочет что-то сказать, но теряет дар речи.

Оскар срывается с места и несётся на Табо. Я бегу следом, но Нико дёргает меня за руку.

– Яна, пойдём со мной…

Пытается меня увести, но я вырываюсь и бросаюсь Оскару на шею в тот момент, когда ему остаётся уже каких-то пару метров до Табо.

– Не убивай его, прошу… не бери этот грех…

– Яна, уйди… – даже не смотрит на меня, полностью поглощенный ненавистью к Табо.

– Яна, – Нико хватает меня и тянет за собой.

В этот раз я позволяю себя увести. Нико приводит меня в хижину к своей матери. Она суетливо наливает чай. Хожу по кругу возле входа и не нахожу себе места. Что же будет?! А если Табо станет драться нечестно? А если он… убьёт Оскара? Я так переживаю, что Оскар станет убийцей, но где гарантия, что с ним самим всё будет в порядке? Господи! Не могу больше сидеть здесь в ожидании…

Пытаюсь выйти из хижины, но натыкаюсь на кого-то. Всматриваюсь, ослеплённая светом снаружи. Оскар весь в крови. Запыхавшийся, с бешеными глазами. Я отхожу на шаг назад и начинаю плакать.

– Ну, ты чего, милая…

Он кладёт свои ладони мне на плечи. Целует горячими губами. Это успокаивает.

– Пойдём на пляж, – говорит Оскар. – Хочу смыть с себя кровь этого урода.

Пока мы шли к океану, я никак не могла задать мучающий меня вопрос. Да, и Оскар был слишком уж напряжён.

Наконец, когда он хорошенько искупался и сел рядом со мной на песок, я решаю спросить.

– Что ты сделал с ним?

– Меньшее из того, что он заслуживает, – с досадой произносит Оскар. – Избил его сильно, пока не вмешался мой отец. Он изгнал его из племени. Податься ему некуда, но нас это не должно волновать.

Я внутренне радуюсь, что всё закончилось так. Обнимаю Оскара и целую в плечо.

– Ещё мы определились с преемником. Отец наконец-то признал мой отказ от наследования звания вождя. А вот Нико с удовольствием согласился.

– Что? Нико – будущий вождь? – с интересом переспрашиваю я.

– Да, он ведь, как и Табо является племянником моего отца. Достойный парень. А ещё Нико попросил взять себе в жёны Энайолу. Ему плевать, что Табо сделал с ней. Ну, и оказывается, Энайола ему давно нравилась…

– Я так рада за них! – восклицаю, чуть ли не прослезившись от этой новости.

– Я тоже… Кстати, нам нужно ещё раз зайти в племя. Родители хотят попросить прощения у тебя… – с улыбкой говорит Оскар.

После долгой речи матери Оскара, в которой она даже назвала меня дочерью, мы с Оскаром решаем провести ночь в пустыне. Хотим вытеснить все плохие воспоминания и забрать с собой всё только хорошее. Быстро собираем палатку, немного еды и верблюда Нара, который и доставляет нас в бескрайнее песчаное море.

С закатом солнца мы уже лежим на пледе прямо под открытым небом, покрытым яркими звёздами. Оба голые. Воздух накалён страстью. От поцелуев сразу переходим к главному.

Оскар укладывается на меня сверху, лаская мою грудь языком. Чувствуя его горячую кожу. Выгибаюсь сильнее, не в силах больше ждать. Но внезапно он ложится на спину рядом со мной и, подхватив меня, усаживает сверху.

– Это же у вас только для достойных? – смотрю на него с сомнением. – Ты же всегда был сверху…

Оскар не даёт договорить, прерывая меня поцелуем.

– Ты самая достойная, Яна… Выходи за меня замуж.

Смотрю на него, широко раскрытыми глазами. Он, правда, это сказал?

– Я… – запинаюсь, подбирая слова.

– Давай, ты подумаешь до утра, а то я уже не могу, хочу тебя прямо сейчас… – хрипло говорит Оскар.

Я наклоняюсь к нему, целуя его горячую кожу. Он, тяжело дыша, направляет меня навстречу себе. Вскрикиваю и выгибаюсь. Какие-то новые ощущения. До невозможности приятно.

Полностью теряю контроль и начинаю сама двигаться на нём. Всё быстрее и быстрее. Мне нравится быть сверху. Нравится видеть полные желания глаза Оскара. Его руки свободны, и он ласкает буквально все мои части тела.

Я полностью контролирую процесс. То ускоряюсь, то замедляюсь. Чередую плавные движения и резкие. Вижу, что Оскар готов уже закончить с этим. Терпит мои игры из последних сил, готовый наброситься на меня…

– Ты замучила меня уже, конфетка, – на выдохе говорит он. – Позволь мне уже…

Но я и сама близка к финалу. Ускоряюсь, отдаваясь полностью этой страсти. Наши стоны становятся громче. Оскар принимается двигаться со мной в такт, и я кричу в темноту.

Меня накрывает сильнейшим взрывом, и я вскрикиваю ещё громче. Почти срывая горло…

Я так и продолжаю лежать на нем. Вспоминаю, как он в первый наш раз просил сказать одну фразу…

– Я твоя… – шепчу ему на ухо.

– Я твой, – тут же с улыбкой отвечает Оскар и принимается покрывать поцелуями моё лицо.

Лежим под уже совсем потемневшим небом. Счастливые и умиротворённые. Кажется, по африканским обычаям, мы только, что стали мужем и женой…