Чердис пытался как можно быстрее покинуть место битвы. Маны у него практически не осталось, и он не был уверен, что звуки сражения никого не привлекли. Причём это не обязательно должны быть странные существа, обитающие здесь. Вполне возможно, что и остальные наёмники решат отомстить за своих товарищей, а особенно за лидера.

Конечно, был шанс, что они все уже мертвы, но что, если нет? Проректор никак не ожидал встретить здесь кого-то из студентов. Пусть эти ребята и считались элитой, но никто не учил их выживать в подобных условиях. Поэтому мужчина был уверен, что ученики уже давно погибли. А теперь оказалось, что они могут быть более чем живы.

В этом случае ему точно не получится избежать наказания. Если эти детишки расскажут о том, что он мог причинить вред императорской принцессе или же внуку герцога — дальнейшим его пристанищем станут казематы, которые он покинет лишь во время казни. Да и остальные студенты могли рассказать, что он не обратил внимания на их предостережения, и именно из-за Чердиса все оказались в опасности.

Иллюзий насчёт того, что ректор его попытается защитить, мужчина не строил. Он прекрасно знал характер этого человека. Если нужно было получить выгоду — Хасед Грабреон всегда был рядом. Но если же что-то шло не так, то он просто вычёркивал людей из своей жизни, публично отказываясь от них.

Конечно, ректора тоже могут объявить виновным, но он друг и однокурсник герцога Зероса Мельдии, хорошо знаком с герцогиней Вералией Риггар, а также считается одним из величайших магов империи. За него будет кому вступиться, а вот Чердиса просто уничтожат. Поэтому единственный вариант, который он сейчас рассматривал, помимо поиска выхода из лабиринта, это побег.

Сбежать как можно дальше — лучший вариант в сложившейся ситуации. Может быть, даже отправиться в Баритский каганат. С тем количеством артефактов, что мужчина носил с собой — никаких проблем с деньгами у него не возникнет. Семьи всё равно не было: жена уже давно умерла от болезни, и детей она родить не успела. Так что требовалось сделать так, чтобы никто не мог его казнить.

Уйдя в свои мысли, Чердис даже не заметил, как дорога несколько раз свернула. И после очередного поворота перед лицом проректора появилась большая арка. Впервые за всё время нахождения в этом месте мужчина увидел что-то отличающееся.

Замедлив шаг и выкинув всё лишнее из головы, он вошёл в арку. Но вместо очередной площадки, огороженной живой изгородью, проректор оказался в каком-то белом пространстве. Вокруг не было ничего. Вернее, было лишь одно огромное существо с головой человека, крыльями и телом льва.

Пусть Чердис никогда в жизни и не видел сфинксов, но он сразу понял, что это он. Образ будто сам по себе возник в его голове. Это сложно даже было назвать мифическим существом, скорее что-то ближе к легендарному, пусть такого ранга и не существовало. Этот монстр не только обладал сознанием, но и был ужасающе силён. Никто даже не мог подтвердить, действительно ли это существо не выдумка. Но теперь он видел это чудовище вживую, и предпочёл бы, чтобы оно всё-таки не существовало.

Обернувшись, Чердис понял, что арки не было. Она пропала. Единственный выход исчез и теперь он был один на один с невероятно сильной тварью.

Сфинкс медленно, слегка лениво, поднял голову, лежащую до этого момента на лапах, и посмотрел прямо в глаза проректору.

— Поздравляю с завершением пути. Вы можете выбраться отсюда прямо сейчас, как герой, который покорил лабиринт. А также можете для начала отгадать загадку. Если ответите правильно — то сможете загадать желание, — скучающим тоном проговорило существо. Эти слова прозвучали и в голове мужчины, будто дублируясь. Само же чудовище даже не поднялось на лапы, не придавая значения ни вторженцу, ни разговору.

— Я действительно смогу выбраться отсюда? — с надеждой спросил Чердис, услышав самое главное. Мужчина понял, что это чудище не было очередным монстром, который должен был напасть. Казалось, что он действительно добрался до выхода, хотя ещё пару минут назад проректор был уверен, что это невозможно. Конечно, эта тварь могла просто обманывать, но сейчас Чердис даже не думал в подобном ключе.

— Конечно. Я прямо сейчас могу вытащить вас отсюда. А если отгадаете загадку, то я исполню любое желание. Конечно, если оно не будет нарушать законы.

— Какие законы? — растерялся проректор.

— Этого вам знать не нужно, — покачало огромной головой существо.

— Выходит, я могу попросить стать императором и это сбудется? Или вечную жизнь? Или стать самым богатым в империи, нет, в мире! А ещё лучше стать архимагом. Нет, кем-нибудь ещё более сильным! Могу я это попросить? — начал бормотать Чердис, чуть ли не захлебываясь слюной.

Когда он понял, что всё позади, и его может ждать награда за все злоключения — проректор расслабился, а скрытые желания начали рваться наружу.

— Для начала вам нужно сделать выбор — покинуть лабиринт сразу или же отгадать загадку, — вновь повторил сфинкс. — Если выберете первый вариант, то о желании не может быть и речи.

— Конечно, я выбираю загадку. Что за вопросы такие?

— Также вам нужно решить, для кого будет использовано желание — для вас или же для других людей.

— Для меня! — не думая ответил Чердис.

— Хорошо, а теперь встаньте прямо передо мной, — снисходительно сказало чудовище, указав лапой точное место.

— А для чего это? — растерялся мужчина, но выполнил то, о чём просило существо. Он наконец-то опустил на «пол» рюкзак и саквояж, в котором находились все собранные артефакты. Напряжение всё ещё не до конца ушло, но теперь, когда вокруг не было кучи ловушек и злобных существ, можно было слегка выдохнуть.

— Я отвечу на все ваши вопросы позже. А теперь слушайте загадку, — вновь на два голоса сказал монстр. — Как меня зовут?

Проректор застыл в непонимании. Каким образом он должен был ответить на этот вопрос? Разве были даны хоть какие-то подсказки? Или сфинкс просто издевается и спрашивает то, о чём нельзя узнать? Имя ведь может быть любое. Вряд ли его зовут просто «Сфинкс». Да и в этом белом пространстве не было ничего, что могло хотя бы намекнуть на верный ответ.

— А будут какие-то подсказки? — поинтересовался мужчина.

— Все подсказки вы могли получить в лабиринте. Больше у меня для вас ничего нет, — покачало головой существо.

— Тогда… сколько у меня времени на ответ? — попытался сориентироваться проректор.

— Пока что вы здесь один, поэтому можете не спешить. Но если кто-то ещё доберётся до конца, я вас потороплю.

Чердис сел на пол, который больше походил на белое «ничего». Даже структуру нельзя было понять, будто он сидел на ужасающе прозрачном стекле. А существо вновь положило голову на лапы и закрыло глаза.

Но проректор не мог позволить себе отдыхать. Ему хотелось вытащить из памяти каждый день, который он потратил, пытаясь найти выход. Раз подсказки были внутри, значит есть все шансы ответить. Нельзя покидать это место без желания, ведь если это существо действительно столь могущественно, то оно определённо исполнит всё. А это означало, что проректор не только не получит наказания, но и в один миг станет в десятки, нет, даже в сотни раз влиятельнее. Теперь осталось лишь одно — угадать имя.

* * *

— И каким же образом можно отгадать чьё-то имя? — возмущалась Несса, запрокинув голову куда-то к небу. — Я уже поняла, откуда Эд узнал об этом, но как возможно догадаться, не прочитав какую-то дурацкую книжку? Даже если вернуться в начало лабиринта и увидеть эту надпись, всё равно это на имя не похоже! Чушь, полнейшая чушь!

— Ты чего так раскричалась? — удивился я.

— Да этот лабиринт сводит меня с ума. Ты вообще представляешь, когда последний раз говорили хоть что-то про сфинкса? Да даже драконов видели чаще, чем это существо. Большинство людей не поверят, если сказать им, что эта тварь существует. Или ты думаешь, подобный монстр просто так не входит в список мифических существ? Да его уже давно оттуда вычеркнули, потому что несколько веков никто не встречал нечто подобное. Меня больше смущает, что вы никак на это не реагируете! — фыркнула принцесса.

— Я сплю, — пробормотала Эстер, ещё сильнее обхватив меня за шею.

— Вот и спи. Тебя вообще на спине тащат, удобно устроилась, — продолжала ругаться Несса. — У меня, между прочим, ноги болят, идти тяжело, но я же не ною.

— Она совершенно не в духе, — шепнул мне на ухо Реон, после чего расхохотался и побежал куда-то вперёд.

Этот парень теперь выступал в роли провожатого. Мы выбрали пройти по дороге, по которой не так давно пришли Несса и Ритс. Принцесса рассказала про сражение Чердиса и наёмников. Конечно, логичнее было бы уйти куда-нибудь подальше, но общим голосованием было решено направиться именно туда. Во-первых, нельзя постоянно убегать и прятаться, во-вторых, Несса и Ритс бросили там рюкзак со всем добром, в-третьих, раз в том месте пересекались два прохода и был третий, то с большой долей вероятности нужно было идти именно туда, ну и в-четвёртых, именно в это место вела моя методика — всегда идти налево. А если прямо сейчас её нарушить, то вообще непонятно на что же ориентироваться.

Плохо, конечно, что проректор начал сходить с ума. Да и с Теоденом, судя по словам Нессы, происходило что-то странное. Но вряд ли после сражения они будут в состоянии ещё и на нас напасть. Во всяком случае, хочется надеяться на лучший вариант, но, если что, Реон нас предупредит заранее. Уж не знаю, где он обучался, но парень походил на какого-то ассасина или вроде того.

Ритс шёл, как обычно, в тишине. Удивительно, как он умудрился вырасти настолько необщительным с такой-то сестрой. Хотя Реон и пытался его растормошить. Удивительно, но этот парень оказался единственным, кто постоянно болтал. Я уже даже стал сомневаться, действительно ли он какой-то шпион или охранник.

Подойдя к двум полуразрушенным стенам, мы аккуратно перенесли Эстер через дыры, которые проделал Ритс. Девушка-рыцарь даже не пыталась спорить. Обычно, она бы ругалась и заявляла, что пройдёт всё на своих двоих, но сейчас спокойно висела у меня на спине.

Всё-таки две дыры в ноге, а заодно и в животе, показались для неё весомым поводом довериться другим. Хотя, судя по тому, что эта девчонка обнимала меня всё сильнее, кажется, причина была не только в этом.

Я совершенно выбросил произошедшее из головы, ведь была целая куча других проблем, но ведь не так давно она меня поцеловала. Я, конечно, очень плохо понимаю намёки, но тут сложно было не догадаться. И теперь ситуация стала максимально неловкой. Самый главный вопрос — «что же делать?».

С одной стороны, она уже давно совершеннолетняя девушка, красивая, пусть и покрыта кучей шрамов, да и человек хороший, хоть и слегка помешанный на сражениях. Да и за всё время Эстер ни разу меня не подвела, хотя можно было ожидать чего угодно. Но с другой стороны — какие-то барьеры в голове не дают мне целиком и полностью воспринимать её именно как девушку. В этом мире она старше меня года на полтора, но ментально-то я гораздо старше. Это я ещё не говорю о статусе наших семей. Нельзя же просто прийти и сказать — ну вот мы решили встречаться. Кто же знает, к чему это приведёт. И как поступить-то, блин?

Наверное, лучшим вариантом будет отложить все эти мысли до того момента, как мы выберемся из лабиринта. А я уверен, что это обязательно произойдёт. Тогда можно будет спокойно сесть и всё обсудить. Да и если нормально поговорить с Зеросом, то не думаю, что он будет сильно против. Тисия вон наоборот постоянно меня на этот счёт подкалывала. Может, я слишком загоняюсь и всё вообще пройдёт хорошо…

Так, стоп. Теперь это звучит так, будто нужный вариант уже появился в моей голове. Нужно отвлечься и на что-то переключиться. Но каким образом это сделать, когда эта девчонка прижимается к моей спине и чуть ли не дышит в ухо? Кажется, несмотря на мои мысли, тело подростка уже давно всё для себя решило. Нужно срочно переключиться, пока это не стало очевидно всем вокруг.

— Я уже рассказал, что случилось со мной в этом лабиринте. А как у вас проходили последние два месяца? — обратился я к Нессе, которая до сих пор что-то бурчала себе под нос.

— Да как-как — никак, — вздохнула она. — Я уже на второй день встретила Ритса. Ты ведь знаешь, что я не владею ничем кроме исцеления. Поэтому твой брат меня защищал. Скорее всего, я бы уже давно была мертва. Спасибо, — улыбнулась наконец-то Несса, повернувшись к Ритсу.

— Угу, — коротко ответил мой брат, слегка насупившись. Видимо, похвалы он слегка стеснялся. Но молодец ведь, спас императорскую принцессу. Настоящим мужчиной растёт.

— Кстати, Эдиус, — вдруг задумчиво протянула Несса. — А что мы будем делать, если никогда отсюда не выберемся?

Я аж поперхнулся слюной. Иной раз не знаешь, чего ожидать от этой девчонки. Как что-то выдаст, так хоть падай.

— Мы выберемся, что за негативные мысли? — с трудом покачал я головой, ведь вокруг шеи были руки Эстер.

— Ну вот допустим не сможем. Пройдёт год, два, три, а мы все ещё здесь. Что будем делать?

— Ты к чему-то конкретному ведёшь? — вздохнул я, покосившись на Ритса. Не хотелось бы, что он воспринял это всерьёз и расстроился. Но, кажется, моего брата совершенно не смутил подобный разговор. Или так действительно только кажется?

— Да, — кивнула Несса. — Ты ведь говорил, что здесь есть какая-то деревня. Может, вместо того, чтобы просто бродить, направимся туда и будем жить?

Эта девчонка озвучила то, о чём я и сам иногда задумывался. Просто спокойно жить вне лабиринта и надеяться, что рядом проплывёт корабль. Да и есть большой шанс, что нас всё-таки обнаружит поисковая группа. Если, конечно, сама в этом лабиринте не заблудится.

— Давай пока не будем думать об этом варианте. Кто-то ведь действительно уже нашёл выход. А значит — это возможно. И ответ на вопрос нам уже известен.

— А я бы не отказалась просто спокойно там жить. И никто бы не диктовал мне, что делать… — пробормотала Несса, ускорив шаг.

— Да, — согласилась с ней Эстер. Она явно услышала всё, что сказала принцесса.

Следующие полчаса мы шли в тишине. И чем ближе мы были к повороту, за которым должен был проходить бой, тем медленнее мы двигались.

— Я проверю, — шепнул Реон, — а потом всё расскажу.

Не успел я даже ничего ответить, как парень накинул какой-то плащ и убежал вперёд.

Опускать Эстер на землю я не стал. Если вдруг там действительно была опасность, то придётся тут же отступать. Но не думаю, что спустя столько времени там будет продолжаться бой.

Минут через пять Реон вернулся. Он был слегка растерянным и просто молчал.

— Ну что там? — спросила Несса.

— Проректора нет, а на земле лежат Теоден и Кассия. Вокруг них кровь, но её не слишком много. Я не стал приближаться, поэтому не уверен, живы ли они.

— Пойдём проверим их состояние, — вздохнула принцесса. Я даже удивился тому, что она первая об этом заговорила. Видимо, Несса тоже это поняла, заметив мой взгляд. — Ну я же целитель. Не могу же просто бросить людей. Даже если они и ведут себя как идиоты.

Одновременно кивнув, мы все вместе повернули за угол.

* * *

Время текло очень странно. Казалось бы, прошло совсем немного времени, но Чердис был уверен, что минул уже чуть ли не год.

Мужчина посмотрел на часы, но стрелки не двигались. Он будто оторвался от реальности. Каждая секунда ощущалась несоизмеримо долго. И в какой-то момент до проректора дошло, что он просто слишком быстро перебирал мысли в голове. Состояние было похоже на девиацию маны, когда всё летит с такой скоростью, что начинает казаться, что жизнь вокруг замедлилась. Но здесь же всё было ещё хуже. Было ощущение, что даже между ударами сердца проходили минуты.

Теперь слова сфинкса о том, что он может не спешить, звучали как какая-то насмешка. Чем дольше он находился в этом белом пространстве, тем хуже становилось его состояние.

Он успел уже раз сто вспомнить дни, прожитые в лабиринте, но до сих пор даже предположить не смог, как же звали существо прямо перед ним. В какой-то момент даже настрой угадать это имя — испарился. Ему просто хотелось быстрее покинуть место, которое всё сильнее и сильнее сводило с ума. Даже в лабиринте он ощущал себя гораздо лучше.

— Я хочу уйти, — тихо пробормотал Чердис.

— Для начала ответьте на вопрос, — ответил сфинкс, не поднимая головы.

— Я отвечу, отвечу… Только выпустите!

Сфинкс поднял голову и посмотрел в глаза мужчины. Казалось, молчание длилось несколько минут, но, наконец-то, существо вновь заговорило:

— Так ты готов дать мне свой ответ?

— Готов! — ответил проректор, мысленно смирившись с поражением.

— Что ж, тогда говори, — кивнул сфинкс. — Итак, сейчас прозвучит ответ на вопрос, — вновь будто дважды сказало существо. В этот раз голос в голове звучал даже немного громче.

Чердис в последний раз решил прокрутить в мыслях все произошедшие события. Он понимал, что сфинкс не врал ему насчёт того, что все подсказки были в лабиринте. Просто они были где-то скрыты. И в этом странном месте, помимо ловушек и кучи существ, было кое-что, что сильно выбивалось.

Частенько на земле встречалось оружие и доспехи. Кто и зачем их раскидал внутри, если не сам сфинкс? Вполне возможно, это и была подсказка.

Конечно, вряд ли это существо звали Шлем или же Меч. Да и само оружие, а также броня, были довольно-таки разнообразными. А значит требовалось найти что-то общее, между всем, что лежало на земле.

И единственное подходящее решение, которое Чердис вычленил в своей голове — имя этого существа было Рыцарь. К этому подходили и доспехи, и оружие. Куча монстров — противники для рыцаря, а ловушки — неожиданные преграды. И лабиринт — это часть длинного рыцарского пути. Всё логично складывалось. Да, имя звучало странновато, но и сам монстр не был чем-то обычным.

— Ваше имя — Рыцарь, — заявил Чердис. Его голос в этот раз тоже будто бы дублировался прямо в голове.

— Ты ошибся, — тут же ответил сфинкс. — Хотя твои размышления были довольно интересными, но ответ был дан неверно.

— Значит я не получу награды? — вздохнул проректор. Пусть мужчина и расстроился, но мысленно выдохнул. Можно было хотя бы покинуть это невыносимое белое пространство.

— Нет, награды не будет. Она достанется лишь победителю. А ты проиграл.

Сфинкс лениво поднял свою массивную лапу, прямо над тем местом, где стоял Чердис. И лишь в эту секунду, которая длилась ужасающе долго, мужчина понял, почему это существо попросило его встать именно здесь. Чтобы гигантскому монстру было удобнее раздавить его, даже не двигаясь с места.

Пока огромная лапа опускалась прямо на голову проректора, он успел несколько раз проклясть тот день, когда вообще согласился направиться сюда. Если бы он тогда не рассказал об этом подземелье Хаседу, то никто бы не отправил его в это место.

Почему вообще это подземелье выбрало его, Чердис не знал, но был уверен, что явно не для того, чтобы умереть. Но теперь он видел, что это был самообман.

Когда лапа оказалась практически в волосе от него, он закрыл глаза, но, прежде чем закончить начатое, сфинкс вдруг сказал:

— Если хочешь кого-то винить, то можешь винить меня. Ты лишь сопутствующая жертва, а не избранный. Просто ты лучше всего подходил на роль человека, который доставит «его» сюда.

В это мгновение лапа опустилась на проректора, не давая ему даже окончательно осознать сказанное. Он чувствовал, как медленно ломаются кости, рвутся мышцы, трещит череп, лопаются органы.

Думать хоть о чём-то уже было невозможно, Чердис лишь внутренне молился, чтобы это всё побыстрее закончилось, и он умер. А время всё тянулось и тянулось.