Пока вокруг нарастала паника, а наследник императора корчился в адских муках, я пытался быстро в голове сформировать хоть какое-то понимание ситуации.

Явно в последние пару минут что-то произошло, и поэтому Герхат сейчас находился в таком состоянии. Судя по истошным крикам и тому, как он пытался разорвать на себе рубаху, что-то происходило с желудком. Самый логичный вариант — отравление.

Не успел я окончательно сложить пазл в голове, как периферическим зрением заметил, что Тисия подносит ко рту один из двух бокалов, которые держала в руках. Видимо, действует по выработанной годами привычке, сама того не замечая.

Тут же применив «тело маны», я подскочил к тёте и одним движением, буквально в паре сантиметров от лица, выбил бокал у неё из руки. После чего сделал то же самое и со вторым.

— Возможно что-то в шампанском. Не смейте пить! — завопил я, стараясь перекричать паникующих людей. Альвия и Зерос тут же откинули бокалы в сторону, а Тисия растерянно уставилась на меня. Она, видимо, до сих пор не могла принять то, что чуть не совершила чудовищную ошибку. — Нужно найти слуг, которые разносили бокалы, — сказал ей я, бросившись в сторону стонущего на полу принца.

Я был уверен, что тётя прекрасно поняла, что я имел в виду. Наверняка официанты знали, что происходит, ну или хотя бы могли указать на виновника. И нужно было действовать быстро, пока все эти люди не сбежали.

Пробиться к принцу оказалось не так уж и легко. В зале началась давка, пусть и слегка запоздало. Сначала никто даже не понял, что случилось, но, когда следом за принцем на пол упали ещё несколько человек, паника окончательно накрыла гостей. Рыцари пытались успокоить толпу, но их было слишком мало, а применять силу к аристократам они, видимо, не имели права.

Когда я подбежал к Герхату, рядом с которым уже сидела императрица Резеола и Несса, тот уже порвал рубаху на груди и пытался будто вырвать у себя что-то из желудка. Его рот и всё вокруг него было красным, будто бы обожжённым. Крики стали тише, а глаза были будто стеклянными. Казалось, что либо его организм отказывался бороться, либо сознание угасало.

Взглянув на принцессу, которая вместе с матерью читала какие-то исцеляющие заклинания, я сразу понял, что это не какой-то простой случай отравления. Девочка была жутко напугана и растеряна, видимо, даже забыла, что могла колдовать и без заговоров. Она совершенно не понимала, каким образом вылечить своего старшего брата. Да и я никак помочь не мог. Что я вообще понимаю в ядах? Даже в Земных я вряд ли был бы хоть на несколько процентов экспертом, а уж про яды этого мира вообще молчу.

Присев рядом с лежащим на полу принцем, изо рта которого вместе со слюнями текла ещё и кровь, я попытался хотя бы немного прикинуть, чем пытались всех нас отравить. Яд явно был сильнодействующим, ведь бокалы раздали буквально пару минут назад, а этот парень уже корчился в агонии. Возможно, имело смысл, пока Герхат ещё в сознании, засунуть ему пальцы в рот и вызвать рвоту. Хотя не уверен, что это действительно будет полезно, но уже хоть что-то. При отравлении алкоголем очень даже помогало.

Дотронувшись до растекающейся по полу жидкости, я растер её на пальцах, прежде чем предложить подобный вариант императрице, которая изо всех сил пыталась спасти своего сына. Неожиданно, спустя буквально пару секунд, кончики моих пальцев покраснели. Фаланги стало жечь, будто я окунул их в кипящее масло.

Нет, это не яд. Скорее что-то напоминающее кислоту. Похоже, что парню просто сожгли пищевод, а если сейчас попытаться вызвать рвоту, то можно травмировать и дыхательные пути, а также усилить кровотечение в желудке. Я мог сделать ещё хуже, предложив свою идею. М-да, доктор хренов. А что тогда вообще поможет? Наверняка ведь есть какие-то варианты.

Вода! Вот она наверняка будет к месту. Или ещё лучше — молоко. Хорошо, что у меня в голове откладываются даже такие странные вещи. А ещё больше радует, что на этом балу есть всё что нужно. Главное, чтобы и оно было не отравлено. А там дальше доверимся исцеляющей магии.

Я бросился искать молоко, графин с которым стоял на одном из столов, рядом с кофе. Я тут же плеснул себе на ладонь немного жидкости, но с кожей всё было нормально. Ни красноватого оттенка, ни боли не появилось. Скорее всего отравили исключительно шампанское.

Спустя пару секунд я уже был рядом с Герхатом, лицо которого раздулось ещё сильнее. Губы были красными, будто он стёр их об асфальт. Лимфоузлы воспалены, да и сама шея будто стала шире. Говорить он уже явно не мог, только тихо хрипеть.

Из плюсов — принц перестал барахтаться по полу. Видимо, благодаря исцелению хотя бы боль смогла уйти. Но, судя по всему, из-за того, что кислота всё ещё находилась внутри парня, лечение императрицы было неэффективно. Она лечила то, что спустя несколько секунд вновь возвращалось. Парень буквально проходил через бесконечный цикл: боль — облегчение. Вот и вскрылась проблема целителей — вылечить тело возможно, но убрать раздражитель из организма не так легко. Видимо, поэтому лекари тоже пользуются спросом.

— Пусть выпьет, — протянул я императрице графин с молоком. — Только небольшими глотками.

— Уйди, — прошипела Резеола, даже не повернув в мою сторону головы. — Где придворный целитель? Почему он задерживается? Почему рыцари не могут разогнать от Герхата людей? Где вообще хоть кто-нибудь… — прикусила она губу. По её бледному лицу стекал пот, было понятно, что эта женщина потратила кучу маны за столь короткое время.

Тут же рядом, наконец-то, появились рыцари, которые хотели отгородить меня подальше от императорской семьи. Было ясно, что слушать меня императрица не собиралась.

— Мам, просто делай как говорит Эдиус, — тут же вмешалась Несса, протиснувшись мимо охраны и выхватив у меня графин. Эта девочка даже не дала мне сделать попытку убедить Резеолу, просто протянула императрице молоко, одновременно приподнимая брату голову. В другой ситуации мне было бы приятно подобное доверие, но сейчас мысли были заняты совсем не этим.

Резеола пару секунд смотрела на Нессу, после чего перевела взгляд на Герхата. Парень становился бледнее буквально на глазах. Проскрипев зубами, женщина стала медленно вливать в рот принца молоко. Голову Герхата старалась поддерживать Несса, при этом продолжая читать какие-то заклинания. Видимо, чтобы парень вообще мог самостоятельно хоть что-то проглотить без сильной боли.

Пару минут спустя принца вырвало какой-то бело-красно-зелёной массой, но хуже ему точно не стало. Подождав, когда Герхат немного придёт в себя, Резеола продолжила вливать в рот своего сына молоко. А я же в это время принёс воду и пару платков, чтобы можно было хотя бы вытереть принцу лицо, которое становилось всё более красным из-за попадавшей на него кислоты.

Сложно сказать, насколько оказалась своевременной моя задумка и действительно ли она помогла, но Несса наконец-то улыбнулась, прочитав очередное заклинание. Видимо, повреждения начали постепенно восстанавливаться, всё-таки магия исцеления незаменимая вещь. Достаточно частично нейтрализовать действие кислоты, и результат налицо. Хотя, сложно сказать, действительно ли самое страшное позади. Уж где-где, а здесь я точно не эксперт. Лучше бы поблизости были знающие люди, которые могли бы нормально оценить состояние принца. Где вообще здесь хоть один лекарь или же целитель? Я, конечно, понимаю, что и сама императрица, и её дочь хороши в магии исцеления, но вряд ли они действительно постоянно лечат больных и имеют в этом большой опыт. Одно дело вылечить рану, совсем другое — убрать причину. Этим должны заниматься настоящие профессионалы. А в итоге в зале не было ни одного «доктора».

Я, наконец-то, слегка выдохнул и осмотрелся. На какой-то миг звуки вокруг меня пропали, а фон размылся. Но теперь я понимал, что за ужас происходит в бальном зале. Пол был весь в крови, вокруг лежали человек, наверное, десять, извергая из себя кровавую рвоту или же задыхаясь. Симптомы у всех были одинаковыми.

Моей семьи поблизости я не видел. Видимо, их сразу же увела Тисия или Зерос. Надеюсь, что кого-нибудь из отравителей поймают. Вряд ли это был какой-то одинокий слуга, решивший таким образом за что-нибудь отомстить. Попытка убийства аристократов, в том числе наследного принца, это, конечно, не похоже на действие одного человека.

В толпе я заметил недовольную Вералию, рядом с которой стоял растерянный Игнотус. Ульса и Юриан были в порядке, поэтому можно было не беспокоиться. У стены, в гордом одиночестве, наблюдая за происходящим, стоял Сепелий Мерелит. А в другом конце зала находился герцог Бартиан, с безразличием поглядывая за разворачивающейся сценкой, рядом с ним стоял Карниус. Нила и Варниса я найти не смог, но среди пострадавших их точно не было.

Удивительно, насколько же некоторым людям было плевать на происходящее. Даже не пытались помочь, а просто молча наблюдали. Будто бы это совершенно их не касалось. Наследник императора чуть не умер, а всем в целом было до лампочки. Или они только и ждали подобного исхода?

Целители так и не приходили. Я уже было хотел бежать самостоятельно их искать, как произошло нечто неожиданное. Императрица, вся в крови, вскочила на ноги, после чего побежала к лежащему на полу сыну какого-то барона. Она стала вливать ему в рот молоко и читать заклинания. То же самое, следуя примеру матери, делала и Несса. Принц Герхат остался сидеть на полу, облокотившись на стену, под защитой нескольких рыцарей. Он, кажется, уже вообще ничего не понимал, но и сознание не терял. Просто смотрел в одну точку, периодически откашливая какие-то сгустки странной массы.

Следующий час императрица и принцесса, под возгласы аристократов, помогали вылечить всех, кто пострадал от отравления. Это было так странно, что я на секунду даже подумал, что семья императора любит жителей империи, как собственную семью. Особенно это было удивительно на фоне представителей великих семей, которые занимались своими делами.

Так я думал до момента, пока полностью бледная и обессиленная императрица не закончила лечение последнего человека и не поднялась на ноги.

— Сегодня, в день, когда империя и без того была ослаблена болезнью моего мужа, было совершено дерзкое нападение на императорскую семью. Также пострадали и люди, которые совершенно не имели отношения к императору. Но могу вас заверить, что все виновные будут пойманы и наказаны, а пострадавшим оказана лучшая помощь, которую может предложить империя Эрдения. Я не остановлюсь, пока имя каждого заговорщика не станет известно. Пусть мой драгоценный муж, солнце нашей империи, Тирольс Экронский, в данный момент слаб умом, но я не прекращу заботиться о каждом в нашей империи, как это делал он. Надеюсь на вашу поддержку как в этой сложной ситуации, так и в дальнейшем. Кто бы ни был враг — подобные нападения не заставят никого склониться, ведь Эрдения всегда сама диктует условия.

В полной тишине вдруг раздались хлопки. Это была герцогиня Вералия, которая с улыбкой на лице смотрела на императрицу Резеолу. Пару секунд спустя эти хлопки подхватили и все остальные. Зал буквально утонул в овациях. Картина была ясна: вся в крови и без сил, императрица бросилась спасать каждого пострадавшего самостоятельно, даже отложив в сторону своего старшего сына. Удивительно выверенный политический жест. Никто даже не обратил внимание на слова о том, что император «впал в беспамятство», сейчас всё внимание было приковано лишь к «героине-императрице».

Может быть, она сама и попросила убрать подальше целителей, чтобы самостоятельно вылечить всех пострадавших? Да нет, быть не может. Её сын ведь мог умереть, это уже слишком. Тогда можно пойти и дальше, предположив, что она сама его и отравила, чтобы подобным образом тихо взять власть в свои руки под ликование толпы. Но, судя по всему, это не так. Либо она потрясающая актриса.

Скорее всего, эта дама довольно расчётливо воспользовалась ситуацией. Минуту назад убивалась над «умирающим» сыном, а теперь одаривает своим вниманием толпу, оставив принца в одиночестве.

Пока я пытался понять, где же моя семья, мой взгляд вновь упал на Бартиана. Он не стал дожидаться окончания возникшей ситуации, а просто направился к выходу. Его лицо было всё таким же отчуждённым, зато вот Карниус был будто напуган. Ну, видеть этих людей поблизости совсем не было желания, поэтому, надеюсь, что они куда-нибудь уедут. Но хотелось бы перед этим найти Нила.

* * *

Зерос первым делом ворвался на кухню. Логично было предположить, что именно здесь и отравили шампанское.

Альвию с близнецами он выслал куда подальше, чтобы не мешались под ногами. А Тисию послал ко входу в императорский дворец. За Эдиусом же герцог следить не стал. Этот мальчишка сразу же догадался, что происходит, а это лишнее подтверждение того, что голова у него на плечах есть. Так что его внук сам разберётся, чем ему заняться.

На кухне не было ни души. Вернее, ни одной живой души. Все повара, слуги, рабы — были убиты. Причём сделано всё это было быстро и крайне аккуратно. Ни крови, ни следов магии герцог не обнаружил. Следом за ним на кухню ворвался и генерал Пельтир Тордениус. В парадном мундире, в котором он и женился, мужчина расхаживал среди трупов.

— Вот как гвардия императора следит за безопасностью? — цокнул языком Зерос. — Как можно проглядеть что-то подобное на собственной свадьбе?

— Если на то будет воля императрицы, то я хоть сейчас готов сложить полномочия, — отчеканил Пельтир.

— Каким образом что-то столь масштабное могло произойти? — спросил Зерос, не обращая внимания на слова генерала.

— Не знаю, — покачал он головой. — Но убью каждого причастного, либо умру.

— Толку-то будет от твоей смерти? — вздохнул герцог. — Целители пришли?

— Нет, — покачал головой Пельтир. — Хотел после столовой проверить их.

Кивнув в ответ на слова собеседника, Зерос покинул столовую, дав указание рыцарям присматривать за этим местом. Пельтир направился вверх по лестнице, указывая герцогу путь.

Добравшись до комнаты, в которой должен был проживать главный целитель императора, Четлер, они, не думая, отворили дверь. На кресле сидел старик с перерезанным горлом, а на соседнем диване лежали два его убитых ученика.

— Император цел? — тут же спросил Зерос.

— Его охраняли мои лучшие люди, — ответил генерал. — Я сразу же проверил его безопасность, после того, как принц был отравлен. Императрица без промедлений направила меня к нему.

— Да, Резеола даже в такие моменты умеет думать головой, — хмыкнул герцог. — Кто под подозрением?

— Все, — тут же сказал Пельтир. — Даже вы.

— Вот как… Значит в ближайшее время территорию дворца покинуть не получится?

— Извините за неудобства, — кивнул Пельтир. — Никто не выйдет за забор, пока виновные не будут пойманы.

— Что ж. Тогда пора вернуться к семье. Надеюсь, что наследный принц не направился в объятия Семерых, — хмыкнул Зерос.

— Мне кажется, или вы не искренни в своих словах? — нахмурился генерал.

— Вам не кажется. Я бы предпочёл, чтобы на трон сел кто-нибудь другой. Например, будущий муж Нессы. Уверен, Резеола сможет подобрать ей достойную партию. Я бы мог предложить и вашу кандидатуру, но вы ведь совсем не стремитесь взять власть в свои руки, не так ли?

— Зато я стремлюсь сохранить её в руках моих господ, — тут же ответил Пельтир, указав Зеросу на лестницу.

Герцог, закончив разговор, спустился на первый этаж, где творилось что-то странное.

Окровавленная бледная императрица с растрёпанными волосами раздавала команды, да и сама осматривала пострадавших, которых уже переместили на кресла.

Вокруг постоянно слышались перешептывания: «она спасла моего сына», «я бы хоть сейчас умер за нашу императрицу», «нельзя позволить навредить нашей великой императрице», «госпожа нас так сильно любит», «ей плевать на классовое неравенство, она готова сама спасать даже барона».

Герцог на несколько секунд даже растерялся. Его не было пару десятков минут, а тут случилось что-то странное. Мало того, что сын императрицы был жив, пусть и выглядел крайне плохо. Так ещё и все аристократы в едином порыве решили вдруг признаться в любви к Резеоле. Хотя Зерос был уверен, что после объявления того, что вместо императора Тирольса Экронского бразды правления возьмёт в свои руки императрица, случится некий конфликт. Будет множество несогласных, а также тех, кто попытается воспользоваться ситуацией. А на деле эта женщина вдруг стала человеком, который готов отдать жизнь за империю. Хотя Зерос был уверен, что именно она и довела, каким-то образом, императора до подобного состояния.

— Интересное зрелище, не так ли? — спросила Вералия, подойдя ближе.

— И не говори, — кивнул герцог. — Она своего добилась, пока что.

— Не веришь в нашу «героиню»? — рассмеялась герцогиня.

— Не верю, что люди способны долго помнить хорошее. Пройдёт время, и мнение поменяется. Не будет же она каждый раз прыгать в огонь, чтобы выглядеть в глазах окружающих — настоящим властителем.

— Да, память скоротечна. Лишь плохое не получается выкинуть из головы, — хмыкнула дама. — Нашли виновника?

— Нет, — покачал головой Зерос. — Но ни один мелкий аристократ не смог бы подобное провернуть. Либо за этим стоит один из наших соседей, либо кто-то очень влиятельный внутри империи.

— Либо, — тихо добавила Вералия, — и то, и другое.

— Пора ловить крысу за хвост. Надеюсь, ты тоже в этом заинтересована?

— Конечно, — кивнула герцогиня, прикрыв рот рукой. — Но я очень рассчитываю на благодарность за совместную работу.

— Не забывай, ты все ещё мне должна. Мою просьбу ты ведь всё ещё не выполнила.

— Ты имеешь в виду, что я должна поддержать твои амбиции и помочь выдать младшую дочь императрицы за Эдиуса? Я же сказала, что не буду против этого. И даже прилюдно поддержу. Но ты правда думаешь, что, после такого триумфа, Резеоле потребуется поддержка твоей семьи?

— Время идёт, всё меняет. Может не сегодня, но я определённо найду точку, на которую можно надавить.

— А что делать с Герхатом? — ещё тише спросила герцогиня.

— Пока не знаю, но если он сам не откажется от трона, то придётся каким-то образом заставить этого слюнтяя убраться подальше. Жаль, что сегодня заговорщики не преуспели. Это было бы всем на руку.

— Кстати, — улыбнулась Вералия, — не без помощи твоего внука. Эдиус помог Резеоле вылечить принца и остальных. Представляешь, заставил императрицу поить своего сына молоком.

— Зря я его оставил в зале… — проскрипел зубами Зерос, но быстро понял, что и из этого можно получить пользу. — А где он, кстати?

— Только что был тут, — огляделась по сторонам Вералия. — Странно, и куда он пропал? Опять что-то придумал, наверное. Умеет всё-таки твой внук удивить.

— Действительно, умеет, — согласился герцог.

— Прямо как ты когда-то, — добавила герцогиня, взяв Зероса под руку. Герцог недовольно цокнул языком, но руку не убрал. Сейчас его голова была занята куда более важными мыслями, чем попытки отвадить эту доставучую дамочку.