Яниса жутко завидовала Эдиусу, который постоянно в чём-то принимал участие. С её точки зрения, этот парень пользовался тем, что являлся внуком герцога и возможным наследником. А она была лишь дочерью обедневшего графа, который не мог гордо поднять голову даже в присутствии виконта.

Конечно, в прошлый раз ей уступили место для участия в «ловле куалида», но в итоге-то всё чуть не закончилось её смертью. А то, что перед смертью с ней сделали бы те культисты, даже представлять было страшно. Если бы не тот человек в маске, возможно, сейчас бы её тело доедали черви, и это в лучшем случае.

Да, тот мужчина, а это было несложно понять по его фигуре, явно спас её жизнь. Но прошло уже полгода, а узнать хоть толику информации о том таинственном человеке не получилось. Она даже потратила свои скудные сбережения, обратившись к сыщику — но тот лишь развёл руками. Да и про изображение рогатой совы на одежде или же похождениях белой маски не слышал никто.

Яниса уже даже стала считать, что это её личный рыцарь, который постоянно присматривает за ней, но не может показать себя в силу обстоятельств. Возможно, его лицо изуродовано, но он всё равно продолжает испытывать любовь, пусть и боится, что девушка не примет его. Это звучало настолько романтично, что Яниса даже стала надеяться на что-то подобное. И плевать ей было на внешность, ведь если этот человек был готов приглядывать за ней, не требуя ничего взамен, значит это было искренним проявлением любви. Но сколько бы она ни писала писем, оставляя то на своей парте, то где-то в парке, то рядом с кроватью — никто не откликался. Письма так и оставались лежать на тех же местах, и было видно, что никто не вскрывал конверты. Хотя она просто написала, что хочет встретиться с таинственным поклонником лицом к лицу.

Сначала она боялась, что её спаситель мог пострадать во время боя с культистами, поэтому ему нужно время, чтобы восстановиться. Но с каждой неделей девушку посещали всё более грустные мысли. В какой-то момент ей даже стало казаться, что встреча с тем человеком была обычным совпадением. Хотя признаться себе в этом было слишком сложно.

Помимо зависти к Эдиусу, который стал вдруг элитным студентом и отправился на «магинум», а также бесконечных мыслях о человеке в маске, староста третьего курса всё больше приходила в расстройство из-за выбора специальности.

Сначала Яниса была уверена, что нужно лишь немного времени и усердия, чтобы стать лучшей, но на деле она была хороша лишь когда дело касалось теории. Конечно, в ней открылся неожиданный талант к магии иллюзий, но что это вообще за направление такое? Чем вообще в дальнейшем может заниматься человек, который владеет только иллюзиями?

Шпионом или же мошенником ей становиться явно не хотелось, да и мало кто доверился бы в этом случае девушке. Но если она сейчас не найдёт хоть что-то, что поможет ей в дальнейшем не стать разменной монетой, выйдя замуж за какого-нибудь более-менее влиятельного графа, то смысла в её старательной учёбе нет совершенно. Можно хоть сейчас уйти из академии и отправиться на смотрины. И пока кто-то становится элитой и путешествует по империи, она будет шить, параллельно приглядывая за плачущими детишками. Вроде бы в этом и нет ничего плохого, все так живут, но ей было гораздо интереснее учиться. Лишь в учёбе она могла достигнуть многого, преподаватели теории постоянно её хвалили, а также ставили в пример другим.

Яниса уже десяток раз пожалела, что согласилась идти на эту специальность. Были даже мысли, что Эдиус специально заманил её сюда, чтобы избавиться от способного студента. Лучшим вариантом было бы остановиться на алхимии или травологии, там не требовалось особых магических способностей, а значит она была бы на шаг впереди всех. Но как можно было отказаться, когда специальность безранговой магии была чем-то новым, выделяющимся на фоне остальных. И теперь она расплачивалась за свою ошибку.

Хуже всего было то, что окружающие её студенты сами по себе раздражали. У Эдиуса всё получалось чуть ли не с первого раза, хотя было даже незаметно, что он прикладывал к этому много сил. Алерия тоже была довольно-таки хороша, но разговаривать с ней было невозможно. Девчонка постоянно извинялась, утверждала, что она абсолютно нормальная, нервничала и озиралась по сторонам. А её брат Хальт общался будто на каком-то своём выдуманном языке. И вроде бы все слова были понятны, но смысл где-то терялся. А больше всего раздражал Реон. Он мало того, что разговаривал сам с собой, совершенно не учился и без остановок смеялся, так ещё и эти вечные подколы терпеть было невыносимо. Остальные студенты хоть какие-то результаты показывали, а он совершенно не обращал внимания на учёбу, на посещаемость, никогда не записывал лекции. А ведь жаловаться на него будут именно старосте, которой она и являлась. Но что хуже всего — даже с таким отношением к учёбе, он каким-то немыслимым образом перешёл на третий курс.

И даже сейчас, все сидели на очередной лекции, но Реон отсутствовал. Он вообще отсутствовал уже практически месяц. Прошла буквально неделя с начала семестра, как этот парень вдруг заболел. И с тех пор ни разу не появлялся в академии. Яниса даже разок ходила к нему, но тот либо не открыл дверь, либо его вообще не было в комнате. И почему-то староста была уверена, что ему опять это каким-то чудом сойдёт с рук. Вновь этот парень как-то вывернется и сдаст экзамены.

«Ну ничего. Пусть вернётся, я ему такое устрою! Ни один воображаемый друг его не спасёт!» — с довольной ухмылкой подумала девчонка.

* * *

Ятлис последние дни находился в прекрасном настроении. Пусть нападение на студентов академии Тессон и провалилось, но произошли события, которые смогли перевесить столь неприятные потери.

Помимо того, что удалось узнать местонахождение Латса, появились ещё и первые положительные результаты экспериментов. Прошло больше двадцати лет, и впервые тёмные маги достигли успеха. Пусть количество подопытных и сократилось всего лишь до одного, но это не меняло того, что они были на правильном пути.

Последние дни даже ужасающий шрам на левом глазу перестал болеть, хотя раньше ныл практически не прекращая. Мысли о злобной фиолетоволосой рогатой суке отошли на второй план, уступив место чему-то гораздо более важному.

— Получилось! Она до сих пор жива! — прокричал Бильсет, забежав в «кабинет» лидера культа.

— Слава Серкасу! — аж хлопнул по столу Ятлис. — Где она, покажи⁈

Мужчина поднялся со стула и последовал за своим заместителем. День, который и без того отлично начался, теперь стал ещё лучше.

Пройдя через несколько запутанных коридоров, оба культиста вышли на большое пространство, в центре которого стоял каменный алтарь, на котором лежала девочка.

Вокруг неё столпились с десяток человек, что-то активно обсуждая.

— Разошлись! — скомандовал Ятлис и культисты тут же разбежались в разные стороны. Возле алтаря осталась лишь Бельта.

— Слава лидеру, — поклонилась девушка, склонив голову. — Я счастлива…

— Рассказывай, — тут же оборвал её мужчина. — Быстрее.

Девушка кивнула, обойдя алтарь с другой стороны и слегка приподняв с него измученную девочку лет пяти. Её длинные чёрные волосы размашисто разлетелись по всему алтарю, изо рта шла пена, вперемешку с кровью, а глаза, под которыми были тёмные круги, абсолютно ничего не выражали. Девочка была настолько худой, что больше походила на труп.

— Беалье успешно прошла все испытания. Эликсиры больше не вызывают отторжения, а разум до сих пор не уничтожен. Я уверена, она сможет выдержать и само слияние.

— Отлично, — кивнул Ятлис. — Жаль, конечно, что с этим справилась девчонка. Пацан был бы куда лучшим вариантом.

— Понимаю ваши опасения, — кивнула Бельта. — Но она оказалась выносливее всех остальных.

— Она не сдохнет до начала? — обратил внимание лидер культа на состояние Беалье, которая чуть не упала на каменный пол катакомб.

— Мы с Неолой присматриваем за девочкой. Далеко не каждый взрослый выдержал бы столько, она определённо хочет жить. Выдержит, я уверена.

— Что ж, ладно. Продолжайте, — кивнул Ятлис довольной девушке и направился обратно в свой «кабинет». Бильсет пошёл следом за ним.

Вернувшись на своё привычное место, лидер культа вновь сел на стул и закинул ноги на стол.

— Когда вернётся наша пятёрка? — спросил Ятлис.

— Ожидаем, что они будут здесь в течение года, — тут же отчитался заместитель.

— Долго… — вздохнул мужчина. — Есть какие-то результаты?

— У Цеозеса почти получилось достать тело Агеоса Уилшиба, но времени не хватило. Дельса чуть не погибла, пробравшись в склеп семьи Мерелит. А что самое плохое, ни Килана, ни его детей не оказалось внутри. А Бланк потерял руку… Судя по всему он пытался достать тело Лирса. Но сами понимаете, оно под защитой церкви Семерых. Не знаю, почему этот парень вдруг на это решился. Хорошо, что вообще смог уйти живым.

— Чтоб их Серкас всех поимел, — цокнул языком Ятлис. — Ну ладно, отложим новые эксперименты. Для начала нужно спланировать нападение. И чтобы в этот раз без промашек. Я лично его возглавлю. Скоро на континенте не останется людей, которые будут говорить о культе без страха.

* * *

Сражение продолжалось. Варвары всё наступали, хотя было ясно, что их численность неуклонно снижалась.

Герцог Сепелий Мерелит носился по полю боя, не давая противнику и шанса перегруппироваться или же отступить. Он был уверен, что уничтожить каждого нападавшего нужно было именно в данный момент. За последние три часа он убил уже чуть ли не сотню противников, но во взглядах выживших не было и намёка на страх. Наоборот, они всё больше злились и атаковали, собрав все последние силы.

Поле боя превратилось в некое месиво. Количество трупов явно превышало тысячу, но сражение никак не хотело подходить к концу. Ни один варвар даже не думал о сдаче в плен, они были готовы умереть, но забрать с собой хотя бы парочку рыцарей. В итоге, несмотря на явное преимущество, бояться за свою жизнь начали именно воины севера.

— Хватит стоять как истуканы! — завопил Сепелий. — В атаку!

Он первым ринулся вперёд, прорубаясь сквозь врагов. От усталости уже было трудно держать меч, пот заливал глаза, а десяток неглубоких порезов заставляли медленно терять силы, но отступать герцог был не намерен. Если сейчас отойти и потерять этот портовый город, то это в дальнейшем позволит варварам без препятствий перебросить сюда и остальную армию. А допустить этого было никак нельзя.

Следом за герцогом бежал его старший сын — Беодер. Он всегда прикрывал отца, стараясь оправдывать его надежды. И ему это более чем удавалось.

Второй же сын тоже находился где-то в гуще сражения, но где именно Сепелий не знал. Он даже не был уверен, жив ли всё ещё Леонир. Да и сейчас его это волновало меньше всего. Главной целью было отразить нападение.

Отрубив голову очередному варвару, вооружённому крайне качественным мечом, герцог покачал головой. Найти подобную сталь и мастеров точно было невозможно на тех островах. Им явно кто-то помогал, но пока что выяснить этого не удавалось. А с тех пор, как эти варвары перестали заниматься небольшими набегами и стали атаковать с целью не только ограбить, но и захватить территорию — стало совсем не до размышлений о том, кто же стоит за всем этим. Сначала требовалось разобраться с вторжением, а потом уже думать об остальном.

Мощный удар топора выбил герцога из раздумий. Он заблокировал атаку, которая, неожиданно, откинула его на пару метров назад. Перед Сепелием появился по-настоящему огромный противник. Мужчина ростом более двух метров, был вооружён огромным двуручным топором, которым размахивал так, будто тот ничего не весил.

Герцог сразу понял, что это не был обычный варвар. Если судить по его силе и навыкам, он был ранге на четвёртом, а то и приближался к пятому. Всякое раньше случалось, но таких монстров Сепелий среди варваров ещё не видел.

Перехватив меч поудобнее, герцог принял защитную стойку. Ожидать от варвара защиты было бы глупо, он явно бросится в атаку. А выиграть у подобного человека в обмене ударами было бы крайне сложно. Ему плевать на раны, а Сепелию будет достаточно парочки попаданий, чтобы броня разрушилась, а заодно пострадали и внутренние органы.

Варвар действительно не подвёл. Он зарычал и ринулся в бой, будто и правда был диким зверем. Герцог увернулся от довольно прямолинейной атаки и, слегка сместившись в бок, попытался отрубить левую руку противника. Но меч, который до этого без проблем мог чуть ли не разрубить человека надвое, лишь вошёл в огромную руку на пару сантиметров и остановился. Даже более того, он будто застрял.

Варвар сразу же перехватил огромный топор одной правой рукой и попытался рассечь герцога вдоль туловища. Сепелий тут же отпустил меч и отпрыгнул назад. Топор пролетел совсем рядом с его головой и ударился о землю, разметав её по округе. Казалось, будто ударили огромным молотом.

За пару шагов герцог оказался возле убитого рыцаря, рядом с которым лежал меч, и схватил новое оружие. Конечно, к своему мечу он привык и был с ним чуть ли не одним целым, но и с любым другим он управлялся отлично.

Варвар одним движением вырвал меч из своей руки прямо за лезвие, и, ухмыльнувшись, метнул оружие в сторону герцога. Сепелий уклонился, но варвар уже был в двух шагах от него. Он побежал сразу же следом за своим броском, надеясь сбить рыцаря с толку.

Сильный удар обрушился на герцога. Он с большим трудом парировал его, прекрасно понимая, что попытка блокировать что-то подобное, может обернуться катастрофой. В момент, когда топор пролетел практически в волосе от его плеча, герцог развернулся на одной ноге, и, опустив меч, вогнал его под колено варвару. Но вместо того, чтобы потерять равновесие, противник перехватил топор и размашистым ударом махнул им в сторону Сепелия.

Парировать подобную атаку уже не получалось, поэтому герцог попытался отпрыгнуть в сторону, надеясь за счёт прыжка немного разорвать расстояние и снизить силу удара. Но в момент, когда топор коснулся меча, мужчину буквально отбросило в сторону, а сам меч треснул.

Направив ману в ноги, Сепелий тут же восстановил равновесие и схватил с земли очередное оружие, избавившись от пришедшего в негодность. Удар ощутимо отдавал в руки, они потеряли чувствительность, но меч всё равно привычно лежал в ладонях.

— Всё бегаешь, — хмыкнул варвар, закинув топор на плечо. — Твои «укусы» лишь раздражают.

— Думаешь, что я собираюсь разговаривать с немытым животным?

— Дерзкое ничтожество, — рассмеялся амбал, направившись в сторону герцога. — Я наглядно покажу, где твоё место.

В момент, когда между противниками оставалось меньше десятка шагов, где-то вдруг начал трубить рог. Сильный гул накрыл всё поле боя. Варвар цокнул языком, посмотрев в глаза герцога.

— Придётся перенести наш бой.

— Думаешь, что я позволю тебе уйти? — фыркнул Сепелий, не сводя взгляда с противника.

— А кто тебя будет спрашивать? — улыбнулся тот, и в этот момент на город начали падать горящие камни.

Земля задрожала, превращаясь в какую-то трясину. Она будто бы отрезала рыцарей, не давая возможности нормально преследовать противника.

Выжившие варвары тут же начали отступать к океану. Несколько десятков длинных и широких лодок появились на горизонте, и с каждым мгновением приближались к суше. Герцог хотел броситься в погоню, но прекрасно видел, что десятки деревянных домов начинали гореть, после неожиданного магического вмешательства, поэтому приоритетом стало спасение людей. Многие жители покинули свои жилища, и теперь пытались потушить пожар. Да и грязевое болото не позволяло быстро разобраться с врагом.

— Рыцари, помогите тушить пожар! — закричал Сепелий, глядя на пару сотен варваров, которые один за одним запрыгивали в лодки. Лысый амбал продолжал смотреть прямо на него, а улыбка не сходила с самоуверенного лица. Этот огромный мужчина закинул топор на плечо и помахал свободной рукой рыцарям, будто на прощание.

— Что дальше, отец. Неужели, мы не будем их преследовать? — спросил Беодер, подойдя к герцогу.

— Каким образом? — вздохнул мужчина. — Всё вокруг превратилось в болото, даже добраться до берега будет затруднительно. Да и чем дальше в океане будет сражение, тем больше у этих ублюдков будет преимущество. Никогда бы не подумал, что среди этих животных окажутся маги… Такого раньше не было. Да и маги явно не слабаки. Либо их много, либо они где-то нашли людей минимум с четырьмя крыльями.

— Всё настолько плохо? — уточнил Беодер.

— Разберёмся… Где твой брат?

— Он сильно ранен. Сейчас ему помогают целители, — тут же отчитался старший сын.

— Сплошное разочарование, — вздохнул Сепелий. — Обращаться за помощью к императорской семье я не собираюсь. Императрица уже намекнула, что это в первую очередь наша проблема. Если сейчас я побегу в столицу, то императорская семья обязательно использует это, чтобы потом надавить на нас. Да и мы сами справимся. Нужно лишь увеличить количество рыцарей и тогда будет плевать, хорошее ли оружие у этих ублюдков и много ли у них магов. Мы их просто сметём. И заодно потребуется больше лучников и арбалетчиков.

— Но разве можно так быстро воспитать ещё рыцарей? — удивился Беодер.

— Мы просто попросим помочь наших союзников. Хватит твоей сестре прохлаждаться, достаточно этих игр и академий. Пора принести хоть какую-то реальную пользу. Раз уж рыцаря из неё не вышло, то пусть хоть станет нормальной женщиной. Как эта девчонка вернётся — пусть зайдёт на разговор. А пока я попробую утрясти все формальности.