Глава тридцатая.

Последний штурм

Пятьдесят три. Считая меня. Ровно столько я смог взять с собой. На большее коней не хватило. Так, чтобы по паре на всадника. Потому что гнать я собирался что было сил, а лошади не люди, не двужильные.

Сказанное Ставом вселяло надежду. Однако я понимал: какой бы крутой не была крепость, а десятикратное превосходство — это очень много. Защитники не могут стоять на стенах круглые сутки. Им нужно спать, есть, просто отдыхать, в конце концов.

Став сбежал, когда латгалы штурмовали мое подворье. Забрал близких и сбежал из города через открытые ворота, которые никто не охранял. Городские ратники попрятались. На стенах они еще могли бы побороться, но не в открытом бою. Но воевода видел: у моей крепости идет бой. Видел и слышал. Моих не застали врасплох и первый штурм они точно отобьют. Даже, если врагов очень много.

После будет труднее. Защитников едва четыре десятка наберется, причем больше половины — новики. Эти гибнут первыми. Хорошо, если после первого штурма останется половина. То есть всего три десятка. Разделим тридцать на три смены и получим десяток. Вдесятером триста с лишним метров периметра не защитишь. Особенно если подготовившиеся к штурму враги гуртом навалятся. Значит при штурмах на стене будут все. И так день за днем. Став сказал: у латгальского вожака сильные воины. Как те, которых мы побили зимой у Елдеты. Такие умеют брать крепости. Если им будут противостоять бойцы, которые не спали двое суток, им стену не удержать.

Нет, я в своих верил. Пару суток они должны и в форсированном режиме выстоять.

Пару суток, не больше. Осталось меньше половины.

* * *

Талиса грела мысль, что этот город теперь — его. Весь. Все здесь его. Даже большой корабль, который стоит в сарае на берегу реки. И все немыслимые богатства, которые награбил норман — тоже будут его. С ними он наберет новое войско, много сильнее нынешнего. И плевать ему тогда и на месть варягов! И на мирных вождей плевать! Талис объединит все латгальские племена. Станет великим князем, покорит эстов, ливов, всех! Оттеснит кривичей, заберет словенский Полоцк, на равных сойдется с русами Рюрика или договорится с ним тоже на равных. Великий князь с великим князем. Да, так и будет.

Но за это будущее еще придется сражаться. Талис допускал: у росомахи могут оказаться умные советники, которые уговорят ее не открывать ворота. Это значит, что потребуется новый штурм. Талис не собирался попусту терять людей. У него и так осталось меньше трех сотен. Брать крепости Талису приходилось. Он знал, как подвести к стенам насыпь, сделать таран или построить башни выше здешних, не таких уж высоких стен. Дерева в городе хватало. Скота тоже. Сырые воловьи шкуры и от стрел прикроют и от огня защитят. Но это так, предосторожность. В то, что защитники рискнут пустить в дело горящую смолу, о которой проболталась бешеная баба, Талис не верил. Если полыхнет город, они сгорят вместе с ним.

* * *

Я гнал, не жалея коней, и к полудню мы выбрались на дорогу вдоль Великой.

Дорога не ахти, но всяко лучше лесных троп. Мельком подумалось: надо дорожной сетью вплотную заняться. Рим ведь держался не только на легионах, но и на качественных дорогах, позволявших легионам передислоцироваться. Ах, какие у них были дороги! До сих пор держатся. Там, где не разобрали.

Я менял Вороного на заводную и обратно каждый час. Шли на рысях, не останавливаясь. К сожалению, приходилось равняться по последним. У кого-то лошади похуже, а кто-то весит на четверть больше, чем я.

Была мысль: оторваться с десятком самых проворных, но я удержался. Надо сразу вломить ворогам так, чтобы не встали. С десятком не выйдет.

Когда вдали, над вершинами деревьев, показалась моя дозорная башня, я почувствовал, что немного отпустило. Над ней все еще реял флаг с волчьей головой.

* * *

— Вечер! — закричали с площади. — Открывай ворота!

Кричал не Талис. Заря запомнила его голос.

— Рано! — крикнула она в ответ. — Солнце еще не село!

— Когда оно сядет, твой дом станет моим!

А вот это уже Талис.

— Добром или силой! Выбирай сейчас!

— Дай мне еще подумать! — крикнула Заря, повернулась к Гуннару. — Мы готовы?

— Нет, — покачал головой тот. — Но лучше не будет. Может и хорошо, если они нападут засветло. Стрелкам проще.

— Как думаешь, на что они надеются? — спросила Заря. — Я даже лестниц не вижу.

— А я вижу, госпожа, — напряженно проговорил Гагара. — Туда глянь.

Заря повернула голову, шлем ограничивал боковой обзор, и посмотрела. И увидела.

* * *

Солнце клонилось к верхушкам деревьев, когда мы достигли посада. Первый брошенный взгляд — на корабельный сарай. Тот выглядел нетронутым. Хочется верить, что Любимчик — внутри и в целости.

На пристани было пусто. В посаде тоже. На городских стенах — никого. Наш враг оказался недостаточно предусмотрителен. Или слишком самонадеян. Может и хорошо. Если их действительно столько, сколько сказал Став, то нашей полусотней их не напугать.

А вот ворота закрыть могут.

Если еще не закрыли.

Со мной поравнялся Стег.

— Посмотри туда, княже, — сказал он.

На берегу Великой, у самой воды громоздились коровьи туши. Несколько десятков ободранных коровьих туш. Даже со ста метров можно было разглядеть мириады кружившихся над ними мух. Черные облака мух. И сами туши были усижены так густо, что местами казались черными.

«Столько брошенного мяса, — не понял я. — Зачем?»

А потом понял.

Башни. Вот что увидела Заря. Довольно неказистые, но достаточно высокие, чтобы настилы для стрелков оказались выше стен. Крыша и вся передняя часть их была розовато-серого цвета. Латгалы покрыли дерево сырыми шкурами. Небось еще и вымочили их предварительно. Такие быстро не поджечь, даже облив маслом.

Башни выползли с боков, с улиц, выходящих на площадь. Огромные колеса из толстых деревянных спилов были неуклюжи. Но для ровной поверхности рыночной площади годились.

«Катапульта», — подумала Заря. — Но тут же отбросила мысль. Передние щиты на башне даже с виду толстенные. Еще и кожа.

Она представила, что будет дальше. Башни пододвинут к стене вплотную. Потом сверху, прямо на забороло станут прыгать латгалы. А другие латгалы будут стрелять. И тоже сверху.

Решение пришло мгновенно.

… Ворог вошел в ворота Плескова. Открытые ворота. Их никто не охранял. Горожане, надо полагать, разбежались. Те, кто успел. А враги были заняты. Штурмовали мою резиденцию. Я увидел две деревянные башни. А еще я увидел, как прямо сейчас с дозорной вышки сбрасывают мое знамя…

— Гагара, убирай всех со стены, — распорядилась Заря. — По четыре бойца в передние угловые башни! — приказала она. — Два стрелка, два хускарла. Во все четыре. Ангвлад, ты в правую переднюю башню! Комар — ты в левую. Напарников себе подберете сами! Стрелять начинаете, когда они на стены полезут и то не сразу. Пусть накопятся. Гуннар, остальных — в дом. Быстро!

Терем тоже неплох для обороны. Он так и задумывался. Последний оплот. Плохо, что деревянный, и глиной с золой не обмазан. Поджечь легко. Но вряд ли Талис станет сжигать будущую добычу.

— Посмотрела? — закричали снизу. — Поняла? Живо открывай ворота, не то всех убьем!

Опять не Талис.

— Погодите! — закричала Заря. — Мы сейчас выйдем, только вещи соберем!

— Давай живей! — Вот это уже Талис.

Башни остановились.

Заря оглянулась на двор. Гагара все понял правильно. В терем тащили мешки с зерном, челядь бегала к колодцу и обратно, наполняя водой затянутые внутрь бочки. Дрова тоже несли. Живность, к сожалению, придется оставить. Кроме кур. Копчености всякие и так внутри. Должно хватить. И на воев, и на их семьи, и на челядь. Многолюдно будет в тереме. Но ничего, потеснятся.

Стрелки уже заняли места в башнях. Заря на стене осталась одна.

С площади ей вопили раза три.

Враги не спешили, потому что видели: защитники покинули стены и дозорная вышка тоже опустела. И обоснованно предположили, что защитники собираются внизу, во дворе.

— Сейчас, уже! — крикнула Заря. — Ворота отпираем!

Вроде, закончили. Гагара стоял на крыльце и сигналил руками «Ко мне!»

— Заходите! — крикнула Заря, заметив, как поползли вперед башни.

Она бы с удовольствием посмотрела, как враги будут тыкаться в запертые ворота, но надо было уходить.

Хотя кое-что она и с крыши терема увидит.

Оборона внутри уже была организована. У узких окон — щиты. Входные двери прямо сейчас забивали досками для скамей. Наглухо. Потом еще и стол приставят и тяжелым прижмут. Пусть вороги «порадуются», когда двери порубят.

Заря взбежала на крышу.

Тут тоже все было приготовлено для обороны. Братья Варгдропи подкатили несколько увесистых колод к нужному месту. Над дверьми и крыльцом имеется навес. Достаточно крепкий, чтобы выдержать, например, снег. Но когда на него рухнет дубовая колода в три пуда весом, столбики точно не устоят. И все это упадет на головы тех, кто ломает двери.

Когда муж придумывал их дом, он учел и это. И конечно то, что им, возможно, придется этот дом защищать. Вдоль края крыши — барьер в полсажени высотой и с прорезями, чтобы можно было прямо вниз стрелять. А вдоль барьера полоса плоская примерно на пару шагов Зари в ширину. А дальше уже скат самой крыши.

Стоя у барьера, Заря была всего лишь на несколько локтей выше, чем зубцы частокола. Так что отсюда Заря видела только часть площади, а то, что происходило перед воротами — нет.

Но судя по тому, как возмущенно вопили латгалы, запертые ворота оказались для них сюрпризом.

О! Башни опять пошли.

Не было у них откидывающейся стенки. Только что-то вроде двери. И из этих дверей на стену начали прыгать враги.

Спрыгивали и сразу бежали к лестницам.

Стрелки на башнях вели себя правильно. Выжидали. И только когда на стенах скопилось примерно полсотни ворогов, полетели первые стрелы. Сидевший в левой передней башне Комар сообразил бить тех, кто как раз спрыгивал с башни на забороло.

Это ведь намного проще, чем подстрелить летящую куропатку.

А вот Ангвлад и его напарник стреляли вдоль стены. Но это тоже неплохо. Промахнуться просто невозможно. Разве что лишнюю стрелу вогнать в того, кто уже не боец.

— Начали! — закричала Заря.

И они начали. Все. Стрелки стреляли, хускарлы, наклонясь над барьером, метали швырковые копья, которых к кладовых терема было в избытке.

Прекрасное зрелище. Совершенно не готовые к защите враги — под градом стрел.

Ух и ор поднялся.

Заря выпустила с десяток стрел попроще и приготовила парочку особых бронебойных — для Талиса.

Вот только военный вождь подставляться не торопился. Во дворе было несколько интересных целей в шлемах получше, но вряд ли это ее недавний собеседник.

— Талис! — закричала она, поднявшись над барьером. — Слизняк трусливый! Ты где прячешься?

И это оказалось ошибкой.

Забыла Заря, что у врага тоже есть стрелки.