Всю дорогу в автобусе Август ехал довольный, будто смартфон выиграл. Клим буквально чувствовал, как его распирает от гордости за проделанную работу. Ну конечно, такого результата добился… Даже Климу было завидно. Он-то прошел мимо той женщины-информатора.

Ехать в музей надумали сразу. По пути выискали в интернете адрес и подходящий номер автобуса. Вот только Августу позвонила Вита – и тот проболтался про их поездку. Девушка сразу заявила, что поедет с ними несмотря на то, что не знала для чего.

Когда Август закончил разговор, Клим повернулся к нему и сел боком, почти развернувшись спиной к автобусному окну.

– Зачем ее позвал?

– Кого, Виту? – не понял Август. – Так она сама напросилась. Не спрашивала.

– Почему не промолчал? Если притащимся в музей всем табуном, на нас как на фриков посмотрят.

– Да не бесись ты! – отрезал Август и уже мягче добавил: – Не мог я соврать. Бывшие всегда знают, когда врешь.

Когда Клим понял смысл услышанного, от удивления он чуть не поперхнулся воздухом. Такая красивая и стильная девушка, как Вита, казалась ему недосягаемой. А этот задохлик утверждает… Не успел он запретить себе реагировать, как у него само собой вырвалось восклицание:

– Ты встречался с Витой? Между вами что-то было?

– Встречались, – ответил Август на первый вопрос. Второй проигнорировал – и сделал это с гадкой усмешкой.

Может, усмешка была не гадкая, а печальная, но все равно Клим не понял, как сумел сдержаться и не стукнуть «бледного».

Пересадка на другой автобус получилась затяжная. Пришлось ждать, когда подъедет Вита. Добиралась она так, будто ехала из другого города. Клим весь извелся, страдая от безделья и жары.

Приткнувшись в углу на остановочной скамейке, он игнорировал окружающих и никому не уступал место. Бездумно следил за женщинами с детьми и пожилыми людьми, которые составляли основной контингент пассажиров автобуса.

Мальчик лет четырех прибился к его ноге и уставился на гипс.

– Что это у тебя? – спросил он и принялся ковырять прорезь на климовских джинсах.

– Гипс, – выдохнул измученный парень. – Я руку сломал.

– Зачем?! – повторный вопрос дополнился порцией удивления.

– Случайно. Специально руку никто не ломает.

Мальчик надолго задумался, не переставая копошиться в джинсовой ткани. Видимо что-то осознав, он выпрямился и улыбнулся Климу.

– Пока.

Клим смотрел ему вслед, смущенный этим странным разговором. Дети его слегка пугали… Наверное, Август пробуждал в нем схожий страх. Он вел себя как ребенок – обиженный, закрытый ребенок. У Клима никогда не было таких странных знакомых.

Вита приехала вместе с Лией. Ну конечно! Можно было догадаться, что по отдельности они не ходят. Сегодня она выглядела потрясно, и Клим мигом перестал на нее сердиться. Белый кружевной сарафанчик, волосы, заплетенные в две косы. Ее образ напоминал о море и песчаном пляже. Эх…

В этом году маме снова не дадут отпуск летом. А если бы и предложили, она бы не бросила те странные дела, про которые все время говорила, нераскрытыми. Так что Климу остается только любоваться Витой. Да и Лией в придачу… В желтом комбинезоне цвета взбитого желтка она смотрелась мило и симпатично. Вот бы еще она очки сняла.

Из вредности вместо приветствия Клим задал девушкам тот же вопрос, что и Августу: почему они продолжают вместе с ним заниматься поручением Эрна? Лия снова заговорила про желание сделать фото призрака, объясняя это тем, что мечтает получить сенсацию. Клим подумал, что, наверное, она и правда об этом мечтает.

Видимо в отместку за ее упреки в «одалживании», Вита фыркнула и сказала, что главная мотивация Лии – повод реже находиться дома. Сама же она ответила, что понимает Эрна, застрявшего в справочнике. Ей это напоминает ее положение в семье, поэтому она хочет помочь ему освободиться.

– К тому же, – кокетливо добавила она, – летние каникулы – скукота.

Все объяснения троицы «психов» показались Климу неправдоподобными.

– Боже, – сказал он, примечая, что подъезжающий к остановке автобус – тот, что им нужен, – мне уже кажется, что у меня раздвоение личности и вы части моего раздробленного разума.

В автобусе девушкам удалось сесть рядом с Августом. Они принялись расспрашивать его о цели посещения музея, и он все разболтал. И про поездку на дачу, и про наводку на бывшего хозяина справочника. Находка для шпиона, не иначе…

Музей выглядел заброшенным. Натуральный артефакт, в который давно не ступала нога человека. Мимо него проходили люди, но не смотрели в его сторону. А зря. Здание было красивое, с белыми колоннами и причудливой лепниной над окнами.

Пока ребята поднимались по лестнице, двери музея открылись и на улицу вышла девушка. Чуть старше Клима, наверное студентка. Ладненькая такая, с неброским макияжем, в коротеньких джинсовых шортиках, открывающих стройные балетные ноги.

Клим заметил, что у него проявляется фетиш на девчоночьи ноги. Если он встречал красивую девушку, это определение должно было касаться и ее ног. Иначе у него пропадал к ней интерес.

Девушка из музея была красивой во всех смыслах. Вот только она не согласилась бы с ним встречаться. С ним вообще ни одна не захочет. Девушки ждут крутых парней, самоуверенных, ярких и веселых.

А у него, кроме глубоко скрытой самоуверенности, остальное не наличествовало. Вместо яркости в нем преобладала мрачность, а вместо веселости – саркастические усмешки и недовольство. Это из-за смерти Эрна он ходит как пыльным мешком пришибленный, а так он довольно язвительный субъект.

Музейная незнакомка, проходя мимо, искоса глянула на Клима с интересом.

– Ух ты! – восхищенно прокомментировал Август. – Как она на тебя посмотрела!

– Кто? – не понял Клим.

Он не увидел реакцию девушки, почувствовал лишь прозрачный и загадочный аромат ее духов.

– Та красотка. – Август пихнул его в здоровое плечо. – Смотрю, ты пользуешься вниманием девушек. Вон, и наши на тебя поглядывают.

Клим недоверчиво поморщился. Посмотрел на Виту с Лией, идущих чуть впереди. Они о чем-то увлеченно шептались и, кажется, совсем не интересовались ни Климом, ни парнями, ни любовью вообще.

– Ты перегрелся. Они меня не замечают.

– Ага, – с сарказмом хмыкнул Август, – таскаются повсюду из-за меня.

Работники музея нашлись не сразу. Две невзрачные женщины в невзрачных костюмах ходили по залам и с тоской поглядывали на витрины с экспонатами. Парни подошли к одной и спросили про Чудкова.

Женщина поправила очки, вернув их на переносицу, и высокомерно сказала:

– Все наши экспонаты подписаны. Экскурсии платные.

– Да бросьте, – дружелюбно протянул Август. – Просто скажите, где экспозиция Чудкова, чтобы мы не болтались по музею до закрытия.

Даже Клим проникся его дружеским настроем, но невзрачная женщина осталась непреклонной.

– Все экскурсии платные, – с нажимом повторила она и направила отсутствующий взгляд в дальний угол зала.

Клим отошел от упрямой работницы и посмотрел на часы в смартфоне. Они показывали начало четвертого.

– У нас есть почти два часа, – невесело сообщил он Августу.

Тот вздохнул и пошел к витринам с экспонатами, стоящим вдоль стен. Клим ушел в противоположном направлении. Он разглядывал надписи к различным монетам, кончикам стрел, украшениям и обрывкам ткани. Надписи были мелкие. Чтобы их прочитать, ему приходилось низко наклоняться, дыша на витринное стекло.

– Пойдешь с нами или нравится искать самому? – веселый голос Виты выдернул его из мира старинных шкатулок с секретами и двухсотлетних пистолетов.

Он выпрямился, обнаружил, что девушки расплываются, как при просмотре 3Д-фильмов без очков, и протер глаза пальцами.

– Куда идти? – силуэты девушек стали четче, но окончательная резкость проявилась, когда он несколько раз поморгал.

– К вещам Чудкова, – улыбнулась Лия. – Мы раскрутили музейную работницу.

Улыбка у Лии была шикарная, как в рекламе стоматологической клиники. Клим на пару секунд выпал из реальности и вернулся, когда Вита засмеялась.

– Пошли. – она подхватила его под здоровую руку и повела в другой зал.

Клим хотел спросить, кто скажет Августу о том, что уже не надо продолжать поиски. В конце концов он решил, что тот – не его забота. Однако шустрый Август и сам быстро их нашел.

Экспозиция Чудкова занимала целую витрину. Чего там только не было! Старинные пуговицы, книги в кожаных обложках, карманные часы на цепочке, картонный «вечный» календарь, шахматы из камня, стеклянные вазы, различные украшения и еще куча всякой мелочи.

– Нам рассказали, – заговорила Вита, пока Клим зависал над витриной и тайком делал фото, – что он был археологом, собирал антикварные вещи и ради них путешествовал по миру. Он мог исчезнуть на год-два и появиться с чемоданом таких вот штук. Соседи в шутку прозвали его «Путешественником во времени». Ни родственников, ни друзей у него не было, поэтому накопленное он завещал музею. Кстати, – Вита так приблизилась к нему, что он почувствовал ее дыхание и ощутил запах тех самых таинственных духов, – здесь хранится его дневник.

Клима словно пробило током. Вот оно! Ради этого они и приехали сюда. Только как его посмотреть?

– В музейном архиве, – добавила Вита, демонстративно поиграв бровями. – Дневник Чудкова хранится там.

– И что ты предлагаешь? – с ужасом спросил Клим, опасаясь ее фантазии.

Его опасения подтвердились. Вита предложила совершенно не нормальный план. По какой-то причине Лия и Август ее поддержали. А вот Клим не захотел присоединяться к сумасшедшей компании.

– Вы представляете, что будет, если нас поймают?

Вита прикрыла глаза, растянула губы в улыбке, покачала головой, словно в такт неслышной музыке.

– Мы несовершеннолетние. К тому же ничего не украдем и не испортим. В чем нас обвинят?

– В проникновении в музейный архив!

Клим заметил, что его возмущение ни на кого не повлияло. Девушки продолжали смотреть на него так, будто надеялись уговорить остаться. Август не участвовал в разговоре, поскольку сразу согласился на их сумасшедший план.

Грозно выдохнув, Клим развернулся и зашагал прочь. Он хотел уйти с достоинством, но боль в ноге повлияла на его походку. Во всяком случае, он ушел с высоко поднятой головой.

Безрассудность «психов» – а Клим по-прежнему отказывался называть их друзьями – разозлила его так сильно, что он чуть было не забыл наведаться в туалет перед затяжной поездкой домой.

Он долго искал заветную комнатку, петляя по коридорам музея. Уже отчаялся ее найти, как вдруг приметил дверь без опознавательной таблички. Открыл ее, включил свет и обнаружил, что попал в маленькое помещение размером с ванную комнату в обычной квартире. Понял, что это подсобка, которую «психи» собирались задействовать в своем безумном плане.

– И как они тут все поместятся? – в никуда задал он закономерный вопрос.

Ему захотелось немедленно убраться из клаустрофобной комнаты. Парень дернул за дверную ручку, но обнаружил, что захлопнул себя внутри.

Страх накатил на него мощной волной, накрывающей с головой и утягивающей на дно. С минуту он метался в крохотном закутке, ужасаясь собственному положению. Когда паника отступила, он подумал о спасительном телефоне и собирался позвонить, но не рискнул, опасаясь, что его услышат сотрудники музея. Окончательно успокоившись, он вспомнил то, о чем забыл. Звонить не придется.

«Психи»! Они скоро придут сюда, чтобы затаиться до закрытия музея. Они тоже откроют чертову дверь, и тогда он выберется из этой ловушки. Может, и их заодно предупредит. Если не передумает.

Климу показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он услышал шаги. Они звучали чуть приглушенно, но он разобрал, что идет не один, а несколько человек.

– Ну наконец-то, – ворчливо прокомментировал он, изнывая от желания оказаться на свободе.

– Что вы здесь делаете? – строгий мужской голос прозвучал требовательно и так неожиданно, что Клим в подсобке вздрогнул, будто тот обратился к нему.

– Перед закрытием хотели сходить в туалет, – ответил ему другой, уже знакомый – Августа.

– Вечно все путают. – строгий голос нисколько не смягчился. – Туалет справа.

Этот голос насторожил Клима, заставил невольно притихнуть и прислушаться. Тишина. В коридоре было абсолютно тихо. Неужели все ушли? Тогда ему придется остаться в кладовке на всю ночь!

Наплевав на осторожность, он с запозданием постучал по двери и позвал на помощь. Никто ему не ответил.

На этот раз он не выдержал и, наплевав на осторожность, спешно полез за мобильным. Нашел только номер Лии. И неудивительно, ведь с ней он был знаком по школьной газете, а номера телефонов Августа и Виты и не подумал брать.

В нетерпении слушая гудки, Клим поругал себя за то, что «тормознул» и сразу не закричал, привлекая к себе внимание. Теперь приходилось действовать экстренно, пока «психи» не ушли далеко. Едва Лия ответила на звонок, Клим зачастил в трубку:

– Вернитесь и помогите мне выбраться. Я случайно попал в вашу подсобку, а дверь тут не открывается изнутри!

Пару секунд Лия молчала. Клим успел подумать, что у него пропала связь. Это было бы неудивительно, учитывая то, в какой дыре он находился.

– Прости… – жалостливо протянула Лия. – Нас выставил охранник. Вита сказала, что у него дурацкая форма и позорная кепка.

– Да, так и сказала! – крикнула издалека Вита и спросила: – С кем ты говоришь?

– Попробуй выбраться сам, – дала безгранично глупый совет Лия. – Если получится, сможешь добраться до дневника.

Клим сдвинул кнопку сброса. Ему не о чем было говорить с такой советчицей. Выбраться самому… Это же надо такое сказать?! Как будто у него тут залежи различных инструментов для вскрытия дверей и он умеет ими пользоваться! Хотя, если бы он нашел тонкую металлическую пластину…

Клим включил подсветку смартфона и внимательно осмотрел подсобку. На полках стояла различная бытовая химия, пустые банки, стопки с тряпками и резиновые перчатки. Ничего подходящего для вскрытия замков.

Он отвел смартфон и увидел, как на нижней полке что-то блеснуло. Наклонился и обнаружил пластиковую скидочную карточку. Надписи на ней были сделаны серебристыми буквами, и именно они отразили свет. Что ж, с ней стоит попытаться поработать.

Следующие полчаса Клима кидало от радости к разочарованию по пять раз за минуту. Загипсованная рука сильно усложняла и без того нелегкую задачу. Ему никак не удавалось просунуть карточку между дверью и косяком и вытолкнуть «язычок» замкового механизма.

После пары десятков попыток он решил, что это невозможно. В итоге дверь поддалась совершенно неожиданно. Клим поспешил выбраться наружу, пока она снова не захлопнулась.

Конечно, в музее уже никого не осталось. В здании царила звенящая тишина, от которой бугрилась кожа.

«Здесь, наверное, есть призраки», – с привычным ужасом подумал Клим и напомнил себе, что, вообще-то, с призраками он встречался. Не такие они и страшные. Некоторые…

От «Серой дамы» ему до сих пор было не по себе. Она ведь могла убить его, как и ее когда-то убили. Хорошо, что мама не узнала, как именно он сломал руку. Скандал затянулся бы на все лето.

Сначала Клим наведался в заветный туалет, который, как подсказал охранник, находился справа от кладовки. Потом побрел по коридору, освещая себе путь смартфоном. Вита и Лия успели все спланировать. Нашли в интернете поэтажный план музея. Показали, где именно находится склад. Жаль, что у них не получилось самим сюда пробраться. Теперь вся ответственность легла на его плечи.

Клим подергал дверную ручку архива и напугал сам себя грохотом от ее движения, который эхом разнесся по пустому коридору. Конечно, дверь оказалась закрытой. Скидочная карточка в роли отмычки была тут бессильна. Архив – не подсобка для уборщицы, его запирают понадежнее.

Вдруг в коридоре замигал свет.

– Помочь? – раздался рядом голос, и Клим заорал от неожиданности.

Кто-то засмеялся. Клим вскинул смартфон, в судорожном рывке освещая коридор. Никого.

– Не знал, что ты так мощно кричишь. Если бы был жив, меня бы оглушило.

В коридоре появился Эрн. Улыбающийся и счастливый, совсем как при жизни.

– Ты… – выдохнул Клим, чувствуя, как сердце бьется о грудную клетку. – Зачем так пугать?

– Да ладно, – отмахнулся Эрн, подплывая к двери. – Лучше пугаться и быть живым, чем изображать привидение.

Он склонился над замком, прищурил один глаз и заглянул в него другим.

– У смерти сплошные минусы, но есть один маленький плюс. – Эрн вытянул руку, и она прошла сквозь замок. – Начинаешь понимать, как все устроено.

С минуту он возился внутри замка. Изредка чуть слышно ругался и говорил:

– Не получается зацепить.

– Да что ж такое?!

– Дурацкая призрачность.

Наконец послышался щелчок, и Эрн, довольный проделанной работой, толкнул дверь.

– Разве призраки так умеют?

Эрн встряхнул рукой, будто хотел снять напряжение, и сквозь нее посмотрел на Клима.

– Это нелегко, если ты не понял.

Из коридора Клим осветил смартфоном нутро архива. Стеллажи там занимали все пространство. На каждой полке громоздилось огромное количество разнообразных предметов. Здесь стояли глиняные кувшины, ржавые клинки, украшения, камни, стопки с письмами и гравюрами. Миллион предметов, сложенных в хаотичном порядке.

– Мне и за неделю не найти тут дневник, – тоскливо протянул Клим. – А от пыли я расчихаюсь за две минуты.

– Какая пыль в архиве? – усмехнулся Эрн. – Здесь за чистотой и влажностью следят так внимательно, что экспонаты можно облизывать!

– Фу! – ужаснулся Клим, все равно борясь с желанием натянуть на нос горловину футболки, чтобы сделать из нее подобие защитной маски. – Им же по несколько сотен лет!

– И при этом они чистые.

– Вот сам их и облизывай, – отмахнулся Клим и спросил: – Поможешь найти дневник Чудкова?

– Я же не волшебник! У меня нет экстрасенсорной чуйки… – Эрн бойко оборвал сам себя. – Хотя подожди.

Он вытянулся вперед, чтобы головой нырнуть в архив, и застыл в нелепой позе, недостижимой для человека. Через десять секунд высунулся и объявил с улыбкой:

– Нет, точно нет.

Клим хмыкнул. Хотел засмеяться, но на сердце давила такая тяжесть, что смех затерялся в глубине его легких.

– В какого зануду ты превратился! – Эрн скривился и первым пошел в архив.

– Наверное, я таким был всегда, вот ты и подружился с Августом.

Эрн прыснул от смеха.

– Смешно, дружище Клим. Очень смешно!

Они ходили вдоль стеллажей. Клим заглядывал на полки, но не перебирал предметы. Его не отпускала надежда на то, что дневник не похоронен под грудами свитков, рукописей и старинных книг.

Эрн тоже только осматривал полки, правда по другой причине. Оказалось, что после плотного взаимодействия с физическим миром у него не осталось сил. Клим не особо понял почему, но не углублялся в тему. Просто принял как факт, что надолго Эрна не хватит.

– Зачем тебе дневник Чудкова? – спросил Эрн, заглядывая внутрь глиняного горшочка с широким горлышком.

– Хочу почитать о том, кто создал справочник монстров. А ты раньше слышал о нем? – поинтересовался Клим.

Из-за гипса он повернулся к следующему стеллажу, как несгибаемый робот. Свет от фонарика в смартфоне описал едва ли не идеальную ровную дугу. И неудивительно, ведь он держал смартфон в загипсованной руке.

Да, Клим убедился в том, что Эрн сказал правду: в архиве музея оказалось очень чисто. Но его не отпускало опасение внезапно расчихаться, поэтому он готов был максимально быстро скрыться за тканью футболки и оставлял здоровую руку свободной для совершения этого действия. Если он начнет чихать, на такой шум сбежится весь город.

– Мама говорила, что наша дача когда-то принадлежала Чудкову, – признал Эрн.

– Так почему раньше не рассказал?!

– Забыл. Как утонул в реке, так забыл о такой мелочи.

– Но теперь-то вспомнил?

Оказалось, что только частично. Эрн начал рассказывать то, что сохранилось в его призрачной памяти, но его рассказ получился короткий. Он не помнил целые куски из своей жизни и постоянно прерывал свое повествование сообщением, что еще что-то забыл. Иногда это было имя или название места, иногда и события.

Он рассказал про то, как родители купили дачу и как им крупно повезло, поскольку она продавалась чуть ли не за символическую стоимость. Про то, как он нашел справочник, и про то, как понес его на реку, чтобы показать Августу. В его истории было много ненужных подробностей, зато прослеживалось главное: Чудков создал справочник – и теперь кто-то очень хочет его заполучить. И этот кто-то готов на все, даже на убийство.

– Не пойму, зачем кому-то книга с картинками? – удивился Клим, бездумно переворачивая скрученные в трубочки холсты. – Разве она стоит того, чтобы убивать?

– Я ведь уже говорил, а ты не слушал. Справочник – не просто книга. В ней хранятся настоящие монстры. Они способны разгуливать по улицам города и нападать на людей. Понимаешь? Это магическая книга!

Эрн высунулся с другой стороны стеллажа. Когда его лицо появилось между шаманскими бубнами и фигуркой девушки из белого камня, Клим чуть не заорал.

– Какая магия, придурок ты призрачный? – он захотел кинуть в него что-нибудь увесистое, но под руку сразу ничего подходящего не попалось, а потом он сообразил, что в этой комнате ничем нельзя кидаться. Да и вряд ли Эрн ощутит даже самое меткое попадание.

Эрн скорчил забавную рожу и показал средний палец.

– Тебе, как охотнику за мистическим, а не магическим, придется принять существование магии. Иначе как ты объяснишь всплеск жутких убийств, которые начались с того дня, как ко мне попал справочник?

– Дерьмо случается, – вспомнил Клим известную фразочку, не желая думать над вопросом Эрна.

Его взгляд натолкнулся на старую тетрадь, и он без особой надежды протянул к ней фонарик.

Тетрадь словно неохотно позволила осветить себя лучом света. То ли из-за старости, то ли из-за изначально блеклой краски надпись была едва различимой. Климу пришлось прищуриться, чтобы прочитать название:

«Дневник загадочного, но объяснимого профессора Чудкова».

– Ого! Джек-пот! – обрадовался Клим. Больше не находке, а тому, что его поиски окончены.

Следующие полчаса он просидел над дневником, борясь с фонариком, который недостаточно ярко подсвечивал текст, и сражаясь с дневником, который стремился поскорее закрыться, мешая делать фото каждой страницы. Ближе к концу этой утомительной процедуры он чувствовал себя вдребезги разбитым и у него разрядился смартфон. Как следует выругавшись, измученный Клим задремал, приткнувшись плечом к стеллажу, а носом к огромной вазе.