После работы мама снова пришла уставшей. Она с трудом дошла до кухни, больше похожая на зомби, чем на живого человека. Клим в очередной раз пролистывал дневник Чудкова, надеясь найти в нем разгадку справочника. Разумеется, там не было ничего, кроме заметок психованного фанатика.

– Кажется, я совсем заработалась, – призналась Хлоя, кидая в чашку пакетик заварки и заливая его водой.

Просто так мама не признавалась в своих слабостях, и Клим вяло поинтересовался:

– Что случилось?

– У нас перед домом стоят двое громил, и они сильно похожи на весенних мертвецов.

– Каких мертвецов? – мигом оживился Клим. – Они умерли сами или их убили?

Мама не оценила его рвения и тоскливо спросила:

– Зачем тебе такие подробности?

– Как – зачем? – возмутился Клим, еще не зная, чем завершить свое возмущение. Идея пришла сама собой: – Это же классная тема для статьи.

Хлоя поставила кружку с чаем на стол и села безвольно, будто тряпичная кукла.

– Только если ты хочешь издаваться в желтой прессе.

Она сделала глоток чая, сморщилась и призналась, что налила холодную воду. Клим радостно фыркнул. Наверное в благодарность за позитивную реакцию, мама все-таки дала ему наводку, где в интернете найти информацию по убитым громилам.

Клим прикрыл уставшие глаза. Через пару секунд открыл снова и посмотрел на фигурку Фредди Крюгера. Вот уж кому не надо беспокоиться о том, как понравиться девушке. Это Клим уже все способы перебрал и задумался над тем, что, кажется, он не создан для отношений.

Он вздохнул и вернулся к изучению статей. Сначала он нашел те, о которых говорила мама. Да, она оказалась права: в них действительно было написано про самоубийц, которые в конце мая прыгнули с крыши в один день, но в разных концах города.

Очень странно… Как мама и говорила, из статей создавалось впечатление, что ни тот ни другой не планировали прощаться с жизнью. Они хотели жить, но погибли… Наверное, их трагическая смерть ощутимо ударила по тем, кто любил тех несчастных.

Забросив статьи про самоубийц, Клим принялся читать в интернете все, что ему попадалось про сирен. За окном раскачивалась осина. Видимо, поднялся ветер. Под деревом по-прежнему дежурил монстро-дозор.

Кажется, теперь они находились там постоянно. Иначе как объяснить то, что они стояли там, когда мама уходила на работу и когда Клим ложился спать.

Вообще, кроме фантастического сходства с трупами, эти мужики были на редкость странными. Они без устали часами ошивались на улице, ничего не ели и не пили. Каждый раз, как только Клим выглядывал в окно, он встречался с ними взглядом. Их не получалось рассмотреть украдкой.

Потихоньку Клим смирился с их присутствием. Они уже не пугали его, как раньше. Нравится отсиживаться под окном – пусть отсиживаются. Ничего другого они не предпринимали. Даже не пытались подойти к нему, когда он проходил мимо.

Дочитав очередную статью до конца, Клим отложил телефон и вытянулся на кровати. Сведений о речных сиренах нашлось немного, да и те были слишком шаблонными: они заманивают мужчин в воду, убивают и съедают. Ничего про их слабые места.

Сразу понятно, что те, кто писал эти статьи, не встречались с настоящими сиренами. Эрн даже после смерти смог больше интересной информации выдать – про громкий голос. Только было непонятно: голос – это оружие против сирен или оружие, которым пользуются сами сирены?

Зазвонил телефон. Клим взглянул на экран и тихо выругался. Отвечать не хотелось, но он себя заставил.

– Добрый день, Тамара Васильевна.

Разговоры с Васильевной вытягивали все силы. Он нервничал из-за бесконечного списка ее требований. Самым неприятным было то, что требования касались не только того, как писать, но и того, как жить. Иногда Клим думал, что ему лучше уйти из газеты.

– Здравствуй, Клим, – чопорно поздоровалась завуч. – Как твои дела? Как продвигается твоя статья? Я специально дала Глебу свободу в выборе темы для тебя, потому что знаю, что из-за трагической гибели Эрнеста тебе сложно писать. Так бывает. Негативные события выбивают нас из привычного ритма. Просто сосредоточься на статье и ни о чем не думай.

Клим знал, что вдохновения завуча хватит еще на полчаса разговоров на любимую тему, и поспешил ее заверить:

– Не волнуйтесь, статья будет готова.

– К сроку? Я знаю разницу между «готово» и «готово вовремя». Через полчаса я подъеду к тебе, покажешь черновик.

– Да, да… – растерянно пробормотал парень. – Хорошо.

Клим нажал кнопку сброса и выдохнул так, будто задерживал дыхание во время разговора. В этот раз Васильевна подкинула ему хороший совет – сосредоточиться на статье. Конечно, она сделала это ради достижения собственной цели, а не для его успокоения.

Итак, черновик для статьи… Где же его взять? Если Клим проигнорировал главную заповедь Васильевны и писал не на бумаге, а в смартфоне? Да и как ему писать левой рукой?!

Очередной звонок телефона заставил Клима возненавидеть все телефоны на свете. Звонила Лия, и он был готов ее проигнорировать, пока не вспомнил, что она его «наблюдательница». Паршивое словечко, придуманное Васильевной взамен обычного фотографа.

– Привет… – начала Лия, едва Клим ответил.

У него не оставалось времени на бесполезные светские разговоры. Ему требовалось спасение загоревшейся задницы!

– Мне нужна твоя помощь!

Полчаса прошли слишком быстро. Клим трусливо задумался о побеге. Собирался сказать Васильевне, что мама срочно попросила его приехать. И он бы использовал такую безобидную отговорку, если бы не знал, что Васильевна созвонится с мамой и обязательно узнает, что это была за срочность.

Мама, конечно, прикроет его, но взамен попросит о честности. Что тогда он скажет? «Я не подготовил статью, потому что призрак Эрна попросил найти его убийцу?»

Нет, придется ему подождать. Тем более что Лия и Васильевна должны приехать с минуты на минуту. Главное, чтобы они сделали это в нужном порядке.

Когда зазвонил домофон, у Клима быстрее забилось сердце.

Тамара Васильевна, одетая в привычный бежевый костюм, украшенный неизменной брошью в виде букета цветов, стояла у своей машины и мрачно смотрела на «крышу». Мужчины держались невозмутимо и с долей вызова. Они переглядывались друг с другом, будто таким образом умудрялись общаться. Проходя мимо них, Клим заметил, что они тайком сделали фото Васильевны.

– Подозрительные типы, – сказала завуч, кивнув в сторону осточертевшей парочки. – Давно они тут стоят?

– Слишком давно, – Клим передал ей тетрадь.

– Пожалуйся участковому, – посоветовала женщина.

Клим почувствовал, как «крыша» насторожилась. Он подумал, что они, должно быть, приняли обычную тетрадь за справочник. Если так, то как же сильно они хотят его заполучить?

Рисунок на обложке был совсем уж девчачий, но у Лии другого не нашлось. Васильевна полистала черновик, читая текст по диагонали. Проведя пальцами по волосам, зачесанным в тугой хвост, она сказала очевидное:

– Это не твой почерк.

– Конечно, не мой, – охотно подтвердил Клим. Успел увидеть шок в глазах завуча и только потом показал на гипс. – Вы не заметили? Я же руку сломал.

Васильевна рассеянно осмотрела его, будто в ее голове не укладывалось, каким образом шестнадцатилетние подростки ломают себе конечности.

– Ах, да… И правда, перелом… Тогда кто это писал? – она ткнула ногтем в страницу, заполненную аккуратным почерком.

– Мой «наблюдатель» – Лия. Она помогла мне оформить идеи, которые я набросал в «Сером доме».

От одного упоминания этого места Васильевна побледнела и отшатнулась от Клима, как от зомби.

– Ты ходил в «Серый дом?!» – ужаснулась она и неосознанно коснулась брошки, приколотой к лацкану пиджака.

Она всегда носила эту брошку на любой одежде. Клим никогда не видел учительницу без ее вездесущего сопровождения.

– Конечно. Я ведь пишу про него статью.

Тамара Васильевна сунула ему тетрадь в руки и поспешила в машину.

– Никогда, – на ходу сказала она, – слышишь?! Никогда больше не ходи в этот дом. Я позвоню в администрацию. Пусть наконец снесут эту уродливую развалину.

Машина пронзительно взвизгнула шинами и укатила прочь. В недоумении Клим смотрел ей вслед и гадал: осталась ли завуч довольна его статьей?

– Получилось? – встретила его вопросом Лия. Она ела бутерброд и явно чувствовала себя как дома.

– Ага, – обрадовал ее Клим, бросая тетрадь на стол. – Но цветочки на обложке чуть меня не спалили.

– Наверное, она подумала, что ты нежный парень с романтичной душой. – девушка манерно махнула рукой, и Клим прыснул.

– Бери бутер. – Лия придвинула к нему тарелку. – Испереживался, наверное. Лично я после поездки в автобусе и конспектирования по телефону проголодалась как монстр.

Сначала Клим жутко смутился. Эта неожиданная забота… Чем она вызвана? Лия считает, что ему нужно подарить тепло? Из-за Эрна? Или у нее другая причина? Может ли он нравиться ей? Чем? Внешностью? Точно не характером… В последнее время у него постоянно дурное настроение. Или… Она просто привыкла заботиться о тех, кто рядом?

Ох, его одолели сомнительные мысли. Видимо, он переволновался из-за всех событий, в череде которых внезапно оказался. Нельзя терять рассудок! Пока он не получил никаких доказательств, лучше не пытаться искать в действиях Лии скрытый подтекст.

Успокоившись, Клим понял, что точно голоден, и сел за стол. Они вместе ели бутерброды и болтали на самые разные темы. Лия спрашивала, почему Васильевна требует конспектирования статей в тетради. Тем более сейчас, когда Клим не в состоянии писать.

– Наверное, боится, что такие шикарные статьи я беру из интернета, – неуклюже пошутил Клим, и Лия рассмеялась.

Парень слушал ее чистый смех как завороженный. Ему вдруг подумалось, что с такой девушкой он не отказался бы встречаться.

– А вообще, Васильевна странная, – признал Клим и рассказал, как она отреагировала, когда узнала, что он ходил в «Серый дом». – Сказала, что заставит администрацию его снести. Глупо. Этот дом стоит уже лет двести. Он как памятник архитектуры.

Лия изменилась в лице. От прежнего веселья не осталось и следа. Она подалась к Климу и спросила, словно следователь по уголовным делам:

– Что именно сказала Васильевна?

Клим подробнее пересказал весь разговор. Лия закивала, как будто подтверждая его слова. Наконец когда он договорил, она объяснила:

– Десять лет назад жених Васильевны забрался в «Серый дом», а через неделю там нашли его труп.

Клим от такого известия остолбенел. Он смотрел на Лию и ждал, что она скажет: «Я пошутила! Испугался?» Однако Лия молчала, выбирая, какое печенье взять.

– Она… – неуверенно начал Клим, – она ведь не добьется снесения дома?

Лия не донесла печенье до рта и остановилась.

– Вообще-то, может. – она положила печенье назад в тарелку. – У нее кто-то из родственников в администрации сидит.

Клим встал со стула и прошелся по кухне. Дошел до окна, выглянул и увидел стоящую «крышу». Мужчины посмотрели наверх, заметили Клима, но не отвели взгляды. Они будто говорили: «Мы доберемся до тебя».

Клим не выдержал и показал им неприличный жест. «Крыша» никак не отреагировала. Вот ведь стойкие маньячины!

– Пусть Эрн переезжает ко мне, – вслух размышлял Клим.

– Ты придурок, – вдруг выдала Лия и все-таки схватила печенье с тарелки. Откусила она его так, будто хотела проделать нечто подобное с головой Клима. – Эрнест не может находиться там, где захочет, – начала она ему втолковывать и тут же поправила саму себя: – На самом деле, конечно, может, но это забирает у него кучу сил! Чтобы появиться перед нами в первый раз, он потратил много энергии. Теперь он не рискует и просит, чтобы мы сами приходили в «Серый дом», потому что в нем полно мистической энергии. Она дает ему силу, чтобы говорить с нами. Если Васильевна снесет дом, у нас не останется тех четырех дней с Эрнестом, которые есть сейчас.

Клим смутился оттого, что такая важная информация не зафиксировалась в его голове. Он вспомнил, как друг говорил о том, что меняется из-за справочника. Нестерпимое ощущение, что он теряет последнюю возможность, охватило его и стянуло тугими ремнями.

– Нельзя допустить, чтобы Эрн превратился в монстра. Надо найти сирену-убийцу до того, как снесут «Серый дом», – объявил он, полагая, что такое решение реабилитирует его перед Лией.

Судя по ее одобрительной улыбке, у него получилось.

Тамара Васильевна выбежала из машины и поспешила к подъезду. Не останавливаясь, она достала смартфон и позвонила.

– Глеб, добрый день. Это Тамара Васильевна, – привычно представилась она, перешагивая бордюр тротуара. – Ты дал тему для статьи Клима?.. – Она выслушала ответ газетного редактора. – Убери его статью из номера… Да, я знаю, что «Серый дом» известен на весь город. – ее голос зазвучал взволнованно и резко. – но я запрещаю о нем писать.

Женщина прошла мимо двух мужчин, отвлеченно подметила, что видела их у дома Клима. Открыла дверь в подъезд и поднялась на второй этаж. Едва разувшись, она выбрала новый контакт в смартфоне. Прослушала несколько гудков и вежливо заговорила:

– Привет, дядя. Помнишь, после смерти моего жениха ты предлагал снести «Серый дом»? – Она прошла на кухню. Остановилась и, пока слушала приветственную речь, вернулась в коридор.

– В машине… – задумчиво сказала она себе.

Надела тапочки и поспешила вниз.

– Я думаю, пришло время избавиться от этого старья. Туда постоянно залезают подростки. Там ведь опасно. К тому же пустует отличное место в центре города.

Тамара Васильевна выскочила на улицу и поспешила к машине.

– Да, я понимаю, что это займет время, но ты же можешь уладить все дела за пару часов. – она открыла багажник машины и выудила из его недр пакеты с продуктами. – Хорошо, я подожду.

Женщина убрала смартфон в карман жакета и захлопнула багажник. Развернулась и вздрогнула. Двое громил с серовато-зеленой кожей стояли перед ней и осматривали ее полоумными глазами.

– Пойдем на крышу, – пролаял Пит и шумно вдохнул.

Брок подхватил школьного завуча под локоть и потащил за собой.

– Оставьте меня! – возмутилась она, роняя пакеты с продуктами.

Громилы не послушали ее и увели за собой.

На крыше было ветрено. Тамара Васильевна запиналась, но не падала, удерживаемая крепкими руками. На ее вопросы они не отвечали – и вообще, не были многословны. Молча привели наверх и принудили подойти к самому краю.

– Отвечай, где справочник монстров! – требовательно прохрипел Брок. Изогнутой, будто переломанной рукой он схватил женщину за лацкан жакета и дернул, случайно срывая брошь в виде букетика цветов.

– Что?.. Какой справочник?.. – ее голос дрожал, ноги подкашивались. Перед глазами маячил далекий тротуар, мешая сосредоточиться. – Все книги хранятся в библиотеке. У меня только мои собственные.

– Заткнись! – пролаял Пит и рывком схватил женщину за шею. – Тот пацан с гипсом. Ты приезжала к нему. Он передал тебе книгу. Где она?

– Что?.. – придавленно спросила Тамара Васильевна. – Клим никакой книги не…

– Хватит врать! – сильные пальцы крепче сжали ее горло. – Говори, где книга, иначе стремительно спустишься вниз.

Тамара Васильевна сглотнула. Открыла рот, но не издала ни звука. Ее взгляд сфокусировался за спиной душителя. В глазах появился ужас, и она забилась, отчаянно вырываясь из хватки.

– Тише ты, – протрубил Брок, продолжая речь Пита. – Мы предупреждали, что случится, если не отдашь справочник.

Поскольку Васильевна продолжала кричать, Пит обернулся и увидел, что к ним приближается огромная птица с женской головой. Размерами она напоминала внедорожник, а яростью – буйнопомешанных серийных убийц.

Птица зарычала, распахнула крылья-руки и оскалилась, демонстрируя десятки острых как бритвы зубов.

– Гарпия! – испуганно закричали мужчины.

Они разбежались за секунду до того, как монстр схватил женщину и взмыл с ней в небо.

Пит поднялся на ноги и глянул вниз.

– Вот дерьмо… – пролаял он. – Чуть меня не сцапала.

– Не тебя. – Брок поводил плечом, которое успела зацепить бешеная гарпия. – Она чуть меня не утащила.

Пит недоверчиво оскалился, но промолчал.

– Считается, что мы ее скинули, или нет?