«История колонизации далека от идиллий, но только невежды или подлецы станут спорить с тем, что завоеватели при всей своей жестокости относились к туземцам лучше, нежели их собственные вожди. Если же говорить о нашей стране, то щедрость свою она довела до безрассудства» (Эмиль Бюре¹, «Порядок»).

Если интеллект и скотство взаимосвязаны, то по твоим речам, дорогой Эмиль, легко заключить, что ты – самый головастый из всех зассанцев-бюр-ократов. Каково тебе будет отправиться зуавом в чарующие дали Патагонии, коли патагонские гиганты вздумают однажды нести цивилизацию невежам? Ну а покамест съезди посмотри на те могилки под Сен-Рафаэлем, которые наша щедрая до безрассудства родина уготовила своим подданным-туземцам, которые почему-то не захотели акклиматизироваться².

И с каким истинно христианским смирением наши газеты пишут на Духов день: полиции в Калькутте пришлось стрелять по полуторатысячной толпе туземцев, занимавшихся выработкой соли.

Ну же, полно вам.

А дело, заведённое на того профессора, что отказался превозносить колонизационную кампанию?

А та войнушка, что стряпает нам Муссолини³: как ещё наладить экспорт чёрных рубашек на север Африки (там большой спрос на весёленький ситчик)?

А воспоминания о пяте центурионов, которыми мечена вся наша дорогая средиземноморская цивилизация?

А эта старая марсельская ворократия, правящая миром по законам борделя?

И панъевропейская лихорадка, малюющая причудливые карты, где континенты расползаются жирными кляксами – ведь эти евро-паны стремятся не отменить границы, а развести их купоросом.

Так что не падай духом, Пипи-Бюретка: твои дружки, старые маразматики, уже так наигрались со вселенной, что скоро сам Океан превратится в ополоски квасного патриотизма.