Тут же я решил двигаться дальше, к точке «А», тем более до нее осталось всего ничего: километр – полтора.

Заняв указанную точку, я, как и положено порядочному военному, доложил старшему и получил команду двигаться к точке «Б». На тот момент, в принципе, и тупому уже было понятно, что сопротивления мы не встретим. Расслабившись, я лениво повел подразделение к точке «Б». В таких случаях обычно писатели в своих книгах рассказывают о том, что главный герой слишком рано расслабился и тут же попал в ловушку. Но я не писатель, а это не книга, а всего лишь «записки сумасшедшего», поэтому никаких приключений больше не случилось. Подходя ближе к набережной, что и являлось точкой «Б», слева я увидел, как какие-то «тактикульные» парни выносят окно административного здания и забираются внутрь. Наверное, спецы берут под контроль администрацию. Выйдя к указанной точке, я увидел приближающегося ко мне Кометникова в сопровождении замполита и пары матросов.

– Здорово, командир! – Я поднял руку, когда ему до меня оставалось метра три. – У вас сигарет не будет, товарищ майор?

Кометников рассмеялся в голос и достал пару пачек, которые барским жестом подарил мне. Закуривая, я поинтересовался, что же такого смешного я сказал и откуда у него столько курева, он что, магазин выставил?

– Да, выставил, – командир рассмеялся еще больше и продолжил: – Досматривали мы, короче, улицу, тут к нам местные подошли, поинтересовались, надо ли что-нибудь, ну я им и отвечаю: «Курить охота, мужики, не угостите?»

– А, это мы щаз, мигом замутим, – ответили местные.

Далее они схватили камень, разбили витрину ближайшего магазина, и пока командир и его окружение стояли, раскрыв рты, им уже вручили целых две коробки сигарет.

– Мужики, а вы не слишком обозрели. Громить-то на хрена? – спросил командир.

– Да нормально все, это магазин ВСУшники держали, все равно они с города сбежали, так что туда им и дорога.

Пока происходил этот разговор, к магазинчику уже подъехала гражданская машина, видимо, мужики решили не ограничиваться только сигаретами.

Послушав это все и вдоволь посмеявшись, я отправился на набережную, где уже вечерело и собралась куча народа. Военные и гражданские смешались. Особо ретивые бойцы пытались познакомиться с местными девчонками, которые, в свою очередь, кокетливо улыбались и стреляли глазками. Охотно давали свои телефоны матросам, чтобы те позвонили через интернет-мессенджеры родным и близким. В общем, практически идиллия.

Присев на ближайшую лавку, чтобы перевести дух, я наблюдал за всем этим, дивясь, как все прошло легко и быстро, вот бы так до самого Киева мы дошли… За этими размышлениями меня и застал командир разведвзвода Паша.

– Как дела, Денис? – спросил он, присаживаясь на лавочку рядом.

– Да нормально все, слышал новости с Вальхаллы?

– Нет. – Разведчик перестал улыбаться и, мгновенно приняв серьезный вид, уставился на меня. – Что случилось?

– Говорят, Один6 закупил ящик детского шампанского и пару игрушечных мечей для нас с тобой в честь победы в битве за КАРЧАНСК, – ответил я, выпуская струйку дыма.

Лицо Паши мгновенно смягчилось, и мы вместе рассмеялись.

Г Л А В А 8

ЭЛЕКТРИФИКАЦИЯ

Через пару дней мы были переброшены на один из занятых аэродромов для его охраны и обороны соответственно. Одна из рот под руководством заместителя командира батальона осталась в КАРЧАНСКЕ для поддержания правопорядка, так как местные товарищи, решив, что нам на все пофиг, начали заниматься мародерством (естественно, списывая все на нас). Моя же рота сразу по прибытии была раскинута по периметру аэродрома, делалось все, как всегда, в спешке, и даже заправить машины после совершения марша у меня не получилось, так что это мероприятие было перенесено на утро. Однако утром планы изменились…

В 9.00 меня вызвал начальник штаба полка. Он остался за командира части и получил задачу, которая заключалась в том, чтобы мое подразделение заняло одну из крупнейших теплоэлектростанций Украины, находившуюся неподалеку. Усугублялся этот факт тем, что, по данным разведки, там же был оборудован крупный склад оружия и боеприпасов, в том числе и артиллерийских. На мой вопрос, сколько там сил противника, товарищ начальник штаба, сделав очень серьезное «военное» лицо, ответил:

– Семьдесят человек теробороны!

– Да ладно, а вы же в курсе, что у меня один взвод на сопровождении колонн? – не показывая, что ошарашен такими данными, спросил я.

– Да, в курсе! Не бойся, с тобой будет еще два танка с соседней бригады, – успокоил меня полковник.

– Время готовности к движению? – я продолжил уточнение задачи.

– Часа тебе хватит? – как ни в чем не бывало спросил начальник.

– Да какой на фиг час? У меня рота по периметру раскидана, связи с ними, конечно же, нет, да будет жить долго тот, кто придумал радиостанцию «Азарт»… Мне только собирать их часа полтора, а потом еще заправить надо не менее часа. – Тут уже нервы у меня начали сдавать.

– Короче, делай все быстрее, Денис, я на утверждение решения к командующему, а ты за полтора, край два часа давай уложись, – приказал Перо.

Развернувшись кругом, я махнул своему технику роты и водителю командирской машины, обрисовал, что нужно проехать по всему периметру и собрать всех в указанном мной месте, а технику в это время найти начальника службы ГСМ (горюче-смазочных материалов) и договориться о заправке БТРов.

Следуя воинским традициям, через два часа пятнадцать минут я уже выслушивал от старших начальников о своей бесполезности для вооруженных сил РФ, раз не смог уложиться в поставленные командованием рамки. Но, следуя привычке жить по принципу нас еба… эм, в смысле, нас ругать, что небо красить, я стоял и слушал это все вполуха, надеясь, что времени, отведенного на то, чтобы старшие командиры высказали все, что обо мне думают, как раз хватит, чтобы заправить крайние подъехавшие машины. На постановку задач личному составу у меня, естественно, времени не было… И сказав двум оставшимся командирам взводов, что сегодня мы, скорее всего, вступим в бой, я под гневные высказывания начальника штаба полка погрузился на свое командирское место, по традиции скомандовав: «За мной в колонну – марш!»

По замыслу, вели мою колонну как раз таки товарищ Перо на «Тигре» и разведотделение на БТР, где-то по дороге мы должны были перехватить ожидающие нас танки и уже дружной толпой подъехать к месту начала действий. Ну хоть тут планы не были нарушены, и пара «слоников» встала в хвост моей колонны.

Уже часам к 17.30 мы прибыли к исходному рубежу, и тут меня ожидал сюрприз: помимо военных, в штурме станции, оказывается, участвовали еще и росгвардейцы.

Стоит сделать небольшое отступление и сказать пару слов об этих ребятах, не хочу никого обидеть, но почему-то в бытность мою командиром группы специального назначения при участии в контртеррористических операциях на территории Северного Кавказа мы очень сильно расстраивались, когда узнавали, что с нами в паре работают ВВшники или Вованы, как мы их называли. Не буду описывать всех причин такого отношения, скажу лишь то, что мы им никогда не доверяли, как, наверное, и они нам.

Не успев как следует выматериться про себя, я услышал команду: «Ветер, я Перо, прибыть на организацию взаимодействия». Махнув на ходу командирам взводов, чтоб еще раз проверили заряженность матросов и исправность комплексов вооружения, я оставил их в полном недоумении о предстоящей задаче. Прибыв к месту сбора, я обнаружил там несколько офицеров Росгвардии, а также самого командующего 55 армией, генерал-майора Ляпина.

– Ты кто? – Поднял на меня удивленный взгляд генерал.

– Командир роты морпехов, прибыл в ваше распоряжение, товарищ командующий! – молодцевато доложил я.

– Так ты особо тут и не нужен, запоминай: первыми идут танки, дают залп холостыми снарядами, чтоб те, кто там окопался, испугались и сдались без боя, затем гвардейцы и только потом ты! – проинструктировали меня.

– Ну, давайте я хоть из тридцатимиллиметровых пушек своих постреляю сверху, чтоб мои архаровцы не расслаблялись? – предложил я.

– Добро, – ответил командир, – а сейчас я поеду на переговоры, попробуем все-таки уладить миром. Всем по местам, если поступит команда Луна-32, значит, действуем по плану, но помните, на станции помимо артиллерийских боеприпасов сосредоточены запасы тротила и других взрывчатых веществ, а также какие-то то ли химические, то ли радиоактивные вещества, короче, если жахнет, то будет хуже, чем в Чернобыле, находятся они вот тут, справа по ходу движения в ангаре. – Генерал указал рукой на строение, хорошо заметное невооруженным глазом, в отличие от всей остальной станции.

Вернувшись к своим, я наконец-то смог поставить хоть какую-то более-менее вменяемую задачу подразделению.

– Значит, смотрите, впереди стоит ТЭЦ, ее мы сейчас штурманем. Идем мы в арьергарде, но, чует мое сердце, если тероборона не сдаст объект без боя, ночка будет жаркой. А поэтому боевой порядок такой: впереди идет коробочка разведчиков, за ней – моя. Далее первый взвод, третий взвод замыкает. В связи с тем, что проход на сам объект довольно узкий, идем в колонну, в боевые порядки разворачиваемся только по моей команде, когда я решу, что обстановка это позволяет. Связь следующим образом: я общаюсь со старшим начальником, мои приказы вам передает мой водитель по танковой частоте роты. В случае моей гибели или невозможности управлять подразделением, командование на себя принимает командир третьего взвода. Вопросы?

Но на вопросы у моих подчиненных времени совсем не осталось, так как в радиостанцию поступила команда: «Луна-32».

– К машинам, по местам… переговоры не удались, – громко скомандовал я и направился к своему БТРу.

Как только я занял свое место, впереди стоящие машины очень медленно тронулись. Поскольку обстановка не располагала к стремительным событиям, я даже немного закемарил на своем сиденье. Разбудил меня водитель минут через тридцать. Вокруг уже были сумерки, и до наступления темноты оставалось не больше пяти минут.

– Командир, тебя вызывают, – доложил мне матрос.

– Ветер на приеме, – мигом среагировал я.

– Ветер, вперед, противник оказал сопротивление, у гвардейцев нет вооружения, необходимого для боя! – прозвучала краткая команда начальника штаба полка.

– Что случилось? – Я повернулся влево к своему водиле, где-то в километре впереди раздавались автоматные очереди, по которым можно было понять, что идет двухсторонний бой.

– Командир, гвардейцы отошли, там впереди танки остались и, кажется, наши разведчики, – доложил мне взволнованный матрос.

– Понятно… Давай команду: всем за мной, наводчикам включить ночные прицелы, наблюдать, при обнаружении целей, ведущих по нам огонь, уничтожать самостоятельно! – сказал я и вызвал старшего начальника: – Перо, я Ветер, движение начал.

Как только мы миновали снесенные танками баррикады и въехали на территорию станции, уже совсем стемнело, однако я смог разглядеть впереди БТР Гнезда и один из танков. Со всех сторон по нам летели трассирующие пули, то и дело стуча по броне. В периметре объекта повсюду горели уличные фонари, что очень усложняло задачу, так как ночные приборы у наводчиков слепли при наведении на яркий источник света, а дневные приборы в темноте не видели практически ничего.

Благо беда трассирующих патронов в том, что в ночи видно, откуда они летят, чем я и не преминул воспользоваться: «Наводчикам, огонь по трассам из тридцатимиллиметровых пушек, первому взводу – сектор прямо, третьему – влево, не жалеть никого, все здания по возможности сносить, пехоте вести огонь из бойниц в десанте, всем оставаться внутри коробочек, – приказал я.

Наводчики и пехота начали поливать по указанным секторам, и мы уже приблизились к БТРу разведчиков, когда на меня по радиостанции вышел Паша:

– Ветер, я Гнездо, это ты сзади меня дискотеку устроил?

– Гнездо, я Ветер, да! – ответил я.

– Ветер, у меня пушка не работает, видимо, пулей что-то перебили в башне, может, я чуть отойду, стану позади тебя?

– Да, конечно, стой на месте, мы сейчас тебя объедем.

Как только моя машина вырулила впереди разведчика и до танка оставалось метров двадцать, я увидел, как откуда-то спереди в лоб танка прилетело РПГ. Это было похоже, наверное, на новогодний салют. В воздух в кромешной тьме, после яркой, но короткой вспышки взмыл миллион искр, словно горячая сварка по железу, из танка пошел дым, и слоник поехал вправо, как раз туда, где была стоянка гражданского автотранспорта, перемалывая в груду металла находившиеся там автомобили.

«Ах вы, сволочи», – подумал я. – Наводчикам больше огня, снесите тут все! – И тут же вышел на начальника штаба:

– Перо, я Ветер, один танк подбит из РПГ, второго пока не наблюдаю.

– Ветер, да, продолжай огневое воздействие, продвигайся вперед, найди второй танк, – донеслось из радиостанции.

Переключившись на частоту танкистов, я запросил их в эфире:

– Ангара, я Ветер, прием…

Мне никто не ответил.

– Ангара, я Ветер, прием, – повторил я.

– Ветер, я Двадцать второй, Ангара пропал со связи, – наконец-то ответили мне.

– Значит, прилетело в него, принимаю командование тобой на себя, у тебя боеприпасы остались?

– Да, еще штук десять есть, куда стрелять?

– А прямо перед собой, с переносом огня влево.

В тот момент, когда раздался выстрел танка, который спровоцировал сработку сигнализаций на еще не уничтоженных гражданских машинах, создавая вокруг какофонию неприятных звуков, меня начал трепать за руку водитель со словами:

– Командир, смотри, впереди раненый.

На асфальте медленно полз человек в черной танковой форме под непрекращающимся обстрелом противника.

– Это наш, надо ему помочь, давай чуть вправо принимай, первому взводу выдвинуться вперед и влево, прикрыть броней танкиста, – скомандовал я.

Обернувшись, я обратился к своему фельдшеру: