Утром на тумбочке завибрировал телефон. Максим приподнялся, протер глаза и дотянулся до трубки. Рядом на разложенном диване лежала Яна. Она мирно спала, засунув одеяло между ног. На ней не было трусов. Вчера вечером они с Максимом занимались любовью, и она их забыла надеть. Телефон все вибрировал, а Макс все не мог оторваться от Яны – он разглядывал ее тело. Она была немного коренастой, с крупной упругой задницей, недлинными ногами и выделяющимися икрами. Ее ровная мощная спина заканчивалась высокими натренированными плечами.

«Должно быть, она занималась спортом, может быть, даже борьбой. Но я даже не спрашивал ее об этом», – думал Максим, проводя ладонью по ее округлым ягодицам. На смугловатой коже появились мелкие, едва заметные мурашки, которые обычно бывают от холода. Яна перевернулась на спину, закинув одну руку за голову. На голой сметанно-белой груди возвышались два крупных розовых соска. Яна потянулась, зевнула и открыла глаза.

– Ты что телефон не берешь?! – удивилась она. – Он же меня будит.

Макс наконец-то принял вызов.

– Алло, Максим? Это вы? – раздался знакомый голос из трубки. Но Максим не мог вспомнить, где он его слышал.

– Да, это я. Слушаю вас!

– Это Матвей! Мы вас на днях собеседовали. Помните?

Макс оживился. Занервничал. Вскочил и выбежал в коридор.

– Да, помню, конечно. Извините, что трубку долго не брал, звук был выключен.

– Ничего, главное, что я до вас дозвонился, – в трубке возникла некоторая пауза. Максиму показалось, что Матвей хочет что-то сказать, но не может.

– Что-то случилось? – спросил Максим. – Все нормально?

– Не совсем, – Матвей говорил медленно, виновато, растягивая каждое слово и делая паузы. – Тут такое дело…

– Что случилось? – сухо спросил Максим, понимая, что произошло что-то не очень хорошее.

– Вы же помните, мы вас наверх на согласование направили. К моему боссу. В общем, мы с коллегой дали самые хорошие рекомендации вам.

– И что? – стал напрягаться Максим.

– Там сверху зарубили. Причем бесповоротно. Они вас по спискам пробили. Видать, прошлое ваше руководство постаралось.

– А что за списки? – Одной рукой Максим держался за косяк двери, чтобы не упасть от услышанной новости. Он смотрел на ручку двери, и она расплывалась перед глазами. Под ребрами слева, ниже сердца, появилась острая боль, словно кто-то колол в это место иголкой. Боль усиливалась, когда Макс вдыхал, поэтому он на время задержал воздух в легких. Голос в трубке продолжал:

– Собрали рекомендации, видимо. Служба безопасности. Короче, Макс, мы сделали все, что могли. Извини…

– Спасибо за честность, я это ценю, – Максим смотрел сквозь темноту коридора на Яну. Она сидела на кровати, потягивалась, иногда что-то писала в телефоне, нажимая на кнопки. Она уже успела натянуть футболку с каким-то диснеевским героем на груди. Футболка была на пару размеров больше, чем нужно, и доходила ей почти до колен.

– Тебе сейчас надо отсидеться на уровень ниже, твои здорово постарались. Наверх тебе пока путь закрыт, – Матвей говорил откровенно. Это чувствовалось по голосу. Максим легко определял, когда ему врут, а когда – нет. Сказывался опыт многолетних переговоров.

– Я тебя понял. Спасибо за помощь. Надеюсь, еще встретимся когда-нибудь.

– Обязательно встретимся. Ты, главное, не падай духом. Все наладится, Макс.

– Не буду. Обещаю! – сказал Макс и почувствовал, как волна отчаяния все-таки накрывает его.

Макс зашел на кухню и, достав припрятанную бутылку дешевого купажированного виски, сделал несколько глотков. Ему полегчало. За спиной он услышал голос Яны:

– Что случилось, Макс? – Она обняла его за плечи, привстав на цыпочки. – Что опять стряслось?

– Мне отказали. Плохие рекомендации. Эта мразь постаралась… Иваныч! Сука!

Макс почувствовал нежный легкий поцелуй в шею. Тонкие женские руки обхватили снизу его крупный живот. Алкоголь попал в кровь, и Макс ощутил, что боль в груди уходит. Он стал чаще дышать. Сознание возвращалось. Контуры становились резче. Словно кто-то настроил изображение в его голове, и все вернулось в норму после пережитого стресса.

– Забудь про них, пойдем лучше полежим, – прошептала Яна и одной рукой полезла Максиму в трусы. – У меня еще есть час… И мы тут одни. Мне хорошо с тобой!

Макс повернулся к ней и подхватил на руки. Через час Яна уехала в институт, читать лекции. Обещала вернуться к шести. Оставшись один, Макс допил остатки виски, закрылся в их комнате и заснул.

Разбудил его опять звонок телефона. Макс посмотрел на определившийся номер, тот был ему не знаком.

«Брать или не брать?» – думал он, раздвигая занавески. На улице две маленькие девочки прыгали через скакалку, напевая знакомую песенку. Макс не мог вспомнить ее название. На скамейке рядом с подъездом сидели знакомые алкаши. Он наконец-то взял трубку.

– Макс, это я, Женек! – словно от кого-то прячась, сказал Женек не своим голосом.

– Привет, что за номер? Я думал не брать.

– Это личный. Новый, купил только. Сам понимаешь – с рабочего могут просечь.

– Хмырь этот?

– Он самый. Ты, видать, ему на прощание что-то личное сказал. Ух… он на тебя сильно обозлился. Каждый понедельник вспоминает, какой ты… мудак!

– Да черт с ним! Сам он – мудак!

– Да, действительно. Еще тот мудак! Но для тебя это уже в прошлом, – Женек на мгновение замолчал и хмыкнул носом. – Ну как ты, дружище?

– Да так, средне, у девушки одной живу. Ты ее знаешь. Мы с ними тогда в баре познакомились, рядом с домом твоим.

– Так она же тебе телефон не дала вроде? Ты мне так утром говорил.

– В кармане потом нашел, – соврал Макс.

– Ну и дела. А к родителям?

– Они у меня в другом городе живут, да и расстраивать не хочу. Отец у меня чувствительный очень – волноваться будет.

– Ясно, ну, я чем могу…

– Женек, мне работа нужна. Меня не берут никуда, да и вакансий моего уровня нет. Есть идеи?

В трубке возникла пауза. Женек на время замолчал. Максим услышал шорох бумаги. Словно там перелистывали блокнот или тетрадь.

– Можешь записать? – спросил Женек.

– Да, а что?

– Это номер моего дядьки. У него контора своя. Они оптовыми поставками компов занимаются. Там отдел продаж есть. Человек десять.

– И что?

– Ему нужен руководитель. Ты – самая лучшая кандидатура. Я ему про тебя много раз рассказывал.

– После вице-президента крупного холдинга в отдел продаж неизвестной компании? – растерянно спросил Максим, не зная, как реагировать на предложение. Он надеялся, что друг Женек сам начнет его отговаривать от своего же предложения.

– Да, Макс, пока так. А там – жизнь покажет. Сам видишь, как все складывается…

– А зарплата?

Женек озвучил сумму.

– Так это в пять раз меньше, чем у меня было, – возмутился Макс.

– Значит, ты против? Тогда я ему так и передам.

– Погоди… Не спеши, – тяжело задышал Максим. Под сердцем у него снова закололо.

– Что «погоди»?! – возмутился Евгений.

– Я согласен. Когда собеседование?

– Нет там никакого собеседования! Он готов тебя взять сразу.

– А когда выходить?

– Лучше всего завтра! Он давно человека ищет.

– Хорошо, передай ему, что я согласен. Завтра утром выхожу.

– Ладно, передам, – Евгений продиктовал адрес офиса и номер телефона своего дядьки, сухо попрощался и пожелал удачи.

На часах еще не было и четырех. Яна должна была прийти только через два часа. Макс надел куртку, проверил в кармане сигареты и быстрыми шагами спустился по лестнице вниз. Первым, что он увидел, выйдя из подъезда, было веселое и пьяное лицо Вована. Тот держал в одной руке пустой стакан, в другой – открытую бутылку водки.

– Налей! – скомандовал Максим. Вован наклонил бутылку, и Максим увидел, как прозрачная жидкость заполняет стакан. – Побольше! Лей – не жалей! – Макс хлопнул Вована по плечу, словно знал его много лет.

– А вот это уже по-нашему! Мужики, я же вам сразу сказал, что он из наших! – засуетившись и чуть недоуменно оглядываясь по сторонам, проговорил Вован.

Макс выхватил стакан и выпил залпом. Незнакомый коренастый собутыльник Вована с татуировками на пальцах протянул ему помятый помидор.

– Еще! – подставил Макс стакан, строго посмотрев на Вована.

Выпив второй стакан, Макс посмотрел во двор дома. Там прыгали через скакалку две школьницы с белыми бантами. У одной была разбита коленка. Иногда, подпрыгивая, школьница держалась за нее. В кустах залаяла местная дворняга. Один из пьяниц швырнул в нее палкой и громко выругался матом.