— Внимание! Подтверждён прорыв уровня «Эпсилон»! — голос генерала Райвена ревел из систем дальней связи, захлёбываясь треском помех. — Всем соединениям перейти в состояние полной боевой готовности! Поднять по тревоге резервные ракетные дивизионы!

Над штабом северной стены континента Техоль взвыла сирена.

Её протяжный вой заставлял сердца биться чаще, невзирая на уровни и ранги. По стенам командного зала побежали багровые полосы тревожного освещения. Одна за другой оживали галопанели, выводя на поверхность карты с точками, сигнализирующими опасность, потоки донесений и дрожащие изображения с разведывательных дронов.

Офицеры вскакивали со своих мест. Связисты одновременно пытались удерживать десятки каналов. Адъютанты метались между столами, передавая приказы. Над дальней частью зала вспыхивали и гасли голографические метки фортов первой линии, с которыми уже была потеряна дальняя связь.

— Дать полную оценку противника! — рявкнул генерал Корал Мартин.

Его голос ударил по залу сильнее тревожных сирен.

Могучий двемер C ранга возвышался над окружающими почти на три головы. Восемьдесят второй уровень сделал его тело значительно сильнее обычного не то, что человека, даже высокоуровнего архонта, но даже сейчас генерал ощущал себя беспомощным стариком перед лицом надвигающейся катастрофы.

Однако, показывать это было нельзя. Страх командующего распространяется по армии быстрее чумы. Стоит одному адъютанту заметить дрожь в глазах генерала и уже через час весь фронт будет уверен, что сражение проиграно, даже еще не начавшись. Вот только сам генерал не был уверен, что хоть что-то можно изменить в этой ситуации и отдавал приказы скорее выполняя протокол.

Поэтому Корал Мартин не просил. Не задавал вопросов. Он требовал ответы так, будто ответы ещё могли что-нибудь изменить.

— Прокол продолжает расширяться! — доложил молодой адъютант, едва сдерживая дрожь в голосе. — Скорость роста превышает все расчётные значения на 374 процента. Если расширение сохранит текущий темп, врата могут перейти в стационарную фазу!

Генерал повернул к нему лицо.

— Я не спрашивал, что может произойти. Мне нужна оценка противника.

Адъютант побледнел. Корал видел, как у того дёрнулась щека. Юноша смотрел на галопанель, словно надеялся найти там менее страшные данные.

Не нашёл.

— Средства сканирования не способны пробиться через поле искажений, господин генерал. Разлом испускает помехи сразу в нескольких энергетических диапазонах. Магическое зондирование ослеплено, дальнее Восприятие подавлено, радары дают противоречивые данные. Но в визуальном спектре…

Он запнулся.

— Продолжай.

— Мы наблюдаем полноценные врата. Из них организованно, стройными рядами, выходит армия крылатых существ.

В командном зале стало тише. Все, кто услышал доклад, на краткое мгновение забыли о собственных обязанностях.

Армия. Не стая. Не орда безмозглых отродий, выгнанных на осколок голодом или случайным сопряжением.

Армия означала командование. Разведку. Снабжение. И волю, способную открыть стабильный путь сквозь Бездну.

Корал Мартин посмотрел на центральную галопанель.

Тяжёлый разведывательный дрон передавал изображение с расстояния почти в пятьдесят вёрст. Картинка дрожала, покрывалась полосами помех, временами рассыпалась на тёмные квадраты, но происходящее всё равно можно было разглядеть.

Между двумя горными вершинами сияла исполинская портальная арка. Свет из неё заливал всю долину. Снег на склонах искрился, словно толчёное стекло, а камни отбрасывали сразу по несколько теней. Пространство внутри арки не показывало местность с другой стороны. Там клубилось бело-золотое марево, в котором иногда проступали очертания высоких башен и безграничного сияющего неба.

Из врат выходили воины. Высокие гуманоидные фигуры, закованные в белые и золотые доспехи. За спинами каждого раскрывались крылья, состоящие, казалось, из чистого света или тончайших металлических пластин. В руках солдаты держали копья, щиты и длинные клинки.

Они не толпились. Не оглядывались в растерянности. Первые отряды занимали господствующие высоты. Следующие немедленно формировали оборонительный периметр вокруг врат. Третьи поднимались в воздух и исчезали среди гор, ведя разведку.

За ними появлялись новые. Сотни. Тысячи. Каждая тысяча выходила точно в срок, занимая заранее определённое место.

— Возможно, они разумны и не настроены враждебно, — произнёс генерал Райвен.

Он отвечал за стратегические вооружения всего северного направления. Седой, опытный, переживший десятки крупных прорывов, сейчас Райвен говорил не как военачальник. А как смертный, пытающийся убедить самого себя, что за дверью спальни скребётся не чудовище, а всего лишь ветка.

Корал Мартин резко повернулся к нему.

— Отставить панику!

— Я не паникую. Я лишь предлагаю рассмотреть…

— Это армия вторжения! — рёв огромного двемера заставил нескольких младших офицеров вздрогнуть. — Тот факт, что противник гуманоидной расы, не даёт нам ни единого основания считать его нейтрально настроенным. Нейтральные путешественники не выводят из пространственных врат десятки тысяч вооружённых существ!

Райвен сжал челюсти. Спорить не стал. Он и сам понимал, насколько жалко прозвучала его надежда.

— Дайте оценку возможности атаковать непосредственно арку врат, — продолжил генерал Корал. — Подготовить массированный удар. Задействовать дальнобойные батареи первого и второго эшелонов обороны, запросить доступ к стратегическим ракетам. Если уничтожить точку сопряжения сейчас…

Корал Мартин не успел закончить. Чужое сознание прикоснулось к его разуму. Не вторглось. Не проломило защиту. Оно просто оказалось внутри. Древнее, тяжёлое и бесконечно усталое. От этого присутствия мысли Корала замерли, словно перед взором существа, для которого вся его жизнь была короткой вспышкой на краю вечности.

Голос Великого Тъ’Харота не звучал в ушах. Он возникал сразу в душе.

«Врата таким образом не закрыть. Они поднимут щиты прежде, чем удар достигнет цели».

Генерал замер. Окружающие продолжали работать, не подозревая, что их командующий слышит волю Бога.

«Необходимо дождаться, когда преаты света вступят в бой и рассредоточат силы. Атакуйте их позиции после того, как защитный периметр растянется».

По спине Корала прошёл холод. Не от приказа ударить. От названия врага. Преаты света. Великий Тъ’Харот знал, кто именно пришёл в мир Сейлоста. Знал их природу. Возможно, ждал этого дня.

«Наёмники первой стены должны отдать жизни в нашей праведной борьбе за выживание. Их гибель даст нам необходимое время. К третьему эшелону уже начали прибывать храмовые стражи».

Присутствие Бога исчезло. Разум генерала снова принадлежал только ему. Но ощущение чужой тяжести осталось, и это несмотря на высокие параметры генерала, достигшие пика первого божественного предела.

Корал Мартин медленно вдохнул. Он служил Тъ’Хароту большую часть жизни. Видел чудеса, совершённые им. Знал, что лишь воля Великого позволяла осколку мира Сейлоста сохранять устойчивость среди бесконечной пучины Бездны.

Но сейчас Бог приказал пожертвовать первой стеной. Не отдельным фортом. Не одним соединением. Всеми наёмными армиями, удерживавшими передовой пояс. Десятки тысяч бойцов должны были умереть, чтобы преаты света рассредоточились и открылись для удара.

С военной точки зрения решение было правильным. Холодным. Точным. Неизбежным. И от этого ещё более страшным. Ведь так же могли пожертвовать и его жизнью.

Мысли Корала метались с безумной скоростью. Он рассматривал варианты, отбрасывал их и снова возвращался к уже проверенным расчётам, надеясь, что прежде допустил ошибку.

Ошибки не было. Выхода тоже. Он знал, что однажды подобное произойдёт. Все старшие командиры этого гибнущего осколка знали.

За десятилетия северная стена выдержала тысячи прорывов. Малые разрывы даже не вносили в общую статистику. Через них просачивались одиночные паразиты, демонические отродья или изгнанники, дезертиры, бежавшие от более могущественных хозяев.

Крупные сопряжения приносили орды. Десятки тысяч тварей. Иногда, сотни тысяч. Но это всегда были разрозненные стаи. Они дрались друг с другом, не умели удерживать строй и бросались на укрепления, повинуясь голоду. Да и могущественных артефактов у них с собой не было никогда.

Защитники мира Сейлоста научились уничтожать подобных врагов. Орудия перемалывали толпы. Ракетные удары выжигали скопления даже сильных хтонических тварей. Маги закрывали особенно опасные разломы.

И все же рано или поздно среди бесчисленных прорывов должна была появиться организованная армия или легион какого-нибудь владыки демонов. Но легионы воинов света были куда как хуже.

Не статистическая вероятность. Не страшная легенда. Настоящий враг, пришедший не грабить и не искать убежища. Завоеватель.

Потаённая надежда, что этого никогда не случится, годами отравляла сознание Корала. Он готовил планы, проводил учения, требовал сохранять стратегические резервы и каждую ночь убеждал себя, что всё предусмотрел.

Теперь худшие опасения сбывались прямо у него на глазах. И подготовка оказалась бесполезной.

На дальней галопанели сменилась проекция. Камера разведывательного дрона приблизила область за вратами, и генерал увидел то, чего не заметил прежде.

За рядами преатов двигались гиганты. Боевые элементали света высотой более пятидесяти метров. Ходячие башни, выкованные словно из белого металла и ослепительного сияния. У них не было лиц, только гладкие маски с вертикальными прорезями, из которых изливался свет.

Каждый шаг исполина раскалывал камень под их ногами. На плечах некоторых возвышались конструкции, напоминающие храмовые шпили. Внутри них вращались энергетические сферы. Даже через изображение передаваемое дроном Корал ощущал исходившую от них угрозу.

Такие создания не могли быть наблюдателями. Их не отправляли вести переговоры. Они были осадными орудиями, способными ходить.

— Текущая оценка численности? — спросил генерал.

Голос прозвучал спокойнее, чем даже он сам ожидал от себя.

— Больше двадцати тысяч, — ответил адъютант. — Но врата продолжают работать. Темп перехода увеличивается.

— Классификация гигантов?

— Неизвестна. Предположительно, боевые элементали или искусственные конструкты. Высота от сорока восьми до шестидесяти трёх метров. Уровень энергетического излучения… — Адъютант сглотнул. — Выше расчётного предела полевых сканеров.

Корал не ответил. Он смотрел, как за вратами появляются новые великаны. Один. Второй. Пятый. Двенадцатый. Вокруг их ног сияющими волнами расходилось поле, искажая показания приборов. Снег испарялся. Камень становился белым, словно из него выжигали даже память о тьме.

Генерал попытался представить, как остановить подобное создание. Тяжёлые батареи могли пробить броню. Наверное. Если щиты преатов не выдержат. Если артиллерийские позиции успеют сделать несколько залпов. Если крылатые воины не преодолеют расстояние раньше, чем расчёты наведут орудия.

Слишком много «если».

И хуже всего была мобильность противника. Все преаты света обладали крыльями. В горных районах это давало им абсолютное преимущество. Дороги, перевалы, минные поля и обрушенные ущелья не задержат летающую армию. Она сможет обходить укрепления, нападать на артиллерию сверху и выбирать направление каждого удара. Тогда как не только у первого эшелона, ну и на второй и третьей стене зенитного вооружения было очень мало, так как с противником в воздухе практически не приходилось сражаться.

— Генерал Райвен, — произнёс Корал. — Привести резервные ракетные дивизионы в полную готовность. Развернуть установки вне стационарных позиций. Противник наверняка начнёт с подавления размещенных на поверхности батарей.

— Уже исполняется.

— Всем фортам первого эшелона передать приказ о подготовке к круговой обороне.

Райвен нахмурился.

— К круговой?

— Они перелетят через стены.

В зале снова стало тихо. Некоторые офицеры только сейчас осознали смысл увиденного. Северная стена создавалась для врага, который шёл с одной стороны. Она могла выдержать натиск чудовищ в ущельях, перекрыть перевалы и превратить каждый проход в огненный коридор. Но крылатая армия могла просто оставить укрепления позади.

— Поднять все истребительные звенья с тыловых баз, — продолжил Корал. — Не вступать в бой до отдельного приказа. Рассредоточить по запасным аэродромам в максимальной близости к секторам непосредственной работы. Дронам перейти на предельную высоту.

— Слушаюсь.

— Связаться с командирами частных армий. Потребовать точные данные о численности, запасах и состоянии защитных куполов.

Последний приказ дался тяжелее остальных. Корал уже знал, что ждёт этих наёмников. Должны ли они знать? Если сообщить правду, первая стена рассыплется. Частные армии начнут отступать, перекроют дороги и уничтожат последние возможности задержать врага.

Если скрыть, десятки тысяч существ примут бой, надеясь на поддержку, которая не придёт. Выбор между предательством и гибелью мира.

Однако Великий Тъ’Харот уже сделал его за них. На центральной галопанели появилась новая отметка.

— Господин генерал, парламентёрская группа достигла зоны визуального контакта, — сообщил связист.

Корал резко поднял голову.

— Изображение на главный экран.

Разведывательная платформа шла по горной дороге. На крыше развевалось белое полотнище с символом переговоров. Орудия были опущены, системы защитных экранов переведены в пассивный режим.

Внутри находились четверо офицеров.

Корал знал двоих. Полковник Эдвар Ромир служил на стене почти двадцать лет. Его заместитель, молодая женщина по имени Мелари, недавно получила шестидесятый уровень и должна была отправиться в отпуск уже в этом месяце. Они добровольно вызвались установить контакт. И очень зря, но и отговаривать Корал никого не стал.

Преаты уже заметили машину. Несколько крылатых фигур отделились от строя и зависли в небе. Их копья горели холодным слепящим светом.

— Передаём сообщение на всех доступных частотах, — доложил связист. — Дублируем на магическом диапазоне и через световой код.

На экране появилась расшифровка:

«Мы представляем объединённые силы континента Техоль. Просим обозначить цели вашего прибытия. Мы не ищем конфликта и готовы к переговорам».

Сообщение повторилось. Один раз. Второй. Преаты не отвечали. Транспорт продолжал приближаться.

— Остановить их, — приказал Корал. — Пусть не входят в зону поражения.

Связист торопливо передал команду.

Тяжелая боевая платформа затормозила. Белое полотнище дрожало на ветру. Полковник Ромир вышел наружу и медленно поднял пустые руки, показывая, что не держит оружия.

Один из преатов направил копьё. На краткий миг всё вокруг его фигуры померкло. Потом вспыхнул луч. Изображение на миг пропало. Когда пиктокамера восстановила работу, на месте транспорта осталось белое пятно расплавленного камня.

Ни обломков. Ни тел. Лишь оплавленная дорога, ещё несколько мгновений светившаяся изнутри.

В штабе повисла гробовая тишина. Генерал Райвен закрыл глаза. Надежда, за которую он цеплялся, умерла вместе с парламентёрами, а ведь это было его предложение. Но генерал Корал видел надежду, пусть и крошечную, и видел он ее не в милости прибывшего жестокого воинства света, а в том факте, что за долю мгновения до удара, вокруг тела полковника Ромира сработал защитный полог и он сам успел воспользоваться навыком побега. А значит навыки Системы против этих тварей работали, и как подумал про себя генерал Корал, скорее всего даже лучше обычного оружия.

— Зафиксировать произошедшее нападение, — холодно приказал Корал. — Разослать всем командующим. Противник отказался от контакта и уничтожил группу парламентёров.

Он не позволил голосу дрогнуть. Преаты света сделали выбор. Или никогда не собирались его делать, даже не помышляя о переговорах с людьми.

— Дальнобойная артиллерия форта Чёрный Зуб по вашему приказу открыла огонь! — доложил оператор.

На карте вспыхнули траектории. Тяжёлые снаряды поднялись из-за горного хребта и понеслись к передовым отрядам армии преатов света. Следом ударили ракеты, оставляя в небе длинные огненные полосы.

Преаты отреагировали мгновенно. Крылатые воины подняли щиты. Между ними вспыхнули линии, сплетаясь в огромную сияющую полусферу. Первый снаряд ударил в неё и взорвался, выбрасывая тучу огня и осколков.

Барьер даже не дрогнул. Вторая ракета разорвалась выше. Третья попала почти в центр построения. Сияние поглотило взрыв. Когда дым рассеялся, преаты продолжали стоять на прежних местах. Ни один не погиб.

— Продолжить обстрел! — приказал Корал.

— Расход боеприпасов…

— Продолжить!

Орудия ударили снова. Теперь стреляли несколько фортов. Десятки тяжёлых снарядов обрушились на защитный купол, сливаясь в непрерывный огненный шторм.

Щит противника становился только ярче. По его поверхности шли золотые волны, но признаков истощения, не говоря о разрушении не было.

Затем ответили преаты.

Несколько сотен крылатых фигур поднялись над строем в воздух, на сотни метров. Их копья одновременно повернулись в сторону далёких артиллерийских позиций.

Корал увидел, как между остриями протянулись нити света.

Они соединились. Сформировали единый луч. Небо, казалось, раскололось на части.

Галопанели потемнели, автоматически защищая глаза наблюдателей. Даже через фильтры вспышка оказалась ослепительной.

На карте исчез форт «Чёрный Зуб». Не одна батарея. Весь форт.

Там, где несколько секунд назад находились стены, казармы, подземные склады и две тысячи бойцов, бушевали искажения и получить достоверной информации о произошедшем было невозможно.

Красная метка погасла. Связь оборвалась.

— Подтвердить уничтожение, — тихо приказал Корал.

— Сигналов нет.

— Резервные каналы?

— Молчат.

Генерал не почувствовал ничего. Ни ярости. Ни скорби. Страх оказался слишком велик, чтобы оставить место другим чувствам.

— Немедленно разослать приказ всем фортам, поднять энергетические барьеры, невзирая на огромное расстояние до противника! — уже как-то отстраненно, произнес генерал Корал. Тогда как артиллерия из других фортов продолжала безуспешно наносить удары по позициям преатов.

Но через миг помехи рассеялись и дроны наконец-то показали, что произошло с фортом Черный Зуб. Повреждения были чудовищны, но сами здания и бойцы уцелели, полковник Гарвсил все же успел отдать приказ поднять щиты. Но часть артиллерийский установок все равно сгорели в этом очищающем огне. Однако, на миг генерал Корал проникся надеждой, что мощь воинов света не безгранична, от нее можно защититься, хотя бы попытаться. Впрочем, судя по данным пришедшим из атакованного форта, их накопители маны потеряли порядка семидесяти процентов энергии. И это была только одна атака.

На соседних участках началось движение. Частные армии выдвигались для разведки боем, выполняя переданные ранее распоряжения. Небольшие мобильные соединения пытались приблизиться к преатам через боковые ущелья.

Одновременно из горных пещер и лощин выбирались прятавшиеся до этого демонические твари. Они тоже ощутили новый разлом. Стаи отродий Бездны, костяные големы и массивные отродья, покрытые наростами чёрного камня, устремились к сиянию, словно обезумев. Возможно, свет причинял им боль. Возможно, они почувствовали души, которые надеялись сожрать.

Для преатов различий не существовало. И люди, и демоны сгорали одинаково.

Лучи света срывались с копий и пронизывали пространство. Они не взрывались, не оставляли дыма и почти не производили звука. Там, где проходило сияние, плоть превращалась в пепел, металл стекал расплавленными ручьями, и казалось даже души исчезали.

Демонические твари гибли ещё быстрее. Сияние словно находило их даже за препятствиями. На месте крупных отродий оставались белые статуи, которые через мгновение рассыпались мелкой пылью.

— Они не различают цели, — прошептал кто-то в штабе.

— Различают, — мрачно ответил Райвен. — Просто для них мы все одинаковы.

Количество войск противника продолжало расти.

Врата не закрывались. За передовыми отрядами появлялись новые легионы. Над горами уже кружили десятки тысяч крылатых воинов. Живые башни света образовали вокруг арки несколько защитных колец. За несколько часов численность армии вторжения превысила сто тысяч существ. Их поток не иссякал.

На галопанелях появлялись новые расчёты, каждый страшнее предыдущего. Аналитики пытались оценить скорость движения преатов, мощность щитов и возможные направления удара.

Все модели приводили к одному исходу. Первая стена падала. Почти во всех вариантах, в течение двух часов после начала полномасштабного наступления. Ведь сейчас преаты света лишь укрепляли плацдарм.

Вторая стена могла продержаться ещё три часа. Третья, от четырёх до семи, если храмовые стражи успеют занять позиции и стратегические арсеналы будут использованы без ограничений.

К тому же слова Повелителя Тъ’Харота не давали шанса обмануться генералу Коралу и возомнить что эти преаты света могут быть слабым противником, скорее наоборот, все силы армии мира Сейлоста полягут в даже не борьбе, а всего лишь попытке их остановить. Ведь шансов задержать на десять часов этих летучих тварей практически не было видно, а без этого ритуал искажения невозможно было активировать на полную мощность, чтобы закрыть любые врата в северной области континента Техоль, но за десять часов они прорвутся возможно даже до столицы.

И первые же попытки с помощью зенитных установок обстрелять подлетающих противников разбились о сияющие щиты этих тварей. Разбились вместе с надеждами на спасение.

И ведь все это походило на конец, конец истории всего мира Сейлоста. При этом генерал Корал не имел ни малейшего понятия заберет ли его Великий Тъ’Харот вместе с жрецами, с этого гибнущего куска камня, в случае провала обороны, или это и его конец тоже, как и десятков, сотен тысяч людей находящихся сейчас на передовой…