(1) И, так как мы видим, что фрукты присоединены к лакомствам, после орехов следует порассуждать о видах фруктов. Пишущие о сельском хозяйстве таким образом разделяют орехи и фрукты, что орехами называют всякий плод, который снаружи покрыт [чем-то] твердым, а внутри содержит [то], что пригодно для еды; фруктом же [они называют то], что снаружи содержит [то], что пригодно для еды, а [нечто] твердое заключает внутри. Согласно этому определению, персик, который поэт Свей выше причисляет к орехам, следует больше причислять к фруктам.
(2) Предпослав это [рассказу], надо [теперь] перечислить виды фруктов220, которые Клоатий так тщательно перечисляет в четвертой книге Греческих устроителей: “Есть же такие виды фруктов: америйская фига, лимон, слива221‑зимовка, έπιµηλίς (груша), сладкое маттийское [яблоко], круглое <…> скороспелое, гранат, персик, квирийское [яблоко] (Quirianum prosivum222), красное скавдийское, лесное, айва скантийская, тибур (tibur223) верийский”224.
(3) Ты видишь, что среди фруктов Клоатий поместил персик, который сохранил название своего [места] происхождения, хотя уже давно является плодом нашей земли. В отношении же лимона Клоатий пишет так же, как и Вергилий, что он является персидским плодом:
…felicis mali quo non praestantius ullum…
([Мидия горький сок доставляет с устойчивым
вкусом], —
Плод благодатный…)225, —
и так далее. (4) И, чтобы никто не сомневался, что это [именно] о лимоне Вергилий сказал [“Плод благодатный”], послушайте, что говорит Оппий в книге О лесных деревьях: “Таким же образом лимонное дерево и персиковое: одно вырастает в Италии и в Мидии – другое”. И немного после, говоря о лимоне, добавляет: “Он же является самым душистым, вследствие чего, помещенный среди одежды, убивает моль. Он также считается противодействующим ядам, потому что, растертый вместе с вином, оберегает пьющих благодаря очистительному действию своих сил. Но в Персии лимоны произрастают в любое время [года]: ведь, [пока] одни [плоды] собирают, другие между тем созревают”. (5) Ты видишь, что здесь и лимон назван, и все [его] признаки указаны, которые в связи с ним назвал Вергилий, хотя он [и] не произнес слово “лимон”. Да и Гомер, который называет лимон θύον, указывает, что [этот] плод является душистым:
…θύου δ᾽ ἀπὸ καλὸν ὀδώδει
(…огонь… пылал, лимона
Запах… разносился)226.
И Оппий замечает, что лимон кладут среди одежды, [и] то же [самое] отмечает Гомер, когда говорит:
εἵµατα δ᾽ ἀµφιέσασα θυώδεα σιγαλόεντα
(…нарядив в лимоном пропахшее платье)227.
И поэт Невий в Пунической войне пишет: “пахнущая лимоном одежда”.
(6) [А] эти груши, которые, как мы видим, отличаются многочисленным разнообразием имен. Ведь тот же Клоатий так описывает их названия: “Анициева тыквообразная [груша] с усиками, [груша]-цервиска, каменная, крустумерийская крупная, греческая, лоллиева, ланувийская лавровая, латерезийская душистая, милетская миртовая, невиева круглая, преция красная, сигнийская, туллиева, титиева тимьяновая (timosum228), турраниева лучшая скороспелая, мушмула поздняя, осенняя поздняя, секстилиева поздняя, тарентская поздняя, валериева поздняя”229.