Служебная милицейская собака Тузбубен, «остроухая, мускулистая, цвета папиросного пепла, с чрезвычайно умными глазами», появляется в одной-единственной сцене, когда наряд полиции прибывает в театр Варьете для проведения следственных действий, но оставляет по себе очень яркое впечатление. Впечатляют и сам ее эффектный экстерьер, и подчеркнуто умные глаза, и необычная кличка, а самое главное – поведение в кабинете пропавшего финдиректора Римского, которое «изумило всех». Знаменитый сыскной пес, лишь переступив порог, рычит, скалит чудовищные клыки, ложится на брюхо и ползет к окну, где, с трудом преодолев ужас, вскакивает на подоконник и злобно воет. От нечистой силы, накуролесившей в кабинете и вынудившей Римского бежать на вокзал сломя голову, морально пострадал даже бесстрашный пес.

Пес Тузбубен – одно из трех животных в романе, названных по имени и сыгравших свою роль в сюжете, наряду с котом Бегемотом и собакой Бангой. В одном из ранних набросков романа пес, идя по запаху, приводил милиционеров в мужскую уборную театра Варьете, где были припрятаны червонцы, превращающиеся в газетную бумагу. В окончательном варианте судьбой спрятанных в разных местах червонцев, а заодно и валюты занимаются специально назначенные для этого люди, которых якобы видит во сне управдом Никанор Иванович Босой.

Кличку свою Тузбубен (Бубновый туз) получил по аналогии с популярной в царской России кличкой полицейских собак – Треф. Один из таких псов, доберман Треф, был настоящей московской знаменитостью – он раскрыл около полутора тысяч преступлений.

В карточной символике трефовый (крестовый) туз означал казенный дом, неудачу, а в криминальном мире туз треф – символ «законника», вора в законе. Свой «уголовный» шлейф есть и у бубен. Скажем, татуировка бубновый туз – знак того, что ее обладатель – первоклассный карточный шулер. Но в более широком смысле бубновый туз означал каторжанина: во времена царской каторги заключенные носили робы с нашитым на спину красным (или желтым) лоскутом в форме ромба – так в них легче было целиться. Одинокий ромб на спине визуально считывался как знак бубнового туза.

«В зубах – цыгарка, примят картуз, // На спину б надо бубновый туз!» – так описывал патрульный отряд из 12 революционеров Александр Блок в поэме «Двенадцать». То есть пришедшие к власти большевики виделись ему потенциальными каторжниками – или бывшими уголовниками, которым по статусу как раз подходит этот недвусмысленный знак. Такие параллели не были чужды и Михаилу Булгакову.