После посещения спа Колби направилась к своим родителям, а я осталась с Рэйвен. Мы пошли к мосту «Гоблинские ворота».

— Раз уж я здесь, надо пройти сенной лабиринт, — сказала Рэйвен.

Она кивнула на выстроившуюся перед входом в него очередь. Здесь же бойко шла торговля горячим сидром, организованная попечителями старшей школы. Установить фургончик у лабиринта было умно, наверняка на будущий год за это место развернется серьезная борьба.

— Он всегда отлично устроен.

Меня бы ничто не заставило туда сунуться. Может, когда-нибудь потом я на это и решусь, но утверждать наверняка не могу. Однако посетители были от лабиринта в полном восторге, несмотря на прошлогодние события, так что, возможно, репутация парада тоже не сильно пострадает.

— Я знаю, что вы с Айви никогда не были близки, — заметила Рэйвен.

— Она не вызывала у меня особого неприятия. Мы просто не подходили друг другу, — ответила я. — Совершенно нормально, если друзья принадлежат к разным группам.

— Да уж. Ты никогда не тащилась по электронной музыке, как мы с Айви. — Рэйвен слабо улыбнулась. — Хотя Айви любила ее намного больше, чем я.

Рэйвен была права: танцы под электронную музыку не мой стиль. Но Рэйвен они нравились — вероятно, потому, что она не упускала шанса надеть костюм единорога, феи или еще кого-то, кто покажется ей крутым в этот момент.

— Ты по-прежнему ходишь на рейвы?

— Иногда. Но там я чувствую себя старой. Мне их не хватает, но мне просто недостает всего того веселья, которого было так много, когда мне только-только исполнилось двадцать, — ответила Рэйвен. — Айви ходила на рейвы до сих пор. На какое-то время она переставала, или по крайней мере говорила, что перестала. Но я предполагаю, что там она бывала и ради бизнеса.

— Бизнеса?

— Айви пыталась зарабатывать законным путем. Ну, если верить ее словам. Уверяла, что хочет найти нормальную работу с постоянной зарплатой, с которой можно платить налоги. Работу, которая не грозит тюремным заключением. Когда-то она неплохо себя обеспечивала: у нее всегда находилось то, что люди искали, и несколько наших знакомых из-за нее серьезно в это втянулись. Она пыталась все изменить, но это были уж слишком легкие деньги. Она говорила, что все начала с чистого листа, когда переехала из Портленда в Денвер. Но, учитывая информацию в соцсетях, я подозреваю, что у нее ничего не вышло.

Рэйвен смотрела прямо перед собой.

— Я помню, раньше ходили слухи, что Айви занималась какими-то мутными делами. — Я посмотрела на Рэйвен. Сейчас ее профиль был еще более величественным, чем обычно.

— Айви пользовалась популярностью, и к ней часто обращались за товаром. Иногда она проворачивала свои темные делишки. Все это просто ради денег. Она никак не была связана с бандами или кем-то еще. Ну, с ее слов. — Рэйвен теребила нитку на своей черной футболке.

— Неужели она не могла найти другую работу, хотя бы на четверть ставки?

Я в годы учебы постоянно подрабатывала: последние два года в колледже — лаборанткой в мультимедийном компьютерном классе, а на зимних и летних каникулах — и на выходных, если была необходимость, — в «Ленивых костях». Я радовалась поводу съездить домой и повидаться с бабушкой и дедушкой, постирать у них вещи, а заодно перехватить денег за смену в книжном.

Не стоит ли рассказать детективу Уитлоку о темном прошлом Айви? — Осенило меня. Может быть, здесь, в Элиан-Холлоу, ее нашел поставщик, точивший на нее зуб? Или конкурент?

— Говорю же, она пыталась. Судьба у нее была не сладкая. Мать в тюрьме — ее посадили, когда Айви была совсем маленькой, отец — одно название: слинял за границу и думать забыл о дочери. Сам не приезжал, и ее к себе не звал. Ему даже в голову не приходило купить билет, чтобы Айви к нему прилетела. Ее растила бабушка, но она умерла, когда Айви только-только поступила в старшую школу. Отец отказался забрать ее к себе. А других родных у нее не было.

— Жестоко, — сказала я.

Даже думать не хочу, как сложилась бы моя жизнь, не будь рядом бабушки с дедушкой. Неудивительно, что Айви выбрала дурной путь.

— Опекавшая ее социальный работник считала, что Айви вытянула счастливый билет: приличная приемная семья, поступление в хороший колледж. И Айви не хотела ее подводить. А еще, полагаю, постоянно думала о том, чтобы утереть нос бросившему ее отцу, а для этого ей надо было добиться успеха. Сначала она нашла работу, но получала куда больше, продавая всякую дрянь богатеньким студентам. И, как она говорила, при этом не нужно было рвать задницу, обслуживая столики или моя посуду.

— Не могу себе представить Айви официанткой, — сказала я.

Она всегда была такой томной, двигалась в своем темпе, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. В голове не укладывается, чтобы она бегала между столиками, принимая заказы и разнося тарелки.

Рэйвен рассмеялась, но в ее смехе слышалась скорбь.

— Один раз ее уволили из ресторана. А может, и не один.

Не сказать чтобы это меня удивило, но я промолчала: Рэйвен и без того было плохо.

— Айви в некотором смысле была пропащей душой. Но я всегда ее любила, — сказала она. — В смысле, вы с Колби — замечательные подруги, вы всегда рядом, всегда прикроете мне спину. С вами я чувствую себя так, словно могу сделать мир лучше. А наши разговоры! Это что-то с чем-то! Но Айви… Ну, я была нужна ей. Я хотела ей помочь. Спасти ее.

Мне хотелось спросить, была ли их дружба игрой в одни ворота, или Айви давала столько же, сколько и получала. А то слышала бы Рэйвен себя.

— И не то чтобы Айви не отвечала мне тем же. Если у меня был плохой день или я сомневалась в себе, то созванивалась с Айви, и она всегда поддерживала меня. Я могла показать ей свои худшие стороны — те, которые до последнего скрывала бы от других, — и она никогда не осуждала. Я не чувствовала себя виноватой. — Рэйвен смотрела в землю. — Конечно, Айви не была святой. Но ее хорошие качества компенсировали недостатки, по крайней мере для меня. Хотя, как теперь стало ясно, не для всех это так.

Под всеми она имела в виду Гармони и Колби или кто-то еще высказался относительно Айви?

Ужасно потерять одну из лучших подруг и тотчас узнать, что другие твои близкие ее не ценят. Считают, что она не заслуживала места в твоей жизни.

Мы ушли из парка и прогуливались по направлению к центру, который уже почти вернулся к своему обычному виду. Осталась только одна повозка — лодка, которая, как я предполагала, изображала зомби-версию экспедиции Льюиса и Кларка. Она по-прежнему стояла на главной улице, из-за чего возникла небольшая пробка, но двое мужчин в жилетах со светоотражателями регулировали движение.

Снова стало многолюдно, туристы покупали яблоки в карамели в «Коварных лакомствах» и тащили пакеты с логотипами местных магазинчиков. У города есть все шансы пережить вчерашнюю двойную трагедию.

И есть все шансы у книжного «Ленивые кости».

Когда Рэйвен зашла в «Проклятые вещи», чтобы прицениться к низкой вазе из молочного стекла, стоявшей в витрине, я последовала за ней. В голове бешено скакали мысли.

Интересно, Айви показывала себя подруге с худшей стороны или только с лучшей? Понимает ли Рэйвен, что недостатки Айви, по сути, определяли ее как личность? Мысль о том, что у Айви вообще была лучшая сторона, вызывала у меня скепсис, и из-за этого я чувствовала себя подлой.

— Я пририсую ей маленькие черные глазки, и получится привидение, — сказала Рэйвен, указав на пакет из «Проклятых вещей».

Я попрощалась с Рэйвен у парадного крыльца «Сонной лощины» и направилась к одной из скамеек у дорожки вдоль реки. День был прекрасным, холодный воздух бодрил. Деревья на противоположном берегу представляли собой живописное сочетание зеленого и оранжевого — иллюстрация к смене сезона.

Но вместо того чтобы наслаждаться видом, я вытащила телефон и зашла на страницу Айви в соцсети. Правда, я сделала это не сразу: любовалась свежим маникюром — не привыкла к тому, чтобы мои ногти выглядели так шикарно.

Учитывая то, о чем мы говорили с Рэйвен, я не удивилась, что на многих недавних фотографиях Айви была в клубной одежде: чаще всего в коротких топах, открывающих плоский живот, с не менее короткими юбками или обтягивающими шортиками. Образ завершали цветные парики. На мой взгляд, на последних фотографиях она казалась чересчур тощей, а на прошлогодних снимках выглядела лучше. Более здоровой, хотя тоже очень худой.

Еще Айви явно нравились костюмы фей — с радужными крыльями и обилием глиттера в макияже. Я прочла один из ее постов: «Присоединяйтесь ко мне в другом мире! Вам понравится путь сюда!» Речь шла о рейве, где она будет феей в розовом и серебряном, готовой осыпать желающих волшебной пыльцой.

Значит, вот так Айви давала понять своим, что на вечеринке у нее можно будет кое-что достать? В конце концов, Рэйвен, исходя из постов Айви, решила, что ее подруга взялась за старое.

Хотела бы я знать, употребляла ли Айви то, что предлагала другим, учитывая ее болезненный вид.

Я поднялась на холм и пошла в центр города. Мне надо было кое-что сделать.