Командировка в Штаты превратилась в череду выматывающих деловых встреч. Выкроив немного времени, Ю Джихёк заказал кофе с сэндвичем и присел на террасе кафе. Мимо него нескончаемым потоком проносились люди – с разным цветом кожи, в самых нелепых нарядах, вечно куда-то спешащие.

Хотелось поскорее закончить все дела и вернуться в Корею, но силы были на исходе. Джихёк достал из бумажника визитку и принялся пристально ее разглядывать.

«Кан Дживон, менеджер первого департамента маркетинга компании U&K Food».

У него не было ни одной ее фотографии. Эта карточка была единственным осязаемым напоминанием о существовании Кан Дживон.

С той ночи Джихёк больше ей не звонил. Дживон тоже не подавала знаков. Лишь редкие новости, которые он узнавал от Хиён, были для него как глоток воды в засуху.

– Извините.

Джихёк, погруженный в свои мысли, вздрогнул, услышав корейскую речь. Причем голос был женским. Он рефлекторно подался вперед и обернулся.

Перед ним стояла молодая женщина. На вид – ровесница Хиён или чуть моложе. На ней были удобные джинсы и белая футболка, а на плече висела огромная сумка, размером с добрый чемодан.

– Точно, это ты, Джихёк-оппа! А я-то думала, что обозналась. – Женщина лучезарно улыбнулась. – Как давно мы не виделись! Удивительно, что мы встретились здесь!

Она бесцеремонно поставила свой кофе на столик и уселась напротив, словно они заранее договаривались о встрече.

– Ну чего ты так смотришь? Можно подумать, я на тебя с ножом набросилась. Ты здесь по делу или просто туристом?

– По делу, – коротко и сухо ответил Джихёк, которому казалось, что поток ее речи никогда не смолкнет.

– Ух ты. Сказал как отрезал, как это круто. Ну, ты всегда был крутым.

– Раз мы поздоровались, тебе пора. Я занят.

– Ну вот даже. Неужели ты совсем не рад видеть старую знакомую? – Девушка разочарованно надула губы. – Давай хоть новостями обменяемся. Как дедушка? Как Хиён?

Брови Джихёка гневно сошлись на переносице.

– С чего это ты вдруг заговорила о Хиён?

– Ой, да ладно тебе. Ты и раньше говорил сердито, и до сих пор не исправил эту свою привычку. – Девушка лишь рассмеялась в ответ на его тон и небрежно махнула рукой. – Мы же друзья. Что плохого в том, что я интересуюсь делами подруги?

– Закрой рот. – Голос Ю Джихёка стал ледяным.

– Ты до сих пор из-за той ерунды на меня злишься? – повысила она голос, изображая крайнее возмущение. Хотя возмущаться тут стоило Джихёку.

– Ты не стоишь того, чтобы я на тебя злился.

– Да брось ты. Прошло больше десяти лет. Это же была просто мелочь.

– Из-за этой мелочи, как ты ее называешь, моя сестра чуть не погибла.

– Сестра? – Женщина издевательски хмыкнула. – С каких это пор она тебе сестра? Да она же…

– О Юра.

Атмосфера накалилась до предела. Сидевшая за соседним столиком парочка начала испуганно переглядываться и о чем-то шептаться. Джихёк медленно поднялся и кивнул в их сторону.

– Если хочешь дожить до старости, следи за языком. Если будешь и дальше так бездумно болтать, рискуешь получить пулю.

– Оппа!

Ю Джихёк развернулся и, не оглядываясь, скрылся в толпе. О Юра проводила его взглядом, фыркнула и тоже встала, чтобы уйти.

– О?..

Она заметила под столом белый прямоугольник. Видимо, Джихёк выронил его, когда вставал. О Юра подняла карточку.

КАН ДЖИВОН,

МЕНЕДЖЕР ПЕРВОГО ДЕПАРТАМЕНТА МАРКЕТИНГА

Юра внимательно прочитала имя на визитке и спрятала ее в кошелек.

* * *

Дживон не думала ни о браке, ни о свиданиях. У нее не было ни малейшего желания впускать в свою новую жизнь какого-либо мужчину. Даже если этим мужчиной был Пэк Ынхо – ее первая школьная любовь.

Поэтому ей было некомфортно. Как от внимания Пэк Ынхо, так и от внимания Ю Джихёка. Ей не хотелось связываться ни с одним из них.

– Там вечно куча народу. Верно же?

Чтобы попасть в любое другое кафе, им все равно приходилось проходить мимо «Блю Кафе». Дживон старалась не замедлять шаг, объясняя это Хиён.

– И то верно. Через пару кварталов есть место поспокойнее.

Хиён, которая только вчера получила цветок капитализма от Джихёка, передвигала ногами с энтузиазмом.

Но стоило им приблизиться к кафе Ынхо, как в нос ударил божественный аромат свежей выпечки и кофе.

«Маффины… те самые чертовски вкусные маффины…»

Хиён зажмурилась, пытаясь выбросить маффин из головы. И надо же было такому случиться, что именно в этот момент Ынхо вышел на крыльцо.

– Дживон! Хиён!

В руках он держал тарелку с пышущими жаром тартами. Хиён непроизвольно замедлила шаг. Ее взгляд был прикован к золотистой корочке десертов. Этот аромат был способен покорить даже самое стойкое сердце.

Когда Дживон пришла в себя, она уже сидела за столиком в «Блю Кафе» напротив Хиён, которая с упоением уничтожала тарт.

– Неужели так вкусно, Хиён?

Интересно, что будет, если сейчас попытаться отобрать у нее тарелку? Дживон подавила это коварное любопытство и пододвинула свою порцию подруге.

– Не надо. Ешь сама.

– Я сегодня, кажется, переела за обедом. Боюсь, если съем что-то еще, станет плохо.

– Может, купить тебе что-нибудь от желудка?

– Нет-нет, просто посижу немного, и все пройдет.

Хиён принялась за второй тарт, понимая, что у нее нет выбора.

– Надо же, и свободное место нашлось. Удивительно, – сказала Дживон, обращаясь к Ынхо и продолжая с умилением наблюдать за Хиён.

– Для тебя у меня всегда найдется свободный столик. Приходи в любое время.

Ынхо промолчал о том, что в кармане его фартука всегда лежит табличка «Забронировано» специально на такой случай. Это был секрет, который он собирался хранить вечно.

– Мне пора возвращаться к работе. Не забудь вечером попрощаться. Хорошо?

– Договорились. Иди работай.

Дживон и не заметила, как последний кусочек ее тарта исчез во рту Хиён. Ей было искренне любопытно, как при таком аппетите подруге удается сохранять фигуру.

– Слишком вкусно. Честное слово, вкуснее тарта я в жизни не ела.

Хиён, чуть ли не всхлипывая от восторга, отхлебнула крепкий кофе. Ощутив прилив бодрости, она вдруг вспомнила о совести, на которую закрывала глаза.

– Слушай, спасительница…

– М?

– Я насчет начальника Ю Джихёка.

Хиён максимально понизила голос, боясь, что разговор может быть неприятен Дживон.

– Я уже слышала. Вы ведь знакомы с детства, так?

От того, как спокойно и буднично Дживон это произнесла, у Хиён камень с души свалился.

– Да-да! Только в офисе – ни слова, ладно? Не хочу, чтобы думали, будто мне поблажки делают. Ты же знаешь этого человека… Ой, то есть начальника. Он даже к родной сестре будет придираться похлеще, чем к чужим.

– Понимаю. Об этом я и сама догадалась, так что не переживай.

Дживон ответила легко, и Хиён окончательно расслабилась, гадая, как бы получше прорекламировать Ю Джихёка.

В этот момент зазвонил телефон. На экране высветился международный номер. «Из Штатов? Неужели брат звонит?»

– Алло.

– Хиён!

Но в трубке прозвучал вовсе не низкий голос Джихёка, а резкое сопрано.

– Кто это?

– Как это «кто»? Это я, О Юра!

– Юра? Ой, надо же! Какими судьбами? Сто лет тебя не слышала!

Дживон с недоумением наблюдала за Хиён. Та отвечала таким же восторженным тоном, но лицо ее при этом стало таким мрачным, будто у нее только что отобрали тарт.

– Представляешь, я тут в Штатах Джихёка-оппу встретила!

– Да ты что! Он как раз в командировке. Надо же, какая встреча, обалдеть просто!

– Слушай, он тут в кафе кое-что выронил. Хочу вернуть, но его номера у меня нет, вот и решила тебе набрать.

– И что же он потерял?

– Визитку. Слушай, а кто такая эта Кан Дживон? Он на эту карточку так смотрел… глаз не мог оторвать. Неужели его возлюбленная?

В глазах Хиён вспыхнула ярость. Ее натянутая улыбка выглядела теперь по-настоящему пугающе.

– А тебе-то какое дело, ты, психованная?

– О, смотрю, твои манеры не стали лучше. Фу, как неприятно.

– Ой, да неужели? Ну раз нам обеим противно, то и говорить не о чем. Кушай побольше масла, Юра, авось сосуды быстрее забьются. Живи недолго и побольше болей!

Хиён с силой нажала кнопку отбоя и принялась яростно разгрызать лед из своего стакана.

«Вот же идиот! Как можно было выронить визитку спасительницы?! Еще и пойти и побить его нельзя…»

– Кто это был? – спросила Дживон.

Хиён посмотрела на свою спасительницу, которую она искренне обожала и уважала, и постаралась взять себя в руки.

– Да так, одна знакомая из детства.

– Подруга? Вы поссорились?

– Я с такими не ссорюсь.

Хиён лучезарно улыбнулась.

– Она просто наглухо отбитая. А с сумасшедшими спорить – себе дороже. Ты же понимаешь?

* * *

– Менеджер, как это понимать?!

Крик Ян Джуран в офисе звучал так же редко, как смех Ю Джихёка. Но сегодня сотрудники притихли, понимая, что повод серьезный.

– Что значит «временно отложить»? Мы уже подготовили образцы, договорились с поставщиками сырья и логистикой! Осталось только все получить!

– Ты что, мне тут условия ставить вздумала? Руководство сдвинуло сроки, я-то что могу сделать?! – Ким Гёнук яростно колотил по столу, брызгая слюной.

Джуран едва сдерживала слезы от обиды. Сколько сил было вложено в этот проект! Она даже родителей вызвала на подмогу, буквально стиснув зубы шла к цели, и тут – «временная отсрочка». Понятно, что никакой отсрочки не будет, проект просто можно считать проваленным.

– Вы серьезно, менеджер?

– Да что ты заладила?! Я-то в чем виноват?

– Но ведь из-за вашего нового проекта мой отодвинули на второй план! Вы же прекрасно знали, что я начала первая!..

– Послушай, менеджер Ян. Ты, видимо, из-за своего декрета совсем хватку потеряла. – Гёнук скривил губы в презрительной ухмылке. – Допустим, я предложил новый проект, и он оказался лучше твоего. Будь твой план лучше, мой бы отвергли. А ты тут раздула важность из-за какой-то посредственной идеи, чего-то себе навыдумывала и теперь во всем винишь меня? В бизнесе все решают способности. Повторяй за мной. Способ-нос-ти! Ну конечно, тетка вроде тебя вряд ли это поймет, – бросил Ким Гёнук напоследок и стремительно вышел из отдела, ворча под нос ругательства.

Ошеломленная Джуран постояла минуту, а затем, развернувшись, ушла на кухню. Сотрудники обменивались сочувственными взглядами. Дживон пошла следом за коллегой.

– Менеджер Ян.

Джуран сидела за столом, уткнувшись лицом в руки. Когда она подняла голову, глаза ее были красными.

– Прости, менеджер Кан. Ты ведь так мне помогала… Как же теперь быть?

Даже в такой ситуации Джуран первым делом думала о других. Дживон молча приготовила ей чашку теплого чая с перечной мятой и поставила перед ней.

– Выпейте. Вы же говорили, что это помогает успокоиться.

– Спасибо.

Джуран через силу улыбнулась и сделала глоток.

– Ничего. Знаешь, есть одна китайская мудрость: «Если кто-то причинил тебе зло, сядь на берегу реки и жди. Рано или поздно мимо тебя проплывет труп твоего врага».

– Кажется, я слышала что-то подобное.

– Вот и я буду ждать. Я стану лучше, чем этот Ким Гёнук, и однажды я буду смеяться последней. У меня еще будут шансы, правда же? – Джуран словно пыталась убедить саму себя.

Дживон с жалостью посмотрела на нее и тихо спросила:

– А вы знаете, менеджер, почему труп врага в итоге проплывает мимо?

– Наверное, небо его покарало.

– Небо – это просто слой атмосферы. Труп проплывает мимо лишь потому, что кто-то не поленился и сбросил его в реку. Возможно, даже в наказание, – добавила Дживон почти шепотом и поднялась. – Отдохните немного. А у меня есть одно дело.

Дживон взяла папку с документами, которые она подготовила накануне, и отправилась на поиски Ким Гёнука. Ей даже не пришлось долго искать – он стоял на крыше в зоне для курения и одну за другой поглощал сигареты.

– Менеджер.

Гёнук со скучающим видом смерил ее взглядом.

– Менеджер Кан? Чего тебе?

– Вот, возьмите.

Дживон протянула ему толстую папку. Гёнук нехотя взял ее.

– Это еще что?

– Я подумала, что это может помочь вашему новому проекту.

Это был подарок, ради которого Дживон не спала несколько ночей. Она собрала все возможные данные по рынку халяльных продуктов, нашла свежие статьи в зарубежной прессе и сделала их качественный перевод, приложив к оригиналам.

– Ты сама это подготовила? Ого, впечатляет!

Гёнук принялся листать страницы, и его взгляд из пренебрежительного стал восторженным.

– В статьях говорится, что этот рынок скоро взорвется во всем мире. Другие корейские компании наверняка уже готовятся. Нам нужно нанести превентивный удар, чтобы не упустить первенство.

– Превентивный удар?

Для Гёнука это слово было в новинку. Дживон, видя его ограниченность, принялась объяснять как ребенку:

– Раз уж мы запускаем этот проект, нужно сразу заявить об этом в прессе. Это создаст отличный инфоповод, и U&K Food запомнят как первопроходцев в корейском халяле.

Ким Гёнук был в восторге. Он буквально тряс папкой в воздухе, рассыпаясь в похвалах:

– Ну и голова у тебя, менеджер Кан! Схватываешь на лету! Я немедленно дам распоряжение подготовить пресс-релизы. Слушай, а не хочешь присоединиться к моей команде?

– Что вы, господин менеджер. У меня ведь есть совесть. Как я могу претендовать на место за столом, который уже накрыли другие?

Дживон замахала руками, изображая крайнее смущение.

– Только прошу вас, когда пойдете на повышение, не забывайте обо мне. Я и дальше буду помогать вам с материалами.

– Ну и ну, менеджер Кан, ты просто золото! Конечно, я тебя не забуду! Можешь на меня рассчитывать!

Спустя несколько дней подготовленный Дживон пресс-релиз, прошедший лишь формальную проверку, был разослан во все СМИ. Заголовок был броским:

«U&K Food выходит на мировой рынок: линейка халяльных продуктов для 1,6 миллиарда мусульман».

Эффект превзошел все ожидания. Акции компании поползли вверх, а Ким Гёнук купался в лучах славы и принимал поздравления.

Так продолжалось ровно двадцать дней.

До тех пор, пока новые заголовки не заполонили первые полосы газет и главные страницы порталов.