«Он что, пьян?» – первая мысль, которая пришла в голову Дживон. От подошедшего вплотную Ю Джихёка пахло совсем не так, как обычно: в нос ударила густая смесь запахов алкоголя и табака.

– Вы сильно пьяны. Идите домой, – сказала, как отрезала, Дживон и уже собиралась войти обратно, но крепкая рука преградила ей путь.

– Я не пил. Повторяю свой вопрос.

Его голос давил своей тяжестью. Дживон могла бы вырваться и убежать, но почему-то не смогла шевельнуться.

– Пак Минхван… вы его любите?

«Нет. Пока я дышу – ни за что».

– Да. Люблю, – соврала Дживон, не моргнув и глазом. – И я не понимаю, почему вы об этом спрашиваете. Подобные разговоры между начальником и подчиненной – это как минимум неуместно.

Выстраивать стены было для Дживон привычным делом. Осознанно или нет, но она жила так всю жизнь.

– Почему именно он?..

В переулке показалась машина. Свет ее фар на мгновение выхватил из темноты лицо Ю Джихёка. Дживон затаила дыхание. В эту секунду ей показалось, что он плачет. Словно в трансе, она медленно протянула руку и коснулась его щеки. Кожа была сухой.

– Зачем вы так поступаете со мной? – задала она этот вопрос, взяв себя в руки, и уголки губ Джихёка исказились в горькой усмешке.

– А вы как думаете?

– …

– Я вас…

– Перестаньте!

В голове Дживон пронеслась мысль, что она не должна слышать продолжение этой фразы. Она быстро прикрыла его рот ладонью.

– Господин начальник, Хиён знает о том, что вы делаете? Вы совсем не чувствуете себя перед ней виноватым?

Она выпалила это, и ей мгновенно стало легче. Дживон убрала руку, надеясь, что он хоть каплю устыдится своего поведения.

– Вы сейчас про Ю Хиён? – спросил Джихёк, как только она освободила его губы.

– Да. Я знаю о ваших с ней отношениях.

Джихёк в замешательстве провел рукой по лицу, зачесывая волосы назад.

– Ю Хиён вам… рассказала?

– Нет. Она не знает, что я в курсе.

– Тогда откуда?

– Я видела ваше свидание. Несколько недель назад, в пятницу, в Каннаме.

– Свидание? – Брови Джихёка напряглись. – Так вы решили, что мы с Ю Хиён…

– Я же сказала, что знаю. Вы встречаетесь, – сказала Дживон, надеясь этим забить последний гвоздь.

– Встречаемся… – Джихёк словно пробовал это слово на вкус. – Я и Ю Хиён.

Его реакция была такой, будто он услышал самые нелепые слова в мире. Дживон в ответ лишь одарила его холодным взглядом.

– Между мной и Ю Хиён действительно есть личная связь. Но это совершенно не то, что вы думаете.

Джихёк достал телефон и нашел контакт в списке последних вызовов. Номер не был сохранен в книге. Он нажал кнопку вызова.

– Да как же ты бесишь! – раздался в трубке резкий женский голос. Он принадлежал Хиён. – Почему ты трезвонишь посреди ночи? Мне проект писать надо, говори быстрее!

– Ю Хиён.

– Зачем ты позвонил? Говори по делу!

Тон Хиён был бесконечно далек от воркования влюбленной девушки. Она буквально кричала от раздражения. Ю Джихёк сделал глубокий вдох, словно решившись на что-то грандиозное, и произнес:

– Я люблю тебя.

Хиён замолчала. А через пару секунд…

– У тебя какие-то проблемы? – спросила она очень спокойно и заботливо.

Так и было. Когда Дживон посмотрела на Джихёка, как на последнего отброса.

– Как бы тяжело тебе ни было, даже не думай умирать. Слышишь? Не неси эту чушь, давай завтра в больницу съездим. Сходишь к психотерапевту, попьешь таблеточки, и все пройдет…

Клац.

Джихёк захлопнул раскладушку.

– Мы с ней жили в соседних домах с самого детства. Так вышло, что устроились в одну компанию. А в пятницу мы виделись, потому что мне нужно было купить одну вещь, и она помогала с выбором.

Если бы он сказал это без звонка Хиён, Дживон сочла бы это жалкой ложью и просто ушла. Но она своими ушами слышала их разговор. Слова Джихёка были чистой правдой.

– Простите. Я… я не знала и сделала неверные выводы.

В такой ситуации требовалось четкое извинение. Дживон даже слегка поклонилась.

– Раз недоразумение исчерпано, я продолжу наш разговор.

Джихёк подошел вплотную. Его лицо оказалось так близко, что они едва не соприкоснулись кончиками носов.

– Вы… – начал он своим привычным низким, почти официальным голосом. – Мне нравитесь, Кан Дживон.

Хотя она уже догадывалась об этом, услышать признание вслух было совсем другим делом. Сердце Дживон пропустило удар. Она мягко, но твердо оттолкнула его.

– Весьма неуместное заявление. Простите, что я все неверно поняла, но я – ваша подчиненная, и у меня есть парень.

– Все в порядке.

Джихёк медленно отступил, словно Дживон удалось его оттолкнуть своей крошечной силой.

– Потому что я все равно вас отниму.

«Пока я дышу – обязательно».

Дживон едва расслышала эти слова, сказанные им совсем тихо, себе под нос.

* * *

Бум, бум.

Хиён, потирая заспанные глаза и пытаясь сосредоточиться на проекте для Ким Гёнука, недовольно поморщилась от стука в дверь. Кто в такое время может так бесцеремонно ломиться? Ответ был только один.

Она открыла дверь, и в комнату размашистым шагом вошел широкоплечий мужчина внушительного роста.

– Ты чего приперся посреди ночи?

– Я уезжаю в командировку, – без лишних предисловий заявил Джихёк.

– Знаю. Аж зубы сводит, как подумаю, что менеджер Ким теперь будет в отделе вытворять.

Хиён обхватила себя руками и передернула плечами. Она не просила Джихёка уволить Гёнука, потому что работа есть работа, а личное остается личным. Это было их негласным правилом: не тащить офисные дрязги в семью.

– Пока меня не будет, присмотри, чтобы Кан Дживон не ходила в то кафе. И Пак Минхвана к ней не подпускай.

– Если ты про «Блю Кафе», то забудь.

Хиён решительно погрозила ему указательным пальцем. Зрачки Джихёка задрожали.

– Что опять?

– Директор там – очень хороший человек.

– Ю Хиён.

– Давай проясним одну вещь. Братик, лисн[22], – Хиён скрестила руки на груди и вздернула подбородок. – Я согласилась тебе помогать только потому, что считаю: наша спасительница слишком хороша для менеджера Пака. Но тут на горизонте появляется директор Пэк из кафе. И он мне нравится! Он в сто раз лучше тебя.

– Он ходит за ней хвостом, даже кафе перед офисом выкупил ради этого. Тебе не кажется, что Дживон это может напрягать?

– Ой, да ну тебя. Вообще не кажется! – Хиён дерзко высунула язык. – Я буду действовать согласно своим убеждениям. А ты уж как-нибудь сам со своими делами разбирайся.

Она вспомнила тот маффин, очень-очень вкусный. Хиён невольно сглотнула слюну. Джихёк, заметив это, нахмурился еще сильнее.

– Ты взяла у него еду, да?

– О чем ты-ы-ы вообще? Я что, по-твоему, за еду продаюсь? – Хиён картинно возмутилась.

Джихёк смерил сестру скептическим взглядом и достал из внутреннего кармана бумажник. Когда он вытащил оттуда сверкающую золотую карту, убеждения Хиён мгновенно окрасились в цвета капитализма.

– Обещаю выполнить все ваши поручения в лучшем виде! Летите со спокойной душой, господин начальник!

Она согнулась в поклоне под прямым углом и приняла карту обеими руками.

– Постарайся.

– Да, дорогой брат! Служу верой и правдой! Счастливого пути!

Хиён со слащавой улыбкой проводила его до дверей. Мысль о том, что она сможет опустошить пол-универмага, скупая новинки, стоила любого подобострастия.

– О, кстати! Брат! – торопливо крикнула Хиён, которая уже собиралась было закрыть дверь.

– Что еще?

– Ты чего там за чушь сказал по телефону?

Палец Джихёка едва заметно дрогнул, примерно на миллиметр. Для Хиён этого мимолетного жеста было достаточно, чтобы понять все.

– Это же из-за спасительницы, да?

– …

– Точно. Раз ты решился на такой бред, который даже собака слушать не станет, значит, дело серьезное.

В такие моменты мозг Хиён работал с пугающей скоростью. Она мгновенно достроила логическую цепочку.

– Значит, тебе пришлось доказывать ей, что между нами ничего нет. Что это точно никакая не любовь.

Джихёк тяжело вздохнул. В очередной раз он убедился, что за маской легкомысленной девчонки скрывается весьма острый ум.

– Она была уверена, что мы встречаемся. Пришлось дать ей послушать наш разговор и сказать, что ты – моя подруга детства, которая жила по соседству.

– Встречаться с тобой? Даже думать об этом жутко. – Хиён посмотрела на Джихёка с нескрываемым отвращением. – Подруга детства, значит? Та, которая в Америке сейчас? И ты вот так запросто превратил меня в ту наглую лисицу?

– Ну, так вышло. Все, закрой рот.

– И ты реально разговаривал со спасительницей об этом посреди ночи? Есть хоть какой-то прогресс?

Хиён с надеждой заглянула ему в глаза – а вдруг он совершил хоть один человеческий поступок?

Но надежда была беспочвенной. Выслушав краткий пересказ событий, Хиён не стала скрывать своего глубочайшего разочарования.

– Ты просто пришел и в лоб спросил ее? В двенадцатом часу ночи?!

– …

– Я же тебе говорила, почему ты ничего не понимаешь? Не дави, действуй мягко, постепенно! Сначала нужно было, чтобы она к тебе привязалась!

– Я так и собирался.

– Собирался он! Это как если бы ты, не помыв рис, сразу сунул его в рисоварку и нажал кнопку «готовка». А потом удивлялся бы, почему кастрюля взорвалась. Кто будет за это отвечать? Эх ты, жалкий одиночка, у которого ни разу не было девушки!

– Сама такая.

– Я и ты – это разные вещи! Стоит мне только захотеть встретиться с парнем, как ты начинаешь за ним бандитскую слежку. Какой нормальный парень после этого рядом останется?!

– Потому что все твои ухажеры были какими-то никудышными.

– Да любой из них был в разы адекватнее тебя!

Хиён, объяснив брату, какова была реальность, в сердцах прижала ладонь ко лбу.

– Знаешь, даже хорошо, что ты уезжаешь. Хоть не буду видеть тебя, уже не так отвратительно. Я постараюсь что-нибудь придумать, а ты, главное, ничего не выкинь. Понял?

«Боже, какой же он тяжелый человек. У меня скоро голова лопнет от его выходок».

После ухода Джихёка Хиён еще долго не могла вернуться к проекту и шумно била себя по груди. Она чувствовала себя так, будто съела десяток запеченных бататов и не запила их ни глотком воды.

* * *

Роскошный японский ресторан, все столики которого соединены татами.

Ким Гёнук поправил галстук, проверил блеск туфель и с максимально важным видом вошел внутрь.

– Господин Ким Гёнук? Пожалуйста, пройдемте за мной.

Сотрудник проводил его в самую дальнюю приватную комнату. Это было его излюбленное место для закулисных игр и интриг.

Вскоре прибыл тот, кого он ждал. Влиятельная фигура в U&K Food, старший зять председателя правления – исполнительный директор Ким Хынин.

– Добро пожаловать, господин директор Ким! Благодарю, что нашли время встретиться!

Гёнук отвесил почтительный поклон и пригласил гостя за накрытый стол.

– Давно не виделись, менеджер Ким.

– Прошу прощения, что так долго не давал о себе знать. Но сегодня я обещаю вам особенный вечер!

– Слышал, у тебя есть какой-то стоящий проект? Давай сначала глянем.

Директор Ким отодвинул в сторону бокал и потянулся к папке.

– Да-да, конечно. Вот он.

Это был тот самый проект, который Гёнук сегодня утром выманил у Ю Хиён. На оригинальном титульном листе, который подавала Хиён, четко значилось ее имя, но эта страница уже давно была уничтожена в шредере.

– Автор: менеджер первого департамента маркетинга Ким Гёнук… хм. – Пробегая глазами по первой странице, директор Ким удовлетворенно хмыкнул. – Давненько я не видел твоего имени на таких документах. Посмотрим.

– Благодарю вас, директор!

Пока гость изучал бумаги, Гёнук сидел не шелохнувшись, в самой почтительной позе. Проект был масштабным – именно такие любил директор Ким.

– Очень недурно.

Его ожидания оправдались. Директор Ким закрыл папку и не поскупился на похвалу.

– Смелая и масштабная идея. Видно, что ты детально проанализировал специфику региона и логистику. В таких делах без знания местных нюансов можно все производство завалить. А здесь все учтено. Верно говорю?

– У вас глаз наметан, директор. Я знал, что вы оцените.

Гёнук довольно потирал руки. Кто бы мог подумать, что от Ю Хиён будет столько пользы? На волне успеха в его голове созрел коварный план.

– На самом деле, господин директор, часть данных по региону собирала одна рядовая сотрудница из моего отдела.

– Вот как? Видимо, она долго жила в арабских странах.

– Да. И в связи с этим у меня предложение: когда проект утвердят и мы откроем там филиал, не отправить ли нам эту сотрудницу туда работать? Она молодая и энергичная, вот и пусть развивает направление на месте.

– Хорошая мысль. Обсудим это, когда начнем формировать штат филиала.

Для простого сотрудника ссылка в арабские страны означала либо работу на износ до изнеможения, либо деликатный намек на увольнение. Для Хиён Гёнук планировал именно второй вариант.

Но директору Киму было все равно. Он даже не спросил имени этой сотрудницы, а благодушно согласился.

– Благодарю вас! Позвольте наполнить ваш бокал, господин директор!

Улыбка Гёнука растянулась до ушей. Все шло как по маслу. Он был уверен, что после этого успеха его свадьба с Сумин стала ближе как минимум на десять шагов.