— За наших новых друзей! Ура! — поднял кружку Константин, а вслед за ним и все жители деревни Упахалово. Прозвучало дружное «ура», и праздник разгорелся с новой силой.

Я опустился на свое место и осмотрелся по сторонам. Люди сидели вокруг общего костра, общались, смеялись и шутили. Упахаловцы уже не старались держать дистанцию. Наоборот, они вполне охотно шли на контакт с моими людьми. Вот что значило слово Стратега.

В честь нашего же союза Меченый и предложил устроить праздничный ужин. Я не стал как-то отказываться от его предложения. Символизм — дело абсолютно необходимое в таких вещах.

Вот и заключение союза требовалось отпраздновать совместными посиделками. Увы, алкоголя на этот праздник жизни ещё не завезли, но крестьяне радовались и жареному мясу на костре.

А всё благодаря Ростиславу, проявившему свои способности в здешних болотистых краях. Талантливый охотник за неполный день сумел подстрелить целую связку тетеревов, тушки которых теперь подрумянивались на вертелах. Вокруг парня теперь кружилась половина деревни, восхваляя его навыки и пытаясь вызнать все его секреты.

По широкой ухмылке на лице Ростислава стало ясно, что тому было приятно внимание, проявленное к его персоне, а потому он заливался соловьём, рассказывая веселые истории и кидая мимолётные взгляды в сторону местных красавиц. Те, впрочем, отвечали ему тем же, шушукаясь между собой.

— А парень-то оказался способным, — задумчиво произнес Константин рядом со мной. Мы, как два Стратега, сидели за одним столом и тем самым демонстрировали, насколько прочен наш новый союз. Показуха, как она есть.

— Даже и не надейся, — хмыкнул я, отпив из кружки, после чего снова поморщился. Опять эта клюква! — Не отдам.

— Но я ещё ничего не спросил, — пробормотал Константин.

— Вот именно, Константин, — бросил я предупреждающий взгляд на Стратега, — еще не спросил.

— Можешь не шугаться, Владимир, — отмахнулся он. — На Рубеже царит одно правило, которого я свято придерживаюсь — «протягивая руку к чужому, будь готов ее лишиться!» Так что не волнуйся за своего пацана. Не трону я его!

— Сделаю вид, что поверил тебе на слово.

Сын кузнеца громко фыркнул, но тут же забыл о вербовке моего приближенного. Портить из-за такой мелочи еще не устоявшуюся торговлю между нашими поселениями было бы как минимум глупо.

Я и не заметил, как на лице медленно проступила улыбка. Обсуждение цен… стало тем ещё испытанием.

Всё-таки мой заказ у кузнецов вышел внушительным. Даже чересчур. Как-никак, я желал удовлетворить нужду в железе у целой деревни. И Упахалово не могло удовлетворить его прямо сейчас. Им попросту не хватит рабочих рук для такого. Да и я сам был не в состоянии поставить необходимый объем древесного угля, который стребовал с меня староста Лорх. А запросил он ни много ни мало сотню корзин.

Ошеломляющее число, как ни погляди. Из-за него же мы и столкнулись в ожесточенной схватке. Я мог поклясться, что обсуждение бюджета для моего министерства на весь последующий год могло стать менее изматывающим, чем переговоры с Лорхом. Староста деревни Упахалово оказался тем ещё тёртым калачом, готовым биться за каждую потраченную копейку.

Несколько часов кряду я только и делал, что спорил, убеждал, юлил и грозил обрушить небесную кару на голову этого упрямого осла. Но своего я всё же добился. Охрип, заработал головную боль, едва стоял на ногах, но дело было сделано.

Я смог снизить выставленную цену до восьмидесяти корзин. Всё ещё ошеломляющее число, но уже и не сотня!

Не менее важным вопросом стало определение срока выплаты нашего долга. Как я уже говорил, за раз столько угля я предоставить не мог, поэтому я прибегнул к хитрости. Я купил железные инструменты у Лорха в рассрочку.

Когда староста услышал мое предложение, он мог только глазами хлопать, не понимая, что я имел в виду. Пришлось вводить его в финансовые хитрости двадцать первого века. Я обещал каждые две недели присылать арбу, заполненную древесным углем. Обратно она будет возвращаться с партией инструментов. И кататься туда-сюда арба будет до тех пор, пока я не расплачусь с долгом.

Таким нехитрым способом я не только на долгий срок загружал работой кузнецов, но и временно привязывал к себе Упахалово. Союз хоть и был подписан, но лишний крючок для союзника никогда лишним не будет.

Если Упахаловцы вдруг попытаются взбрыкнуть, то хрен им, а не древесный уголь.

В любом случае все эти ухищрения стоили того! С довольной ухмылкой я вспомнил, как деревенские разгружали нашу арбу, вытаскивая из нее корзины с углем, а на их место аккуратно складывая свёртки с инструментами. Топоры без топорищ укрывались в соломе и промасленной ветоши. Связки наконечников для стрел и копий тихо позвякивали. Заточенные до бритвенной остроты ножи блестели в лучах солнца. А мешочек с гвоздями, помню, я держал, как самый настоящий кейс, набитый деньгами.

Потому что здесь, на Рубеже, хороший инструмент был сродни настоящему сокровищу. У тебя может быть сколько угодно червонцев в кармане, но на краю цивилизации они не стоили ничего. Ведь когда стоишь напротив мутанта, деньги тебя не спасут. А вот хорошо заточенный клинок придется как никогда кстати!

Приобретенные инструменты вдохнут новую жизнь в мою деревню! Лесорубы получат новые, заточенные и промасленные топоры и двуручные пилы. Дядька Йорик обновит весь инструментарий плотника, получив в руки орудия, достойные его мастерства. Ростиславу станет проще охотиться с новыми стрелами и ставить ловушки, благодаря заказанным мною капканам.

Травник Елисей получит достаточно крючков, чтобы развесить добытые им травы по всему своему дому. Рыбаки обзаведутся нормальными грузилами и креплениями, а поварихи в общей столовой обновят котлы, поварешки, ножи и все в таком духе.

Новые инструменты означали и новые идеи. Это раньше я не мог разойтись на всю катушку, потому что на руках у меня была голая деревня и одна лишь смекалка. Но теперь всё будет иначе! У нас есть оружие. У нас есть доступ к кузнецам Упахалово и их кузнице.

Отныне тому же Краснову придется трижды подумать, прежде чем он попытается меня раздавить.

В этот самый момент ко мне мышкой подкралась Люба.

— Господин Стратег, — едва слышно прошептала она, давая понять, что разговор не для чужих ушей.

Я покосился на Константина. Он как раз спорил о чем-то с Лорхом. По обрывкам фраз я понял, что речь шла о последней партии болотной руды. Зная характер старосты Упахалово, я был уверен, что это затянется надолго.

— Слушаю.

— Я пообщалась с местными. Узнала много чего нового.

— Так-так…

Далее Люба пересказывала мне сплетни в Упахалово. Кто с кем крутил шашни, кто кому строил козни, а кого просто считали деревенским дурачком. На первый взгляд всё это было сущей мелочью, но я верил, что любая информация может оказаться полезной в ряде случаев.

Вот и сейчас я предельно серьезно слушал Любу, анализируя царившие настроения в Упахалово. Жители деревни были рады заключённому союзу и тому, что им теперь не нужно было беспокоиться о добыче угля. Оказывается, крестьянам уже изрядно осточертело держать караул у угольных ям по ночам. Забыть об этой обязанности они были более чем счастливы.

Тут Люба вдруг сменила тему:

— А ещё в Упахалово нашелся странный персонаж…

— И в чем его странность? — заинтересовался я.

— А в том, что он живет в поселении всего десять дней, — прошептала Люба. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто не обращал на нас внимания, она продолжила. — Зовут его Харитон. От него-то местные и узнали о том, что было совершено нападение на одну из деревень Стратегов. Харитон является единственным выжившим в том налете. По крайней мере, он так утверждает.

— Любопытно, — прокомментировал я услышанное, активируя Взор Стратега и осматривая собравшихся жителей на деревенской площади. Мне потребовалось несколько минут, чтобы найти того самого Харитона.

Имя: Харитон Горклый

Отношение: предвкушение

Талант: Актер

Та-а-а-а-к, и почему это крестьянин испытывает предвкушение? Гулянка по поводу нашего союза была тут ни при чем, ведь Взор показывал отношение ко мне. Тогда что же скрывалось за этим предвкушением, особенно в сочетании с таким необычным талантом? Моя интуиция подсказывала мне, что здесь пахло чем-то сомнительным.

— Люба, что ты думаешь об этом Харитоне? — прямо спросил я у брюнетки. Она нахмурила лоб, обдумывая мои слова.

— Больно подозрительный он какой-то. Он меньше декады назад едва избежал смерти, а сейчас ведёт себя как ни в чем не бывало.

И это она верно подметила. Харитон залихватски смеялся, хлопал своего соседа за столом по плечу и поглощал всё, что оказывалось в досягаемости его рук.

— Известно, были ли у Харитона родные в его деревне? — уточнил я. Люба кивнула.

— С его же слов, у него там осталась невеста. Он не успел ее спасти.

«Тогда легенда ещё меньше соответствует действительности», — подумал я, краем глаза отмечая, как Харитон провожал плотоядным взглядом задницу прошедшей мимо девушки. После потери дорогого человека люди имеют привычку закрываться в себе. Они скорбят, пытаются заглушить боль в алкоголе, ищут способ, чтобы отвлечься от тяжёлых дум. Только спустя время они принимают утрату и идут по жизни дальше. Или не идут.

Тут всё зависело от человека. Я прошел через это испытание и понимал, о чем говорю.

Харитон же словно не тяготился недавней утратой, ведя себя раскованно и не пропуская ни одной юбки вокруг себя. Причин такого поведения могло быть две — или он притворялся, не показывая своей настоящей скорби на публику, или же… вся эта история с невестой была не более чем «липой».

Обманкой, призванной вызвать у Упахаловцев жалость и позволить Харитону остаться в деревне. Для чего? Вот это уже другой вопрос.

Историю мужчины нельзя было проверить. Деревня была опустошена — это, по словам местных, подтвердили люди воеводы. Свидетелей не осталось, а если они и были — то сейчас они находились в плену у нападавших или на глубине двух метров под землей.

Не нравилось мне и отношение Харитона. Предвкушение… Что это могло значить? Мужчина определенно чего-то ждал. Чего-то… или кого-то. Вот только кого?

Это-то мне и предстояло узнать.

* * *

Предположим, что Харитон — это вражеский шпион. Такую вероятность нельзя было исключать. В таком случае неизвестный позаботился бы о том, чтобы история шпиона была безупречной.

И что же мы видим у Харитона? На деревню напали разбойники, он единственный выживший. Никаких свидетелей. Никого, кто мог бы опровергнуть его историю.

Обмануть же Стратега непросто, но не невозможно. Если знать, как он работает, то укрыть шпиона не составит труда. Из этого можно сделать вывод, что человек, пославший Харитона в Упахалово, или знает о том, как устроен Взор Стратега, или сам является Стратегом.

Далее возьмём выбор «мишени». Упахалово — уж больно неудобный соперник в Испытании Стратегов. Деревня одна из первых получит доступ к железу на всём Рубеже. Для кого-то со связями в Союзе Княжеств по типу Краснова это не должно стать такой уж большой проблемой, но вот для всех остальных Стратегов это будет неприятным открытием.

Пока другие деревни будут вынуждены закупать железо у караванщиков, Меченый уже сейчас может ковать всё, что его душе угодно. В том числе и оружие с броней. Что, в теории, может помешать ему вооружить небольшой элитный отряд для захвата всех близлежащих соседей?

Ясное дело, наличие железа ещё не означало, что в деревне найдется человек, способный заменить бронника и оружейника. Выковать даже одну-единственную кольчугу — это титанический труд на несколько недель вперед. Помню, слышал об этом в какой-то документалке.

Но разве это остановит жадные взгляды Стратегов? Думается мне, что это лишь подбодрит их.

Если когда и надо нападать на Меченого и его деревню, так это пока Упахалово не встало крепко на ноги. И тут ко мне пришла неожиданная мысль — а если цель Харитона состояла в другом? Опять же, перед глазами всплыли строки с отношением мужчины ко мне.

Предвкушение…

Его не испытывают к случайному прохожему, который оказался в деревне, на которую ты планируешь налет. Нет совсем нет. Предвкушение испытывают по отношению к дичи, которая и не подозревает, что идёт в заранее поставленный капкан.

А где этот капкан может нас ждать? На обратном пути в деревню Дальняя.

Уже завтра утром я поведу немногочисленный караван, под завязку гружённый инструментами и другими ценностями. Это ли не идеальная добыча для шпиона? Зачем теперь рисковать и пытаться атаковать Упахалово, если для начала можно надивиться на чужой глупости?

Мой мозг анализировал все возможные исходы.

Как избежать возможного нападения? Остаться в Упахалово? Не смешно. Рассказать обо всем Меченому? А поверит ли он? У меня были сплошь подозрения, но вот доказательств — ни одного.

Попробовать прибить Харитона до отправления каравана? Это исключит риск утечки информации, но почти гарантированно разрушит союз с Упахалово. Да и убийство возможного шпиона не уничтожит угрозу где-то там в лесах. Ведь не в одиночку же Харитон планировал напасть на мой караван! У него наверняка должны быть сообщники вне деревни.

Нужно было действовать иначе. Более тонко, изящнее…

Я посмотрел на Любу. Всё это время она ждала моего ответа.

— Ты хочешь вывести Харитона на чистую воду? — спросил я у нее.

— Хочу. Мне не нравится, как он смотрит на меня и на других девушек, — заявила брюнетка. После ее слов на моих губах заиграла ухмылка.

— Ты ведь понимаешь, что это может быть опасным для тебя?

— Я его первой нашла. Значит, мне же и брать его на копьё, — в глазах Любы заиграли отблески от общего костра. — Тем более, что я далеко не беспомощна.

Приподняв подол своей юбки, она продемонстрировала мне кинжал в ножнах, привязанных к правому бедру. Это изрядно меня удивило. Я как-то позабыл, кем являлась моя личная служанка. Она была сироткой из Суздальского Княжества. А жизнь ребенка без родителей никогда не была простой, в особенности — в средневековье. И плевать магическое оно или нет.

Люба была не беспомощной овечкой. Совсем нет. Она была кое-кем покруче. И если она уверяла меня, что справится с Харитоном, то кто я такой, чтобы сомневаться в ее способностях.

Имя: Любовь Юркова

Отношение: ожидание

Талант: Сплетница

Прикрыв глаза, я принял решение.

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Вот как ты поступишь…

Я рассказал ей то, что ей необходимо было сделать. Люба внимательно меня слушала, не отводя взгляда и, казалось, даже не дыша. Только когда я закончил ее инструктировать, она уверенно кивнула, давая понять, что всё поняла и всё будет сделано в лучшем виде.

Убедившись, что девушка готова, я отстранился от нее и махнул рукой, давая понять, что она свободна.

Люба почтительно мне поклонилась и отошла от моего стола. В этот момент ко мне обратился Меченый, закончив говорить со старостой деревни.

— Какие-то проблемы?

— Нет-нет, — помахал я рукой, сохраняя на лице добродушную улыбку, — просто приказал удостовериться, что все наши припасы готовы к отправлению. Не хотелось бы остаться без провианта на полпути домой.

— Можешь об этом не беспокоиться! — воскликнул Константин. — Если потребуется, мы выдадим вам дополнительный паек. Я ни за что не позволю голодать своим союзникам!

— Буду иметь в виду, — ответил я, поднимая в жесте благодарности свою кружку. Сам же я следил за тем, как Люба прошла мимо Харитона. Тот то и дело бросал многозначительные взгляды в сторону каждой проходящей мимо него девушки, но никто особо не горел желанием отвечать взаимностью.

И тут вдруг в его поле зрения появилась Люба. Которая не только не дала отворот-поворот, но ещё и изобразила смущение. Да так натурально, что я готов был вот сейчас встать и захлопать в ладоши, приговаривая: «верю»! Харитон аж раскрыл рот от такого, не до конца веря в происходящее.

Люба же, не давая мужчине и шанса на то, чтобы переварить произошедшее, юркой тенью устремилась в проход между избами. Где-то за ними как раз и стояла наша арба.

Ее маневр не вызвал никаких подозрений со стороны упахаловцев. Не заметил ничего странного и Харитон, который, опустошив свою кружку, резво поднялся с лавки. Сосед, который рассказывал ему что-то, положил было руку мужчине на плечо, но Харитон ловко от него отмахнулся. Бросив что-то напоследок, он спешно пошел прямо за Любой.

Рыбка заглотила наживку и теперь пришла пора ее подсекать. Но я предпочел перестраховаться на всякий случай. Ведь если с Любой что-то случится, я разочаруюсь в первую очередь в себе как в лидере. Ведь ответственность за подчинённых в первую очередь лежит на начальнике.

И за безопасность Любы отвечал я в том числе, хоть девушка и согласна была пойти на риск. Но я предпочту избежать даже самой незначительной вероятности неудачи.

Найдя глазами фигуру Леонида за соседним столом, я немедленно подозвал его к себе.

— Леонид!

Парень тут же поднял голову.

— Господин?

— Сходи посмотри ось у телеги. А то я помню, она скрипела всю дорогу досюда.

Здоровяк недоуменно моргнул, но задавать лишних вопросов не стал. Он просто поднялся из-за стола и пошел в указанном направлении. Прямо туда, куда сейчас шел Харитон.

Я довольный отпил из кружки и даже не поморщился. Теперь все риски были учтены, и мне оставалось только ждать.

Посмотрим, как справятся мои ребята.

* * *

Голоса и смех за спиной начали стихать, когда Люба зашла за угол избы. Внешне она сохраняла маску спокойствия, но сердце предательски билось о грудную клетку. Казалось, ещё чуть-чуть и оно вырвется наружу.

Но Люба и не подумала отступать от плана господина Новикова. Ещё тогда, во время их разговора в Тереме Стратега, она пообещала, что будет полезной. И вот сейчас настал момент ей доказать слова делом!

Шла ли она намеренно на риск? Естественно! Но, с другой стороны, один несносный мужик был ничем в сравнении с тем, что она пережила, будучи в приюте.

Вот там смерть гуляла в шаге от каждого из сироток. Союз Княжеств хоть и поддерживал приюты, подобные тому, в котором она жила, но это был не более чем минимум, рассчитанный на куда меньшее число ребятишек.

Приют же Любы был переполнен. Причиной тому был набег проклятых кочевников. Уж больно богатый «урожай» они собрали, пройдясь кровавыми граблями по всей восточной границе Союза.

Воспитанникам приюта приходилось самим заботиться о себе с раннего детства. Мальчишки преимущественно вступали в различные банды и группировки. Кто-то становился карманником, а кто-то опускался ещё глубже в пучину криминалитета.

Девушек ждала судьба порой и того хуже. И выход за пределы города, чтобы добыть еду или товар на продажу, выглядел вполне себе безобидной альтернативой. Дети, не умевшие ни писать, ни читать, по картинкам зубрили ботанический атлас. Потому что если они этого не сделают, то следующую зиму они имели все риски не пережить.

Люба была одной из лучших в своем приюте. Она легко научилась отличать ядовитые растения от неядовитых. Она же добывала большую часть припасов из лесных ходок. На нее возлагали большие надежды.

Которых она, увы, не оправдала… Когда Люба устроилась на работу в служанки к целому помещику, что уже считалось невероятным успехом для сиротки из местного приюта, оказалось, что девушка практически ни на что не годна.

Она не умела толком ни стирать белье, ни убирать поместье. А когда ей поручили приготовить ужин для господина помещика… В тот же вечер ей всыпали розг за попытку отравления. После этого случая Любу никогда более не подпускали на кухню.

Вспоминая всё это, Люба с куда большей уверенностью сжала рукоять кинжала под подолом платья. Она не для того оказалась на краю света, чтобы струсить перед первым же испытанием!

Она докажет, что способна на нечто большее, чем собирать травки и коренья в лесу! Она покажет, чего на самом деле стоит!

И она встанет за спиной господина Новикова, как и полагается доверенной служанке! А не какой-то простушке из прогнившего приюта!

Люба как раз подошла к арбе, когда за ее спиной раздались шаги.

— Эй, красавица, тебе не нужна помощь? — прозвучал насмешливый голос.

Девушка обернулась вполоборота, пряча своим телом кинжал от подошедшего к ней Харитона.

— Помощь? Какая ещё помощь? — невинно заморгала Люба.

— А о какой помощи может идти речь? — мужчина, нагло улыбаясь, заиграл бровями. — Слышал, вы завтра отправляетесь обратно в свою деревню. Негоже уезжать так толком и не познакомившись!

— Не понимаю, о чем ты, — нахмурила бровки Люба, делая шаг назад. Харитон, напротив, сделал два шага вперёд, теперь практически нависая над девушкой.

— Как насчёт провести эту ночь в моей избе? — прямо спросил Харитон. — Ну же, не надо скромничать. Я знаю, что ты этого хочешь. Я видел, как ты смотрела на меня!

— Не понимаю, о чем ты! Ничего я не смотрела! — воскликнула Люба, сжимая кинжал.

— Не ври мне, дрянь! — зарычал Харитон, сбросив свою улыбчивую маску. Он грубо схватил девушку за рукав, и ткань жалобно затрещала. Люба вырвалась, и тогда мужчина занес руку над головой, готовясь ударить.

Люба не стала отступать, вместо этого упрямо вскинув подбородок.

«Нужно получить доказательство для господина Новикова», — решила она, готовясь к вспышке боли. Но ее так и не последовало.

Люба удивлённо подняла взгляд, увидев, как запястье Харитона теперь сжимала рука Леонида.

— Девушка уже сказала, что знать тебя не желает, — хмуро бросил он пыхтящему мужчине, пытающемуся безуспешно выбраться из его хватки. Харитон попытался ударить Леонида, но вместо этого получил мощный удар по носу.

Раздался тихий хруст, резкий вскрик, и мужчина упал на землю. Из его сломанного носа теперь текла кровь.

Леонид, не поведя и бровью, посмотрел на Любу.

— Ты в порядке?

— В полном, — благодарно улыбнулась ему брюнетка.

Убедившись, что Харитон успел слегка порвать ей рукав, Люба набрала воздух в лёгкие и громко закричала.