Он шёл, торопясь дойти, под мутной луною,

и большая часть пути была за спиною,

за поясом – два меча и лук за плечами…

А ветер бамбук качал и совы кричали,

и двигались облаков тяжёлые клочья

и тысячи мотыльков,

подхваченных ночью.

Размашисто шёл стрелок в крылатой метели,

и пять совершенных строк родиться хотели.

Он думал, как в них сольёт мгновенье и вечность,

и бабочек желтых лёт в туманную млечность.

То тучи скользили прочь, то в ту же минуту

опять становилась ночь,

как ягоды тута…

И вот, за сквозной стеной сплетенных растений,

где воздух прошит луной и шаткие тени,

где духи ведут во мгле весенние игры —

увидел он вдруг к земле

припавшего тигра…

И горного ветра гул сменился затишьем,

рукав кимоно мелькнул летучею мышью.

В движении том была смертельная сила.

Ушла с тетивы стрела и цель поразила.

И, не усомнясь ничуть в посланце пернатом,

в долину продолжил путь

питомец Ямато.

Когда же расцвёл восток под пение птичье —

пришел со слугой стрелок за редкой добычей…

И многие сотни лун с тех пор вспоминают

пробитый стрелой валун

и дух самурая.