У Джона бывает неясное чувство,

что он человек, а не плюшевый ящер.

Но быть человеком большое искусство —

с бутылкою пива, уставившись в ящик,

сидеть на диване, почёсывать пузо

(всё это часами), как делает Дональд.

А в пузе темно, неприятно и пусто,

поскольку Патрисия плохо готовит.

Да что с неё взять, истощенной и мрачной —

работа и дом, огородик и кухня?

(Хоть есть и отдушина – злая собачка

с глазами, подобными паре окурков.)

Их старший, студент, возвращается поздно,

когда возвращается. Если не пьяный,

торчит в соцсетях, но какая в том польза?

Боюсь, никакой. А зовут его Яном.

Джейн (младшая) Джона не балует вовсе;

забросила в угол и возится с куклой.

За окнами вечная поздняя осень —

продрогшие клёны и голуби в куртках.

Всё будто бы залито чёрною тушью.

Вечерний трамвай пожирает примата…

Лежит на полу динозаврик из плюша,

жалеет, что нет у него автомата.