В прошлой жизни он был курнос и зеленоглаз,

говорил на трёх языках, состоял в незаконном браке.

Я не помню, чем кончилось – то ли пустили газ,

то ли пьяный сосед с головой озорной собаки

угостил заточкой, чтоб видел цветные сны

мой герой, чтоб в снах тех осознавал, наверно:

всё, что было прежде, было совсем не с ним.

В прошлой жизни он так любил Жюль Верна,

Фенимора Купера, соседку по парте, мать…

Всё бы хорошо, но время ложиться спать —

умирать в неполных пятнадцать от лейкемии.

В прошлой жизни он был капитаном воздушных войск:

голубое тело, пепельно-серый ворс

по бокам и радужный у надкрылий…

В пошлой жиже – ну что он может ещё сказать? —

ставши чем-то вроде мыслящей коловратки,

не способной даже вообразить

местных солнц слепящие самородки.