«Скорую» вызывать не пришлось — Влада пришла в себя сама. Открыла глаза, с ужасом оглядела устроенную при ее деятельном участии бойню, после чего уставилась на меня и Кирилла круглыми, как аквилонские монеты, глазами.

— Кто вы? — произнесла она дрожащим голосом. И сразу же: — Где я?

Я присел, вытянув руку с открытой ладонью. Соорудил на лице максимально дружелюбное выражение, насколько мог.

— Я тот, кто приходил к тебе в сон, — настоящего лица Батыга, она, конечно же, не видела. — Помнишь? Тот, кто тебя освободил.

Женщина коротко кивнула. Из ее глаз, размывая тушь, потекли слезы. Спустя несколько ударов сердца, она уже почти беззвучно рыдала и тряслась.

— А она вообще кто? — шепотом уточнил Кирилл.

— Долгое время эта женщина была заперта в собственном разуме темным колдуном, которого ты застрелил, — даже не думая понижать голос, ответил я. — Служила ему, видела все, что делает ее тело, но не могла помешать. Прошла уже несколько таких жертвоприношений.

— Охренеть, — хмыкнул киллер. — Ничего себе дела тут у вас творятся!

— У нас, — поправил его я с усмешкой. — Теперь эти дела касаются и тебя тоже. Можешь забыть о своей карьере наемного убийцы. Во всяком случае, до тех пор, пока мы не разберемся с Творцом Немертвых, кто бы он ни был.

— В смысле? — опешил мужчина.

— Он видел тебя. И сделает все, чтобы найти и отомстить.

— Он же сдох! Пуля в сердце — я не промазал!

Прозвучало так, будто я оскорбил его в непрофессионализме.

— Тело, которое он занимал, мертво, — поправил наемника. — Он найдет другое. Не знаю, как быстро, но он вернется. За мной. За ней. И за тобой.

Что далеко не факт, правда. Если Канский или кто там на самом деле обитал в теле стажера юридической фирмы, и вернется, у него будет много других дел, прежде чем руки дойдут до какого-то киллера. Хотя бы строительство сети доменов, которым он занимался, и которое я так внезапно прервал. Уверен, это для него важнее всего сейчас.

Но зачем говорить об этом наемнику, если можно привязать его к себе дополнительно? Общий враг — хорошие путы. Я оценил хладнокровие Кирилла, его выдержку, умение стрелять и выполнять приказы. Хороший инструмент. Кровь на кольце и страх перед грядущим возвращением некроманта, сделает его моим навсегда.

Пока мужчина ожесточенно матерился — масштаб проблем, в которые он влез, изрядно его напугал — я пытался вспомнить, где я уже слышал про Творца Немертвых. И ведь что-то крутилось на самом краю разума — то ли сказки, то ли легенды. Но ухватиться за воспоминания никак не получалось. Поэтому я отложил этот вопрос на будущее.

— Так и чего теперь делать? — закончив ругаться, Кирилл обратился ко мне, как единственному, кто, как он считал, имел ответы на все вопросы. То есть, сперва-то он несколько раз обвинил меня в том, что я «втравил его в этот блудняк» и вообще — виноват. Но теперь, вернув адекватное восприятие, снова начал мыслить прагматично.

— Для начала — прекратить истерику Влады. Потом покинуть это место. Найти такое, где нас никто не сможет найти — ее, скорее всего, тоже будут искать. Перевести дух. И начать готовиться к войне.

Киллер хмыкнул, кивнул, но вслух ничего не сказал. Зато решительно шагнул к Мешковой, опустился перед ней на колени и зашептал неожиданно нежно.

— Ну-ну. Все-все. Уже все кончилось, милая. Я пристрелил этого урода. Он больше тебе не навредит. Все хорошо. Ты можешь встать?

К моему удивлению, Влада не шарахнулась от него в сторону, а наоборот, обвила плечи мужчины руками и уткнулась носом в его грудь. А затем и вовсе поднялась, опираясь на него. Удивительно — убийца, который умеет обращаться с женщинами в истерике! Определенно, такой помощник мне очень даже нужен.

— У меня есть одно убежище, — произнес Кирилл, глядя на меня с не очень понятным выражением: то ли это страх был, то ли восхищение, то ли ненависть. — Долго там зависнуть не получится, но день-другой перекантоваться можно. Поехали?

И с убежищем! Нет, упустить его будет невероятным расточительством!

— Поехали, — кивнул я. Подхватил с пола жезлы жрецов и вышел из квартиры первым.

Это оружие некромантов я и крутил в руках всю дорогу до логова наемника. Искры в нем были. И много. Но это и все, что я мог сказать про артефакты. Что за заклинание туда было запрятано и как активируется — пока понять не мог.

Деревянные, укрепленные медными кольцами, стержни были полностью покрыты вязью ахеронских символов. И хотя я знал этот язык, как и письменность павшей империи, прочесть ничего не получалось. Вот что должна значить пиктограмма «эхта», означающая «боль» в связке с «татши», переводящейся, как «радость»?

Неспособность разгадать простейшую, казалось бы, задачку, заставляла вспоминать слова Канского снова и снова.

«Стигийская магия — лишь наследие нашего могущества, частично утраченное, частично выхолощенное», — так он, кажется, сказал. И хотя я никогда не принимал слова врагов на веру, в данном утверждении крылась немалая доля правды. Неприятная.

В конце концов, я был вынужден отложить жреческие жезлы, и остаток пути просто смотрел в окно и думал.

В этот раз Кирилл поехал не за город, где я обнаружил его в нашу последнюю встречу, а в один из спальных районов, где высокие дома стояли так близко друг к другу, что больше напоминали горные хребты, чем жилища людей. На парковке возле одной из таких многоэтажек, он и остановил машину полчаса спустя. Вышел сам, помог выбраться Владе, которая за все это время не произнесла ни слова, лишь вздрагивая при резких звуках, и кивнул в сторону ближайшего подъезда.

— Снимаю тут двушку, на всякий, — зачем-то пояснил он. — Здесь народа живет — тьма, и почти все на съемных. Соседи даже друг друга не знают, затеряться легче легкого.

— Разумно, — кивнул я в ответ. — Веди.

Запасное убежище наемника здорово проигрывало квартире Алины в стиле и удобстве, но имело все необходимое для жизни современного человека. В комнате побольше стоял диван и пара кресел — так, чтобы можно было смотреть висящий на стене телевизор. В другой, вдвое меньшей, имелась лишь кровать и небольшой встроенный в стену шкаф. Кухня с холодильником и микроволновкой, ванная комната с туалетом с кафелем мерзкого розового цвета.

На кровать мы сразу же уложили Владу. Женщина свернулась в позу эмбриона и сразу же забылась тревожным сном. Мы же с Кириллом направились на кухню, где наемник стал готовить чай. Но перед этим протянул мне массивное золотое кольцо-печатку, взяв его с кухонной полки.

— Реквизит с одной работенки, — пояснил он. — Носил его дней десять, пока изображал… в общем, не важно. Это достаточно долго для твоего колдунства?

— Да, — украшение действительно хранило слабую ауру киллера, хотя это и не имело никакого значения. — Теперь кровь.

— Ты прямо сейчас будешь делать? — вскинул брови убийца. — Тебе не нужно, я не знаю, фазы луны там, черные свечи, Луна в Овне?

— Да. Нет. Только немного тишины и кровь. Все, что ты хочешь у меня спросить, я смогу рассказать после этого.

Наемник без возражений уколол палец кухонным ножом и протянул его мне. Я мазнул кольцом по крови и не скрываясь прочел ритмоформу заклинания слежения — все равно тут никто не знает стигийского. Привязал его к печатке, логично предполагая, что мужчина будет носить украшение если и не на пальце, то точно с собой. И занялся тем, что начал выцарапывать на мягком металле пиктограммы заклинания.

Работа была несложной, но требующей полного сосредоточения, так что на некоторое время я полностью ушел в себя. Кирилл за это время уже успел и чайник вскипятить, и кружку передо мной поставить.

А на последней пиктограмме меня вдруг озарило!

Не «радость», а «душа» — как я сразу-то не понял! Это я про символ «татши» на жезле жрецов, который вовсе не «татши», а «так-ша». Он был вырезан в дереве в архаичной манере некромантов, поэтому я и принял его за другой. Только выцарапывая его на золоте кольца, я и понял, где ошибся. И сразу же все сошлось.

— Держи, — я торопливо сунул перстень киллеру, и пояснил на всякий случай. — На мне не сработает, сразу говорю. Активируется нажатием на символ с обратной стороны…

— На елочку похожий?

— Да-да, — понятия не имею о чем он, но там была только одна пиктограмма и перепутать ее с другой было невозможно. — А теперь подожди еще немного, надо разобраться с оружием врага.

И в этот раз все получилось легко! Как это всегда бывает, когда имеешь ключ, прочесть все остальное уже не сложно. Я быстро закончил с переводом, и понял, что оказался обладателем двух жезлов Погонщиков. А сразу после этого — это уже очевидно было — вспомнил и про Творца Немертвых. Сет, ну на поверхности же лежало, как я сразу-то не догадался!

— Разобрался? — Кирилл так и стоял у окна рядом со столом. — Прямо светишься весь.

— О, да! — не скрывая эмоций, я улыбнулся. — Жуткая штука, ахеронцы вооружали ими своих сотников. Жезл Погонщика, так этот артефакт назывался. Смотри!

Я направил оружие на дверцу кухонного шкафа, провел пальцем по нужным символам. И в тонкой прессованной древесине без всякого шума появилось отверстие, куда можно было без труда засунуть кулак. Сквозь него виднелась и пробитая задняя стенка шкафа. И частично разрушенный бетон несущей стены.

— Охренеть! — выдохнул наемник скорее восхищенно, чем испугано. — Это как она сделала?

— Печать Праха — очень мощное заклинание дальнего боя ахеронской школы. В зависимости от необходимости, может проделать такую вот дыру в каменной стене. Или просеку в построении воинов. Я использовал ее на самом минимуме, потратив лишь четверть Искры. Удивительная штука!

И ведь после этого слова Канского про выхолощенное наследие совсем по другому зазвучали. Такой энергоэффективности стигийская школа никогда бы не добилась.

— Ахеронцы? Печать Праха? Искры? Тебе не кажется, что пора бы мне уже рассказать, во что я ввязался?

— И я бы послушала, — в дверях появилась Мешкова. Выглядела она по-прежнему потерянно, но губы сжимала решительно. — И можно мне тоже чаю?

Конечно, я им все рассказал. Но не так, как ученице Алине. Про древний Ахерон, черную магию некромантов, Стигию, перенос душ и историю их мира, которую никто не записал, пришлось бы очень долгую лекцию читать, а у меня на это не было ни времени, ни желания. Потому упростил так, чтобы люди этой эпохи поняли главное. Магия — существует не только в телешоу «Битва экстрасенсов». Канский — хочет выпустить из Бездны или даже места за ее пределами, нечто злое и темное. Я этого не хочу, а поэтому — стремлюсь помешать.

— Звучит как наркоманский бред, — хмыкнул киллер, когда я закончил. — Или страшная сказка.

— Я прожила больше месяца пленницей в собственном теле, — Влада сделала долгий глоток. — И теперь верю во все страшные сказки. Даже братьев Гримм.

— Ахеронские колдуны всегда были безумными, но тот, с кем мы столкнулись, тот самый Творец Немертвых, выделялся даже на их фоне, — подытожил я свой рассказ. — Его не интересует власть над миром, он не хочет богатства и славы. Его единственное желание — превратиться в божество. Ради этого он пойдет на все. Если будет нужно, то и саму реальность в Бездну ввергнет.

Я вспомнил, кто это такой. Действительно, страшная сказка. Даже в моё время его считали таким же легендарным персонажем, как сегодня — Деда Мороза. Именно ему Ахерон был обязан своим возвышением. И — падением тоже.

Нефер-Ка — Творец Немертвых, Похититель Лиц, Убийца Древних. По спине пробежал холодок. Вот уж не думал, что оказавшись в другой эпохе, отстоящей от моей на тысячи лет, я столкнусь с тем, чьим именем в Стигии пугали детей.

Согласно тем немногим записям, что остались со времен павшей империи, Нефер-Ка долгое время стоял во главе Ахерона. Именно он начал создавать первые легионы Немертвых — легендарной пехоты, принесшей государству некромантов победы над всеми окрестными странами. Он же выстроил систему Темных Путей, благодаря которым армии преодолевали немыслимые расстояния, и оказывались там, где враги их совсем не ждали.

А потом он, достигнув всего, о чем только мечтал смертный, пожелал стать богом. Первые эксперименты по призыву Древних и Спящих, которые и принесли ахеронцам дурную славу безумцев, начались именно при нем. Нефер-Ка решил, что если убить одного из богов в нашей реальности, то можно будет поглотить его силу и занять его место.

Похоже, желания его не изменились, и здесь он занимался тем же самым. Вот для чего ему понадобилась сеть из доменов, Дверь, которую он жаждет открыть, и все эти ритуалы. Этого нельзя было допустить.

— И что нам делать? — заговорил Кирилл, выслушав все это. — Нет, понятно, что это всё лютая дичь, и нормальному человеку такое даже в пьяном угаре не привидится, но… — он бросил быстрый взгляд на Мешкову, хмыкнул. — Но мы все это видели, да? Лять, мы реально все это видели!

— Оставайтесь пока здесь, никуда не выходите, — сказал я, вызывая такси через приложение. — Нам нужно подготовиться. Без союзников эту войну не выиграть.

И без Искр, да. Вот ими, точнее, постоянным притоком маны от нового эгрегора, и требовалось сейчас заняться.

Ученица уже была дома, слышно было как она что-то готовит на кухне. Ксотун встретил меня в дверях донельзя возбужденный, и тут же сообщил.

— Она нашла, владыка! Идеальное место, как по мне. Бездна, чем от тебя разит?

— Встретился с одним ахеронцем.

— Бат, привет! А я нашла! — вслед за котом в коридор вышла и Алина.

— Домен подождет, — умерил я ее энтузиазм. — Мне срочно нужны блогеры. Те, с которыми я тебя просил установить контакт.

— Э-э-э…

— Ты так и не связалась с ними⁈

— Слушай, ну дел было по горло, ты со своими поручениями и прочим! — возмутилась девушка. — Накидал на меня, будто я тебе секретарша. А завтра никак?

Я поморщился.

— Звони сейчас. Скажи, что у тебя есть видео, которое взорвет сеть Акаши… Интернет. Выступишь подобно Питеру Паркеру, который делал снимки Человека-Паука… Что?

Ученица смотрела на меня странным взглядом. Потом протянула.

— Античный маг рассуждает о том, как мне легендировать звонок, опираясь на фильмы про супергероев, вот что. Нет, теперь я точно видела все!

— Ты не видела и тысячной доли…

— Так говорят просто, — оборвала она меня без всякого почтения к наставнику. — То есть, у тебя прям горит?

— Что горит? Ничего не… А-а! Еще одна идиома! Да, у меня уже критическая ситуация. Приток Искр прекратился, того запаса, что есть, надолго не хватит, а на носу у нас столкновение с древним колдуном, которого так просто не убить, — я заметил, как она уже открыла рот для очередного вопроса, и не дал ей его произнести. — Все потом, ученица. Сейчас мне нужен канал, через который можно будет слить видео с очередным подвигом Темного Жреца.

Чем мне нравилась Алина, решительности ей было не занимать. Стоило только четко очертить задачу и дать понять, насколько она важна, девушка преображалась, и становилась собранной и очень деловой. Сперва она посмотрела запись на моем телефоне, раскритиковала освещение, угол съемки и композицию в целом. Потом скинула его к себе на телефон и за несколько минут отредактировала. Вырезала фрагменты, где в кадр попадает лицо Влады и наши с Кириллом разговоры. И только после этого взяла телефон и начала прозванивать блогеров одного за другим.

— Са-ань! Прикинь, мне сейчас такой видос скинули! Помнишь того чудика, который девчонку от сатанистов спас? Не Черный, а Темный Жрец. Да понятно, что никакой разницы, ага. Короче, тут вообще какой-то треш! Чувак с маской черепа валит нескольких человек, а потом такой, в стиле Бэтмена: «Этот город нуждается в герое!» Нет, не фейк. В смысле, откуда взяла? Там уже нету, Саша. Короче, тебе надо или не надо? Мне это зачем? А ты потом мой новый канал в телеге порекомендуешь. Три раза. И ничего не дофига, ты видос когда увидишь, обомлеешь с того, какая я добренькая.

В итоге, из пятерых человек, что она прозвонила, согласился только один. Но и этого, по словам девушки, было более чем достаточно. Остальные, когда увидят такие кадры, сами перепостят. Еще и локти потом будут кусать от досады — еще одна идиома.

Довольная, она загрузила видео на сторонний хостинг и отправила блогеру ссылку. А когда повернулась, с лицом ожидающим похвалы, я произнес.

— Теперь рассказывай про место, которое ты нашла.