Я подъехал практически впритык к скале, тянувшейся в стороны на несколько километров. Спрыгнул на скользкий лед и закинул за спину рюкзак. Пришла пора обратного визита вежливости. Перезарядил слонобой, чтобы, так сказать, теперь на мелкую дичь, взял его и подошел к скале-воротам.

«Уголек» уже все просканировал и практически ничего не нашел. Одна только камера в каменных складках прямо над воротами. Я помахал рукой, а потом метнул в нее каменный осколок.

Очевидно, что незамеченным я бы внутрь не проник. Так что пусть встречают, если там, конечно, кто-то остался после их вылазки на «тридцать седьмую». А помощь, если они ее вызвали, к ним доедет нескоро. Несколько часов у меня точно есть.

Скала была неровной, из какой-то породы почти черного цвета с золотистыми прожилками. Большие, изрытые временем и стихией выступы справа и слева придавали ей самой форму покосившихся ворот.

Интересно, как «Тринадцатые» набрели на это место? Оно здесь было раньше в виде готовой базы, или они просто оборудовали под станцию природный грот?

Я осмотрел ворота. Нашел тонкую линию стыка и немного расковырял ее гарпуном. Сантиметров десять слой камня, а дальше пошел астериус.

— Тук, тук, тук? — прислушался, но в ответ ожидаемая тишина. — Сезам откройся! Нет? Аберто! Тоже нет? Ладно, я хотя бы попробовал.

Достал из рюкзака пирамидку, которая с усиленным действием, и приладил ее ямку, которую расковырял. Щелкнул, активируя, и отбежал метров на двадцать, нырнув в конце за невысокий, но широкий камень.

Глухой грохот эхом разлетелся по ущелью. Скала содрогнулась. Камни, куски льда и железки разлетелись в разные стороны, подняв в воздух пыль и снег. Над входом рухнул целый кусок скалы и повисла дымовая завеса. С правого, более высокого гребня грота покатились вниз отколовшиеся камни.

Я подождал, пока пыль не осела, и подошел обратно к тому, что осталось от ворот. В раскуроченном листе астериуса зияла достаточно большая дыра.

Заглянул, быстро оценив ситуацию. Широкий пустой шлюз длиной метра четыре, который заканчивался еще одними воротами — типовые металлические, чуть ли не из нержавейки с нашей стороны.

Взял младшего краба и закинул его в дыру, а то, что побольше закинул на спину, превращая в дополнительную броню. Пойдут коридоры, и не хотелось, чтобы в спину кто-то пальнул. Туда же залетел и «Уголек», постоянно попискивая и обновляя данные сканера.

И только потом уже полез я. Пригнулся и, придерживая верхний лист рукой, забрался внутрь. Охранная система разрывалась тревожными сигналами, заливая все красно-оранжевым светом. Я оказался в стандартном шлюзе и вторые ворота взрывать уже было нельзя, если я, конечно, хочу с кем-нибудь поговорить. А я очень хочу!

Учитывая, что шлюз разгерметизирован, то вторые ворота заблокированы автоматически. Блок управления можно даже не пытать. Устройство базы в этом отношении у «тринадцатых» образцово-показательное. В боковой стене была небольшая ниша с ремонтным набором, пожарный щит, как я его называю. Был и баллон с герметиком.

Я посмотрел на рваную дыру, через которую забрался — туда даже пять таких баллонов не хватит. Значит, будем аккуратно и быстро вскрывать вторые. Причем вскрывать в прямом смысле слова. Подошел вплотную и простучал лицевой лист, ища место, где нет ребер жесткости и еще каких-либо препятствий. Активировал клинок и, как консервную банку, начал медленно, но верно вскрывать обшивку.

Вырезал уголок, вытряхнул листы утеплителя и отогнул в сторону двойной стальной лист. За котором оказался еще один, очень похожий на заднюю стенку шкафа. Расшатал его и вытолкнул, сразу же отскочив от дыры — раздался выстрел и короткое, но емкое ругательство.

Ругали стрелка, мол нечего палить бронебойными и дырявить станцию. Я попробовал заглянуть в отверстие, но опять толком ничего не увидел. Стоило шкафу упасть, так сверху насыпалось все остальное — какие-то ящики, стулья и вешалки.

У нас там не только баррикада, но и засада нервная. Ладно, поиграем по вашим правилам. Я по очереди запихнул в дырку крабиков, толкнул стволом слонобоя мешавшую коробку и дважды выстрелил. Одновременно, отдав команду — фас!

Спокойно перезарядился и досчитал до десяти. Услышал крики и выстрелы. Как грохот огнестрела, так и электромагнитные разрывы. Отправил внутрь «Уголька», а потом пролез и сам.

Я приглушил яркость у системного экрана, пожалев, что нет дополнительного фильтра. Чтобы замазать трупы, как в новостных сюжетах делают, и сфокусировался на крабах.

Жуткое зрелище — старший крабик весь почернел, на мордочке глубокая ссадина, и две лапки, кажется, сломаны. Толком и не разглядеть, он по свое колено в крови и человеческих запчастях. Блин, бедняга, застрял в чье-то бородатом черепе, словно в капкане, и тащит его за собой вместе с остатками скафандра.

А младшенький целый и чистый, допиливает безголового кастома. Какая-то у вас семейная фишка — головы отрезать.

Добивать в коридоре было уже некого. Пять или шесть трупов в разорванных скафандрах, два инженерных дроида и кастом. Надеюсь, это не весь персонал станции, а всего лишь самые смелые.

Быстро, пока не прибежали новые, раскидал кусок баррикады и вернул на место, отжатый уголок. Прошелся герметиком по швам, дождался, когда красный свет сменился на желтый, закинул целого краба за спину и пошел зачищать базу.

Помещение, где меня встречали, оказалось гаражом — места штук на шесть джипов, но сейчас здесь был только багги. Плюс боксы для десятка клонов — тоже пустые. Полки с краской, контейнерами и ящиками разных размеров, большая часть которых была использована в качестве баррикады.

Дверь из гаража вела в длинный коридор с линейкой тусклых ламп под потолком. Природный камень кое-где обшили чем-то напоминавшим гипсокартон. Только что-то более прочное. А все остальное было разукрашено граффити — в основном странного типа письмена, которые вроде бы надо читать, повернув голову набок, но были и вполне четкие рисунки.

Некоторые очень даже неплохие — грудастая загорелая женщина, олдскульные тачки. Словно автор этого творчества в детстве в GTA переиграл. Оно и сейчас было, только уже под другим названием и полностью в виртуальной реальности — Боб из-за нее как-то сессию чуть не завалил.

Первая справа по коридору дверь была открыта. Несколько выключенных компьютеров, остатки еды на столе. Пустые банки с пивом. Постеры боевых дроидов на стенах.

Я пошел дальше. Небольшая кухня. Две спальных комнаты с таким же двойными кроватями, как и на «тридцать седьмой». Всего — десять спальных мест. Еще несколько комнат, типа двухместных купе, как в поезде.

В конце коридора была широкая лестница, можно сказать, естественного происхождения. Бандиты особо с обустройством не заморачивались. Где можно было ничего не трогать, ничего и не трогали.

Я спустился вниз — двадцать ступенек — и первой комнатой, в которую я попал, оказался просторный медблок, полностью забитый пациентами. Пять человек, обвешанных капельницами и аппаратами, похожими на ИВЛ. А вот и ребята, словившие отходняк после экскурсии на «тридцать седьмую». Я посмотрел на приборы — тут либо кома, либо глубокий наркоз. Сомневаюсь, что они в ближайшее время очнутся.

«Уголек» отважно ринулся вперед, показывая еще две больших комнаты справа и слева по коридору. Одна была пустой, с операторскими креслами и с пятью компьютерными станциями, а вот во второй — меня, похоже, снова ждали.

Причем с нетерпением. Стоило только заглянуть в операторскую, как сзади на меня бросился однорукий клон, орудуя чем-то похожим на короткую полицейскую дубинку со встроенным электромагнитным шокером.

И вдобавок из дверного проема раздались выстрелы — что-то древнее и «теплое», что без нормальной герметизации и работать-то не будет. Пуля просвистела почти у самого виска. Вторая попала в броню, в плечо, а третья в спину однорукому, сбив ему прыжок. Приземлиться я ему не дал, отбил шокер, поймал и протолкнул обратно в дверь, используя его в роли щита.

Протащил внутрь и бросил в сторону двух бойцов, спрятавшихся за массивным верстаком в центре комнаты. Зацепил тело красного Ориджа, лежащего на верстаке, и двумя этими «дурами» придавил стрелков.

Раздался чей-то сдавленный вопль, но выстрелы прекратились. Только однорукий начал выползать из-за верстака.

— А ты, похоже, не местный, да? Ну, тогда передай послание…

Я подошел к дроиду, отбил его руку, тянущуюся к автомату, и повернул на себя визоры. Указал пальцем в камеру и повторил жест, которым пытались меня пугать. Сначала провел пальцем перед своей шеей, а потом уже клинком по проводам и трубкам дроида.

Заглянул за верстак, откуда слышались стоны, и заметил черную залаченную шевелюру, торчащую из-под ноги сломанного Ориджинала. Скинул его и за толстую золотую цепь вытащил довольно плотного латиноса в кожаной жилетке.

— Да ты знаешь… — прохрипел он, хватаясь за цепь, сдавившую горло.

— Наизусть уже, но, похоже, власть меняется. Побеседовать бы надо.

Только сейчас я обратил внимание, чем здесь занимались, когда я пожаловал в гости. Чинили Ориджа — рядом с верстаком был станок с манипулятором, похожим на миниатюрный кран. А в «клешне» у него был зажат внушительного размера кусок скайкрафта.

Продолжая держать мужика на подвесе, я закинул скайкрафт в рюкзак. Да тут штук на десять пирамидок как минимум и точно на ремонт крабика.

— Сколько человек на базе? — обратился я к латиносу.

Тот продолжал хрипеть и лишь попытался отползти, но начал задыхаться и передумал.

— Тринадцать, мы же трина… — прохрипел мужик и попытался продолжить, но закашлялся.

Я посчитал всех, кого встретил, и облегченно присвистнул. Чуть не переборщил. Сломайся и этот, пришлось бы в доктора играть, выводить парней из комы.

Отпустил цепь и аккуратно, чтобы ничего не сломать, подтолкнул бандита к выходу и дальше в операторскую. Подвел к терминалу с самым большим экраном и приставил к его голове слонобой.

— Включай.

— Да и кто ты, черт возьми, такой, вообще? Что тебе надо?

— Я… — задумался, а потом решил, что уж врать, так врать. — Тот, кого наняли, чтобы «тринадцатые» стали нулевыми. Ничего личного, просто бизнес. Включай, — я чуть надавил стволом.

А потом выпустил крабика. Пытки — это, конечно, не мое, но раз слонобой его не пугает, то пусть краб попробует. Скинул дроида на стол, прямо рядом с терминалом. И едва успел команду дать, чтобы он не торопился, а то скальпели, оставив несколько глубоких бороздок на столе уже начали тянуться к кожаной жилетке.

Мужик дернулся, чуть ли не вдавливаясь в слонобой, и, кажется, до него что-то начало доходить.

— Включай, — я повторил.

Мужик послушался, включил комп и, когда появилось окно входа в систему, ввел пароль и, нехотя, словно секрет какой-то выдает, покосился на краба и приложил палец к сенсорному экрану.

На экране высветилась аватрака профиля — Джидо Камеро. А, так ты тот самый Джидо с аукциона. Вот так встреча.

Я подозвал «Уголька».

— Давай, подключайся. Сканируй, копируй. Все подчистую, даже график дежурства, если такой есть. Справишься?

Пожалуй, последнее слово было лишним. «Уголек» обиженно заверещал и подлетел к терминалу. Из той части, где у него был визор, появилось два луча, похожих на инфракрасные. Первый забегал по проекции клавиатуры, а второй куда-то в системный блок. А у меня в углу экрана появилась полоса загрузки.

Джидо побледнел и покосился на «Уголька». Выругался по-испански, тихо, почти шепотом. Из перевода, который тут же выдала система, я смог уловить только слово «нечисть».

— Ты поаккуратней, а то он обидчивый, — я развернул кресло вместе с Джидо. — А теперь следующий вопрос. Где Роберт Абрамов?

— Кто? — ляпнул Джидо, косясь на краба за спиной.

— Ну что начинается-то? Нормально же общались…

Я кивнул, и краб, звонко цокая по столу, подполз к его шее и пока всего лишь дотронулся скальпелем. Но Джидо завопил, дернулся, попытавшись отскочить, и уперся в меня. Отпружинил и схватился за разбитый нос.

— Тсс. Тише. Не сейчас, — остановил я дрона.

— Я вспомнил, только убери его от меня, — промычал Джидо и показал, что ему надо развернуться к терминалу. — Он на базе северного крыла, я могу на карте показать.

Я отозвал крабика чуть в сторону. После чего Джидо приник к клавиатуре, и через минуту на экране высветилась карта всех объектов «Тринадцатых». Латинос ввел координаты, после чего одна из точек засветилась зеленым.

— Так, а мы где?

— Здесь, мы же южное крыло, — Джидо ткнул пальцем в еще одну точку, практически в самом дальнем углу от первой.

— Там тоже пещера в скале?

— Нет, просто заброшенная шахта.

— Мне надо напоминать, что будет, если ты врешь?

— Нет, — Джидо ссутулился и снова покосился на краба, — Ты меня отпустишь?

— Будет зависеть от того, в каком состоянии пленник. Помолчи пока.

М-да. Далековато от меня, даже от Эдема не то чтобы ближний свет. Если ничего не путаю, то это сто девятый сектор. Надо звать кавалерию…

Я отправил сообщение Абрамову-старшему.

«Вот координаты базы, где держат Боба. Проверьте, действительно ли он там, и дайте мне знать. Там минимум тринадцать бойцов, будьте осторожны».

Отец Роберта подтвердил, что получил сообщение. А я решил еще немного поблефовать.

— Седьмой, седьмой, ответь третьему. Координаты выслал. Берите сквад Жнеца. Да, уверен. Черная сотня легко там все зачистит. И отследите мою локацию, можно высылать чистильщиков.

Я нес какую-то ахинею, через «Уголька» поглядывая на реакцию бандита. Очень внимательно слушал, только на чистильщиках что-то изменилось. Будто решил, что не жилец.

— Ну а теперь ждем вестей, — сказал я, подойдя к Джидо.

— Послушай, может, договоримся? Я не последний человек в организации.

— Ждем, — я отмахнулся. — А там видно будет, покажи пока, где у вас главная база.

Прошло два часа.

Все это время я изучал документы, которые скопировал «Уголек», и разглядывал карту. Размах деятельности «Тринадцатых» впечатлял, даже удивительно, что я реально еще не покойник. Спасибо Мерзлоте и сложностям логистики в этих бескрайних пустошах.

Всего — тридцать шесть баз и складов в разных секторах Мерзлоты. Основная в Вавилоне, то есть под носом у Авангарда. Наркотрафик, оружие, похищения и торговля дроидами.

Но все это сейчас волновало меня меньше всего. Я напряженно ходил по комнате, в ожидании вестей о Бобе.

Прошло еще полчаса и точка, где предположительно находился Боб, замигала красным, а затем потухла.

— Что это значит? — спросил я у Джидо.

— Значит, что на базу напали, — отозвался он и уставился в монитор.

Через двадцать нервных минут я получил видео-сообщение от старшего Абрамова. Отвернулся от Джидо и сфокусировался на экране. Увидел Боба, едущим в джипе с двумя охранниками.

Огромный синяк под глазом, пластырь на сломанном носу и забинтованные пальцы. Потрепанный и нахохлившийся, словно воробей после драки. Фух, главное, что не сломленный, а остальное современная медицина быстро залечит. В конце сообщения предлагалось многое обсудить. Я отписался, что с удовольствием, но позже.

И в этот момент почувствовал, как за спиной взорвался электромагнитный импульс. Я согнулся в кресле, пытаясь продышаться и смахнуть сообщения об уроне.

Отскочил и резко развернулся в сторону Джидо, но понял, что опоздал.

Обугленный крабик болтался у него на груди и нервно дергал лапкой, расширяя рану на шее. Кровь хлестала во все стороны. Джидо хрипел и пытался то ли зажать руками рваную рану, то ли скинуть дрона. На полу дымился, не пойми откуда взявшийся, шокер.

— Черт, — я снял крабика с мертвого тела. — Ну зачем? Мы же еще заказчика диверсии не обсудили.

Ладно, изучу все файлы в спокойной обстановке и там видно будет. Может, в Авангард все отправлю, чтобы было чем «Тринадцатым» заняться вместо моих поисков.

Вернулся в гараж, забрал старшего краба и отнес обоих в мастерскую. Влил в них трофейный скайкрафт, восстановил и отправил гулять по станции. А сам вернулся в коридор, исследовать склады и остальные комнаты.

Забрел в какой-то тупичок со стеной полностью раскрашенной граффити. Хотел пройти мимо, но настойчивое верещание «Уголька» заставило меня остановиться и повернуться в его сторону. Дрон завис прямо перед картинкой с абстракцией каких-то шестеренок.

Или не каких-то? Я присмотрелся, даже голову зачем-то склонил набок и понял, что вижу объемную конструкцию напоминающее цилиндр, который мне дал Лейн. Сантиметров пятьдесят в высоту, искусно вплетенное художником в соседние картинки.

По крайней мере, по форме было очень похоже — вдавленное в стену, как кодовый замочек на чемодане. Только символы совершенно другие — смайлики, циферки тринадцать разными шрифтами и прочая абстрактно-попсовая хрень.

Над плечом появился сканирующий луч «Уголька». А на экране повторилась проекция, на которой словно верхний слой краски сняли, показав то, что было под ней — символы. Мои «стандартные» значки и закорючки.

— Это что замок? Или большой тайник-контейнер? — я протянул руку и с усилием, сдирая краску, сдвинул первый ряд.