Краулеры неслись не разбирая дороги, поэтому я свернул немного в сторону, пропуская обезумевшую напуганную стаю. В том, что они были напуганы, сомнений не возникало — это даже не испуг, а самая настоящая паника. Пищат, подпрыгивают, редкие волосинки и те дыбом стоят.
Я сверился с маршрутом, пытаясь понять, куда ехать дальше. Учитывая, что дорог здесь не было — объезжай как хочешь. Вот только справа какая-то трещина, а слева виднелась гребенка, будто лежачих полицейских скрестили с противотанковыми ежами. Рискнуть, конечно, можно, если осторожно.
Ладно, сканер на полную мощность, газ в пол и посмотрим, что там за хрень, которая всех пугает. А там уже и до границы сектора недалеко. Я развернул джип и вернулся на проложенный ранее маршрут.
Вскоре пейзаж вокруг начал меняться. Белый цвет равнины постепенно сменился на бледно-розовый. Вдалеке в нежной дымке замерцали силуэты невысоких гор. Солнце выползло из-за вершин, и мягкий свет разлился вокруг, словно окутывая пространство. Вкупе с розовым цветом все это создавало ощущение какой-то ирреальности.
— Это еще что за домик для Барби? — сам себя спросил.
— Нет, это этюд в розовых тонах, — и сам же себе ответил.
Под колесами джипа что-то лопнуло. Я выглянул из окна. Вся земля была устелена розовыми заиндевевшими конструкциями, которые легко ломались под колесами машины.
По мере того как я продвигался дальше, эти конструкции становились выше. Они переплетались между собой, образовывая целые «заросли», через которые нужно было продираться. Система выдала название «криокрон» и сопроводила его лишь двумя характеристиками, которые, на мой взгляд, противоречили друг другу — излишняя хрупкость и гибкость. Будь я сейчас под водой, я бы сказал, что это водоросли или кораллы.
Я сохранил себе изображение волшебных розовых «кустов». У меня уже неплохая коллекция. Можно, и к мемуарам приступать.
Вдруг колесо джипа наехало на что-то крупное. Я даже слегка подпрыгнул на водительском месте. И это что-то не раскрошилось.
Я вылез из машины и обошел ее спереди. Рядом с правым передним колесом валялась огромная кость. Если бы нас не научили, что динозавры вымерли, я бы решил, что это какая-то запчасть тираннозавра. Хотя есть версия, что не вымерли, а просто сюда переехали, прошли курсы мигрантов и адаптировались к климату.
Кость была слишком гигантской, чтобы я мог погрузить ее на джип. Пришлось оставить на дороге. Но кусочек все же отпилил. Вдруг она ценная.
Еще через пару километров в розовом свечении проявилось что-то странное, похожее на арку. То ли это криокрон так разросся, то ли обломок скалы настолько причудливо откололся, а, может, я нашел следы древнего поселения? За воздушным туманом разглядеть было сложно. Следом появилась еще одна арка, а потом еще и еще, только размером чуть поменьше.
Сканер молчал, отказываясь мне помогать. Когда до громадины оставалось уже метров сто, я, наконец, понял, что мне это напоминает. Мост в Санкт-Петербурге на западном скоростном диаметре, где фонари создают эффект, что ты в скелете огромной рыбы едешь. Черт!
Это и был скелет! Скелет огромного монстра, ребра, позвоночник, вросший в лед, а вон и череп, который я сначала принял за холм, оплетенный замороженными «ветками».
Я вышел из джипа и подошел поближе к черепу. Вот такое надо на аукцион Вавилона выставлять. Только чтобы его вывезти мне нужно возвращаться на шахту и просить у них краны. Аккуратно раздвинул заросли криокрона — может, хоть клык удастся в багажник запихнуть. Если что, у меня и знакомый дантист есть неподалеку…
Внимание! Опасность контакта с «Ледяной вдовой».
Не успело оно появиться на экране, как прямо по визору прилетел удар чего-то, что вылетело из зарослей. Гибкая, длинная ледяная сосулька полупрозрачная, отливающая розовым. Глаз взорвался болью, будто в него пальцем ткнули — был такой опыт, когда футболку спросонья надевал.
Я вскрикнул, ругаясь матом и, зажмурив правый глаз, попытался вернуть себе управление и оттащить Ориджа, разрывая контакт с непонятным зверем.
Из черепа уже вылезло нечто прозрачное, состоящее полностью из толстых жгутов-сосулек, переплетенных между собой. Одна из них, будто выстрелила, и дотянувшись тут же хлестнула меня по руке, и я почувствовал…. Точнее я ничего не почувствовал! Рука была полностью парализована!
Сделал еще несколько шагов назад, споткнулся о новое переплетение розовых отростков, хрустнувших под ногами. И откатился в сторону, таращась на сошедшую с ума систему — там, где еще минуту назад росли коралловые кусты, уже сейчас был подсвечен силуэт «вдовы».
Та, что лезла на меня из черепа, бросилась ко мне. По-змеиному шевеля задом, состоявшим из розовых пучков. Она как-то сжалась и вывернулась наизнанку, показав змееподобную пасть с острыми зубами. Уж не знаю, кто ей придумал такое название, я сам женат не был, но соглашусь, что такая «дама» быстро мужа в могилу сведет.
«Вдова» раскрыла пасть и заверещала! Я тоже!
Получилось не так эффектно, без клыков, зато с нашим добрым и настолько крепким, что мне голову прочистило и глаз перестал болеть.
— Ну уже нет, вашей маме зять точно не нужен, — я раскинул руки, одновременно активируя щит с клинком, принял стойку чем-то похожую на боксерскую.
И понеслась «панда» по кочкам! Точнее, мой Ориджинал по «вдовам» по направлению к джипу, где лежал арбалет и трофейный дробовик.
Я принял на щит первую «вдову», запихнув его ей между челюстей, а клинком ударил прямо в выпученный глаз, сразу же отрубив несколько сосулек, которые попытались сбить меня с ног. Резалось и крошилось все почти так же, как и выглядело, то есть будто лед пытаюсь расколоть. Сбросить мертвого монстра со щита сразу не получилось, пришлось кромсать шею.
А дальше уворачиваться он новых монстров, спешащих ко мне со всех сторон. Тех, что были поменьше, я просто топтал и раскидывал ногами. Тех, что побольше крутил, вынуждая их вертеть пастью и подставлять мне шею с затылком — единственные места, откуда не пытались хлестать щупальца.
Рубил, кромсал, топтал, пинал. Главное было — не попасть под зубы и желательно избегать контактов с щупальцами, ибо жглись они как самые настоящие розги. Я вырвался из «оцепления» оставив за собой несколько мертвых монстров. Тела их будто застывали, снова превращаясь в нечто, похожее на кусты криокрона.
Добрался до арбалета и взбежал по колесу и капоту на крышу и начал отстреливать, подгребающих монстров. Если попадал в лоб, то с первого выстрела, если нет, то уже до победного или до последнего болта в обойме. А монстров как-то меньше не становилось, одна гадюка выскочила прямо из-под машины. Немного кривая, будто бы со сломанным плечом. Ее я, кажись, и переехал в самом начале. Машина накренилась, щупальца стали хвататься за рамы, предназначенные для дроидов, и тянуть джип на себя.
Я перебежал с машины на череп, на ходу прикончив еще троих монстров. А потом еще пятерых, потерявший скорость и маневренность в попытках заползти за мной костяной холм. Я увидел, что до двадцатого уровня осталось совсем ничего, и у меня будто второе дыхание открылось. Перестал скакать и сам пошел в атаку — только ближний бой, только связка — щит и меч.
Когда количество врагов уменьшилось, он и сами сменили тактику. Не столько нападая на меня, сколько отпугивая от черепа. От того места, откуда появилась первая «вдова». И когда я дрожащими обожженными руками (сидя в кресле, мне казалось, что вся кожа — один большой сплошной волдырь) прикончил последнего и дождался подтверждения от сканера, что в округе больше никого нет, сразу же туда полез.
Это было похоже на гнездо, сложенное из маленьких веточек криокрона (обычного, без сюрпризов — я дополнительно это проверил, предварительно потыкав отрезанной «сосулькой»). А внутри были яйца — я не знаю, как размножаются ледяные вдовы, но выглядели они как яйца. Что-то на уровне мелких перепелиных и таких же пятнистых. Вот только пятна эти по всем параметрам (оценка системы, схожесть с когтями саблезуба, интуиция и надежда) были из скайкрафта.
Внутри меня произошла небольшая борьба. Не такая эффектная, как с вдовами, конечно. Ученый энтузиаст, предлагавший доставить эти формы жизни коллегам и исследовать их, быстро получил промеж очков. Даже не от завхоза института, а от лабораторной мышки, считай хомяка. И в моем рюкзаке появилась толстая стопка скайкрафтовой скорлупы.
А если серьезно, то за науку я топлю, но таскать с собой хрень, которая может вылупиться в любой момент, чересчур рискованно.
Я внимательно осмотрел гнездо на предмет еще чего-нибудь полезного, но, кроме прозрачной шкурки — они, похоже, еще и линяют, там больше ничего не было. Зато было тихо и спокойно, в самый раз, чтобы посмотреть, наконец, системные уведомления.
Поздравляем! Уровень развития повышен. Текущий уровень — 20.
Вам доступно улучшение.
Вы можете улучшить существующий навык или открыть новый.
Подтвердите выбор: 刀क्षुरपत्र刃 или ОТРАЖЕНИЕ
Оп-па! А вот это уже интересно. Слева был клинок, эти символы я уже узнавал, хоть это пока и не помогло сопоставить их с чем-то другим. А вот «отражение» — система узнала.
Я подтвердил выбор, кликнув на «Отражение» и сразу же активировал его, как только появилась соответствующая иконка.
Сначала ничего не произошло, а даже подумал, что обманули, и полез пробираться в описание навыка. Но тут вдруг что-то замерцало прямо передо мной — в норе на мгновение стало светлее. Я моргнул, а когда открыл глаза, увидел прямо перед собой самого же себя. Второй Ориджинал сидел ровно в такой же позе, как и первый, и смотрел на меня.
Я помахал ему рукой, он сделал то же самое в ответ. Я встал и подошел ближе, он так же. Я протянул руку, навстречу его руке и провалился в пустоту.
Тьфу, ты! Иллюзия! Опять эти ассасинские штучки.
Открыл описание — точно, создает бестелесного двойника, кушает тонну энергии, повторяет все за оригиналом, может быть запрограммирован на определенные действия. Виден в сканерах, как обычный Ориджинал. Ну, понятно — отвлекающий маневр в первую очередь. Сбить со следа и запутать.
Помимо описания открылась и возможная ветка развития. На втором уровне снижение затрат энергии и возможность взаимодействовать электрическими полями, например, активировать сигнализацию или мины с ловушками. На третьем уже интересней и там идет развилка на выбор. Либо два таких, либо он обретает плотность и становится своего рода големом, который уже и вломить может. Фуух, а вот насколько сильно вломить сможет, уже будет зависеть от того количества скайкрафта, которое ему скормишь. И дальше еще несколько уровней, которые пока не активны, даже прочитать не дает.
Интересно, хоть и не бюджетно, хоть сам на шахте живи.
В отличие от моего Ориджинала, который разжился доброй порцией энергии, вернув себе почти восемьдесят процентов от максимума, я был абсолютно вымотан. После такой схватки, пожалуй, я заслужил перерыв. Прямо здесь и заслужил — еще раз все просканировал, выглянул наружу — джип даже маскировать не нужно, весь покрыт розовым криокроном. Присел в темном углу и отключился.
Вы покидаете центр управления 偵स्काउट्察. До рассинхронизации 5, 4, 3…
Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…
Тело все еще зудело от ударов щупалец, которые ощущались как ожоги и чесались, как комариные укусы. Я на всякий случай посмотрел на свои руки. Нет ли волдырей. Глаз один до сих пор как-то мутнил.
Кажется, помог бы контрастный душ или что-нибудь тонизирующее. На одной зарядке тут не выедешь.
Я переключился на спота и крякнул от неожиданности. Прямо рядом с роботом примостился ледяной хорек. Подбился под бочок и издает странные звуки, отдаленно напоминающие храп. А когда они спят, они не такие уж и страшные. Аккуратно, чтобы не разбудить (не из нежных чувств умиления, а чтобы не цапнул) выполз из норы. Зафиксировал место и положение для автопилота, чтобы потом сразу спота отправлять, и потопал к шлюзу. Зашел в нем в бокс и как ни в чем не бывало, вышел из операторской.
Выяснилось, что пока я отчаянно боролся за свою жизнь (точнее, за жизнь дроида) китаянка вполне себе освоилась. Я застал ее сидящей на кухне в коротких спортивных шортах и в белой майке-алкоголичке (или по местному — в майке ультра-атлетик). Честно попытался посмотреть в глаза, но не вышло. Декольте у майки как бы само попросило меня уставиться на очертания аккуратной, но вполне себе заметной груди.
Бюстгальтер она, кстати, не носила. Может, в Китае не принято или там климат другой. Что-то мне даже жарко стало или это она кондей успела подкрутить.
Сюин сидела за кухонным столом, задрав обе ноги на стул и чем-то аппетитно хрустела. Так, постойте, не чем-то, а моим «Юбилейным»!
— Алекс, понимаю, что у вас свои проекты, но не могу не спросить, а над чем ты работаешь со спотом? Ты так кричал. Кстати, можно попробовать? — поинтересовалась она, помахивая передо мной открытой пачкой печенья.
— Да, конечно, угощайся, — пробурчал я.
— Я, кстати, приготовила соевые гедза, обогащенные молекуляркой. И сельдерея я с собой много привезла, еще есть ростки молодого бамбука. Будешь что-нибудь?
Она проворно вскочила со стула и подошла к плите, на которой я только сейчас заметил дымящуюся кастрюлю. Ножки тоже, что надо. Худые, длинные, чуть подкаченные.
— Ты куда так смотришь? — поймала мой взгляд Сюин.
— Да вот думаю, как давно я не ел пельменей.
— Что не ел?
— Гедза с молекуляркой.
— Так будешь? Сколько тебе положить?
Я неопределенно пожал плечами. Она заулыбалась и положила мне в небольшую миску штук десять пельменей. Я украдкой, чтобы не показаться невежливым, вздохнул. Как можно этим питаться? Ни вкуса, ни запаха. Я через силу запихнул в себя три штуки.
— Надо съесть все. Тогда в теле будет оптимальный баланс витаминов и минералов, — сказала Сюин, — по идее этой порции хватает на целый день.
Я посмотрел, как она прошла обратно, отчаянно делая вид, что увлечен пельменями. И неожиданно почувствовал прилив сил. В животе приятно заурчало, а по мышцам побежало тепло.
— Так что там у тебя за проект? — спросила Сюин, скороговоркой выпалив кучу вопросов. — Ты так кричал! То ли «пицзиши сиуки», то ли «пиляди». Число «пи» у вас, у русских имеет какой-то сакральный смысл? А то у меня переводчик почему-то не справился. Ты радовался или расстраивался? Пис — это же мир по-английски? И вот про лошадь я совсем не поняла? Что с конем надо делать?
— По полю пойти… — я почувствовал, что краснею, и попытался улыбнуться. — Радовался… Это песня у нас такая есть. Там много непонятных слов, кудрявый лен, ржаная рожь…
На мою удачу у нее «зазвонила» тач-панель, и Сюин быстро пошла к рабочему столу. Сзади ее фигурка мне тоже нравилась. И походка красивая. Вроде и мальчишеская, а вроде и от бедра.
Я доел безвкусные пельмени и тоже сел за свое рабочее место.
Сообщил Симонову про безумца на научной станции, которого нам в итоге пришлось оставить одного. В красках расписал его состояние якобы со слов ребят из бара. В этот раз упомянул и про тень. Профессор пообещал узнать, что за станция и связаться со своими коллегами. Правда, поставил под сомнение слова «ребят из бара», аргументируя это тем, что каждому хочется видеть какие-то загадки и тайны там, где их может и не быть.
И это говорит мне профессор? Который первый с головой бросается изучать все, что хоть мало-мальски выбивается из общепринятой картины мира?
Но раз уж он обещал по своим каналам с научниками связаться, то свяжется. В этом я был уверен, а, значит у бедняги есть шанс.
Я еще посидел немного в сети в поисках информации про «Авангард». Вал помпезных новостей про зачистки и сверхприбыли на аукционе, про открытие новых блокпостов на границах новых секторов, и планы по освоению территории дальше. В связи с этим увеличение финансирования. На содержание «Авангард» «Майтен» планировал потратить почти треть годового бюджета. Про наш блокпост нигде ни слова. Даже в пабликах порылся в надежде, что где-нибудь промелькнет исповедь уцелевшего.
После часа бесплодных поисков, я попробовал вызвать Алису. Мне захотелось с ней поболтать и узнать, как они устроились. Сигнал не прошел. Связи с «Айстауном» не было. Я решил поспать несколько часов, расконсервировать Ориджинала и вернуться в городок.
На часах было около восьми вечера. Я махнул Сюин, которая сидела за вторым компьютером и увлеченно вносила в таблицу какие-то данные, что мол собираюсь спать. Она улыбнулась и кивнула, поправив сползшую с плеча футболку.
Кстати, есть не хотелось. Китайские пельмени заменили мне и обед, и ужин. Вынужден признать, что функционально, хоть и без удовольствия.
Я захватил с собой из операторской шлем и положил его на тумбочке. Поставил будильник на пять утра. Семи часов должно хватить, чтобы немного отдохнуть, а дальше сельдерей мне в помощь (вдруг я и тут что-то не распробовал). И правило, кто рано встает, тот в Мерзлоте ништяки достает, здесь никто не отменял.
Как только моя голова коснулась подушки, я провалился глубокий сон. Сигнала будильника я не дождался. Вскочил в темноте от тревожной вибрации шлема по стальной тумбочке. С трудом протер глаза и быстро нацепил его на голову.
Внимание! Опасность контакта с 海जेलीफिशः螫.
Внимание! Опасность контакта с 刺दंश.
Внимание! Опасность контакта с крелоудом.
Внимание! Опасность контакта с 蟑काककोषः螂.
Внимание! Опасность контакта с «Ледяной вдовой».
Внимание! Опасность контакта с 稅कर.
Внимание! Опасность контакта с 兇हत्यारा手.
…
Пицзиши сиуки, и так на весь экран…
Я запросил статус. Экран выдал рентгеновскую картинку. Почти прозрачный силуэт Ориджинала все так же сидел неподалеку от припаркованного джипа между костей огромного скелета. Ночное небо в секторе отливало розовым. А на уровне глаз дроида огромная лапа, похожая на ступню динозавра, вздыбила криокроновую крошку. А следующим шагом расплющила джип в лепешку.
По телу пробежали мурашки. Пицзиши коню…
Я насчитал на проекции несколько сотен, проносящихся мимо лап, суставов, шипов, черных, серых и прозрачных зубастых тел…
Это «Прорыв Мерзлоты» — тот самый, которым пугают детей Вавилона.
И несется он на «Айстаун-8».