Я подскочил с места, отчетливо хрустнув затекшей спиной, побросал недособранноого робота и выбежал из гаража. Быстро пересек коридор, чуть не наступив на чибзика, и, перепрыгивая через ступеньки, поднялся к медблоку.

Боб с Эбби теснились у самой лестницы, не подходя к двери. Перед ним, скрестив руки на груди, стоял Мерфи и собирался закурить.

— Сейчас курнем и пойдем внутрь, — Мерфи махнул рукой за спину. — Очнулась, но пока не одупляет. Пару минут пусть хотя бы проморгается.

Роберт поднялся на цыпочки и старался разглядеть, что происходит за спиной врача. Я сделал то же самое. Внутри камеры мелькнул силуэт девушки, но как-то дерганно. Снова мелькнул. А затем еще раз и еще и если это моргание, то происходило оно всем телом, словно у девушки был припадок.

— А это нормально? То, что ее так трясет? — спросил Боб, дергая доктора.

— Пока мониторы молчат, все в пределах нормы.

Мерфи отмахнулся, уронив пепел с сигареты, и как по заказу в медблоке зажегся красный свет и запищали приборы. Жестко запищали, примерно как сотня чибзиков, если им хвосты поприжимать.

Опередив растерявшегося Боба и доктора, судорожно пытавшегося, куда-нибудь приткнуть горящий бычок, я влетел в медблок.

Татьяну трясло так, будто ее били током. Я видел раньше припадок эпилепсии, собственно, и бороться Татьяной, бьющейся в судорогах, решил так же. Моментально в голове всплыла инструкция из простейших действий. Убрать все, обо что человек может пораниться. Положить под голову что-то мягкое, повернуть набок, не держать, не пытаться разжать челюсти.

Буквально занырнул в окно камеры, которую мы до сих пор использовали в роли больничной койки. Стены гладкие, постороннего ничего нет, но судороги такие, что может и голову себе расшибить. А вынимать некуда, не на пол же. Заметил кровь на мятой «ночнушке» и на белых стенах по кругу. Мягко, как стеклянную, подхватил девушку, приподнял и стал поворачивать ее набок.

И что-то пошло не так.

Меня накрыло волной. Странной для человека, но вполне понятной для Ориджинала — волной энергетических потоков. Только ощущалось это совсем не так, как при впитывании энергии и получения опыта. Я уже много нагулял по Мерзлоте, медитируя и пытаясь познать тонкости материи этого мира. Вот только не знаю, помогло ли мне это…

Потому что голову словно засунули в центрифугу, взбаламутили там все, вынули. И запихнули уже в микроволновку. На мгновение я потерял сознание.

Очнулся или, скорее, выплыл уже в какой-то иной реальности. Не было вокруг белых стен с мигающими приборами, писк датчиков ушел куда-то на очень дальний план, отдаваясь на грани слуха вялым комариным писком.

Состояние, близкое к моим воспоминаниям о Мерзлоте, том вакууме с символами, которые я видел во сне. Точно, сон, видение — вот только не мое.

Поняв, что передо мной каким-то образам открылось подсознание Татьяны, я расслабился. Перестал барахтаться в этом омуте памяти, мысленно раскинул руки и поплыл по легкому течению.

Из темноты начали выплывать образы. Не символы, нечто другое — размытые объекты, которые постепенно обретали ту самую зыбкую четкость, которую видишь в обычных снах.

Это было какое-то помещение. Большой зал с арками, заставленный обледеневшим оборудованием. По краям в несколько ярусов стояли большие ящики, чем-то похожие на компьютерные системные блоки или даже на сервера. На каждом ярусе стояло около двух десятков таких блоков. И несмотря на обледенение, на лицевых панелях светились красные символы.

В дальней стене блестел круглый ни то щит, ни то диск. Больше метра в диаметре с отливом медного цвета и множеством граней внутри. Словно это большая микросхема. Были еще какие-то круги-экраны и постамент с неясным гаджетом.

Еще был гул. Сначала я подумал, что раз это серверная, то так могут гудеть кулеры или просто ветер шумел, гуляя в темных арках. Но потом я начал различать отдельные звуки и целые слова. Язык незнакомый, но чем дольше я вслушивался, тем отчетливей улавливал законченные формы и интонации. Напряженные, ждущие и откровенно злые.

Что-то подобное я ощущал, когда боролся с сознанием фоггера. Тот же гул множества голосов, жаждущих выбраться наружу. В Ориджа или в человеческое тело.

Действительно ли это серверная, операционный зал или некая кладовка для бестелесных фоггеров, я не знал. Но на то, что в этих девайсах сотни, а, может, и тысячи сознаний, я готов был даже поставить деньги.

Попробовал подвинуться ближе к «серверам», совершенно как в обычном сне, ощущая ноги ватными. Сфокусировался на цели, даже сдвинулся на несколько сантиметров, как заметил грязно-белое пятно, промелькнувшее на верхнем ярусе.

Резкий смазанный силуэт, вихрь поднятого снега и вокруг меня уже кружило странное костлявое существо. Тощее тело на длинных лапах, щучья голова с костяной гребень, идущий по спине и переходящий в острый хвост.

Монстр раскрыл пасть, начав шипеть в мою сторону. И повел мордой в сторону, уставившись на меня белым, довольно мерзким, глазом. А потом прыгнул…

Возможно, в том видении я инстинктивно отшатнулся, пытаясь сбить, летящую на меня «щуку». Но выпал в реальность я уже в медблоке.

Резкий запах табака и какой-то медицины. Острый локоть Мерфи, оттеснявшего меня от камеры и трясущего в руке пустой инъектор.

— Тихо, тихо, спи, девочка, — дрожащим голосом прошептал Мерфи, а потом посмотрел на меня. — Я вколол ей сильнодействующее успокоительное. Пусть поспит.

— С ней… — я не смог нормально вздохнуть и осекся на полуслове, сделал несколько глубоких вдохов и только тогда смог говорить, — с ней все будет в порядке?

— Да хрен ее знает, — вздохнул Мерфи. — Я думал, что уже. Черт, она все пальцы расцарапала. И всю камеру изнутри изгваздала. Принесите, кто-нибудь тряпку и воды! Эбби!

Мерфи обернулся на застывших у входа Боба с Эбби, а потом переключил свое внимание на мониторы. А я, наконец, присмотрелся к ранам. Кровавых пятен как-то чересчур уж много, но рану вижу только на пальцах. Покусала она их что ли? Или как-то о край порезалась? Я опять нырнул внутрь камеры и выгнулся в поисках острых предметов. И прифигел.

Только и успел что отпихнуть Мерфи, который уже лез рядом со мной с влажной марлей.

Вся камера изнутри — сверху и по бокам — туда, куда дотянулась девушка, была исписана неровными символами. Причем исписана кровью.

— Всем стоять, ничего не трогать и не стирать! — я буквально рявкнул на Мерфи, настойчиво тыкавшего в проем тряпкой.

Ни о какой каллиграфии здесь и речи быть не могло. Кривые, толсто-тонкие линии. Плотные точки в местах, где еще хватало «чернил» и тонкие прерывистые линии там, где они уже заканчивались. Я узнал несколько штук — часть все-таки у Татьяны получилась, а часть я уже дорисовал мысленно. Но в слова и последовательности ничего не складывалось. Либо я их просто не знал.

Эх, здесь без Ориджа не разобраться. Я достал тач-панель и аккуратно, чтобы ничего не пропустить, заснял все на камеру.

— Что там? И что вообще произошло? — спросил Боб. — Тебя будто отключало.

— Она мне что-то показала, — я потряс головой, «взбалтывая» собственные мысли, в надежде, что что-то осмысленное осядет. — Какое-то место, где хранятся сознания фоггеров.

— Это где? — подключилась Эбби.

— Не знаю. Геолокации там не было… — я, как смог, подробно рассказал все, что видел.

— Что за монстр?

— Стремный, — я пожал плечами, пытаясь подобрать слова, чтобы его описать. — Я таких раньше не видел. Возможно, редкий. Надо покопаться в сети. Вдруг он какой-то особенный и водится только в определенных местах.

— Это еще зачем? — Боб напрягся.

— Затем, чтобы отправить всех этих личинок, не знаю как их еще назвать. Они же, по сути, паразиты, которые хотят захватить человеческие тела, — я отобрал у Мерфи сигарету, которую он только что прикурил и затянулся сам. — В общем, лучше найти этот рассадник, прежде чем они найдут себе новые тела. Определим координаты и передадим их Авангарду.

— Что с пациенткой-то делать? — спросил Мерфи. — Она скоро проснется и, если приступа не будет, надо бы как-то ее ввести в курс дела. Кто мы, где она, что здесь, собственно, делает.

— Она совсем ничего не помнит? — уточнила Эбби, видимо, надеясь на то, что можно как-то сократить процесс адаптации.

— Вот эти видения и помнит, — я ответил вместо доктора, который лишь развел руками. — Может, еще какие-то другие. Плюс, должна помнить всю свою жизнь, до попадания сюда.

Предоставив старику возможность и дальше наблюдать за девушкой, мы с командой покинули медблок и уселись в гостиной, где нас уже встречал ущемленный в правах чибзик.

Боб вскрыл пачку с чипсами и тут же скормил Мей-Ли пару штук, а потом достал три банки пива из холодильника.

— Для начала нужно выделить кого-то одного, кто введет ее в курс дела, — предложил я. — Если завалимся все сразу, можем напугать.

Эбби кивнула.

— По логике это мог бы быть ты. Как человек, который, считай, пережил то же самое. Но ты сейчас так выглядишь… — женщина придирчиво меня осмотрела. — В общем, по тебе не скажешь, что Мерзлота пошла тебе на пользу. А ей нужно внушить хоть какой-то оптимизм. Хотя бы на первое время, пока сама не разберется, что к чему.

— Может, тогда ты сама? — спросил я. — Вы все-таки одного пола, договоритесь как-нибудь, а?

— Ага, только я наполовину робот. Не думаю, что такая картинка воодушевит нашу проснувшуюся красавицу, — Эбби усмехнулась и поводила у меня перед глазами своей рукой-манипулятором.

На протяжении всего этого диалога Боб сидел как на иголках, но молчал. Потом вскочил, залпом осушил свою банку пива и окинул нас с Эбби радостным взглядом.

— Ну раз никто из вас не подходит, то пойду я! — воскликнул он. — Тем более, я готовился. У меня даже презентация есть.

Мы посмотрели на Роберта и почти одновременно сделали из своих банок по большому глотку пива.

— Какая презентация? — спросила Эбби.

— Ну как какая? Самая что ни на есть подробная про наш мир. Как ты думаешь, я буду ей объяснять, как тут все устроено? На пальцах? А чибзик будет наглядным пособием? — уверенным тоном завершил Боб.

Вариант с наглядным пособием мы забраковали сразу. Но с презентацией согласились.

— Только будь краток. Не перегрузи информацией в первый день, — обратился я к Роберту.

— Не волнуйся. Там только самое основное. Пока что сто шестьдесят слайдов. Осталось добавить совсем чуть-чуть.

— О! Я хочу на это посмотреть! — довольным тоном произнесла Эбби и откинулась на спинку дивана. — Можешь отрепетировать на мне. Попробую притвориться, что вижу и слышу тебя впервые.

Сошлись на том, что Боб доделает свою презентацию и через пару часов нам ее продемонстрирует. Сто шестьдесят слайдов про Мерзлоту не выдержит никто, даже те, кто в это Мерзлоте живет. Что уж говорить про человека из прошлого, который себя-то с трудом осознает, не то, что окружающий мир. Попробуем объяснить это Бобу в процессе.

Роберт взял еще одну банку пива из холодильника и наклонился над своей тач-панелью. А я над своей.

Сначала попробовал просто в поиске выцепить монстра по описанию. Вбивая разные данные, цепляясь, так сказать, за особые приметы.

Мимо.

Выдалось все что угодно — от борзых собак и монстров с рыбьими глазами до форума каких-то ретрофилов, обсуждавших происхождение «Чужого».

Потом пошел уже конкретней, как свидетель или потерпевший в полицейском участке, перед кем вывалили гору папок с фотографиями.

— Не он… похож, но морда другая… нет, у этого челюсть, как кусачки, а у того, как плоскогубцы… — я бормотал себе под нос свайпая картинку за картинкой.

Пересмотрел несколько каталогов. Начиная с общей монстропедии, потом подборки редких, редчайших и даже уникальных. Перерыл аукцион на тему похожих «запчастей» в продаже или в заказах. В итоге набрел на полузакрытый форум гильдии «прошутеров». Тех самых, что — «Профессиональное стрелковое общество по развитию знаний о природе Четвертого полюса». И в одной из веток про редкие виды нашел комментарий с изображением монстра.

И упоминанием, что некий Ли Харви подстрелил одну такую зверюшку несколько лет назад. И все. Ни места, ни описания, монстру даже названия не придумали. Была только пометка, что фотография из внутреннего архива гильдии.

Еще примерно час копания в сети показал, что Ли Харви — гильдейская легенда. Чуть ли не один из отцов-основателей. Который в прошлом году отошел от дел, вернулся на большую землю. И там то ли живет в каком-то доме престарелых, то ли и вовсе уже умер от старости. В общем, доступа к нему не было.

Как и к архиву гильдии, куда допускались только действующие «прошутеры» и то не все. Я еще немного покопался на форуме, списался с несколькими охотниками, пытаясь купить у них информацию. Но не тут-то было — тусовка оказалась очень принципиальная. Сплошные снобы. Закрытый клуб, как никак.

Тогда я связался с Дэшем и заказал взлом «прошутеров». Договорились, что вечером пришлет первые данные, а я пока подумаю над покупкой новых видео.

Прикинул, что мне осталось из дел по станции, и набрал Данди.

— Алекс! Какими судьбами? — загрохотал довольный голос Крокодила в моем ухе. — Вы там приватизировали моего врача?

— Ага, — я усмехнулся, — я начинаю думать, что тебе еще заплатить придется, чтобы ты его назад забрал.

— О, а ты сечешь! — засмеялся бармен. — У нас тихо пока, так что пусть у вас еще погостит. Ты чего хотел-то?

— Да, вот нужно еще кого-нибудь приватизировать. Люди нужны. Надежные и не с улицы.

— Расширяешься? — с любопытством уточнил Данди. — С заказами-то, значит, порядок у тебя?

— Типа того, — протянул я. — Но пока в основном универсалы нужны. Чтобы и в охрану, и в строители. Начальный уровень подойдет, главное, чтобы рекомендации были.

На том конце Мерзлоты повисла небольшая пауза. А потом в трубке снова раздался бас Крокодила.

— Послушай, Алекс. У меня есть два племянника. В Мерзлоте пока новички. Недавно приехали и пока больше сведущи в том, какого размера волны на побережья Сиднея. Но парни толковые, моя школа. Сечешь?

— Секу, — проговорил я, обдумывая предложение Крокодила. По надежности — пять баллов, по опыту, кажется, полтора. В среднем — твердая троечка.

— Что у них по технике?

— Клоны, типа страйкеров, китайская версия, но добротная. Я сам закупался, — с уверенностью ответил Данди.

— Поговорить с ними можно? Типа собеседование устроить.

— Вечером давай, они сейчас у Руперта, помогают ему, заодно опыт набивают. Я организую тогда.

Попрощавшись с Данди, я заварил себе кофе. Вскоре в гостиной появилась Эбби. А за ней и Боб, который зарядил большую плазму для презентации своего труда.

— Вы готовы? — Роберт окинул нас строгим взглядом. Мы с Эбби одновременно кивнули.

— Итак, год 2198… — начал Боб.

Я утомился где-то на десятом слайде, когда на нем появилась карта полезных ископаемых Мерзлоты. Эбби, кажется, начала зевать даже раньше.

— Робби! — сказала женщина, поднимаясь, с дивана. — Прости, но это никуда не годится. На хрена ей знать, что здесь добывают, если она вообще не понимает, где находится?

— Она же ученая! — встал на свою защиту Роберт. — Я вызываю в ней профессиональный интерес! — Ну, есть еще серия слайдов с иллюстрациями ночной жизни Вавилона. Но это в конце, — грустно пробормотал Боб.

— Алекс, ну ты ему скажи! — не унималась Эбби. — Вот ты когда ожил, что тебе хотелось узнать?

— Мне хотелось понять, что я живой, и понять, что с моими близкими — произнес я после небольшой паузы. — Поэтому давай ограничимся пока максимум десятью слайдами. Год, мир, страна. Даже про Мерзлоту пока можно не говорить. Пусть сначала осознает, сколько времени прошло.

Роберт вздохнул и стал переставлять слайды под руководством Эбби. Провозившись чуть больше часа, нам удалось составить достаточно интересный гид по будущему для таких вот путешественников из прошлого. Боб тоже осталась доволен нашим совместным творчеством. Радостно потер руки, схватил свою тач-панель и отправился наверх — ждать, когда Татьяна проснется.

Эбби ушла в синхронизацию — обновленный «Валдай» уже сделал несколько ходок в нашу «домашнюю» шахту и добыл первые кристаллы скайкрафта. Немного, но это то, что было на поверхности.

А я пошел дальше монтировать оружие на беспилотные «тачанки». Когда закончил, ушел в спортзал, где меня догнал звонок от Дэша.

Успеха не было — защита у «прошутеров» оказалась на очень крутом уровне, которую Дэш мог взломать только изнутри. И то не точно. Хоть Снежану нанимай в рамках промышленного шпионажа.

Ну или самому?

Я задумался. Засиделся я на станции, а ближайший офис «прошутеров» так-то всего в паре секторов от меня. В Новом Гринвиче, где я когда-то уже закупался в охотничьем магазине, а потом гонялся наперегонки с непогодой. Можно и съездить, вживую всяко проще договориться.

Вот только…

Спустился в операторскую и посмотрел на шлем, лежащий на кресле. Хрустнул шеей, размял плечи. Словно моя тренировка еще не закончилась, но на ринге появился новый противник.